Глава 36.

Яр вёл машину молча, и, поглядывая на него, Андрей начинал подозревать, что тот сделан из металла – в дороге они провели уже часов шесть, а Яр ни разу не замедлил хода ни для того, чтобы покурить, ни за чем-то ещё.

Только глубокой ночью остановились у небольшого мотеля «Парадайз» в двадцати шагах от трассы – Рай в представлении владельца выглядел как небольшие двухэтажные домики на два номера каждый. В каждом номере было по одной комнате и общий душ с холодной водой.

Яр выкупил домик целиком и, отправив Андрея осваиваться, сам первым делом позвонил в Москву. Приказал Ивану подогнать джип, потому что Мерс не только светился здесь как бельмо на глазу у негра, но и мало подходил для той поездки, которую он задумал совершить. Заодно Ивану было приказано собрать им необходимый минимум вещей – джинсы, футболки, кроссовки.

- Вы надолго, шеф? – только и поинтересовался тот.

- Пока всё не утихнет.

Больше Ивану объяснять было не надо, и, повесив трубку, Яр направился к их домику.

Внутри оказалось чисто и в каком-то смысле даже просторно. Андрей ещё шумел душем на первом этаже, и Яр, сбросив рубашку и брюки, нырнул к нему.

Обнял со спины и прижал к себе, не обращая внимания на ледяные струи, бьющие по плечам. Замер так, вдыхая запах его волос, пропахших дорожной пылью.

Андрей тоже не двигался. Только теперь Яр заметил, что он стоит обхватив себя руками.

- Замёрз? – спросил Яр тихо, сжимая его крепче.

Андрей медленно покачал головой. Потом поднял голову и посмотрел на него, будто не узнавал.

- Андрюш, ты что?

Губы Андрея надломила горькая улыбка.

- Кто ты сегодня, Яр? – спросил он.

- Что ты хочешь сказать?

- Мой любимый или мой сутенёр?

Яр сам будто заледенел. В мгновение ока с удвоенной силой ощутив холод ледяного душа и какое-то странное одиночество, разделяющее их. Будто отрезвляющая пощёчина хлестнула болью в его голове. Он сжал зубы, но не двинулся, продолжая удерживать Андрея так.

- Говори, что хочешь сказать, - процедил он вслух.

Но Андрей только покачал головой.

- Ничего не хочу, - сказал он устало. – Делай со мной что хочешь. Мне уже всё равно.

- Ты устал. Дорога была долгой.

- Не знаю. Может быть. Можно, я пойду?

Яр кивнул, но отпускать Андрея не хотелось, и он ещё какое-то время удерживал его в руках, прежде чем разомкнуть объятья.

Когда за Андреем захлопнулась дверь, Яр потянулся за мылом и стал торопливо намыливать голову, а заодно и плечи. Он ожидал, что когда выйдет, Андрей окажется в том номере, где ещё не было Яриковых вещей, на первом этаже. А значит, придётся либо ложиться спать без него, либо силой тащить к себе. Как оказалось, Яр ошибся – Андрей лежал на выбранной Яром кровати, подтянув под себя колени, и щёлкал пультом от телевизора.

Яр подошёл и сел рядом с ним. Кровать скрипнула, принимая в себя тяжёлое тело, но выдержала. Яр подумал и, устроившись поближе, положил руку Андрею на шею.

Тот тут же отложил пульт и устроился поудобнее, опустив щёку Яру на плечо.

- Извини, - буркнул он тихо, и Яру самому стало стыдно. Мгновенно исчезли одиночество и холод, и хотелось только стать к Андрею ещё ближе, проникнуть в него всем существом.

Андрей явно ощутил этот позыв, потому что положил ладонь Яру на промежность и погладил, нащупывая затвердевающий член.

Яр поймал его подбородок и, приподняв чуть-чуть, поцеловал – неторопливо и вдумчиво, дегустируя вкус сладких губ, которые не мог бы сравнить ни с чем, что пробовал до знакомства с Андреем.

«Кто бы мог подумать, что в моей жизни его станет так много…» - мелькнула в его голове мимолётная мысль и тут же растворилась в волнах блаженства, разбегавшихся по животу.

Яр отпустил подбородок Андрея и тоже, нащупав его член, стал поглаживать, стараясь попасть в такт движениям любовника.

