Глава 23

Андрей и сам понимал, что таблетки – это дрянь. И Семён ему не понравился. Он был пустым. И Андрей вряд ли пошёл к нему второй раз, если бы не Яр.

Слова о том, что Андрею нельзя жрать таблетки, произвели волшебный эффект.

Слово «нельзя» Андрей ненавидел ещё с тех пор, когда его произносил отец. Отец произносил это редко, но веско, и хотя не грозил физической расправой – только лишением карманных денег и каникулами, проведёнными взаперти – это слово всегда имело эффект.

То, что Яр вздумал вести себя как отец, Андрея разозлило. Потому что какой же он нахер отец, если ебёт его сам и подкладывает другим?

Гордость Андрея оказалась ущемлена этим запретом неожиданно сильно, потому что теперь оказывалось, что перейдя на сторону Яра, он не выиграл ничего.

И именно потому, что Яр сказал «нельзя», Андрей на следующий вечер снова пошёл в «Катакомбы».

Семён был там, и с ним на сей раз были какие-то хорошо одетые парни. Андрей присматривался к ним со стороны какое-то время, а затем увидел своего старого знакомого – Рима Бесова. Их взгляды встретились, и Андрей решился. Кивнул, усмехнулся и подошёл к ним.

Снова были таблетки и снова болтали ни о чём. Больше даже молчали, потому что у парней были девчонки, которые занимали всё их внимание, а часам к двенадцати двое девочек образовалось и по разные стороны от Андрея.

- Трек тупой, - заметила одна, пристраиваясь к Андрею плотней.

Отвечать Андрею не пришлось, потому что вторая тут же заявила:

- А по-моему классный, да, Андрей?

Андрей понял, что он тут, в общем-то, нужен только как приз за еженощный конкурс женской охоты и, ловко выпутавшись из объятий, затерялся на танцполе.

В этот раз он вернулся в половине второго, но Яр, у которого вечером была какая-то собственная тусовка с директорами новой фирмы, уже спал.

Пошёл Андрей в «Катакомбы» и на следующий вечер, и на вечер через вечер.

Он всё ждал, когда Яр спросит что-нибудь, но тот заговорил с ним о клубе только раз, выпроводив очередную делегацию новых сотрудников.

- Выглядишь плохо, - сказал он.

У Андрея в самом деле прочно поселились под глазами синяки, а лицо всё чаще казалось неудачным рисунком экспрессиониста.

- Не презентабельно? – Андрей усмехнулся и, подойдя к камину, включил музыкальный центр. Они с Яром сходились только на классике. Клубную музыку Яр в доме не переносил, а Андрей морщился, слыша его записи «Афганских песен». Зато Шопена и Вивальди любили оба. Андрею этот вкус привили отец и пять лет в музыкальной школе. Яру – тоже родители, хоть и намного раньше.

Андрей потянул футболку, пытаясь отвлечь Яра от разговора, который начинался не очень хорошо. Сам он предпочёл бы вообще помолчать – и потрахаться, потому что это у них всё ещё получалось хорошо.

Яр поймал его руку и отвёл в сторону, не давая раздеться.

- Да, - сказал он серьёзно.

- Тоска, - вздохнул Андрей и, выпутавшись из рук Яра, пристроился на пол у его ног. – Со мной никто не захочет спать.

- Дебил. Меня всерьёз принимать не будут, если вокруг меня такая дешевка виться будет.

- Сука ты, Яр, - сказал Андрей устало и закрыл глаза. Откинул голову назад, на краешек сиденья, и замер так.

Яр молча плеснул в стакан коньяка и поднёс к губам. Подумал и снова поставил на стол.

- Ты ведь больше не жрал эту дрянь?

- Какую? – Андрей открыл глаза и как ни в чём не бывало посмотрел на него.

- Ты сам знаешь. ЛСД или что у тебя там?

Андрей резко развернулся и склонил голову на бок, вглядываясь в его глаза.

- А почему нет, Яр?

- Умрёшь молодым.

- И что? Годам к тридцати я всё равно стану, - Андрей усмехнулся, - непрезентабельным. И ты меня утопишь. Как и обещал.

- Дурак.

Яр отвернулся. Андрей смотрел на него ещё какое-то время, а потом произнёс:

- Скажи мне, что для тебя это важно, Яр.

- Что это поменяет?

- Скажи, что ты не хочешь, чтобы я умирал, и я брошу, Яр. Для тебя.

Яр поджал губы и всё-таки снова посмотрел на него. Подцепил подбородок двумя пальцами и всмотрелся в глаза.

