Глава 95

Яр хотел переехать сразу же – и сразу же заняться псарней.

Андрей, однако, поставил его перед фактом – дому нужен ремонт.

- Хороший дом, - они с Андреем стояли напротив входа с документами в руках, и Яр мрачно разглядывал облупившуюся штукатурку, делавшую дом, построенный в викторианском стиле и не ремонтировавшийся с самой постройки, похожим на особняк Дракулы, - отремонтировать можно и потом. Когда-нибудь.

Андрей наградил его таким же мрачным взглядом.

- Потом будет дороже. Нам придётся уместиться на втором этаже, пока будут ремонтировать первый, а потом наоборот - перетащить все вещи на первый. С нас же возьмут как за два ремонта.

- У нас нет вещей!

- К тому времени – будут.

Андрей продолжал смотреть на Яра, предчувствуя долгий спор. Яр, впрочем, спорить не любил. Он делал по-своему молча - или так же молча уступал. И то, что он вообще ввязался в дискуссию, мало укладывалось в его обычное поведение.

- Ярик? – заметив, что молчание затягивается, Андрей приподнял бровь.

- Я хочу собак, – упрямо сказал Яр.

- Какая разница, когда…

Яр метнул в Андрея тяжёлый взгляд.

- Яр?

Яр наконец вздохнул и, сложив документы трубочкой, запихнул их во внутренний карман куртки. Руки он спрятал в карманы и нахохлился, как обиженный голубь.

- Я-рик,- повторил Андрей снова.

Яр вздохнул.

- Мою псарню распродают.

- М…

- У меня там был тибетский мастиф, Чарли, и два сенбернара – Люк и Ва… короче, два сенбернара, - Яр окончательно смутился.*

Андрей молчал. Он мало понимал в собаках и не знал, что сказать, а спрашивать про имена было бы явной бестактностью – Яр явно не хотел об этом говорить.

- Мастифа продадут какому-то мудаку с баблом. А сенбернары, ну… они вряд ли кому-то нужны. Усыпят.

Андрей сглотнул.

- И сколько они стоят? – спросил он тихо.

- Да какая разница? – Яр сверкнул на него глазами. – Я найду.

- Извини.

- За что?

Андрей не ответил. Ещё раз посмотрел на дом.

- Мы много что-то стали говорить о деньгах, - заметил раздражённо Яр.

- Я не хочу тебя стеснять, - Андрей окончательно отвернулся и тоже убрал руки в карманы.

Яр молчал. Спорить с Андреем - и тем более доказывать ему что-то, было неприятно и неудобно одновременно. Неудобно, потому что Яр привык делать всё сам. Неприятно, потому что не хотелось начинать совместную жизнь со ссор.

- Вообще-то, со строителями можно договориться, - сказал наконец Андрей. И, повернувшись к Яру, добавил уже уверенней: - Я договорюсь. Ты покупай собак, а с ремонтом я разберусь.

- Хорошо. Просто скажи мне сколько нужно, деньги пока есть.

Андрей качнул головой.

- Я найду.

- Андрей!

Андрей посмотрел на него, наклонил голову набок и улыбнулся.

- Могу я сделать хоть что-то для тебя?

Яр вздохнул и обнял его, ничего не сказав в ответ.

На оборудование псарни потребовалось время. Яр переделывал её из небольшого сарайчика, стоявшего на заднем дворе, но для его целей этого помещения хватить никак не могло, и он бы построил ещё одно - но делать это, пока Андрей ждал ремонта, не хотелось.

Первые же собаки появились в особняке ещё в ноябре - это были те самые сенбернары, выкупленные через посредников за полцены. Мастифа купить не удавалось никак - он был самым дорогим на псарне и должен был уйти с торгов.

В ожидании нового помещения две здоровенные собаки носились по дому, усугубляя его состояние в разы. Андрею собаки нравились, но это не мешало ему возмущаться - отсутствие ремонта изрядно подрывало его боевой дух.

- Лучше бы настоящего Люка притащил, - пробурчал Андрей как-то после того, как один из сенбернаров в клочья разодрал единственное кресло в гостиной.

Яр поначалу обиделся было, а потом в самом деле задумался о тех людях, которых оставил в прошлом.

