Глава 24

Глава 24

Я не робкого десятка, да и жизнь меня закалила. Но весовые категории у нас явно были неравны. Ариша справная девица, да и повыше меня. Я же в последнее время ощущала не только моральную, но и физическую дурноту. Однако пасовать я не стала.

Подскочила к поварихе, схватила ее за руки. Мобильный телефон оказался зажатым в наших пальцах. Я не давала взломщице сделать ни одного движения. Взгляд упал на бумаги — какие-то договора.

— Ты что задумала?! — закричала я на коллегу.

— Пусти меня! — как ребенок завопила Ариша.

— Твой смартфон останется у меня! — заявила я в ответ. — С ним будет разбираться охрана и Зорин.

Арина наступила мне на ногу, я вскрикнула от боли.

— Да не нужен мне твой Зорин, — просипела она, — не будь такой ревнивой сучкой!

Я аж задохнулась от возмущения. Ну и от боли тоже.

— Ты с ума сошла? Зачем тебе эти бумаги?!

Арина выдохнула, уставилась на меня своими серо-зелеными глазищами.

— В ресторане творятся неправильные вещи, — прошипела она, — а ты покрываешь своего обожаемого Зорина. Я когда узнала… Ты вообще в курсе, из какой рыбы мы готовим?! А ведь к нам ходят дети!

Теперь я вообще ничего не понимала. Пока еще Миша не поставил своего завхоза, и я сама принимаю сырье. Иногда Женя, когда у меня выходной. Все поставщики проверенные, я даже наслышана о многих. О чем болтает Ариша?

— На кухню поставляют хорошие продукты, — сказала я помощнице повара, — ты сама это прекрасно знаешь. Так что не ври!

Гладкое личико коллеги вытянулось.

— Это я обманываю! Пусти! В этих снимках должен разобраться знающий человек!

Теперь я вообще изумилась. Похоже, Арина не дорожит рабочим местом. Или твердо решила увольняться. О каких запретных продуктах она орет, я до сих пор не понимала, но знала одно — нельзя дать ей уйти.

Однако легко сказать, мои пальцы уже побелели от сильной хватки. Еще немного, и они разожмутся сами собой. А там и Ариша сделает ноги.

— На тебя подадут в суд! — припугнула я повариху.

Но та только хмыкнула.

— Вы ничего не докажите. Слова любовницы Зорина не в счет.

Она имела в виду меня. В голосе просквозила обида. Да, Ариша мало того, что сбрендила, еще и оскорблена как женщина. Господи, помоги!

— Здесь камеры, — заявила я.

Работница улыбнулась.

— Не ври, Росс бы удавилась ставить такую технику. А Михаил Олегович сам не знал, зачем все это время тут сидел. Хотя проворачивать делишки в таком захолустье легко.

Я закатила глаза — она идиотка. Дернула сильнее мобильный и… Арина отскочила к стене вместе с телефоном. Ну все, сейчас взломщица сделает ноги! У меня самой уже ехала крыша.

— Михаил Олегович, можно? У нас половина сотрудников куда-то пропали, а я хотела… — на пороге стояла Светочка. — Отпроситься на выписку из роддома сестры…

Она в растерянности закончила речь и смотрела на нас. Я спохватилась.

— Держи ее! — скомандовала я бывшей приятельнице. — Она сфотографировала документы.

Надо отдать должное Светке, она не растерялась ни на миг. Не стала задавать лишние вопросы и вихрем подскочила к Арине. Официантка молода, всю жизнь занимается легкой атлетикой, фитнесом. Она тут же отняла телефон у Ариши.

— Идем к охране? — спросила она у меня.

Когда Миша стал владельцем «Особняка княгини Росс», он сразу посадил здесь своего охранника. Его тетя Надя такими вещами не заморачивалась, а вот Зорин был осторожным. Так что нам со Светкой было куда идти. Ариша сразу испарилась, но тащить силой мы ее и не могли.

— Что случилось-то? — спросила в коридоре старшая официантка.

Но я могла только пожать плечами.

