Глава 22.

- Я сожалею о том, что случилось с вашим отцом.

Яр скользнул рукой вдоль бока Андрея, сидевшего на подлокотнике его кресла.

Близость Андрея придавала ему уверенности. Когда тела Андрея не было у него в руках, Яру казалось, что он и сам лишился руки.

Дело, впрочем, было не только в психологическом комфорте.

Худенького мальчика, разодетого в дорогие шмотки, никто не принимал всерьёз. Никто даже не проверял, есть ли у Андрея оружие, а металлоискатели он обходил с лёгкой улыбкой, иногда опасно прижимаясь к охранникам бедром.

Улыбка у Андрея в самом деле была какая-то… волшебная. Яр заметил уже давно, что эта улыбка служит пропуском в каждые двери, а любую услугу позволяет получить бесплатно и без применения силы. Он и сам иногда впадал в странный транс, глядя на эту улыбку, становился словно обкуренный – уходили все беды и хотелось просто смотреть на неё ещё и ещё.

- Я тоже, - Семён, парень лет двадцати пяти, только что унаследовавший фирму отца, откинулся на спинку кресла и усмехнулся. – Говорил же я вам, у него сердце больное. А вы в сауну, да под водочку…

Яр сморгнул, прогоняя наваждение. Развёл руками и ответил:

- Кто ж знал… Так что будем делать теперь, а, Семён?

- А что теперь делать? Ничего. Лев Александрович, документы у вас? – Семён протянул руку, и в ладонь ему тут же легла чёрная папка, которую он, не открывая, протянул Ярославу. – Как договорились. Контрольный пакет остаётся у меня. Шестьдесят процентов отчислений тоже мне.

Яр поморщился. Те деньги, которые крутились в фирме Хамелёвых сейчас, ни в какое сравнение не шли с тем, что собирался запустить он. Валерий упрямился зря. В выигрыше остались бы оба, и куда честнее было бы дать ему двадцать процентов отчислений, ну, может быть, двадцать пять.

Сыну его, к счастью, было всё равно, что станет с фирмой отца. Он хотел только уверенности в том, что сможет проводить время на дорогих тусовках, и ему никогда не придётся работать. В последствии Яр планировал забрать у него и тот пакет, который сейчас Хамелёв оставлял себе.

Яр принял папку из его рук, но открыть не успел – пальцы Андрея вцепились в чёрный пластик раньше и, уложив папку себе на колени, тот принялся просматривать страницы одну за другой.

Семён, внимательно следивший за ним, усмехнулся и перевёл на Яра вопросительный взгляд.

- Это мой юрист. – Ответил Яр с улыбкой. Андрея он не торопил. Дождался, когда тот пролистает бумаги до самого конца и кивнёт. – Ну что, подписываем и по водочке? Сауну подогреть?

Семён нервно хохотнул.

Вслед за Яром он поставил на документах свои подписи, а затем произнёс:

- Я не любитель. И на вечер у меня другие планы, чувак.

Вся серьёзность слетела с него вмиг, едва сделка была завершена, и, поднявшись, он двинулся к двери. Вся его свита, в лице двух охранников, юриста и секретарши, потянулась за ним.

- На связи, - бросил Семён напоследок и вышел.

Яр дождался, когда за ним захлопнется дверь квартиры и, не поворачиваясь, спросил:

- Как он тебе?

Андрей повёл плечом.

- Нормальный пацан.

Андрей встал и потянулся, да так красноречиво, что у Яра заныло в паху. Рубашек и костюмов он по-прежнему не носил, а футболки так льнули к его телу, что Яру было больно смотреть.

- Сходи с ним куда-то вечерком, - произнёс Яр лениво, продолжая следить, как прогибается тонкое тело.

Андрей чуть повернул голову и метнул в него обжигающий взгляд.

- С ним-то зачем? Он натурал, - бросил Андрей.

- Я не сказал переспать, - Яр поймал его за пояс и чуть подтянул к себе. Затем погладил затянутое в грубую джинсу бедро – ощущение было куда слабее, чем он хотел. – Просто сходи. Пообщайся, получше узнай.

Рука Яра вернулась наверх и забралась под футболку. Андрей повернулся, и она оказалась у него на животе. Яр тут же проследил изгибы подтянутого пресса. Андрей прогнулся, подставляясь под ласку сильней.

- Хорошо, - согласился он, - я знаю, где он тусуется. Что-то ещё?

Яр поднял взгляд, вглядываясь в лицо Андрея – тонкие крылья носа, чувственные губы и заострившиеся скулы.

- Станцуй для меня, - приказал он, откидываясь назад.

Андрей молча, неторопливой походкой, двинулся к камину. Камин у Яра в городе был электрический и появился потому, что его хотел Андрей. Что-то было у него связано с этим излишеством интерьера, и Яр до сих пор не знал что – впрочем, никогда особо и не пытался узнать.