Всё было так неторопливо и сладко – две руки двигались, то обгоняя друг друга, то снова замедляясь в попытке сравняться. Пальцы скользили вниз, исследуя мягкий мешочек мошонки, и убегали вверх в непреодолимом порыве приласкать целиком, огладить рельефный живот, трогательно отзывавшийся на прикосновения. И в то же время волны наслаждения продолжали скользить по обоим телам. Всё было так неторопливо и сладко, что Яр не заметил, как тугой комок, набухший внизу живота, стал невыносимо тяжёлым и взорвался, изливаясь в пальцы Андрея – и тогда только обнаружил на своих собственных пальцах тёплую влагу.

Он замер, продолжая удерживать Андрея за плечи одной рукой. Андрей потянулся и тоже обнял его поперёк живота.

Какое-то время оба молчали, не желая вырываться из недолгой близости, которая накрыла их с головой. Яр вслушивался в шум редких машин, шуршавших колёсами за окном. Андрей слушал дыхание Яра, положив голову ему на грудь, и пытался заставить себя поверить, что всё это если не навсегда, то хотя бы надолго. Получалось с трудом.

- Куда мы едем? – первым прервал молчание Андрей.

- На Байкал, - ответил Яр в тон ему.

- Куда? – Андрей дернулся, поднимая голову, и удивленно уставился на него.

Яр усмехнулся, увидев его расширившиеся глаза.

- Это озеро такое, Андрей. Ты в Англии географию родной страны не учил?

Андрей покраснел. С географией у него, похоже, и правда было не очень.

- Я знаю, что такое Байкал, - буркнул он. – О нём даже Кусто фильм снял.

- Ну и что спрашиваешь тогда?

- Я к тому, что это же далеко, - Андрей успокоился немного и снова стал укладываться у него на груди.

- Поэтому и на Байкал, - Яр не удержался и погладил его по распушившимся после душа волосам.

- Есть много мест дальше… Куда добраться намного проще.

- А я люблю Сибирь.

Андрей поднял голову и посмотрел на него скептически, чуть изогнув бровь.

- Я там вырос, - сказал Яр и уложил его обратно. – Потом в универ в Москве поступил. Но не доучился, проблемы начались, и в армию загремел. А потом… Ну… Мне понравилось. Всё просто. Ты или тебя. Все уже домой собирались, а я решил остаться.

Андрей хмыкнул.

- А что за проблемы? – спросил он после паузы.

- У отца спроси.

Андрей промолчал. Думать об отце не хотелось, а тем более – говорить.

- Ты на Байкале вырос? – решил он вернуться к более приятной теме.

- Нет. Подальше чуть-чуть.

- У тебя, наверное, там семья?

Яр повёл плечом.

- Да нету там никого. Мать была… конца войны не дождалась. Теперь только кусок земли и изба, да и то я наследство не стал оформлять. Ну его к чёрту.

Снова наступила тишина. Андрей зажмурился, наслаждаясь непривычно нежными прикосновениями.

Яр гладил его – такое бывало не раз. Но в его прикосновениях всегда сквозила опаска, будто он касался горячего металла.

Сейчас он просто двигал рукой, как мог бы гладить собаку или кота, и явно не думал ни о чём из того, что заставляло его держаться на расстоянии всегда.

Прошло почти три года, а Андрей так и не понял, что творится у него в душе. Так и не смог узнать, кто он такой – Ярослав Толкунов. Приходилось ловить незначительные оговорки, жесты, слова и на всём этом выстраивать домыслы, которые, как оказалось, ничего общего не имели с реальностью.

Яр был родом из Сибири. Это не приходило Андрею в голову никогда. Как и то, что тот мог учиться в Москве – что Яр вообще мог учиться где-нибудь.

- Тогда всё равно не понимаю, - продолжил Андрей, решив воспользоваться случаем. – Почему именно Байкал?

Яр, кажется, напрягся, так что Андрей уже решил было, что перешёл невидимую грань, но затем Яр вздохнул и произнёс:

- Я всегда мечтал отвезти туда Богдана.

Андрей закрыл глаза. В сердце поселился едва заметный холодок.

- Богдана, - произнёс он медленно, пробуя имя на вкус. – Почему не отвёз?

Яр напрягся ещё сильней, и движения его руки стали резковатыми, пальцы теперь путались в волосах и то и дело причиняли боль. Но Яр молчал.

- Его убили? – предположил Андрей тихо и, не выдержав, поймал руку Яра, остановил и крепко сжал в своих руках.

- Нет. Не только, - поправился Яр. – Вернее… Я даже не знаю, где он теперь. Богдан… его ещё звали Тёмный, потому что волосы и глаза у него были как смоль. Он, наверное, был наполовину цыган, а может, кавказец - чуть-чуть. Он был пятым у нас. Но когда я звал его в дело – он не пошёл, - Яр помолчал, но затем решил всё-таки говорить до конца. – Не пошёл из-за тебя.

