Глава 10

Монгольское Ханство. Заброшенный монастырь на отроге хребта Зубы Вепря

Лист, медленно кружась упал мне на колени… Ещё лист… Ещё… Время остановилось. Только листья падали и чувство тоски и безысходности. Лист… Ещё лист… Ещё…

Я проснулся. Опять этот сон. Я встал, подошел к окну и распахнул ставни. Осенний ночной воздух обдал мокрое от пота тело и стало легче. А я ведь и думать забыл о нём. Но нет. Сегодня важный день и вот он тут как тут. Я уже собирался как обычно смахнуть воспоминание о сне из памяти, но замер, не веря сам себе. Но нет, ошибки нет. Сон изменился. Немного, но изменился. В этот раз я видел свои колени и руки, которые лежали на них сжимая обломки… Копья наверное? Руки и ноги были в латном доспехе. В золотом латном доспехе! Золотом! Правда вид доспехов оставляли желать лучшего, они были сильно посечены и заляпаны кровью. Вот в эту кровь и падали листья. И запах. Сильный запах смеси крови и гари. Я ощущал во сне запах! Но ведь люди во снах не ощущают запахи? Или сон поменялся из-за того, что я в магическом мире? Возможно. В любом случае я никому не расскажу об этом сне. Почему? Не знаю. В том мире не рассказывал, и в этом не буду. Через чур сильные чувства вызывал во мне этот сон. И мне казалась неправильным обсуждать его с кем-либо.

Так стоя у окна, я и встретил рассвет. Вряд ли смогу уснуть, поэтому взял опять планшет, но мысли всё возвращались то ко сну, то к предстоящей процедуре и сосредоточиться я уже не мог. И дело даже не в том, что я могу сегодня умереть. Понятное дело, что я боялся смерти. Те, кто говорят, что не бояться либо врут, либо сумасшедшее. Бояться для человека нормально. Все чего-то да бояться. Вопрос как мы к этому относимся и даём ли страху влиять на нас. Нет. Страх смерти добавляет изюминки жизни. С ним ты начинаешь ценить время и, людей что находятся рядом и начинаешь относиться по-другому ко времени. Поэтому я решительно поднялся и пошёл гулять. К моему удивлению, лекарь тоже не спал, а делал гимнастику, по движениям и позам очень похожую на китайское ушу.

Заметив меня, Меджнун прервал упражнение и подошёл.

— Не спится, Виктор, нервничаешь?

— Да, есть такое, уж больно не хочется умирать ещё раз, -я задумался и продолжил: — Хотя в прошлый раз я даже испугаться не успел, да и боли не почувствовал. Но всё равно не хочется…

— Я понимаю. Если тебя это утешит, то я погружу тебя в сон. Если что-то пойдёт не так, ты просто не проснёшься.

— Шикарно, умереть во сне. Мечта, — я вспомнил, что в старом мире, когда задумывался о смерти, хотел умереть именно так.

— Ты голоден, пойдём завтракать?

— Нет, вряд ли сейчас смогу что-то съесть, — ответил я, прислушавшись к своим ощущениям.

— Тогда предлагаю начать, раз уж мы не спим. Нет смысла тянуть, только нервы тратить. Я тоже переживаю… — лекарь потёр глаза, и я понял, что он не спал.

— Может быть поспите хотя бы пару часов? Докторам перед сложными операциями нужно высыпаться, я слышал — попробовал пошутить я.

— Нет, я же лекарь, а не доктор — на этих словах по нему пробежал луч света, как будто его отсканировали — мы умеем вот так.

Меджнун преобразился, как будто скинул лет десять, глаза горят, румянец проступил на щеках, даже волосы мне кажется заблестели. И пошёл в дом, махнув мне следовать за ним.

— Я тоже так хочу! — воскликнул я. — Особенно полезно после того, как перебрал накануне.

— Это ты уже внучек прости, я лекарь солидный, такой ерундой не занимаюсь для других, только для себя, — вернул мне шутку кореец.

В кабинете почти ничего не изменилось, только у кровати появился лабораторный столик, заставленный разными флаконами и баночками с разноцветным содержимым. Меджнун усадил меня на кушетку и выдал в руки флакон с тёмно-красным содержимым. Сам взял баночку с мутной, болотного цвета жидкостью.

— Ну что ж, — сказал он, поднимая свою баночку и салютуя мне — как говорят у вас в империи, до дна.

И мы выпили.

* * *

Ким Меджнун. Монгольское Ханство.

Заброшенный монастырь на отроге хребта Зубы Вепря

Меджнун был не самым сильным и не самым опытным лекарем Корейской Королевской гильдии лекарей, но самым незаменимым. Дело в том, что в королевстве любили сводить счеты с помощью проклятий, а сочетание дара лекаря и магии света делало Меджнуна лучшим специалистом по снятию проклятий. Свет мягко выжигал структуру проклятья, а дар направлял, ограничивал и корректировал воздействие магии. Его род не был большим и могучим. Точнее сейчас уже не был.

