Глава 7
- Ну что ты, зайчонок, ты ведь здорова, - Ника взяла себя в руки. Внутри кипело возмущение – неужели Егор додумался сообщить новость ребенку?!
Ася тяжело дышала и стояла, опустив глаза. Вероника подняла малышку на руки, чуть прижала к себе. Ей было все равно, что подумает ее сопровождающая.
- Бабушка говорит, ты сказала папе положить меня в больницу, - девочка была напряжена.
Вероника выдохнула.
- Асенька, - она поймала доверчивый взгляд, - вы с бабушкой просто побудете немного в гостинице для деток. Ты была когда-нибудь в отелях?
Девочка кивнула.
- Да, мы ездили на море. Мы будем лететь на самолете? – поинтересовалась она.
- Нет, - покачала головой Ника, - вы останетесь в Москве. Дяди и тети посмотрят, какая ты умная и здоровенькая девочка. И скажут, как быть, чтобы ты стала еще умней. Ты ведь скоро отправишься в школу.
- Леся говорит, ее брату не нравится в школе, - сообщила Аська.
- Вот, а тебе будет нравиться, - улыбнулась Ника, - не бойся ничего.
Ася обняла ее за шею. Ника посмотрела на мать Егора. Женщина сверлила их тяжелым взглядом. Но Вероника была слишком разозлена, чтобы смущаться.
Она поставила Асию на пол и попросила: - Подожди меня в комнате для занятий.
Девочка кивнула и засеменила к знакомой двери. Ника направилась к ее бабушке, которая все еще была здесь.
- Здравствуйте, - Вероника перевела дыхание и старалась говорить спокойно, - не совсем правильно вести с ней разговоры о клинике настолько заранее. Прежде ее посмотрят в формате консультации, и желательно, чтобы девочка на тот момент была максимально спокойна. Так будет проще выявить отклонения именно в состоянии ее организма, а не просто в поведении. Пугать Асю сейчас не нужно.
Но зрелая рыжая женщина напротив лишь поджала губы.
- Никто ее и не пугал, - отрезала она, - к чему эти сказки? Девочке шесть лет, она должна быть готова к жизни. У вас есть дети?
Последний вопрос прозвучал настолько внезапно и бестактно, что Вероника опешила.
- Нет, - она сказала правду.
- Ну вот, - резюмировала мать Егора, - а я – бабушка! Мне виднее, как и о чем говорить с собственной внучкой. К слову, я уже сомневаюсь в полезности вашей помощи. Ребенка давно нужно показать нормальным психиатрам, у нее явные отклонения! А Егор все тянет, да еще вы ему голову заморочили.
Ника ощущала от женщины явный негатив в сторону, как она выразилась, «собственной внучки». И такая позиция совсем не вызывала у девушки уважения. К тому же ей вдруг на уровне инстинкта захотелось защитить малышку от горе-бабушки.
- В центре, куда я рекомендую обратиться, будут все нужные специалисты, - пояснила Ника, - а вы все же постарайтесь не накручивать девочку. Ведь тогда обследование может затянуться, а вы наверняка не хотите провести в стационаре несколько недель.
На лице пожилой клиентки мелькнуло удивление, а потом растерянность. Она тут же постаралась взять себя в руки, но запал явно растеряла.
- Ладно, - бросила она, - посмотрим, что это будет за учреждение. Только имейте в виду, если мне покажутся непрофессиональными ваши доктора, мы тут же отправимся в другое место! Вы можете пудрить мозги моему сыну, но не мне!
Ника недоумевала, отчего родительница Зверя так агрессивно настроена в ее сторону. Но женщина уже начала ее раздражать.
- Решать все равно Егору, - спокойно сказала она, - только у него полные права на дочь. А я всего лишь даю рекомендации. Извините, у меня начинается занятие. Всего доброго.
- До свидания, - маменька Егора смерила Веронику взглядом и зашагала в сторону выхода.
Света из-за стойки поймала взгляд Вероники и закатила глаза.
Работа с Аськой развеяла все неприятные эмоции, что подарила Веронике ее бабушка. Ника перевидала много детей, но такой трогательной и светлой малышки, казалось, не знала. А когда она ловила в ее внешности или манерах черты Егора, у нее вообще замирало сердце.