Стереосистему, стоявшую на каминной полке, тоже выбирал Андрей. Яра просто не интересовало, какие там басы и сколько она выжимает мегагерц. А вот Андрей подошёл к делу со вкусом и спустил на эту штуку добрых пять косарей. Деньги он вообще тратил со вкусом и никогда в этом деле не стеснялся – так же, впрочем, как и в любом другом.

Андрей нажал на кнопку, и из динамиков полилась тихая музыка. Для таких случаев – методов проб и ошибок – был выбран Шопен.

Андрей прикрыл глаза и изогнулся, будто подаваясь навстречу музыке. Медленно потянул за края футболки, а потом одним быстрым движением дёрнул её вверх и бросил в сторону.

Шагнул к Яру и медленно стал поворачиваться вокруг своей оси, изгибаясь в такт музыке.

Когда он повернулся, пуговица на джинсах уже была расстёгнута, и они чуть сползли вниз, демонстрируя тонкие косточки на бёдрах.

Яр облизнулся, удерживаясь от желания проследить их поцелуями – и тут же, будто услышав его мысли, Андрей скользнул по ним пальцами, оглаживая и почти касаясь тёмных завитков в паху. Хотя шевелюра у него была светло-русая, чуть даже рыжеватая, в этом потаённом месте он был настоящим брюнетом, и никакой женственной нежности Яр не наблюдал.

Андрей скользнул рукой вниз, и Яр перестал замечать, продолжается танец или нет, потому что из-под джинсов показалась налитая кровью тёмно розовая головка, которую ещё сильнее хотелось попробовать на вкус.

- Раздевайся, - приказал Яр коротко, когда нервы его не выдержали.

Андрей двумя ловкими движениями стянул джинсы и переступил через них.

Музыка продолжала литься, но Яр уже окончательно перестал её замечать.

Поймал руку Андрея и потянул к себе.

Андрей хотел было скользнуть к нему на колени, усесться верхом, но Яр остановил его. Раздвинул ноги и тут же уловил короткий обиженный фырк.

- Другим ты сосёшь без капризов, - тут же заметил Яр.

Андрей помолчал. Попытался опуститься на пол между раздвинутых ног, но снова Яр его остановил. Вместо этого положил руки Андрею на поясницу и подтянул ещё ближе к себе, так, чтобы можно было уткнуться носом ему в грудь.

Легко поцеловал куда-то в район солнечного сплетения и такими же легкими поцелуями принялся чертить узоры вдоль изгибов мышц.

Ему нравилось касаться губами кожи Андрея – такой нежной и шелковистой, и всегда чистой, будто он вообще никогда не потел.

Яр закончил исследовать грудь и спустился ниже. Теперь он рисовал спираль, которая медленно приближалась к пупку.

Запустил язык в маленькую дырочку и пощекотал, вырвав короткий вздох. Член Андрея подпрыгнул и дёрнулся к его губам совсем рядом, но Яр только вздохнул.

- Повернись, - попросил он.

Андрей повернулся.

Яр надавил ему на спину, заставляя прогнуться, и сам чуть развёл руками ягодицы, а потом большими пальцами потёрся о вход.

Андрей не стонал и не вздыхал, как делал бы это с другими, разве что прогибался чуть сильнее, почти насаживаясь на сложенные вместе пальцы.

Яр смочил пальцы слюной и принялся медленно ввинчивать их в подставленный проход.

- Сделай вид, что хочешь меня, - прошептал он.

Дыхание Андрея участилось, и он стал насаживаться уже открыто и даже покручивать бёдрами, усиливая соприкосновение.

Одной рукой Яр расстегнул брюки и тут же рывком развернул Андрея лицом к себе. Ни говорить, ни указывать больше не пришлось – Андрей забрался на него верхом и, чуть приподнявшись, насадился до конца.

Бёдра Яра задвигались, и бёдра Андрея двигались навстречу, а сам он наклонился и прошептал в самое ухо мужчине:

- Я хочу тебя, Яр. Только тебя.

Он врал, конечно. Но сейчас Яр хотел услышать ложь.

Едва слова были произнесены вслух, Яр подбросил бёдра, входя до предела, и излился.

Андрей понял это, как понимал всегда по лицу, по дыханию, становившемуся медленным и глубоким, но покидать своё место не стал. Напротив, задвигался медленно и плавно, лаская теперь и собственный член. Дыхание его всё ещё касалось уха Яра, а свободная рука упиралась в спинку кресла сбоку от его головы.

Потом Андрей чуть отодвинулся и заглянул Яру в глаза. Прислонился лбом к его лбу. Его губы были так близко, и Яр ещё помнил их сладкий вкус, – но так же отчётливо помнил, как они двигались вдоль члена Хамелева.