Абсолютное их большинство не хотелось вспоминать – они будили у него в душе позабытую уже холодную злость.

Но были и те, кого Яр хотел бы увидеть ещё раз, и первым из них был, конечно, Люк.

Позвонить ему Яр решился не сразу, хоть и обещал выйти на связь – именно за Люком, скорее всего, могли бы следить те, кто искал его. И всё же в конце концов Яр решился.

Люк заметно обрадовался звонку: обложил Яра матом и сказал, чтобы больше тот не делал так никогда. Что именно он больше не должен делать, Яр не стал выяснять. Они поговорили немного о планах, которых у Яра не было, и о прошлом, которое провели порознь.

От Люка же Яр узнал о втором человеке, которому собирался звонить.

- Да это она и распродаёт - по старой доверенности, - ответил Люк на вопрос Яра о том, почему Мира не остановила продажу псарни. У Яра неприятно кольнуло в груди. – Тут такое дело, - продолжил Люк. – Тебя умершим решили объявить. Полгода прошло, исчез ты при странных обстоятельства - лежал при смерти и вдруг сбежал. А у неё завещание твоё, и ей, конечно, неохота вообще ждать.

- Завещание? - переспросил Яр.

В трубке некоторое время царила тишина.

- Ты ведь завещал ей всё, так? У неё документ…

Яр скрипнул зубами и с трудом справился с желанием разбить трубку о стену.

- Я вообще-то умирать не планировал. А если бы и писал - то не ей.

Люк молчал.

- То есть, все деньги пойдут ей? – уточнил Яр мрачно.

- Недвижимость – да. С корпоративными деньгами сложней. Вернее, так… У компании больше долгов, чем активов. Мира вряд ли справится с ситуацией вообще.

Яр помолчал.

- А ты бы справился? – спросил он.

- Я? А я тут при чём?

- Можешь задним числом завещание провести?

Люк помолчал.

- Может быть, - сказал он после паузы. – Если будет настоящий документ.

- Пусть твои ребята ко мне подъедут и бумагу заберут. Только, Лёш… Собачек потом переправь мне.

Люк снова какое-то время молчал.

- Всё передать не удастся. Не потому что я не хочу. Просто это конкретное палево, Яр.

- Не надо всё, - Яр поморщился, - завещание считай настоящим. Если, конечно, оно надо тебе. Да и если нет… Хочешь всё распродать – распродай. Просто ей… не хочу. Она тут ни при чём. Ну, квартиру может одну, или дом.

- Хорошо, - медленно произнёс Люк, - я пришлю людей. Не передумаешь?

- Нет.

Яр помолчал и добавил:

- Можешь мне ещё один номерочек пробить?

- Какой? - рассеянно спросил Люк, который уже погрузился в размышления о намеченной авантюре.

- Через Лысого… Мамки Иркутской зоны.

Наступила тишина.

- Тебе нафига? - спросил Люк.

- Надо. Можешь или нет?

- Поближе никого найти не мог?

- Нет.

Люк вздохнул.

- Могу, но понадобится пара дней. Пока маляву передадут и все дела. Послезавтра позвони.

Мире Яр звонить не стал, решив, что лучше ему остаться для неё мертвецом. А вот третьему человеку позвонил, хоть и понимал, что это – самый опасный звонок.

- Привет. Как у тебя там?

В трубке долго царила тишина.

- Хромой?

- Дурак.

- Извините, обознался…

Затем на другом конце, видимо, прижали трубку к губам рукой, и Сева зашептал:

- Я думал, ты окочурился там, и тебя списали как побег. Ты, бля… Ты живой?

- Типа того, - Яр прокашлялся, стараясь скрыть усмешку. – Ты там как, Сев?

Яр - даже в последние месяцы - редко называл Севу Севой. Слишком уж приклеилась к нему тюремная кличка. Теперь она звучала для Яра странно, почти дико, и скребла по нервам наждаком.

- Ничего, - сказал Сева тихо и устало, так что Яр понял – очень даже чего.

- Выходишь когда?

- Не знаю. Три… - Сева, видимо, сглотнул. – Три года ещё. С досрочным вариант не прошёл.

- А на пересмотр не пробовал подавать?