Ника уже и сама, как отец Аськи, начала волноваться перед обследованиями. Хотя опыт подсказывал, что девочка здорова, но внутри сидела тревога – вдруг профессионалы найдут у дочки Зверя серьезные отклонения?
Вероника старалась не показать волнение Асии, сделала с ней несколько рисуночных тестов. А пока та старательно раскрашивала свои художества, расписала выводы для Егора и специалистов клиники.
Мужчина пришел почти сразу, как она закончила. Сердце художницы подпрыгнуло от вида особенного клиента. Ей страшно хотелось дотронуться до него, обнять, поцеловать. Но при девочке они не могли позволить себе вольности. Как, впрочем, и обсуждать ее состояние.
- Привет! – Егор широко улыбнулся. Он тяжело дышал – видимо, быстро шел от машины.
- Привет, - Ника коснулась его губ хотя бы взглядом, - сейчас я попрошу Асю посидеть со Светой, а то она очень скучает, и мы все обсудим.
Зверев кивнул.
Ника взяла маленькую теплую ладошку и передала златоволосое сокровище под присмотр администраторше. Ася сразу побежала к мальберту, а Вероника поспешила к Егору.
Едва девушка шагнула в дверь, как оказалась прижата спиной к ней, а грудью к мужскому телу. Створка оказалась заблокированной в закрытом состоянии, и они смогли дать волю взаимному притяжению.
Ника изо всех сил старалась не стонать, когда его жаркие губы гуляли по ее шее. Больше всего хотелось, чтобы он украл ее сейчас, и они снова окунулись в океан наслаждения. Но существовали дела поважнее.
- Давай поговорим об Аське, - прошептала она.
Он еще раз отрывисто поцеловал ее губы и улыбнулся.
- Начинай, - мужчина выпустил ее из объятий и прошел к столу, - пока я прямо здесь на тебя не набросился.
Ника хихикнула. Еще недавно она бы пугалась и просила его прекратить. Но после нескольких дней разлуки и его прохлады этот порыв и слова были настоящим счастьем.
Девушка взяла в руки отпечатанный листок.
- Я написала рекомендации, - сказала она, - с ними вы пойдете на прием. Имей в виду, вам могут сразу предложить размещение в стационаре. Возьмите все нужное, чтобы не тратить день.
- Тревожность… Заниженная самооценка, - Егор читал и хмурился, - это серьезно?
Ника пожала плечами.
- Я не хочу ставить диагнозы, - призналась она, - пусть этим занимаются психологи и дефектологи. На мой взгляд, Ася чувствует себя незащищенной, виноватой. Отсюда замкнутость. А в остальном должны делать выводы врачи.
- Но я же всегда ее защищу! – не выдержал отец.
Вероника подошла к мужчине и опустила ладошку на его плечо.
- Шш, тут немного другое. Сейчас я позвоню своей приятельнице, которая работает в клинике.
Пока Вероника слушала тараторящую подружку, Зверев внимательно смотрел на нее. А когда она опустила телефон, его взгляд стал вопросительным.
- Там, как оказалось, очередь, - пожала плечами Ника, - вас смогут принять лишь дней через пять.
- Ясно, - кивнул Зверь, - ну что же, подождем. К тебе Аську тоже пока не водить?
Вероника задумалась.
- Не знаю, в принципе эти дни она может отдохнуть.
Егор усмехнулся.
- Да она сюда рвется, как на праздник. Разве что матери нужно дать выходные, ей и так придется пожить в больнице с Асей.
Нике хотелось обсудить с мужчиной поведение его мамы в отношении Аси. Вместе с тем она не знала, насколько это будет вежливо. Но тревога за ребенка все же переборола.
- Егор, твоя мама… Она не слишком строга с девочкой?
Вероника посмотрела ему в глаза. Он понял.
- Да, есть немного, - вздохнул Зверь, - но тут ничего не поделаешь. Аську мне больше некому доверить, с нянями она совсем не контактирует. И потом, все-таки моя мать – ее бабушка, желать зла она не должна. Ворчлива немного в силу возраста и характера.
Ника приподняла брови.
- Тебе видней, но она уже рассказала ребенку о больнице. Если Ася предстанет перед специалистами перепуганной, будут трудности с диагнозом. Придется обращаться заново.
Егор нахмурился и покачал головой.
- Я поговорю с матушкой, - пообещал он, - надеюсь, всё это скоро закончится.