Яр рыкнул, вбиваясь глубже напоследок. Андрей выдохнул почти болезненно и излился, не забыв испачкать Яру новенький костюм.

- Вот ты сука… - протянул Яр.

Андрей отстранился и посмотрел на него почти весело.

- Стараюсь, шеф.

Соскользнул на бок и, даже не думая собирать разбросанную одежду, направился в своё крыло.

***

11 января 1995 года

Когда-то давно, когда мы ещё говорили или хотя бы пытались говорить, я старался объяснить Яру, что я его люблю. Я говорил и говорил, пока не устал и не понял, что он не слышит меня. Мои слова для него – вода и песок.

Я стал думать, что же может иметь значение для него – и я понял, это дело. Если я буду делать всё ради него, если так же как он буду отдаваться его бизнесу, то, рано или поздно, он должен понять, что я на самом деле его люблю.

Теория была хорошей. Правда, за последний год я так и не заметил, чтобы она приносила плоды. Но я надеюсь. Потому что надо же мне на что-то надеяться.

***

Семён тусовался в “Катакомбах”. Собственно, не нужно было быть семи пядей во лбу, чтобы это понять – клуб только что открылся, и там тусовались все, у кого были деньги, и кто просыпался ближе к вечеру. Пускали, правда, не всех – просто потому, что не всем хватало места внутри.

Андрея, конечно, пустили. Он был здесь в первый раз, но достаточно было сказать охране, что он в списке Ярослава Толкунова, как вопросы закончились, и двери открылись перед ним.

Андрей шёл, или даже плыл, разглядывая разномастную публику. Найти тут кого-то было трудновато, но он догадывался, где искать – свернул к VIP-кабинкам и в первой же увидел Семёна, сидевшего в обнимку с двумя девчонками.

Андрей устроился у стены так, чтобы его было хорошо видно и стал ждать. Навязываться он не хотел. Он вообще не понимал, чего хочет от него Яр.

Долго ждать не пришлось – Семён заметил его минут через пять, а ещё через полминуты к Андрею подошёл охранник, и его пригласили за стол.

Андрей кивнул и, подойдя к столу, устроился на диванчике, стоявшем перпендикулярно тому, на котором сидел Семён.

- Пить будешь? – прокричал «хозяин», похоже, только что выбравшийся с танцпола.

Андрей пожал плечами.

- Если нальёшь, - ответил он в тон ему.

Семён подал сигнал охранникам, и на стол перед Андреем опустился коктейль.

Андрей взял его в руки и потянул его через трубочку.

Первое время рядом с Яром он скучал по такой жизни. Впрочем, её толком и не было в Москве, так что когда Яр стал отпускать его погулять, оказалось, что идти особо некуда.

Но всё же парочку мест Андрей нашёл. И был разочарован – не местным сервисом, а тем, что того кайфа, который он испытывал в Англии, не было совсем. Всё тут казалось мелким и скучноватым. И всё же по клубам он ходить продолжал – отчасти от нечего делать, отчасти назло Яру, который явно не был в восторге от этой идеи.

Он вообще всё чаще ловил себя на том, что ему нравится Яра злить. Так он мог уловить хотя бы толику внимания к себе, потому что спокойный Яр был холоден как скала.

Вместе с клубами появились и парни, с которыми можно было тусоваться в свободные вечера. Они смотрели на Андрея раскрыв рот, потому что никто в этой тусовке толком не знал, кем он приходится всемогущему Толкуну. Яр за этот год стал по-настоящему известен – правда, в узких кругах.

Вроде всё было как раньше. Тот же бит, те же сверкающие огни, те же извивающиеся тела и то же внимание к нему. Только кайфа не было. Совсем. И в компании Андрей больше молчал, позволяя трепаться другим, от чего вызывал ещё больший интерес к себе.

- Юрист? – услышал он голос Семёна, уже спокойный. Видимо, тот немного отошёл.

Семён кивнул одной из девочек, и та скользнула к Андрею. Прижалась к нему тёплым телом, от чего Андрею вдруг стало противно. Раньше такого не было никогда. Ему было всё равно, кто касался его – даже когда прикосновения были слишком интимными, а люди слишком чужими. Теперь он хотел, чтобы его касался только Яр, и от этой мысли на Андрея накатила новая волна тоски.

Он обнял девочку и погладил по боку, но легче не стало всё равно. Напротив, всплыл в памяти прошлый вечер, когда точно так же гладил его Яр.

- Что закончил? – Семёну явно было всё равно, о чём говорить.

- Кембридж. Почти.

Семён хохотнул.

- А ты?

- МГИМО. Тоже почти. Надоело.

Семён протянул ему руку, явно предлагая присоединиться к общей шутке, и Андрей ударил ладонью о его ладонь.

Снова откинулся и опять потянул коктейль.