— Она говорила про какую-то рыбу, незаконные поставки. Но это полный бред! А еще мне кажется, кто-то попросил ее сделать снимки.

Света глубоко дышала.

— Вот бессмертная! А еще якобы влюблена была в Зорина… Точно — от любви до ненависти один шаг!

Светка щебетала, а я думала о двух вещах. Хорошо, официантка оказалась с головой. Пусть и сплетница, но против начальства не идет. И второе — есть ли доля правды в словах Ариши? Как спросить об этом у Зорина…

Сама я Мише не набирала. В конце концов, и он давно не звонил — где он и что, встретил ли маму. Абсурдно или нет, но я начинала чувствовать себя чужой в этом семействе. Может, Люся права? Я просто злая мачеха.

Марина, секретарша Зорина, в срочном порядке умчалась домой. Ей позвонили из коммунальной службы, якобы там потоп. Что-то подсказывает, верную работницу Миши обманули. Но больше она уже не вернулась, дело шло к концу дня.

Смартфон Арины мы отдали охране. С ним и с самой помощницей повара будут разбираться без нас. Светка только волновалась, как бы злобная коллега не написала заявление, что мы применили к ней насилие. Но я все же думаю, сотрудники Зорина утрясут возможные проблемы. А мы пока как могли включились в работу.

Прошло минут сорок, когда мой телефон ожил входящим. Миша… Что же, я сразу взяла трубку.

— Да.

— Уля! Что там произошло с Ариной?! Ты как?!

Хм, его интересую я или повариха?

— Я работаю, Миш. А ты сам где?

Не знаю, обижено ли звучал мой голос, но плевать.

— Привез маму в особняк, — сообщил мужчина, — тебе надо было мне сразу все рассказать про Арину. А если бы она слила какую-то информацию! Или навредила бы…

Конец фразы я уже не дослушала, у меня заложило уши. Я еще и не рассказала! Ну, Зорин!

— Я должна следить за всеми влюбленными в тебя? — уточнила я у босса. — Вроде бы это не входит в мои обязанности.

Миша немного помолчал.

— Вообще я имел в виду не должностную инструкцию, — его голос похолодел, — а наше личное общение. Между нами всегда была откровенность…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍У меня застучало в висках.

— Да, я ни с кем так не открывалась, как с тобой! Прости, что не закатила тебе сцену ревности! Да и вообще я никогда не была идеальным человеком для построения отношений!

В голос ударили слезы. Я не могла взять себя в руки и уже прекрасно знала, почему. От того трясло только больше. Сейчас мне как никогда нужен Зорин, и в то же время я не хочу его видеть! Пока я переводила дух, мужчина заговорил.

— Уля! — мое имя прилетело в трубку как снаряд. — Сейчас ко мне поедет охранник. Ты отправляешься вместе с ним! И только попробуй сбежать.

Да, по классике жанра любовных отношений я должна поехать на свою квартирку. Зорин этого опасается, похоже. А вот мне такой вариант и в голову не пришел! Да от одной мысли, что мы с Васькой останемся одни, меня начали душить слезы. И дело совсем не в материальном.

Я сидела на кухне и не заметила, как рядом оказался Лев Алексеич. Шеф-повар протягивал мне стакан с водой. Я взяла, надо хоть как-то успокоиться.

— Нервный выдался денек, — сказал мужчина, — но вы со Светланой молодцы. А вот с Арины я в шоке. Такая ведь исполнительная девочка! Неужели любовь ей так отключила мозги? Прости, Ульяна.

Да, слухи о происшествии в кабинете начальника разнеслись быстро. В ответ на вопросы Льва Алексеевич я только пожала плечами.

— Не понимаю, что ею двигало. Слушай, Лев Алексеич… Арина говорила про какую-то незаконную рыбу. Ты не в курсе? У нас ведь все нормально с поставщиками.

Повар сразу напрягся, даже пятнами пошел. Понятное дело, никому не хочется травить народ своими руками. Надежда Росс в этом плане всегда была порядочной.

