33. Андрей

Закрыв дверь, за которой скрылась Хлопушка, чувствую какое-то саднящее разочарование.

Что это вообще было с нами? Мы же не переносим друг друга. А сейчас словно с цепи сорвались и кинулись в объятия, словно два глупых сердца, от одиночества потянувшиеся друг к другу… Или сердца тут не при чем? Может это просто влечение? Если это так, то со мной такое впервые. Так сильно хотеть кого-то было для меня в новинку. Женщины всегда были для меня лишь одноразовым удовольствием. Встречаться с кем-то на постоянной основе мне не хотелось ни разу. Да и близость с одной и той же партнершей во второй раз была уже не такой яркой, словно какое-то разочарование всякий раз, как от приевшегося блюда. Интересно, с Хлопушкиной было бы так же?..

Из моих мыслей меня выдергивает голос няни.

– Андрюша, я так понимаю за ЭТОТ кофе тебя благодарила прекрасная незнакомка? – Семеновна указывает на плиту, залитую сбежавшим напитком, и откровенно меня троллит. – Давай, рассказывай – это та самая ведьма? И ты, наверное, привел её сюда, чтобы снять с себя проклятие? – ну всё, она уже не скрывает улыбку, она откровенно хохочет.

– Семеновна, я запутался… – женщина перестаёт смеяться, откладывая губку, которой мыла плиту, и садится напротив меня за стол, всем своим видом показывая, что готова слушать. – Она меня бесит с самого первого дня нашего знакомства, меня раздражает всё в её внешности, у неё ужасно острый язык, она всё делает не так…

– Но при этом не уходит из мыслей? – заканчивает за меня няня.

– Да… – говорю на выдохе и опускаю голову на руки, пытаясь осознать то, что сказанные мной слова сейчас прозвучали как приговор. Приговор самому себе…

– И что тебя беспокоит во всём этом? – таинственно улыбаясь задает вопрос женщина.

– Я не хочу о ней думать! Хочу забыть о её существовании! Хочу жить дальше так, как жил до её появления…

– Ну а кто ж тебе мешает, Андрюша? Живи! – Семеновна говорит без насмешки, а я не понимаю, что она имеет ввиду.

– Да не получается как раньше. На работе – она, в спортзале – она, да я даже в магазин в кои-то веки выбрался – и там с ней встретился!!!

Няня встает из-за стола, раздумывая о чем-то, подходит к мойке и начинает мыть посуду. Я не мешаю, а просто жду. За столько лет я уже понял, что эти действия помогают ей думать. Наконец, Семеновна поворачивается ко мне и выдаёт:

– Тебе нужно уехать. На пару недель, может на месяц.

Я не ожидал такого совета… Пару минут я пытаюсь осмыслить сказанное мне.

– Семеновна – ты гений! – я бросаюсь к няне, обнимая её. Женщина смеется и хлопает меня по спине:

– Всё, Андрюша, давай мой руки и будем ужинать.

Я ухожу к себе, попутно размышляя, куда бы мне взять коммандировку на недельку. Хоть Семеновна и говорит, что надо уезжать примерно на месяц, но мне кажется, что недели вполне хватит, чтобы прийти в себя и выкинуть из головы рыжее недоразумение.

Перед ужином решаю принять душ. Но мысли снова возвращаются к Хлопушке. Интересно, что она будет делать, пока я буду в отъезде? Будет ходить в зал три раза в неделю, у неё ж абонемент. Похудеет наверное… Кирилл будет клеиться, он явно заинтересовался ею. Роман наверное закрутят…

Последняя мысль почему-то меня разозлила. Не знаю, почему. Не нравится мне этот Кирилл.

Но мне ведь и Хлопушка не нравится?

Ну тогда получается, что это не должно меня волновать?

Да меня это и не волнует! Пусть встречаются на здоровье! Мне всё равно.

Я с силой хлопаю по крану и выключаю воду. Вот, зараза, – даже помыться спокойно не дала!

Выхожу и душа и слышу вскрик няни. Бегу в гостиную, откуда он исходил и вижу странную картину: Семеновна держит в руках мою машинку и смотрит так, будто увидела привидение. Потом она замечает меня и переводит взгляд. пытаясь скрыть шок, который я уже успел заметить на её лице.

– Андрей, что это? – спрашивает, всё еще пытаясь говорить непринужденно.

– В смысле? – я тяну с ответом, пытаясь понять причину такой реакции, считываю каждую эмоцию няни. – Это детская игрушка, машинка, – говорю насмешливо, чтобы себя не выдать, и жду, что она спросит дальше.

– Откуда она здесь? – неправильный вопрос, Семеновна. Теперь я уверен, что ты что-то скрываешь от меня и тоже узнала её.

– Под дверью лежала, когда я пришел.

– И ты не знаешь, кто её оставил?

Мне хочется прямо сейчас задать ей все вопросы, которые так и рвутся с языка, но я решаю сделать это позже. Сначала хочу кое-что проверить.

– Нет, там записки не было. А почему тебя так заинтересовала эта машинка?

Семеновна тушуется, ставит машинку на тумбу, где она и стояла, когда я её занес в квартиру.

– Да не заинтересовала она меня вовсе. Просто не ожидала у тебя в квартире увидеть детские игрушки, – она явно нервничает и желает это скрыть. – Ты ужинать идешь? Остыло уже всё!

Женщина ретируется на кухню, оставляя меня с огромным количеством невысказанных вопросов. Почему она нервничает? Что ей известно о моей семье? Действительно ли семнадцать лет назад отец нашел её через агентство?