Какое-то время они молчали, подёргиваясь в такт музыке. Потом говорили о какой-то ерунде, которая обоим была безразлична.

Андрей откровенно скучал. Пытался сосредоточиться на мысли о том, что должен узнать парня поближе, но не понимал, что тут, собственно, узнавать.

А потому обстановка неуловимо изменилась. Девочки напряглись и отодвинулись, стали даже немножко строже. Обернувшись, Андрей увидел, что к столу подошёл мужчина лет тридцати в дорогом костюме – такие Андрей распознавал на глаз.

Мужчина обвёл взглядом собравшихся и остановил его на Андрее – видимо, девочек он уже знал.

- Андрей, - вмешался Семён, – мой друган. Ему тоже отсыпь.

Андрею стало интересно.

Мужчина кивнул и опустил на стол ладонь. Между пальцами едва заметно белел самодельный конвертик.

Семён накрыл его руку своей, и они обменялись содержимым ладоней – к мужчине ушла зелёная бумажка, а к Семёну конверт.

Потом мужчина убрал руку в карман и проделал манипуляцию ещё раз, но теперь уже глядя на Андрея.

Тот порылся в кармане и, откопав две сотни, сделал то же самое, что только что Семён.

Мужчина удалился, а Андрей развернул конвертик и заглянул внутрь. Внутри лежали две таблетки – зелёная и красная.

- Только не говори, что ты лошок, - услышал он тут же.

Андрей колебался всего секунду. Память о том, как он оказался с Яром заметно потускнела, если не сказать, что истёрлась совсем.

Закинув таблетки в рот, он быстро проглотил их и стал ждать, когда станет хорошо.

***

Когда Андрей отпирал дверь квартиры своим ключом, ему казалось, что самое паршивое состоит в том, что от колёс ему стало только хуже. Поначалу ещё было некое подобие кайфа, и он вместе с Семёном зажигал на танцполе. Были там и какие-то девочки, которые пристраивались к нему со всех сторон и, кажется, даже не все были шлюхами.

А потом накрыло так, что захотелось выть. Он свалил из клуба, хотя Семён уговаривал остаться и продолжал называть его друганом, и трижды пожалел о том, что не взял с собой охрану. Пришлось ловить такси, и ночь окончательно перестала быть хоть сколько-то приятной.

Впрочем, когда Андрей дверь открыл, ему стало ясно, что все его давешние приключения были только прелюдией, потому что прямо в холле, в одном из кресел для гостей, сидел угрюмый Яр. Руки его были сложены на коленях, а глаза недобро сверкали.

Андрей молча захлопнул за собой дверь и принялся носком кроссовка сбивать другой.

- Где был? – спросил Яр, не вставая с места.

- С Семёном, сам же велел! – Андрей, наконец, справился с кроссовком. С другим дело пошло легче, и избавившись от обуви, он привалился к двери, убрав руки в карманы.

- До трёх ночи?

- Приколись, у него вечер только начался. Я не досидел, скучно стало.

- Почему охрану не взял? – Яр встал и подошёл к нему, заслоняя собой тусклый свет от горевшего в комнате камина.

- Не хотелось, - Андрей запрокинул голову, чтобы можно было смотреть Яру прямо в глаза.

Яр рыкнул и на секунду сжал его шею. Потом чуть притянул к себе, тоже вглядываясь в глаза, и медленно произнёс:

- Ширнулся.

- Не ширнулся, а… чуток таблеток глотнул. Бля! – выдохнул Андрей, когда в лицо его врезалась раскрытая ладонь. Если бы не таблетки, он наверняка бы успел уклониться. Яр давно уже не мог ударить его так спокойно, как раньше, да и не пытался тоже уже давно. Сейчас удар вышел смазанным, туман в голове смягчил боль, да и сама пощёчина была не сильной, скорее обидной.

- Где взял?

- У Семёна твоего! – ответил Андрей зло. – Какой-то чувак нам толкнул. Он походу всё время у него берёт.

Яр согнул руку в локте и прижал предплечье к подбородку Андрея, так что тому стало трудно дышать.

- Ещё раз запалю – нахер собакам отдам.

- Вуайерист хренов.

Ещё одна пощёчина хлестнула его по другой щеке – на сей раз куда более болезненная и звонкая.

- Я не шучу, Андрей. Иди спать.

13 января 1995 года.

Раньше я пытался с Яром говорить. Теперь не получается – даже если хочу. Слова, которые вылетают изо рта, иногда пугают даже меня самого, и я чувствую, что ещё немного и сорвусь.

Что будет тогда?

Я не верю, что он может отдать меня псам или утопить, как грозит. Хотя, кажется, этого боятся теперь все, даже Люк.

После того, как исчез Толян, Яр стал злым. И, кажется, эта злость передаётся и мне.