Глава 18 Витая в облаках

А что было дальше? Дальше было очень сладко. Сначала мы с Максимом долго лежали на кровати и рассматривали друг друга. Пытались осознать то, что только что произошло. Всё-таки первая близость – особенное событие. То, что остается в памяти надолго. Особенно если эта близость вообще первая в жизни. Так что для меня, можно сказать, весь мир перевернулся с ног на голову. Я натянула пододеяльник чуть ли не до самого подбородка, потому что горячка страсти прошла и внезапно накатило смущение. – Оль, ну чего ты? – Макс улыбнулся и снова меня поцеловал. Нежно-нежно так, отчего снова зашлось сердце. – Я уже всё видел, и мне всё понравилось. Так что не надо стыдиться и комплексовать. Ты прекрасна… – Правда? – Правда, – улыбнулся, нагло отвлекая мое внимание, и одним резким движением сорвал простыню. – Эй! Так нечестно! – возмутилась я, попытавшись прикрыться руками, но Макс быстро отвел их в стороны и перевернул меня на спину. – Очень даже честно, – почти промурлыкал, лаская мое тело одновременно нежным и горячим взглядом. – Тебе нечего стыдиться, Оль. Каждая частичка твоего тела мне нравится. Я мог бы любоваться тобой часами. Так что не надо кутаться. – Ох… – от слов любимого тело тут же обдало жаром, а внизу живота снова заплясали всполохи возбуждения. – И тебе понравилось… Ну… Ты понял… Да, мне было стыдно напрямую спросить, понравилось ли ему заниматься со мной любовью Но Макс и без слов всё понял. – Очень понравилось, Олененок. Настолько, что я готов повторить. – Уже? – наивно спросила, чем еще сильнее развеселила Максима. – О да. Не бойся, Оль. Я буду осторожно, чтобы не сделать больно. Не напрягайся только и тебе будет хорошо…. Хорошо действительно было. Даже слова подобрать сложно, чтобы описать весь спектр пережитых мной ощущений. А после я снова плавала в розово-ванильных облаках, приходила в себя и понимала, что фильмы и дамские романы не врали. Что близость с любимым действительно приносит неземное блаженство… Единственное, что меня напрягло – это то, что мы не предохранялись. Ведь в данный момент беременность для нас обоих станет катастрофой. – Макс, – осторожно протянула, оттирая белесые потеки с бедра. И с ужасом думая о том, что родители меня убьют, если будет залет. – Не переживай, – Тихомиров сел рядом и прижал меня к себе. – Я успел вытащить. Но если тебя это так беспокоит, то я завтра же куплю резинки. Идет? – Да, так будет лучше. – я выдохнула с облегчением и поцеловала Макса в плечо. Все-таки ППА слишком ненадежный метод защиты. Лучше перестраховаться. – Вот и супер, а теперь пошли в душ. Помыться нам не помешает. Душ мы снова принимали вместе. Мое смущение уже улеглось, и я от совместного пребывания в ванной получила только удовольствие. А потом… Потом настала пора заниматься делами обыденными. Макс выдал мне футболку и боксеры, и мы вместе начали устранять наведенный беспорядок. Отправили мокрую одежду в стирку, вытерли потеки воды на линолеуме. И отправились на кухню соображать ужин. Макс заварил чай, а я сварила пельмени. Настоящие, домашние. В отличие от моих родителей, бабушка Максима всё делала своими руками: пельмешки, и манты, чебуреки и сладкую выпечку. – Боже, это невероятно вкусно, – свою порцию я умяла в один присест. Оставалось только вздохнуть и потереть округлившийся животик. – Твоя бабушка молодец. – Я вас с ней обязательно познакомлю. Ты ее сразу же полюбишь. Да и она тебя тоже, я уверен. – Слушай, – тут я напряглась. – А она точно не вернется сегодня? Да, мне вдруг стало страшно. Хотелось познакомиться с бабулей Макса нормально, и быть причесанной и красиво одетой. А то мой нынешний вид не способствует созданию благоприятного впечатления. За километр же видно, что мы с Максом только что выбрались из койки. А мне не хочется, чтобы Валентина Егоровна посчитала меня девицей легкого поведения. – Нет, расслабься, бабуля с дач всегда возвращается в понедельник утром. Или предупреждает заранее о том, что приедет раньше, чтобы я ее встретил. Так что не накручивай себя, а лучше чай пей. С малиновым вареньем. Его тоже бабуля готовила. И мы действительно пили чай с безумно вкусным вареньем. А еще танцевали, да. Макс включил красивую медленную музыку, и мы долго под нее кружились. Ну и за рояль я его посадила. В тот вечер я была единственной зрительницей моего Маэстро, и меня это полностью устраивало. Никто не мешал наслаждаться виртуозной игрой любимого парня и потрясающе талантливого пианиста в одном лице. Макс сыграл мне не только известные арии, сонеты и симфонии, но и музыку собственного сочинения. И она была невероятно прекрасна. Я слушала затаив дыхание, боясь испортить красоту момента и нарушить гармонию прекрасной мелодии. – Под нее нужны стихи… – задумчиво заметила я, когда Макс закончил. – Знаю. И надеюсь, что рано или поздно, но они появятся. А после… Мы снова оказались в постели и любили друг друга до самого утра. И весь следующий день провели вместе, лишь ближе к вечеру я уехала в общежитие. Но, несмотря на все наши старания, эта прогулка под дождем даром для моего здоровья не прошла. Уже в понедельник вечером у меня открылся насморк, а во вторник утром я свалилась с температурой под тридцать девять. Моя соседка тут же свинтила к подружкам, чтобы не подцепить бациллы, как она сказала. А вот Макс. Он начал меня выхаживать, да. Умудрился каким-то невероятным образом подлизаться к нашей вахтерше, и она его спокойно пропускала. Он носил мне лекарства, фрукты и варенье, и даже судочки с бульонами, приготовленными бабушкой. Мне было безумно приятно, но я все же пыталась его прогонять. Потому что очень боялась заразить. А вот Тихомиров ничего не боялся. Он спокойно подавал мне салфетки и целовал в губы. И плевать ему было и на мой распухший нос, и на далекий от красивого внешний вид. Так что неудивительно, что с такой заботой я поправилась очень быстро, и мы снова начали выбираться на прогулки…