Девушка потянулась к Зверю через стол, взяла его за руки. Она давно заметила, каким ранимым он становится, если дело касается дочки. Веронике очень хотелось подставить ему плечо.
- Ты поедешь с нами на прием? – он как будто услышал ее мысли.
Ника хотела тут же радостно согласиться, но вдруг вспомнила о приезде мамы. Они с супругом прибывают незадолго до этого, и Вероника уже договорилась о чертовом совместном обеде со Степой.
- Я не смогу, - обреченно произнесла она, - приезжает моя мама из Санкт-Петербурга. Мы условились побыть вместе.
Егор замахал головой в согласии.
- Тогда остаемся на связи.
Все следующие дни у Вероники не было ни малейшего повода для счастья. Подходил день встречи с родственниками и бывшим женихом, который омрачал весь приезд горячо любимой мамы. Да еще Егор в очередной раз пропал и совсем не звонил девушке.
Она понимала, занятый бизнесмен не обязан набирать ей каждый час. Но выкроить время на короткую беседу хотя бы раз в день способен каждый. Значит, мужчина больше не рвался с ней говорить.
В последнюю их встречу в студии он с таким наслаждением целовал ее, так крепко обнимал… Не было похоже, что он от нее отдалился. Но после снова затянулось молчание. Даже Аську так ни разу не привели к ней.
Вероника назначила посиделки с мамой и Степой на самое начало их визита, чтобы быстрее покончить с этим. Потом она выдохнет и станет получать удовольствие от живого общения с родительницей. Мама, конечно, вздохнула, узнав, что погулять с «зятем» не получится, но была рада и короткому обеду в кафе. Женщина с уважением приняла мнимую занятость Степана.
В назначенный день Степа предложил за ней заехать, но Ника сразу же отказалась. Она не верила в невинный порыв доставить ее с удобством, да и никакого комфорта от компании этого человека не испытала бы. Девушка спокойно добралась на метро, вот только пришла позже всех. Вид Степы рядом с мамой напрягал – что успел наговорить ей бывший?..
Она тепло поздоровалась с родными, хотя один раз они уже виделись – девушка встречала их на вокзале. Степан тоже поднялся ей навстречу, по-хозяйски обнял и смачно чмокнул в губы. Ника еле сдержалась, чтоб не залепить ему пощечину. Она уже начала жалеть, что затеяла эту авантюру. Степа будет гнуть свою линию, вести себя нагло. Оставалось надеяться, что она продержится.
- Как твое давление, мам? – вспомнила Вероника, когда маленькая темноволосая официантка приняла у них заказ.
Пышногрудая блондинка в ответ как-то криво улыбнулась, а вот ее молчаливый сухонький муж вдруг отмер.
- Да что с ним будет, Вероник? – хмыкнул он. – Оно у нее выше ста тридцати не поднимается! Учитывая возраст, хоть в космос запускай. У меня бывает и за сто шестьдесят жмет, а я не жалуюсь.
Маменька Ники прищурилась.
- Не надо намекать на мою старость, Витя! – попросила она. – Тебе бы вот не помешало думать о здоровье, продолжительность жизни мужчин…
- Я не поняла, у тебя все хорошо с давлением?.. – Вероника ошарашенно перебила маму.
- Конечно, - вновь радостно вступил Виктор, - я ей сколько раз говорил – не пугай девчонку по телефону! Думаешь, я бы поехал с ней, будь она при смерти?
Вопрос адресовался Нике, но она лишь удивленно взглянула на мужчину.
- Если у всех все хорошо, то, может, шампанского за встречу? – ожил Степа.
Но Вероника нахмурилась.
- Мам, ну как же так?!
Однако женщина не устыдилась, а лишь поджала губы.
- Ты словно и не рада, Вероничка. Да, мне показалось, у меня повышенное давление. А меряла его уже после звонка тебе. Ну так это же здорово! Я за шампанское! И… возможно, нам есть, что отметить?
«Мой потерянный день, пока я занимаюсь черт знает чем, в то время как нужна Егору», - подумала Ника.
- Когда уже официальная помолвка? – выдала матушка.
Ее муж от такой бестактности только крякнул. Вероника перехватила плотоядный взгляд Степана.
- О свадьбе мы думаем давно, - невозмутимо ответил молодой мужчина, - думаю, я прямо сейчас могу попросить у вас руки Ники. А кольцо мы купим потом, какое ей понравится. В конце концов мы столько лет вместе.