- Так я ж это… виноват, вроде как. На разбой с пацанами пошёл, а вышла мокруха ну и… вот. Да ещё снасиловали эту девку втроём. Насиловали трое, а сижу вот – только я.

- Нахрена пошёл? – поинтересовался Яр. Сева никак не вязался у него в голове с образом бандита - и тем более мокрушника.

- Так это… Сказали… Ай, да какая разница? Всё равно уже сижу.

- Никакой, - согласился Яр. – Слушай, подай на пересмотр. Я организую, чтоб прошло. У тебя фамилия как?

- Монарёв… - сказал Сева тихо и как-то рассеянно. – Хро… В смысле, тебе нафига?

- Просто. Захотел.

Сева явно ждал объяснений, которых Яр давать не хотел, поэтому он просто повесил трубку и перевёл дыхание. Разговор дался ему тяжело, хотя, казалось бы, ничего особенного Сева ему не сказал.

Как раз после этого звонка на кухню, откуда разговаривал Яр, зашёл Андрей. Яр стоял, прислонившись плечом к стене и скрестив руки на груди. Взгляд у него был мрачный, почти больной.

Андрей подошёл вплотную и, вглядевшись Яру в глаза, позвал:

- Ярик?

Яр качнул головой, будто заметил его только теперь.

- Что?.. – растерянно спросил он.

Андрей задумался. Протянул руку и, погладив Яра по привычно уже небритой щеке, спросил:

- Гулять пойдём? Ты мне обещал.

Яр торопливо кивнул. «Гулять», - подумал он и попытался сосредоточиться на ухоженном парке, который они открыли накануне совсем рядом с домом, но так и не смог. И всё же гулять - это было правильно и хорошо.

- Ещё один звонок и я иду.

Андрей кивнул, взял из холодильника сэндвич и, всё так же с подозрением поглядывая на Яра, отправился восвояси.

Яр снова взял в руки телефон и набрал номер Люка, попросил организовать Севин вопрос. Люк спорить не стал, и уже через пару минут Яр отправился одеваться, однако спокойней ему не стало.

Мастиф появился в доме в начале декабря - появился вместе с теми же ребятами, которые немногим ранее приезжали забирать документы. Разрешение от ветеринарной службы приехало вместе с собакой. Объяснять они не объяснили ничего, а на вопрос, когда будет остальное, сказали только: скоро. Яру ответ не понравился, но он промолчал. Достаточно было того, что с первой посылкой Люк угадал.

Андрей познакомился с мастифом вечером - он долго сидел напротив собаки, склоняя голову то влево, то вправо, и вглядываясь в её чёрные глаза. Стоя на задних лапах, мастиф спокойно клал голову ему на плечо, но Андрей не боялся собаки совсем. Напротив, влюбился в него с первого взгляда - как и мастиф в него. Всё время норовил потрепать по чёрной длинной шерсти или обнять, а сам мастиф повадился залезать на него по утрам и, пытаясь разбудить, драл когтями простыню. Если Яр не успевал его отогнать, мог задеть когтями и по спине, но Андрей всё равно не переставал его любить.

Выждав некоторое время, но так и не получив новостей от Люка, Яр взялся покупать новых собак.

Андрей определился с тем, чего он хочет, далеко не так быстро.

Ещё в начале декабря глаза его продолжали разбегаться между одинаково интересными - и в то же время одинаково чужими профессиями, и если бы не решение самостоятельно оплатить ремонт, процесс так и не сдвинулся бы с места.

Только из-за ремонта он стал пролистывать раздел объявлений о вакансиях, но ничего близкого не нашёл – требовались в основном официанты и продавцы.

Тогда Андрей взялся обследовать местные редакции. Он сделал небольшое портфолио, состоящее из фотографий, сделанных в местном парке – в кадр то и дело попадался Яр, и фотографии с ним в главной роли получились куда лучше прочих, но именно их пришлось отобрать и отложить для себя.

Всё остальное выглядело достаточно куце. Андрей по-прежнему был уверен, что у него не получаются пейзажи, и все, кому он пытался показать портфолио, это подтвердили.