Андрей осторожно поднял глаза, догадываясь, что если встретится взглядом с Яром сейчас, если позволит тому вспомнить, что всё это происходит наяву, тот может замолкнуть и не заговорить уже никогда.

Яр смотрел в темноту.

Какое-то время Андрей размышлял, как построить вопрос, но в конце концов Яр продолжил сам.

- Он не ревновал, не думай. Между нами не было никогда и ничего. Я однажды сказал ему, что мне бы… было интересно, кажется, я так тогда сказал. В общем, что я хотел бы с ним переспать.

Андрей ждал, боясь шевельнуться, но когда продолжения так и не последовало, спросил-таки сам:

- И что он сказал?

Яр усмехнулся, и в темноте его усмешка показалась оскалом дикого зверя, а глаза блеснули недобро, обещая кому-то боль.

- Он сказал как есть. Что он мужик и я мужик. И нехер страдать хуйнёй. Что будь на его месте кто-то другой, в ментуру бы пошёл.

- И?…

- И ничего. Мы эту тему больше не поднимали. Если он и догадывался, что я потрахиваю мальчиков, то виду не подавал. Я ему особо не рассказывал ничего. А после армии мы и не виделись почти. Но когда он узнал, что я за тебя бабки торчу и дело затеваю, чтобы откупиться, взвился как оса. Нервы мне порядком потрепал, а потом просто сказал: «Никогда».

Андрей поджал губы и снова уткнулся носом ему в грудь.

- Ты никогда не говорил, - сказал он тихо. – Что у тебя были проблемы из-за меня.

Яр повёл плечом и ничего не сказал. Андрей понял, что на этом откровенность заканчивается, но всё-таки решил попытать счастья ещё.

- Ярик… Каким он был? – спросил он после долгого молчания.

Яр сидел заледеневший и молчаливый, и Андрей уже решил было, что ответа не будет, когда Яр всё-таки заговорил.

- Не таким как ты, - сказал он просто. Помолчал и продолжил. – Он был реальный мужик. Здоровый и сильный. И если хочешь знать, такие никогда мне не нравились. Тут было что-то другое. Сначала он был просто друг. А потом я понял, что этого мало, и я хочу что-то ещё. Дурак я был. Надо было оставить всё как есть.

Андрей отвернулся. Он сам не знал, что хотел услышать, когда задавал вопрос, но ответ причинил только лишнюю боль.

- Я просто мальчик для тебя, да? И всегда будет только так?

- Что?

Андрея вдруг как током пробило, он мгновенно понял, что спросил.

- Забей. Я ничего не говорил.

Яр отодвинул его от себя, и на секунду Андрею стало холодно, а потом руки Яра вернулись, но теперь уже Андрей лежал на спине, а Яр обнял его и положил голову на плечо.

- Ты для меня не девочка, если хочешь знать, - буркнул он. – Был бы девочкой – было бы всё куда проще.

Андрей открыл рот, чтобы задать ещё один вопрос, но Яр накрыл его рот ладонью.

- Заткнись и дай поспать, - приказал он, и Андрей замолк. Обнял его одной рукой, устроился поудобнее и тоже попытался уснуть.

***

Иван был на месте к шести утра.

Андрей ещё дремал наверху, а Яр обменялся с Иваном ключами, взвалил на плечо сумку и, махнув ему рукой, приказал:

- Ты тоже пока не пались. Журавлёв мужик вредный, ссориться с ним ни к чему.

Иван кивнул. Сел за руль и погнал куда-то в сторону Москвы.

Яр же стоял ещё какое-то время, поглаживая рукой бок автомобиля. Ночной разговор всколыхнул волну воспоминаний в той части его души, которую он давно уже считал мёртвой, выгоревшей дотла. И хотя наутро всё казалось не таким, как вчера, взбудораженная глубина ещё не уснула, лишь подёрнулась тонким слоем льда.

Машина была последним, что осталось от их пятёрки. Кто-то умер, кого-то унесло по жизни совсем далеко. Яр подумал, что если бы не Вано – избавился бы к чёртовой матери от этого груза вины и предательств, который таскал в багажнике с собой. Но машина была памятью не только о боли, но и о верности. Именно она выручала его в таких случаях, как теперь – не везде ещё годились мажорные шестисотки и слишком часто нужно было действовать по старинке.

