Глава 28

Все так быстро произошло.

Вот еще совсем недавно я тряслась в машине, боясь, что что-то может пойти не так, и я не смогу даже увидеть своих детей.

Но вот мы уже уезжаем. Рядом со мной мой сын. На руках дочь. И человек, которому я обязана до конца жизни тоже рядом. Больше я никогда не предам. Даже из страха. Не усомнюсь в нем.

Светлана Юрьевна не стала нам препятствовать. У нее не было ни единого шанса. Да и она вполне адекватная женщина.

Богдан уже успел познакомиться с моим сыном. Они даже руки друг другу пожали.

Не знала, что он так ладит с детьми.

Он представился Саше моим хорошим другом, который помогает мне, и сказал, что мы какое-то время поживем у него. Это лучшее, что он мог придумать.

— А куда мы едем? — интересуюсь у Богдана, потому что вижу, что мы едем не в город.

— Ко мне домой. В настоящий дом. Теперь это безопасно.

Улыбнувшись, я ничего не говорю. Меня все устраивает.

Я общаюсь с сыном всю дорогу. Он много мне всего рассказывает. Чем занимался, о своих новых увлечениях. Я могла бы часами это слушать, но мы так быстро приезжаем. Будто в один миг оказались в другом месте.

— Это твой дом?

— Да. Моего отца был. Но я там уже все изменил. Обновил. Ну что, пойдем комнату тебе выбирать? — обращается Богдан к Саше.

— Пойдем, — с энтузизмом соглашается сын.

Богдан помогает моему сыну вылезти из машины, а я выхожу с дочерью с другой стороны. Богдан тут как тут, чтобы забрать у меня уснувшую Таю.

Я тут никогда не была, разумеется, но мне уже понятно, почему Богдан не захотел продавать этот дом. Он очень красивый. Здесь такая природа красивая. Дома достаточно отдалены друг от друга. Уединение.

— Точно можешь идти сама?

— Да. Могу.

— Мама, у тебя ноги болят? — спрашивает сынок.

— Нет, все хорошо, родной. Пойдем.

Я нахожу в себе силы зайти в дом и даже добраться до гостиной. Еще ни разу я не преодолевала столько расстояния за один раз. Устала очень, но все хорошо. Надо больше двигаться. Надеюсь, я вскоре смогу возобновить занятия.

Тая сразу проснулась, как мы вошли.

— Богдан Александрович, — в гостиной появляется улыбчивая женщина на вид около шестидесяти лет.

— Анна Георгиевна, познакомьтесь с Еленой, Сашей и Таей. Лена… Анна Георгиевна тут за старшую. К ней по любым вопросам. Я во всем ей доверяю. Она еще на моего отца очень много лет работала. Она тут живет.

— Добрый день. Очень приятно.

— И мне очень приятно. Какие красивые у вас детки… Надо их покормить, наверное, чем-нибудь вкусным. У меня уже все готово.

— Об этом я и хочу вас попросить, — одобряет Богдан. — Накормите детей, а потом устройте их по комнатам.

— Не бойся, иди, — говорю сыну.

Анна Георгиевна берет на руки мою дочь, а Саша идет рядом. Женщина увлекательно по пути рассказывает ему, что вкусного из сладкого приготовила. Сладкое он очень любит.

— Ты все это заранее спланировал? — спрашиваю Богдана.

— Ну да. Ну как, заранее, за несколько часов, — садится со мной рядом и берет мои ноги к себе на колени. — Не болят?

— Нет, правда все хорошо. Это приятная усталость.

Он начинает так приятно через ткань слегка сжимать мои ноги, массируя.

— Тебе надо отдохнуть. Не волнуйся, Анна Георгиевна о них позаботится. Ей можно доверять. Мой отец был очень осторожным, продуманным человеком. Он разбирался в людях. Анна его никогда не разочаровывала.

— Сразу видно, что приятная женщина. Ты еще маленький при ней был?

— Она появилась в нашем доме, когда мне было двенадцать. Мы сразу подружились, — улыбается. — Она и с твоими подружится, вот увидишь.

— Богдан, я так тебе благодарна…

— Я обещал тебе их вернуть. Я выполнил свое обещание.

— Не только за это. А за отношение к моим детям. Ты вообще не обязан и…

— Перестань. Я так хочу. А не потому, что тебя люблю. Но и поэтому тоже, конечно же. Они славные. И они твои. А я хочу быть с тобой. Так что придется нам дружить, — ухмыляется, а после лезет в карман пиджака а за телефоно. Был звук сообщения вроде.

То, с каким выражением лица Богдан читает там что-то — меня настораживает.

Надеюсь, что это не с Андреем связано. Надо бы передохнуть нам всем после всего этого стресса. Хотя бы пару дней.

— Что-то случилось?

— Нет.

— Правда?

— Это… неважно. Мне просто нужно кое-куда съездить. Решить один небольшой вопрос. Чем раньше, тем лучше. Не бойся, это Литвинова не касается. Если он объявится, то я тебе сразу скажу, — встает с дивана и наклоняется, чтобы поцеловать меня, а затем подает руку. — Пойдем, отведу тебя к твоим на кухню. Пообедаете. Потом поеду.