Глава 10

Не в моем положении ставить условия, но я хотя бы попытаюсь.

Если скажет «нет», то буду терпеть. Выбора у меня все равно нет. Богдан моя единственная надежда.

Буду терпеливо ждать и делать все для того, чтобы как можно скорее увидеть своих детей. В этом смысл моей жизни.

— Устрою, как только будет подходящий момент, — обещает Богдан.

— Хорошо, — киваю я, опустив глаза. — Андрей с тобой уже связался?

— Связался.

— Что он сказал? — резко поднимаю на него напряженный взгляд.

— Что ты так напрягалась?

— А ты не понимаешь? Он же попытается вернуть меня обратно. Любой ценой.

— Ты правда думаешь, что у него получится? — ухмыляется Богдан. — В прошлый раз у него получилось только потому, что ты так захотела, — вспоминает он прошлое, от воспоминания о котором сжимает горло.

— Мы… можем об этом не говорить? — спрашиваю его. — В этом ведь нет никакого смысла. Сам сказал, что ты вытащил меня оттуда из-за личной выгоды. Теперь…все иначе.

— Иначе, — подтверждает Богдан, а все же смотрит на меня так же, как и тогда, когда я разочаровала его.

— Я буду делать, что скажешь, — разворачиваюсь на коляске к нему спиной. — Я хотела бы уже отдыхать… Спокойной ночи.

Я правда очень ему благодарна. Но я не могу выразить эту благодарность. Он ее просто не примет. Он меня ненавидит. А когда-то любил. Но, как говорится, от любви до ненависти один шаг…

Но Богдан не уходит. Подходит, разворачивает коляску к себе и берет меня с нее на руки. Я молчу, пока он несет меня к кровати. Меня всю сковало. Кладет на край.

— Отдыхай, — говорит, накрывая меня одеялом. — Завтра приедет специалист, — усаживается на край кровати. — Будет с тобой заниматься. Один из лучших в стране. Он проверит, поставит прогноз. Но вообще по истории твоей болезни ясно, что ходить ты будешь. Мы как можно скорее ускорим этот процесс.

— Хорошо. Я только с радостью. Я так устала от этого кресла. Смотреть на него не могу.

— Хочется уже побегать?

Я слабо улыбаюсь.

Он помнит, что я люблю бегать. Так мы и познакомились. Заочно. Он увидел, как я бегаю в парке. А потом узнал на одном торжественном вечере.

Богдана я встретила первым. Встреча с Андреем у меня была позже.

— Мне хотя бы просто встать на ноги. Я не хочу никого обременять. Хочу элементарно сама о себе заботиться. Мне сначала надо себя в порядок привести, а уж потом пытаться вернуть детей. Но я так… так по ним скучаю, — ничего не могу поделать, начинаю откровенничать, еле сдерживая слезы.

Богдан смотрит все так же хмуро. В его взгляде нет сочувствия. Он просто выслушивает меня с каменным выражением лица. Эмпатия — не его сильная сторона. У него другая сильная сторона, которую я не оценила.

— Ты их увидишь. Они будут с тобой, если будешь умницей. Это проще, чем кажется.

— Так что тебе сказал Андрей?

— Тебе об этом знать не нужно.

— Пожалуйста, скажи мне… Я должна знать.

— Волосы на голове он рвет, как не смог все просчитать по поводу твоей изоляции. Пытался даже… выкупить тебя у меня.

Каков же ублюдок… Я не перестаю удивляться.

— И сколько, — сглатываю ком в горле, — он предложил за меня?

— Он не успел назвать цену.

— Даже не выслушал?

— Ты не вещь, чтобы я тебя продавал, — отвечает Богдан. — Ладно, отдыхай. Завтра я тебя навещу.

— Ты здесь живешь?

— Пока ты здесь — да. Не бойся, территория очень хорошо охраняемая. Литвинов тебя не достанет, — хочет подняться, но я беру его руку.

— Богдан… — выдыхаю. — Я знаю, что дело не только не в том, что ты хочешь использовать меня для мести Андрею. Ты… просто хороший человек и хочешь помочь мне, несмотря на прошлое. И я тебе благодарна. Правда. Я не заслуживаю твоей помощи…

— Это мне решать.

— Тебе, но…

— Никаких «но». Я уже все решил. Назад я никогда не поворачиваю. Я тебя забрал, и уже никуда не отпущу, пока ты не сможешь уйти своими ногами, — на этой ноте он встает и покидает комнату.