К середине декабря он уже основательно отчаялся и, если бы не обещание, данное Яру, обязательно бросил бы свои поиски – тем более, что хотя Яр по-прежнему говорил, что денег у него немного, на счетах и продуктах это никак не сказывалось. Яр пытался спонсировать Андрею и покупку одежды, но тут уже Андрей окончательно разозлился и сделал новый заход в поисках вакансий. Он решил найти несколько натурщиков, которые хотели бы подработать моделями за небольшие деньги, и сделать новое портфолио.

Именно с этой целью он отправился туда, где, по его представлениям, могла найтись заинтересованная в подработке молодёжь – в район Бирбек колледжа.

Моделей он нашёл довольно легко. Девушек отозвалось едва ли не десяток, но они Андрея интересовали меньше, потому как получались хуже. Парней же пришлось искать подольше, но в конце концов обнаружился желающий заработать пятьдесят паундов и среди них.

- Как тебя зовут? – спросил Андрей, когда они уже ехали в машине к месту проведения сессии – для этих целей Андрей выбрал всё тот же соседний парк, просто потому, что другие места достаточно хорошо обследовать не успел.

- Гарольд. Гарольд Стенфилд.

Парень явно нервничал в чужой машине, и ещё Андрея безумно раздражала его рубашка – клетчатая, делавшая и без того широкие плечи слишком квадратными, а торс слишком худым.

- Гарольд, ты не против, если мы заедем ко мне и примерим на тебя пару шмоток? Нужно создать образ.

- Хорошо, - коротко согласился тот.

Несмотря на эти недостатки, у Гарольда была очаровательная улыбка, которая и привлекла внимание Андрея ещё на территории колледжа. Сейчас, когда они остались в тесном пространстве вдвоём, улыбка потухла, но у Андрея не было особых сомнений в том, что он сможет разжечь её в нужный момент. Ещё у Гарольда была молочно-белая кожа, покрытая россыпью веснушек, которые при правильном освещении делали его необыкновенно милым – но абсолютно не смотрелись на фоне этой дурацкой рубашки.

Андрей попросил водителя чуть поменять курс, и машина свернула к особняку.

Оба вышли, Андрей расплатился и, отперев ворота, поманил Гарольда за собой. Тот с опаской рассматривал облупившийся особняк.

- Да не дрейфь, - подначил его Андрей. – Я как раз на ремонт коплю. Вот портфолио сделаю и покрасим дом.

- А переодеваться обязательно? – уточнил Гарольд, оставаясь на месте.

Андрей задумался.

- Нет, - сказал он через некоторое время, - можно тебя голым отфоткать.

Гарольд попятился.

- Причиндалы листиком прикроем! У нас же не порно.

Гарольд сделал ещё шаг назад.

Андрей почесал затылок. Не хотелось прибегать к крайним мерам, но больше делать было нечего, и он решил поднять цену:

- Восемьдесят.

Гарольд тут же решительно шагнул вперёд.

- Мы же только переодеться, да?

- Да. Пошли.

Они благополучно миновали двор и поднялись на второй этаж, где Андрей распахнул шкаф и, по одной доставая свои рубашки, принялся примерять их на Гарольда. Найти нужный цвет оказалось довольно легко, правда, Андрей был заметно уже в плечах, но рубашку решили просто не застёгивать до конца.

Они уже спускались вниз, когда двери дома распахнулись, и к нижним ступеням вприпрыжку ринулся Чарли, любимый Яриков мастиф.

Гарольд широко распахнул глаза при виде животного, которое им обоим было почти по плечи, и стал медленно сползать на пол. Лицо у него было бледное как мел.

- Сидеть! – скомандовал Андрей, и Чарли тут же опустился на задние лапы у самой нижней ступеньки лестницы.

Гарольд ещё стоял, но на всякий случай Андрей подхватил его за пояс, чтобы тот не рухнул под ноги к мастифу и не свернул себе шею.

- Он добрый, - сказал Андрей и всмотрелся в лицо Гарольда, пытаясь понять, пришёл ли тот в себя. Гарольд если и пришёл, то ещё не до конца.

Андрей вздохнул и, ухватив его покрепче, собрался было спустить вниз. Он отвернулся от Гарольда и тут же столкнулся с чёрными, как ночь, почти лишёнными радужки глазами Яра.