Сказать было трудно. Он знал, что Андрей снова хочет заставить его быть слабым. Хочет обрести власть.

Но Андрей принимал, в этом Яр был почти уверен. И нужно было либо сажать его под замок, либо… Либо попробовать договориться так. Одна фраза против его испорченной жизни.

- Мне это важно, - сказал он наконец. – И если я узнаю, что ты всё ещё….

- Замолчи, - Андрей приподнялся и коснулся губами его губ. – Я не боюсь. Но я больше не буду. Клянусь.

Андрей легко поцеловал его ещё раз.

От этих невесомых прикосновений у Яра бежали мурашки по всему телу. Эта лёгкая вибрация была не такой яркой, как экстаз, который он испытывал во время секса с Андреем, но она была приятней, потому что затрагивала внутри него струны, которые не трогал никто и никогда.

- Иди к себе, - приказал Яр и, обнаружив, что голос у него охрип, замолк.

Андрей встал – скользнул вверх, как кобра, и неторопливо направился к выходу.

Уже у двери остановился и обернулся через плечо.

- Мне и в клуб больше не ходить?

Яр попытался сфокусировать сознание.

- Ходи, - сказал он. – Я хочу понять, чем нам зацепить Семёна, когда придёт время.

Андрей пожал плечами.

- Таблетки. Он на них прочно сидит. Больше у него нет ничего. Друзья, девушки – всё это не важно для него.

- Перерезать поставки…

- Перехватить. Будешь продавать ему наркоту – он будет твой.

Яр усмехнулся и посмотрел на Андрея уже по-другому. Иногда мальчишка его удивлял. Если бы ещё он не был шлюхой…

- Свободен, - отрезал он твёрдо и отвернулся.

14 февраля 1995 года

Яр любит меня. Как бы он не пытался это скрыть. Я нужен ему, и он боится за меня. Надо только придумать, как выудить эти чувства на поверхность, как заставить его говорить.

Как заставить его слушать меня…

***

Просыпался Андрей ближе к четырём. Дальше выбор был богатый – либо у Яра намечалась встреча, где он был нужен, либо он мог идти на все четыре стороны, и тогда он шёл в клуб.

ЛСД больше не было, и в клубе теперь было скучно – как говорится, трезвый среди пьяных - белая ворона. Но Семён вроде как ещё был нужен, да и сам Андрей развлечения получше придумать не мог.

Он вставал, приводил себя в порядок, переодевался сразу к вечеру и спускался вниз.

В качалку ходить перестал – вроде как на танцполе напряжения хватало, а вставать по утрам было всё тяжелей. Яр был слишком занят, чтобы за этим следить, да и сам пропускал теперь тренировки всё чаще.

Выбравшись на улицу, Андрей подмигивал машине охраны: он довольно быстро просёк, в чём секрет спокойствия Яра – неприметная бэха следовала за ним по пятам, куда бы он ни пошёл, и сам Андрей не заметил бы её, если бы не заметил как-то Ивана, вышедшего из машины купить сигарет.

Андрею было всё равно. Так было даже проще. А в каком-то смысле это было даже приятно, – потому что Яр отрывал от работы двоих людей, чтобы только проконтролировать его одного.

Вечера он продолжал проводить с Семёном и его друзьями, стараясь испаряться, когда привлекал к себе чьё-то слишком пристальное внимание – в основном девушек.

Один раз, впрочем, внимание оказалось более пристальным, чем можно было ожидать, и исходило оно вовсе не от представительниц слабого пола.

Как-то ближе к концу февраля Андрей поймал на себе взгляд мужчины, стоящего за стойкой.

Андрей посмотрел на него в ответ и приподнял бровь, ожидая, когда тот отвернётся, но тот явно не чувствовал себя смущённым.

- Кто это? – спросил Андрей, наклоняясь к Семёну.

Тот перехватил его взгляд и усмехнулся.

- Это Серов. А чё он смотрит на тебя?

Андрей пожал плечами и встал.

К Серову напрямую он не пошёл – светить свою ориентацию не хотел. Смешался на какое-то время с толпой на танцполе, искоса продолжая наблюдать за мужчиной, казавшимся абсолютно неуместным в этом зале со своим чёрным пиджаком и белой чисто выглаженной рубашкой. «Дилер?» - подумал Андрей. Это было интересно, потому что могло помочь Яру перекрыть каналы доступа Семёна к наркоте. А кроме того, это было просто любопытно – мужчина смотрел на него с таким упорством, что чесался затылок.

Андрей выбрался из толпы и пошёл к бару – якобы заказать попить.