— Хм… — через несколько секунд из повара вырвался невразумительный звук. — Вся наша рыба довольно качественная. Зорин даже урезал закупки, чтобы сырье не пропадало. Из меню исчезли…

Ох, работник кухни сейчас сядет на любимого конька. Но сегодня я просто физически не могу слушать про сокращенное меню. Мужчина еще что-то говорил, я отключила внимание.

— Я до последнего надеялся и не убирал буклеты с этой коллекцией, — закончил мужчина.

О чем он вообще? Впрочем, неважно.

Больше Лев Алексеевич ничего не успел мне рассказать, потому что меня позвала охрана. Пришло время ехать в дом Зорина. Я не стала вставать в позу, у меня просто физически не было на это сил. Да и Васю привезут туда из садика. Где он хвастался всем, что у него появился папа…

Да я и сама, черт возьми, люблю Зорина. Хоть сейчас и зла на него.

Не помню, как добрались до особняка. Я и безумно хотела увидеть Мишу, и боялась этой встречи. А еще рядом было слишком много людей, при которых надо сдерживать эмоции. Дети, охрана, матушка Зорина.

Сотруднику Миша сразу велел проходить в свой кабинет. По мне скользнул быстрым взглядом и как будто выдохнул. Однако глаза его горели не совсем добрым огнем. Ох, разговор точно предстоит сложный! А пока Зорин обратил свой взгляд на пожилую женщину, потом снова на меня.

— Познакомьтесь. Мама, это Ульяна. Уля, это моя мама, Анна Михайловна.

Я улыбнулась слегка.

Здравствуйте.

На меня внимательно смотрела низенькая блондинка. Мама Зорина выглядит так же бодро и подтянуто, как ее сестра Надежда. Только одета с европейской простотой — бежевые брючки, хлопковая блузка в полоску. Волосы прямые, чуть не достают до плеч. За белой краской женщина скрыла седину. Макияжа почти нет, приятное открытое лицо. Черты чем-то схожи с Мишиными.

— Здравствуйте, Ульяночка! Очень приятно!

Мама говорила сердечно, вроде бы без фальши. Ох, как хочется верить, что она будет не против меня.

— Мне нужно заняться делами, — сообщил Михаил.

Мы остались одни. Я задала гостье какие-то дежурные вопросы про дорогу и погоду. Сил на светские разговоры было мало, но просто так скрыться в спальне я не могла. Да и совсем скоро привезут Ваську. Нужно будет заняться ребенком.

Я с нетерпением ждала сына, но именно когда он приехал, началось самое интересное.

— Мам, а где мой папа?!

Мальчик забежал в гостиную из прихожей. Сзади шла Влада с девочками, они гуляли. Дашки видно не было, наверное, девочка в своей комнате. Вот и что отвечать Ваське.

— Мам, где папа Миша? — на всякий случай уточнил мальчик и уставился на меня как на глухую.

Я вздохнула.

— А поздороваться, Василий?

Сын поймал мой строгий взгляд, замер. Посмотрел на меня, Анну Михайловну. Женщина тоже глядела на ребенка с любопытством.

— Здравствуйте.

Я обратилась к потенциальной свекрови.

— Это мой сын, Вася.

Мама Миши кивнула, открыла рот и репликой поразила меня до глубины души.

— Да, Михаил сказал мне, что у него появился сынок. Как дела в садике, Васенька? Меня зови бабушкой Аней или просто бабушкой.

Вася почесал нос, сел рядом с «бабушкой» и на полном серьезе принялся делиться с ней детскими новостями. Что-то про радиоуправляемый вертолет друга, который они сломали, карамельный пудинг на полдник и как обычно про футбол. Женщина кивала.

Может, я все-таки зря дергаюсь по ее поводу?.. В гостиной воцарился покой, но тут вступила Люся.

— Бабушка, Ульяна не наша мама! Она — мачеха.

Пожилая женщина осталась спокойной. Она повернулась к девочке и поинтересовалась: — Это кто тебе так сказал?

Люся, кажется, растерялась. Обычно мы или делали вид, что не замечаем такие реплики. Или начинали уговаривать малышку, а в случае Зорина и воспитывать. Анна Михайловна же говорила с ней как со взрослой.