- Вот и отлично! – воскликнула пожилая женщина. Она уже энергично подзывала официантку.
Ника поняла, отделаться малой кровью при рассказе о своем одиночестве не получится. Да и ей вдруг стало плевать. Сердце девушки захлестывала обида за Егора, за Аську. Сейчас она должна быть рядом с ними, а не изображать пару с бывшим в угоду притворяющейся больной родительнице.
- Не нужно алкоголя, мам, - твердо сказала она.
Но лицо матушки вмиг сделалось еще счастливее.
- Ника, неужели ты?.. – она приложила ладони к щекам. – Я стану бабушкой?!
Лицо ее супруга тоже просветлело. На Степу же Вероника старалась даже не смотреть.
- Нет, не станешь, - серьезно сказала она.
Женщина побледнела.
- У тебя проблемы со здоровьем, девочка?! – он искренне встревожилась. – Не переживай, мы найдем новых врачей! Съездим в тот монастырь…
Ника шумно выдохнула.
- Со мной все в порядке, - сообщила она, - просто мы со Степой расстались.
Мать схватилась за голову, словно на нее сверху летела бетонная плита. В ее глазах даже блеснули слезы.
- Ну как же так, Никочка! – закричала она. – Вы же здесь, вдвоем…
- Мам, я думала у тебя давление, и хотела сообщить позже. Степа мне любезно подыграл. Прости за ложь, но мы уже реально не вместе.
- Ну что же вы, дети?..
Мама уже вытирала влагу в уголках глаз. Ее муж сделался серьезным и молчал. А вот Степан не остался тихим.
- Что касается меня, - заявил он, - я всеми руками за наши отношения. Это Вероника захотела их прервать. Я же целиком и полностью поддерживаю идею создать семью.
Мать Ники встрепенулась и забыла про слезы. Она строго посмотрела на дочь.
- Вероника! – сказала она тоном, которым ругала ее за четверки. – Что за новости?! Тебе сколько лет?! Определяться пора! Профессии нет, семьи нет!
Ника вдруг почувствовала себя такой одинокой. Она медленно подняла глаза на маму.
- Давай, я буду решать сама?
Но ту было не остановить.
- Да чего ты нарешаешь?! – взвилась она. – Я хочу тебе счастья!
Вероника поняла, смягчать краски она больше не может. Иначе ее прямо отсюда отправят под венец.
- Я верю, мам, я верю, - кивнула она, - но здесь не тот случай. Обожаемый тобой Степан изменил мне прямо на моих глазах. А потом просил прощения, сдавив мне горло. Если бы не случайный прохожий, возможно, я бы не сидела сейчас перед тобой. Я не хотела вываливать на тебя эти факты, как снег на голову, но видно, так должно быть.
Маменька потеряла дар речи и только безмолвно шевелила губами. Ее супруг нахмурился.
- Извольте объясниться, молодой человек! – жестко сказал он Степану.
Тот грузно поднялся, чуть не опрокинул тарелку с «Цезарем».
- Ничего я не буду объяснять, - зло ответил он, - это наши личные дела. Такое бывает у всех! А ты дура, Вероника! Останешься в сорок лет с котами и чужими детьми.
Степан удалился, громко топая. Маменька уже не сдерживала слез. Виктор пытался хоть как-то успокоить жену, и на Веронику никто не обращал внимания. Девушка неслышно встала и, оставив на столешнице несколько купюр, медленно побрела к выходу. Ей было трудно дышать, и прохладный воздух дождливого лета тоже не принес облегчения.
Вероника ни капли не жалела о своем поступке, в конце концов, не выходить же ей замуж только ради удовольствия мамы. Но ей казалось, Степан отчасти прав, и ей вполне грозит тоскливое одиночество. Прекрасная сказка с Егором стремительно сходила на нет. Мужчина не позвонил даже сегодня, хотя бы рассказать, как они с Асей побывали в центре.
Хотя ей было действительно важно знать, она переживала за подопечную. Ника наплевала на гордость и набрала мужчине сама. Правда, даже не надеялась, что он возьмет трубку.
- Да, малышка, - теплый вмиг согрел Веронику.
- Егор, - она старалась успокоить дыхание, - я хотела узнать, как там Ася?