Яр не заметил как, потягиваясь, вышел из дома Андрей.

Андрей замешкался, остановившись в отдалении, борясь с желанием обнять и не решаясь сделать это на улице.

- На Байкале будет хреново в костюмчике от Армани, - сообщил он. – Надо заглянуть куда-то купить барахло.

- На, - Яр протянул ему одну из сумок, оставленных Иваном. – Держи. У тебя пять минут.

Андрей секунду смотрел с недоумением на баул, потом выхватил его из рук Яра и скрылся в номере.

Яр переодеваться не стал, решив, что это может потерпеть и до вечера. Он сходил в регистратуру, расплатился за мотель и залез в кабину почти одновременно с Андреем. Завёл мотор и, выкрутив руль, вдавил педаль в пол.

Ехали так же молча, как и вчера.

Андрей то и дело посматривал на Яра и вспоминал вчерашний разговор.

Он всё пытался понять, что мог бы сказать, чтобы дать понять, что он никогда не поступил бы так же, как Богдан, но то и дело в голове всплывали его собственные слова, сказанные когда-то отцу. «Он меня вообще не спрашивал».

По сути он не только мог, но и поступил уже так же, не зная ещё, какие последствия могут иметь его слова для них обоих.

Других слов у него не было – всё, что он мог, он говорил уже Яру много раз, но ничего из этого не меняло их отношений.

- Я тебя люблю, - всё-таки шепнул он, уткнувшись носом Яру в плечо.

- Под руку не говори, - Яр оттолкнул его, не сильно, но обидно. Андрей отвернулся, свернулся клубочком и уснул.

Когда Яр растолкал его, солнце уже клонилось к закату. Яр стоял снаружи машины, открыв дверь, и глядел на него. Глаза у Яра были больные, а лицо осунулось.

- Сядешь за руль? – спросил он как-то неуверенно, будто до конца ещё сам не решил, можно доверить это дело Андрею или нет.

- Да, конечно, - Андрей кивнул и стал вылезать.

Спрыгнув на землю, он не удержался и, воровато оглядевшись, упал Яру на грудь.

Яр тихонько ругнулся, но обнял его и, прижав к себе, уткнулся носом Андрею в волосы.

- Я люблю тебя, - прошептал Андрей ещё раз.

Яр кивнул, стиснул его на секунду покрепче, потом резко отпустил и, развернув, подтолкнул к бамперу.

- Вали, спать хочу.

Когда Андрей сел за руль, Яр в самом деле довольно быстро уснул.

Андрею потребовалось какое-то время, чтобы разобраться с картой, но потом он уверенно взял курс на восток и гнал так почти до самого утра.

Яр, проснувшийся ближе к рассвету, спросил, почему они нигде не остановились на ночлег, но Андрей только пожал плечами.

- Я не устал, - сказал он и, крепче сжав руки на руле, чтобы не показывать, как они трясутся, добавил, коротко улыбнувшись. – И мне очень понравилось, Яр.

- Ладно, тормози.

Андрей послушно выключил мотор, они поменялись и поехали дальше. Андрей уснуть не мог долго – всё смотрел на проносившиеся по обе стороны от машины поля и леса с редкими полуразвалившимися деревушками, видневшимися между сосен, а потом как-то сразу обнаружил, что только что проснулся и сидит уткнувшись носом Яру в плечо.

- Будем меняться? – спросил он, увидев, что солнце уже перевалило через зенит.

- Поспи ещё часок.

Так они ехали ещё пять дней – спали по очереди и почти не говорили. Останавливались, чтобы закупиться продуктами, и ехали дальше.

На седьмой день Андрей увидел вдалеке море и в недоумении обернулся к Яру.

Тот поймал его взгляд и улыбнулся, не отворачиваясь от дороги.

- Это он и есть, - кивнул Яр. – Байкал.

Андрей привстал, вглядываясь вдаль и в недоумении рассматривая бесконечную водную гладь.

А ещё через полчаса машина остановилась у самой кромки воды. Яр буквально вывалился из-за руля и, не раздеваясь, рухнул в озеро.

Андрей рассмеялся, выскочил из машины и бросился следом за ним.

За все те три года, что они провели вдвоём, никогда ещё им не было так легко друг с другом. Андрей вообще не помнил, чтобы ему когда-нибудь дышалось так легко – разве что в то лето, когда он увидел Яра в первый раз.

Что думал Яр - он не знал, а тот по-прежнему не собирался говорить, но Яр впервые за долгое время улыбался и казался Андрею помолодевшим на десять лет.