— Так написано, — заявила Людмила.

Бабушка качнула головой.

— Где это?

Девочка махнула в сторону лестницы — наверное, имела в виду детскую.

— Там!

Анна Михайловна приподняла брови.

— Покажешь мне?

Малая немного замялась. Но не в характере Люси пасовать! Девочка двинулась на второй этаж, гостья поспешила за ней.

Мне все меньше нравятся эти разговоры про мачеху, теперь еще при маме Михаила. Но и что делать я не знаю, ведь стараюсь окружить двойняшек заботой и любовью. Мое сердце искренне рвется к ним.

Вот и сейчас я улыбнулась Нюсе, и малышка тут же оказалась рядом. В ее руках был коричневый игрушечный песик.

— Бабушка подарила, — сказала девочка.

Она нажала на кнопку, игрушка запела по-английски. Нюся начала подмурлыкивать в такт. Я не сдержала улыбки, погладила ее по голове. Девочка села ко мне вплотную. Я обняла, она не вырывалась.

— Мы заведем собачку? — спросила она меня. — Живую?

Я усмехнулась.

— Только ее нам не хватает…

Подняла глаза — передо мной стоял Зорин. Брови сдвинуты.

— Почему бы и не завести? — спросил он. — Места много, и у нас все хорошо.

Недоволен. Значит, уловил мои эмоции. Ну и ладно.

— Все просто отлично, — прищурилась я, — так, Вася, пошли-ка мыть руки.

Васька остался в комнате до ужина, играл в игру. Я тоже была с ним, не хотела попадаться на глаза домашним. Тут сыграло и настроение, и чисто физическая усталость. Эх, серьезный разговор с Мишей точно назревает.

Но пока я обнимала подушку, даже подремала слегка. Несколько раз забежала Нюся, что-то обсудить про собачку. Потом ее утянула сестра. Уж не знаю, что они там выяснили с бабушкой. Позже заглянул Зорин и уже мягче позвал нас за стол.

Специально для гостьи Миша заказал из ресторана русской кухни манты. Это блюдо женщина очень любила в молодости, и, приехав на родину, хотела его попробовать. Сам мужчина тоже с удовольствием ел. Дайана поворчала насчет калорийности еды, но в итоге умяла свою порцию. Маленьким детям привезли паровые котлетки с овощами.

Я тоже оценила вкус легендарного блюда. Правда, мне оно показалось тяжелым, я едва съела пару штук. А вот на тушеные овощи налегала. Десерт мне тоже понравился, я съела большой кусок пирога с черникой.

Разговоры за столом велись непринужденные. Мама Миши что-то рассказывала о своей жизни в Европе, путешествиях. Укорила сына, что он слишком много работает и давно не вывозил детей на отдых. Дайана тоже поворчала, что все лето сидит дома как заключенная.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Зорин эти разговоры ничуть не смутили. Он вообще был весь в себе — наверное, думал о поступке Арины. На меня то и дело внимательно смотрел. Мне же было тоскливо от нашей размолвки. Хотелось поддержать мужчину, откровенно с ним поговорить.

Однако пока мы закончили ужин и переместились в гостиную. Там тоже завели светскую беседу ни о чем. Хотя по крайней мере, я не чувствовала негатива от мамы Зорина. Анна Михайловна вполне искренне мне улыбалась, при этом не лезла в душу. Я немного рассказала о себе, но никакие личные вопросы будущая свекровь не задавала.

Ваське не сиделось на месте. Сын захотел играть в приставку, утянул за собой мелких. Даша сообщила, что у нее важная «работа» и отбыла наверх. Мы остались втроем, и матушка Зорина деликатно произнесла: — Миша, Улечка, я отдохну немного в своей комнате.

Все полноценные спальни в доме теперь были заняты. Но нашлось небольшое боковое помещение. Там оборудовали гостевую. Не знаю, понравилось ли это маме Миши, но вида женщина не показывала. Держалась спокойно.

Мы с Зориным посмотрели ей в спину и переглянулись.

— Пошли в кабинет, — скомандовал мужчина.