Эпилог

Я шла к нему в больницу вовсе не для того, чтобы рассказать ему о беременности. Я сама о ней узнала только два дня назад. Собиралась к Лиманскому сразу, как узнала о том, что он очнулся, но сначала решила навестить Васятку. Пришла в детдом, а у них капуста тушеная на обед. Я раньше её просто обожала, а тут как только дверь открыла, меня чуть не вывернуло. От сильной тошноты даже сознание едва не потеряла – ребята подхватили и повели в медпункт.

Врач померяла давление, которое оказалось слегка пониженным, и вдруг спросила, не беременна ли я.

– Нет, это исключено, – отрезала немного резко, потому что вопрос в очередной раз надавил на больное.

– Вы всё же проверьтеся, мало ли чего…

Провериться мне пришлось в этот же день. И причем в той же больнице, где лежал Андрей.

Из детдома я сразу поехала к нему. Лифт был занят и я решила подняться по лестнице. Еле дошла до второго этажа и села прямо на пол в коридоре.

Тут уже меня не спрашивали – померяли совсем опустившееся давление, взяли кровь и повели на осмотр к врачу, а оттуда на УЗИ.

Доктор водила по животу холодным аппаратом, рассказывая мне о том, какие органы уже видны на таком небольшом сроке, а я не могла произнести и слова, лишь вздрагивала от беззвучных рыданий.

– Девушка, что вы так расстраиваетесь? Ребеночка не планировали, да?

– Планировала, – всхлипывая отвечаю, – да только другого…

Врач покосилась на меня как на ненормальную и решила больше ничего не спрашивать.

Получив первые фото своего малыша, я присела на лавку рядом с кабинетом, и всё не могла уйти – казалось, что это какой-то сон и я могу проснуться, а ничего этого в реальности не будет. И тут мне позвонила Семеновна. Я вкратце рассказала ей, где нахожусь, попросила ничего не говорить Андрею и спуститься ко мне.

Тётя Надя обнимала меня и плакала:

– Это Настенька вымолила тебя нашему Андрюше! Теперь и мне умереть не страшно – все детки пристроены надежно.

– Надежда Семеновна, вы простите меня, но у нас с Андреем ничего не получится. Ребенка я конечно от него скрывать не буду, но и жениться на мне из-за него не позволю.

– Алиночка, да он же любит тебя! Просто признать это боится…

– Если боится в чувствах признаться, то что говорить о детях. Их он тоже будет бояться. А у меня скоро двое будут.

И я рассказала ей о Васятке.

– Алиночка, ты всё же дай ему шанс, сходи к нему, прошу тебя, – даже Семеновна сомневалась в том, что Андрей примет двух детей, один из которых ему не родной.

Я пообещала, но на следующий день мне было так плохо от мучившего меня токсикоза, что из дома я так и не решилась выйти.

Сегодня, собираясь в больницу, всё время прокручивала в голове слова тети Нади «дай ему шанс». А нужен ли он ему?

Ответ я искала с первых минут, войдя в палату. Когда Андрей начал писать мне в телефоне, я сначала совершенно ему не верила, но после слов о Васе и фиктивном браке поняла, что он настроен решительно. Да и это был уже совсем не тот Лиманский, которого я увидела, впервые придя в офис АртСтроя на собеседование. Он изменился. Я не знаю, как это произошло, но этому человеку, который лежит передо мной весь в бинтах и частично в гипсе, который не может даже говорить, я верю. Доверяю. Нет, даже не так. ВВЕРЯЮ себя и своих будущих детей ему.

Год спустя.

– Василий, придержи дверь, – Андрей вносит в комнату большую коробку, которая немного загораживает ему обзор. Он теперь всегда прихрамывает, так как такие травмы, по словам врачей, никогда бесследно не проходят. – Алиш, я всё-таки купил с подлокотниками, парень ведь учится и много времени будет проводить за компом, без подлокотников неудобно.

Муж достает из коробки детали от компьютерного стула на колесиках. Это подарок Киту – старшему брату нашего Васятки, – у которого завтра день рождения. Ребята живут с бабушкой, но мы тесно общаемся, и частенько их навещаем всей семьёй. Вася очень скучает по братьям, а бабушка стала совсем плоха здоровьем, поэтому приезжать она не может.

