‍​ ‌ ‌ ​ ​ ‌ ‌ ‌ ​ ​ ‌ ​ ‌ ‌ ​ ‌ ​ ​ ​ ‌ ​ ‌ ‌ ‌ ​ ‌ ‌ ​ ​ ​ ‌ ‌ ​ ​ ‌ ‌ ​ ‌ ​ ‌ ​ ​ ​ ‌ ​ ‌ ‌‍27. Лютый

Херово.

А через секунду все становится еще херовее. Ее ресницы дергаются. Глаза блестят. И потом — полный пиздец. Слезы градом. По щекам. Ревет во всю. Прямо воет.

Убираю пальцы. Как могу — осторожно. Чтобы ничего там…

Да, блядь. Она от этого моего движения еще сильнее дергается и орет. Будто режу по живому.

Может, повредил ей чего?

Крови нет. Но хер знает. Она что сначала орала как резаная. Что теперь — по нарастающей. В разы громче.

Дрожит. Лицо ладонями закрывает. Плечи ходуном ходят.

У меня от такого поворота стояк в момент опадает. С этим ревом уже и на трах не тянет.

Вот дерьмо.

Все же сложилось. Идеально, блядь, совпало. Других вариантов нет. Ну не сам же Варвар эту блядскую флешку из-под носа у меня увел.

По затылку ладонью проезжаюсь. Стараюсь сосредоточиться. Но получается хуево.

Истерика эта мешает. Отвлекаюсь.

Ладно. С делом разберусь позже. Сейчас надо бы с ней решить.

Как бы не порвал там. Сухая совсем была. А вогнал я жестко.

Дебилом себя чувствую. Сука. С ней это уже в привычку входит. На пальцы смотрю. Нет, никаких следов.

Но чего она не замолкает? Не успокаивается?

Это у меня не первая целка. Только все, которые мне попадались, были совсем другими.

Такие целки, что… хуй заглотят — за уши не оттащить. И в жопу дают. А эта… ну с этой, блядь, сразу по пизде все пошло.

Теперь стою, смотрю на нее. Хрен знает, чего делать.

По сторонам осматриваюсь. Помедлив, пиджак на нее свой набрасываю.

Замолкает. Резко. Голову вскидывает. На меня смотрит.

Ну чего? Все?

Затихла.

Вот и хорошо.

Блядь. Как дернется. Пиджак мой отбрасывает. Когда пробую вернуть все обратно, начинает орать.

— Убери! — вопит и снова слезами заливается. — Убери руки!

Визжит. Ебануться просто. Как сирена. Ебанутая.

— Тихо, — говорю. — Не трону я тебя.

Глаза распахивает шире. Снова замолкает.

Но в этот раз пауза гораздо короче.

Дальше рыдает. Лупит меня кулаками, чтобы и не думал к ней прикоснуться. Аж трясется.

— Да все, блядь, все! — рявкаю.

Это наконец заставляет ее заглохнуть.

— Не трогаю, — выдаю. — Чего ты завелась?

— Ты… т-ты… — бормочет. — Уже тронул.

И снова, сука, в слезы.

— Больше не трону. Не трахаю целок. Ясно тебе?

Пизжу, конечно.

Каких баб у меня только не было. Ну вот таких, как она не было. А так… но я сейчас, что угодно сказать готов, лишь бы она заткнулась и перестала эту мокроту разводить.

Опять лицо ладонями закрывает. Всхлипывает.

— Больно тебе?

Никакого ответа.

— Так, не дергайся, — говорю. — Сейчас тебя в комнату отнесу.

Надо убрать ее из кабинета. Слишком много шума.

Подхватываю девчонку на руки, а она в этот момент будто застывает. Даже не шевельнется. Заледеневшая вся.

Вроде молчит. Но теперь мне ее вид еще сильнее не нравится. Напрягает такая реакция.

Толкаю дверь кабинета ногой. Выхожу в коридор. Прохожу вперед, выделяю ей первую подвернувшуюся по пути комнату. Получается, рядом с моей. Туда и заношу, в кресло усаживаю.

Совсем притихшая. Как прибитая теперь.

Блядь, бесит этот ее вид…

Так, надо врача вызвать. Пускай проверит, как она. Осмотрит. Заключение сделает. Или что там еще принято? Таблетки пускай какие-нибудь даст, чтобы она поспокойнее была.

Шагаю за дверь. Закрываю замок.

— Врач нужен, — говорю, набрав помощника.

— Да, босс, наш как раз ребят проверил…

— Нет, — отрезаю. — Наш — не подходит.

— Понял. А какой нужен?

— Женщина, — выдаю. — Девчонку надо осмотреть.

Не хочу, чтобы мужик ее лапал. Она вон какая дерганная сейчас. После меня. А с женщиной-врачом ей спокойнее будет.