Он помолчал пару секунд.
- Мне понравилась клиника, - наконец заговорил он, - никто не налепил нам ярлык с порога. С ней провели какие-то тесты и определили их с моей матерью в палату. Впереди полное обследование.
Вероника улыбнулась с облегчением.
- Я навещу ее, - сказала она.
Мужчина вдруг усмехнулся.
- А меня ты навестить не хочешь? – низким голосом поинтересовался он. – Я совсем один остался в большом доме.
Ника почувствовала, как ее пульс набирает скорость.
- А ты этого хочешь? – тихо спросила она.
На другом конце «провода» вновь образовалась пауза.
- Не понял! – воскликнул вскоре мужчина. – Я только этого и хочу со дня нашего знакомства. У тебя там все в порядке?
Нике безумно захотелось оказаться сейчас в его сильных руках. Она сделала вдох-выдох и… на ее плечи легли совершенно другие ладони.
- Ник, ну прости, я психанул!
быстро нажала на отбой, хотя Егор уже криком спрашивал, кто с ней.
- Степ, зачем ты вернулся?!
Вероника вывернулась из рук бывшего жениха и оглянулась в сторону кафе. Но мамы с Виктором не было видно, наверное, пожилая чета решили переварить услышанное внутри заведения. Теперь задачей Ники было отвязаться от Степана.
Она зашагала к метро, но мужчина ожидаемо преградил ей путь. Девушка не хотела скандала, ей стоило скорей перезвонить Егору.
- Пропусти, - попросила она.
- Давай нормально поговорим! – взмолился бывший.
- Степа, нам не о чем болтать! – отрезала Ника. – Когда ты поймешь? После твоих поступков назад дороги нет!
Вероника произнесла эти слова и вдруг осознала, ей уже не так больно вспоминать предательство Степана. Этот факт почти не вызывал чувств.
- Да ты и не любила меня никогда! – завел привычную пластинку Степа.
Ника думала лишь о том, что Егор сейчас не находит себе места.
- Наверное, ты прав.
Обескураженный мужчина отпрянул, и Ника ускорилась в сторону подземки. Отойдя немного, она набрала номер Зверя.
- Вероника! – он кричал. – Где ты? Только не говори, что ты с этим подонком!
Ника набралась смелости и произнесла: - Егор, забери меня, пожалуйста.
- Да откуда?! – без промедления воскликнул мужчина.
Вероника назвала станцию, где они смогут пересечься.
Она увидела его машину почти сразу, но мужчина вдобавок помахал ей рукой. Ника подошла к нему быстро, спрятала лицо на его груди. Замерзшими пальцами впилась в его жесткую кожаную куртку. Он задавал какие-то вопросы, но девушка только вдыхала полной грудью его запах и ничего вокруг не замечала.
Ника заговорила, лишь когда он усадил ее в машину, и они поехали.
- Тебе не показалось, это был Степан, - призналась она.
Вероника глубоко вздохнула и рассказала Зверю о своей афере с мамой. Он только качал головой.
- Ну ты даешь, Ник, - только и смог сказать Зверев, - я никогда не наказывал дочь, но тебя бы сейчас выпорол, честно.
Вероника посмотрела исподлобья.
- Для мамы наши отношения служили единственным поводом для радости, - объяснила она, - а тут всё так внезапно, еще ее здоровье… Хотя сейчас я понимаю, я затеяла всё зря.
Сразу после этих слов зазвонил ее мобильный. Вероника вздрогнула, а при взгляде на экран напряженно выдохнула. Про нее, видимо, вспомнила мама.
- Да, мам, - осторожно откликнулась девушка.
Матушка беспокойно спрашивала, где она. Голос родительницы звучал грустно, но не строго. Она призналась, до нее только дошел смысл произошедшего между ее дочерью и женихом. Мама спрашивала, в безопасности ли Ника. Волновалась и просила быть осторожнее.
Веронике стало легче. В глубине души она боялась – мама не поймет, обвинит ее по примеру Степана. Но родительница к счастью оказалась на ее стороне. Впрочем, она вновь огорчена жизнью дочери.
- Все хорошо, мам, - заверила Ника, - встретимся послезавтра, как и договаривались.
Они попрощались, и девушка нажала отбой. Взглянула на Егора.
- Твоя мама должна быть счастлива от того, какая у нее дочь, - искренне сказал он.