Родителей Перепелкиных не посадили, но лишили прав. Они бросили пить, пытаются наладить нормальную жизнь и тоже общаются с детьми по мере возможности. Мы к ним не навязываемся и не помогаем. Это было принципиальное моё решение – люди должны сами преодолеть трудности, иначе никакой урок они не сделают и рано или поздно вернутся к тому же, из-за чего и оказались в такой ситуации.

У нас родилась доченька – Настенька. Когда мы узнали пол будущего малыша, Андрей только-только начинал произносить какие-то отдельные слова, и услышав от доктора на УЗИ, что у нас будет дочка, он уверенно и четко произнёс её имя – «Анастасия».

Я нисколько не возражала. Помимо того, что так звали его маму, это имя переводится с греческого как «воскресение». Мой муж, да и я сама, благодаря нашей доченьке словно воскресли для новой жизни. В ней появился смысл – быть счастливыми и растить счастливыми наших детей.

О том, как у нас появилась Настенька, я могу сказать лишь одно – это чудо Божье. После той встречи в храме с отцом Александром в моей жизни начали происходить такие вещи, которым я не могла найти другого объяснения, как назвать их промыслом Божьим. Я несколько раз приходила в тот храм, и батюшка помогал мне разобраться с тем, что я переживала и чувствовала. Теперь мы уже всей семьёй приходим в церковь каждое воскресенье. Это наша семейная традиция, потребность души и огромная благодарность Богу за то, что так всё устроил в нашей жизни.

Кстати, а ведь с нами случилось и еще одно невероятное чудо. Когда муж еще был в больнице, я каждый день по несколько часов просиживала с ним. Говорить он не мог, и просил, чтобы я рассказывала ему о себе. Я вспоминала детство, разные истории, а он слушал и улыбался, нежно держа мою руку. Однажды он попросил меня принести мои детские и семейные фото, чтобы познакомиться с моей семьей хотя бы заочно. И вот тут-то произошло нечто потрясающее. Когда Андрей увидел фото моего брата, он вскочил на кровати, и во все глаза всматривался в снимок, где мы с Сашкой стоим возле старой отцовской Волги. Я пыталась понять, что его так взбудоражило, но так и не увидела чего-то особенного. Тогда Андрей, слегка оправившись от шока, взял телефон и долго печатал мне в нём сообщение.

«Я уже дважды видел твоего брата. Первый раз это было в тот день, когда я несся по трассе, пытаясь забыться и свести счеты со своей никчемной жизнью… Он стоял на обочине… Или мне это привиделось. Я не могу сказать, но помню только одно – он махал мне руками, чтобы я остановился. Я притормозил на долю секунды и в этот момент слетел с дороги. Получается, он спас меня»

Я была поражена, и очень счастлива – мой брат заботится обо мне даже будучи в другом мире. Он сохранил моего любимого и отца моего будущего ребенка.

– А когда ты видел его второй раз? – решила уточнить, может я неправильно поняла его сообщение.

«Второй раз я видел его во сне, когда был уже здесь в больнице. Мне снилось, что ты идешь в свадебном платье по узкой дорожке. Тебя держит за руку какой-то мужчина, идущий впереди, а ты ведешь за собой меня. Когда этот парень повернулся, я увидел это лицо».

_____________________

Вот так я обрела смысл в жизни. У меня есть всё, что может сделать меня счастливой – семья, любимый муж, дети, у меня есть свой дом, который Андрей купил сразу после нашей свадьбы. У меня даже есть работа, которая нравится мне и оставляет возможность совмещать её с заботой о семье. Я-таки стала художником, как всегда мечтала. Только рисую я не всякую ерунду на заказ, а делаю иллюстрации к детским книжкам, которые издаются в православном издательстве.

Покормив свою малышку, я ставлю видео-няню возле кроватки, прикрываю дверь и иду в свою мастерскую. Сегодня я не буду рисовать, но мне нужно найти среди вещей один очень важный предмет. Покопавшись в коробках, которые привезла из своей квартиры и всё никак не получалось разобрать, я всё-таки достаю то, ради чего пришла сюда.

Красивый блокнот с картинами импрессионистов на каждом листочке. Это мой дневник, который я завела чуть больше года назад. Я открываю его и с улыбкой пробегаю взглядом все пункты. Это мои первые шаги к новой жизни, то, что стало первой ступенькой к переменам. Я прошла этот путь, и теперь мне хотелось добавить еще несколько пунктов.

Никогда не опускать рук! Верить, что никакие усилия не проходят бесследно.

И самое главное:

Доверьтесь Богу и не гоняйтесь за счастьем!