24

От его чудовищных слов на меня накатывает шок.

Растянет. Хорошенько.

Фраза громом отбивается в ушах. Прошибает до липкого ледяного пота. До крупной дрожи.

Замерзаю изнутри, глядя как Лютый неотвратимо приближается ко мне.

В голове проносится вихрь мыслей насчет того, как можно все ему объяснить. Даже если логически посудить…

Ну не успела бы я ничего у него взять. Никак!

Однако не похоже, будто этот ублюдок на логику настроен. И вообще, на разговоры. Его глаза уже угрожающе сверкают, а рот застывает в животном оскале.

Меня буквально прибивает к креслу. От одного его вида. Страх захлестывает с головой.

Может, будь я хоть немного спокойнее, что-нибудь придумала бы. Выпалила бы. Только бы остановить эту сволочь.

Но пока ничего на ум не приходит. Не могу. Абсолютная пустота. От зашкаливающего напряжения тяжело соображать.

В какой-то момент меня все-таки срывает с места. Паника доходит до предела. Подскакиваю, отталкиваясь дрожащими руками от подлокотников кресла, бросаюсь к двери.

Скорее. На выход! Другого плана пока нет.

Толком комнату разглядеть не успела.

Но должен же здесь быть выход. Надеюсь…

Однако далеко удрать не успеваю. Да что там, я даже не замечаю, есть ли позади кресла дверь. А хуже того наглядно понимаю, насколько это плохая идея: бежать от дикого зверя.

Лютый хватает меня в мгновение ока. За шкирку. Сжимает ткань моей футболки в кулаке. Дергает к себе настолько грубо и резко, что слышится пронзительный треск. Тонкий материал расползается под его жестким напором.

— Пусти! — вскрикиваю, задыхаюсь от волнения. — Пусти! Ничего я у тебя не брала. Клянусь!

— Да ну? — протягивает он с издевкой.

— Да, — всхлипываю.

— Сейчас проверим, — заключает хрипло.

Утягивает меня за собой. Разворачивает, усаживая на стол, с которого одним махом все сметает на пол.

Псих.

Зверье.

Как же меня угораздило снова…

Зубы стучат. Тело бешено колотит. Особенно жутко становится, когда тяжелый взгляд Лютого вбивается в меня.

Он теперь совсем близко. Изучает исподлобья.

В горле пересыхает. Невольно закашливаюсь, обнимаю себя руками, чтобы хоть немного унять ту лихорадку, от которой меня всю трясет.

— Дом обыскали, — мрачно говорит Лютый. — Вещи твои проверили. Ничего нет.

Ну конечно, нет!

Я же ничего не брала.

— Прошу, я…

— Лучше тебе все отдать, — обрывает он ледяным тоном, глядя мне в глаза. — Самой. Поняла? Тогда… смягчу наказание.

От его похабной ухмылки кровь стынет в жилах.

Наказание? Какое еще наказание?

Глаза округляются. Эмоции душат. Вымолвить больше ничего не могу. Просто сижу и смотрю на то, как он ослабляет галстук, после сдергивает его через голову. Отбрасывает.

Молчать больше нельзя.

Но тут меня как раз и прорывает.

— Ничего я не трогала, — бормочу. — Честно. Сами посудите. Ну когда бы я успела? Только сбежать пыталась. Защищалась. Я даже не понимаю, о чем идет речь.

Собираюсь еще многое выдать.

Однако Лютый закрывает мне рот. Зажимает ладонью.

Возмущенно мычу. Верчу головой. Но он сдавливает так, что больше не дернуться. Жестко фиксирует.

— Когда у тебя встреча с заказчиком? — бросает хрипло.

Чего?..

И как отвечать, если он так держит.

Напрасно пробую его укусить. Ничего не выходит.

— Дай угадаю, — хмыкает. — Сегодня. Флешка нужна им до вечера. Дальше момент будет потерян. Обмен до сих пор не состоялся. Значит, товар сейчас при тебе.

Ему мой ответ не нужен.

Сам все решил. Нашел виновных. И плевать ему, что ни про какую флешку я ни сном, ни духом.

Нет, помню, он что-то складывал в сейф. Но разве я тогда придала этому значение?

Кубок его сжимала. Тряслась. Все мысли были о том, чтобы этого урода вырубить.

Лютый нависает надо мной. Пристально смотрит в глаза.

— Ну начнем, — заключает с кривой усмешкой.

Ресницами хлопаю.

Что — начнем?

— Обыск, — выдает он, будто по моим глазам прочитав немой вопрос.

Внутри тлеет слабая надежда, что Лютый отпустит меня. Когда ничего не найдет, успокоится.

Но… я сама себе не верю.

Успокоиться не получается.

Он убирает руку от моего лица, но я даже дыхание перевести не успеваю, потому что мерзавец раздирает мою футболку надвое. Просто берется за воротник и резко дергает.

Опешившая, смотрю на него. Открываю и закрываю рот. Крик застывает в груди болезненным комом.

— Последний раз спрашиваю, — чеканит Лютый. — Где флешка?

Силы находятся лишь на то, чтобы отрицательно покачать головой.

— Сама отдашь? — отрывисто спрашивает он, окидывает выразительным взглядом. — Или хочешь, чтобы я дальше искал?

— Не знаю я, нет у меня ничего, — едва ворочаю языком от испуга.

Лихорадочно скрещиваю руки на груди, чтобы хоть немного прикрыться. Под футболкой у меня плотный спортивный топ, но этот клочок ткани не защищает от прожигающего взгляда, который снова проходится по мне, будто трогает.

— Честно, — шепчу. — Клянусь. Нет у меня никакой флешки. Никогда не было. Иначе бы я вам сразу все отдала. Да я бы что угодно отдала, лишь бы вы меня не трогали. Не брала я ничего. Ну не брала!

Запинаюсь, от того, что воздух захлебываюсь и сбиваюсь.

— Возьмешь, — мрачно заявляет Лютый. — Ты у меня и в рот возьмешь, и в задницу. Но сперва надо флешку найти.

Он рывком стягивает мои штаны. Вместе с нижним бельем. А я настолько выбита из колеи, что даже не сопротивляюсь.

Урод и спортивный топ с меня срывает. Все прочь отбрасывает, оставляя меня абсолютно голой.

Слезы набегают на глаза. Истерика захлестывает.

Сжимаюсь вся. Поджимаю ноги выше, прикрываю грудь скрещенными руками. Как могу, стараюсь от него закрыться.

— Видите?! — выдаю нервно, задыхаюсь. — Теперь видите? Нет у меня никакой флешки.

Лютый ухмыляется шире. Внимательно рассматривает меня. Кажется, совсем не слушает или попросту не воспринимает мои слова.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Блядь, ловко ты это придумала, — заключает.

— Что? — роняю, оторопев.

— Почти купился, — хмыкает. — Сука, снова.

— Не…

— Знаю я ваши уловки.

О чем он сейчас?

Только и успеваю об этом подумать. Застыть в недоумении. А в следующий момент истошно кричу.