Но Вероника только усмехнулась.
- Да какая я… Никому не нужная.
Ника подумала, сейчас Егор окончательно разочаруется в ней. Она совершает опрометчивые поступки, да еще и жалуется на жизнь. Действительно, ничего общего со страстной незнакомкой из леса. Но мужчина возмутился.
- Как это никому?! А мне?
Он приподнял брови.
- Ты совсем не звонишь, - тихо заметила Вероника, поражаясь своей откровенности.
Мужчина выдохнул.
- Так ты просила не напирать! Я и веду себя скромно.
- Я думала, ты больше не хочешь иметь со мной ничего общего, - продолжала делиться своими сомнениями Ника, - ну кроме дел с Аськой, конечно.
- Чего?!
Они как раз притормозили в пробке, Егор повернулся к ней и властно взял за подбородок.
- По-моему, свобода не пошла тебе на пользу.
Он накрыл ее губы сильным поцелуем. Движения его губ и языка выбили у нее кислород, но вдохнули тягу к жизни.
- На сегодняшний вечер я украду тебя в свое звериное логово, - сообщил мужчина, - сопротивление бесполезно, предупреждаю сразу. Желательно просто получать удовольствие.
- Мм?
Ника кивнула и почувствовала такое облегчение, что аж слезы навернулись на глаза. Егор вдруг засмеялся.
- Ты прямо как моя Аська, - сказал он, - та тоже до последнего не плачет, только дуется, как индюк.
Ника чуть снова не надулась, а потом сама рассмеялась из-за этого.
Они заехали в крытый гараж, Егор помог Нике выбраться из его высокого автомобиля. Ее ладонь мужчина не отпустил, сжимал крепко, словно она может убежать. Хотя последнего Вероника хотела меньше всего. Сейчас она как никогда нуждалась в его обществе.
Зверь приобнял ее за талию, когда они пошли по узкому коридору в сторону жилых помещений. А потом и вовсе подхватил на руки. Девушка почувствовала себя защищенной. В сознании стиралось все, не относящееся к ним – Степа, расстроенная ее поведением мама, проблемы студии. С ним Ника забывала про все на свете.
Гостиную ярко освещал верхний свет, но она все равно смотрелась мрачной. Вероника не испытывала негативных эмоций от вида помпезной обстановки в темных тонах. В его доме она в принципе не могла чувствовать себя плохо. Скорее, интерьер навевал ей что-то сказочное и таинственное.
- Я не менял здесь ничего, - он заметил, что она осматривается, - не было времени. Дом принадлежал пожилым супругам, они уехали к детям в Европу. Теперь даже не знаю, когда получится затеять ремонт.
- Ты не будешь продавать этот дом? – почему-то спросила Ника.
Зверь покачал головой.
- Нет, мне он нравится. Есть, где разгуляться. Я даже спортивный зал внизу оборудовал. Причем довелось тренировать в нем одного бойца.
- Ты говорил, что был тренером по боксу, - кивнула Вероника, - и как твой подопечный, выиграл бой?
Зверь подошел вплотную.
- Конечно, - низким голосом произнес он, - сомневаешься?
Она лишь покачала головой.
- Ты голодна? – он опустил ладони на ее талию.
- Нет, - нахмурилась Вероника. Она вспомнила о недавнем обеде.
- А я очень…
Он крепко прижал ее к себе, и Ника поняла, о чем он говорит. Животом через тонкую кофточку и его брюки она ощутила набухшую мужскую плоть. Ее организм тут же откликнулся пульсирующим возбуждением.
- В этом смысле я тоже…
Она закрыла лицо ладошками, не веря, что произнесла это вслух. С ним она становилась смелее.
- Твои признания так заводят, - прошептал он ей прямо в ухо. Резко приподнял и усадил себе на бедра.
Она приоткрыла губы в ожидании его настойчивого поцелуя. Мужчина не подвел, и их языки уже через секунду с силой ласкали друг друга. Ника не подумала бы раньше, что чей-то вкус может так ее будоражить и манить. В прошлых отношениях она воспринимала поцелуи как некий ритуал или данность.
Остатками сознания Ника поняла, Егор несет ее куда-то. Они преодолели лестницу и мужчина толкнул дверь в спальню. Для Вероники стало так волнительно здесь оказаться. В его, как он сам сказал, логове.