Подал знак бармену и прислонился к стойке бедром, так что глаза его теперь были в полуметре от глаз Серова.

- Нравлюсь? – спросил Андрей с усмешкой.

Серов чуть повернулся, устраивая руку поудобнее на стойке.

- Может быть.

Андрей получил коктейль, расплатился и, благодарно кивнув бармену, снова повернулся к Серову.

- А ты кто?

Серов поднял бровь.

- Михаил.

- Это я понял. Андрей. А что ты делаешь здесь? Немного не твоя тусовка, как по мне.

Михаил негромко рассмеялся. Потом посмотрел на Андрея уже серьёзно.

- Это моя тусовка, малыш. Я – хозяин клуба.

- О! – Андрей поднял бровь. Взял в руки коктейль и, отвернувшись к залу, сделал глоток. Мысли его продолжали крутиться вокруг наркоты. «Хозяин - это даже лучше» - подумал он, - «все реки текут в океан», - он снова посмотрел на Серова, не скрывая интереса, впрочем, стараясь не проявлять его и слишком явно. – Хороший клуб, - сказал он, - самый классный, какой я видел в Москве.

Михаил усмехнулся, чуть опустил голову и пристально посмотрел на Андрея из-под бровей.

- Я знаю.

- Но в Англии видал и получше, - добавил Андрей и улыбнулся, - звуковая система у тебя гавно.

Улыбка сползла с лица Михаила, и он ещё ближе свёл брови к переносице.

- Ну, удачи, - Андрей махнул рукой и, поставив пустой стакан на стойку, двинулся к выходу.

29 февраля 1995 года

Интересно, понравится это Яру или нет? С одной стороны, через Серова можно перехватить контроль полностью над всей сетью поставок. Семён в самом деле будет у него в кармане.

С другой - что-то мне не хочется, чтобы повторилась история с Козыревым.

Хотел бы я, чтобы он был нормальным человеком, и с ним можно было просто поговорить. Просто спросить, нравится ему мой план или нет. Но он даже не услышит меня. Как не слышит никогда.

Может, если я сделаю всё сам, он, наконец, поймёт, что я на всё готов для него? Я принесу ему Семёна на блюдечке, и он никуда не денется. Ему придётся признать, что я нужен ему.

***

Яр нервно скомкал вчерашний отчёт и запустил им в камин. Сейчас он жалел, что камин не настоящий, и комок попросту отлетел обратно и упал на ковёр.

- И что этот Серов? – спросил он. – Отстал от него?

- Ну, догонять точно не стал, - Иван поудобнее устроился на диване. – Я, честно, не разберу, как это у ваших происходит, но если как у всех, то, думаю, Серов запал.

Иван замолк на какое-то время, а потом продолжил:

- Разрешите спросить, Ярослав Игнатьевич.

Яр кивнул.

- Так и надо? Это же вы его отправили в клуб, да? Чтобы Серов его…

Яр метнул в телохранителя злой взгляд, и Иван заткнулся.

- Я его туда отправил, это да. Но никакого Серова в планах не было. Если он к Андрею хоть пальцем притронется – в расход его прямо там.

- Серова… или Андрея?

- Серова. А Андрея ко мне. Я сам разберусь.

Иван прокашлялся.

- Ярослав Игнатьевич, Серов – солидное лицо. У него своя крыша.

- Ты приказ получил – получил. А что за крыша – это я разберусь. Свободен.

Яр качнул головой в сторону двери.

Иван встал, собираясь уходить, но Яр окликнул его.

- А что с таблетками? Было ещё?

Иван покачал головой.

- Если и было, то прячет хорошо.

- Завтра как уйдёт – обыщите его комнату. А то мало ли… Ещё за хранение не хватало сесть.

Яр снова отвернулся. Сделал ещё глоток, а потом потянулся к телефону.

Первым он набрал номер Даши. Вторым – номер Люка. Вопрос был один и тот же.

- Ты можешь мне узнать про Серова, владельца клуба «Катакомбы»? Всё. Кто мама, кто папа. Есть ли дети, в том числе внебрачные, и главное – кто его крышует.

- Нафига он тебе? – спросил Люк. С тех пор, как из отряда он остался один, Люк стал заместителем Яра. А после того, как Яр начал оформлять переход на легальную основу, вся теневая сторона бизнеса целиком осталась на нём.

Яр прицокнул языком, размышляя, говорить или нет.

- Клуб у него купить хочу. Говорят, эта курочка золотые яйца несёт.

Люк хмыкнул.

- Так-то да. Бизнес неплохой. Ладно. Узнаю – позвоню.