Род Меджнуна сильно пострадал в войне с Китаем сто лет назад. Война тогда с самого начала складывалась неудачно для королевства. Командующий армией брат короля не был полководцем и совершал одну ошибку за другой. И в результате во время решающей битвы большому отряду китайцев удалось зайти в тыл их войска, туда, где располагался госпиталь.

В тот день его род практически перестал существовать. Выжил один прадед. С той поры род потихоньку восстанавливался и ещё в начале этого года в нём насчитывалось двадцать родственников, и Меджнун смотрел в будущие с оптимизмом. Но беда пришла откуда не ждали. Его внучки Субин и Минсо, которыми он очень гордился и которые решили ради рода не искать богатых и знатных мужей, а выйти за муж за перспективных, но не очень знатных дворян, чтобы остаться в роду и усилить его, приглянулись племяннику короля.

Девушки категорически отказались идти к нему в наложницы, да если бы он даже позвал их за муж, то ответ был бы такой же. Твёрдое нет. Уж больно страшная слава ходила об этом молодом человеке. Девушки на которых он обращал внимание просто исчезали, а если родные поднимали шум, то и целые рода пропадали бесследно.

Меджнун понимал, что нужно бежать из страны, но не понимал как. Пока он раздумывал, его пригласили на очередное лечение. Он уже справился с проклятием, как пациент внезапно умер. Он успел провести диагностику и понял, что у того стояла ментальная закладка. Как только он снял проклятие, она сработала и буквально выжгла мозг пациента. Меджнун попробовал объяснить это вбежавшим слугам, но никто не стал его слушать, и он оказался в тюрьме.

Вскоре в камеру к нему пришёл человек в маске, и прямо обрисовал ситуацию. Или он отдаёт внучек племяннику короля и забывает про них и живёт дальше, или весь род вырежут, а их всё равно заберут. И предложение это делают только потому, что он востребованный лекарь. Никто не хочет объяснять королю почему его род вырезали. Но если потребуется, то конечно объяснят. Ведь доказательства измены появятся в его доме вместе с убийцами. Время подумать ему дали до утра.

До утра думать Меджнуну не пришлось. Ночью зять освободил его из тюрьмы. Андрей был из РИ и был сильным магом земли, ещё лет десять и стал бы Архимагом. Узнав, что случилось в доме пациента, он правильно оценил ситуацию и ночью проник в тюрьму. Найти нужную камеру человеку с даром лекаря не составляло труда. Освободив тестя от магического ошейника, они сумели уйти, не подняв тревоги.

В их доме в столице кроме Андрея его жены, Меджнуна и внучек на тот момент были только слуги. Остальные родичи работали в разных клиниках по всей стране. Им отправили сообщения менять внешность и выбираться из страны не используя документов. Слуг они отпустили, а сами не взяв из дома ничего побежали к посольству РИ, Андрей надеялся, что их там укроют и не отдадут властям. Он всё-таки гражданин РИ. Меджнун не был в этом столь уверен, но другого выхода всё равно не было. Он сам думал сдаться, как только за ними прийдут. Он беглый преступник, а из-за его семьи вряд ли король будет портить отношение с РИ.

Но они не добежали, за домом следили и их перехватили на пол пути.

— Молодых девок брать живыми, остальных убить! — прозвучал приказ, и в них со всех сторон полетели заклинания и пули. Меджнун как в замедленной съемке видел, как артефактная антимагическая пуля попадает в грудь его дочери, а следом ледяное копьё пробивает ей голову. Не спасти. С тех пор он каждую ночь видит это во сне. И каждое утро клянётся отомстить, а ещё клянется отблагодарить человека, который его спас.

Надо отдать должное его зятю. Хоть он и был лекарем, но Андрей не остановился, он закрыл их щитом земли и подбежал к Меджнуну.

— Выведи их отсюда, спаси моих детей, своих внучек. Ты опытный и умный человек, придумаешь что-нибудь. А я их задержу.

Меджнун буквально схватил в охапку рыдающих девушек, на глазах которых убили мать, и они побежали. Но нападавшие хорошо подготовились. Район был оцеплен. Они метались от дома к дому, но все двери были закрыты. Единственным открытым зданием оказалась небольшая гостиница. Это был уже посольский район и гостиница должна была охраняться, но им повезло, охраны внутри не было, а на крики персонала Меджнун не обращал внимания. Он планировал подняться на самый верх здания и попробовать уйти по крышам. В столице земля стоила дорогой была очень плотная застройка.

Вбежав на последний этаж, они столкнулись с женщиной, выходящей из президентского номера.

— Простите, госпожа, — воскликнул лекарь, — но мы очень спешим, дайте нам пройти, пожалуйста.

Женщина внимательно осмотрела Меджнуна и его заплаканных внучек и спокойно, на чистейшем корейском, спросила:

— Что случилось? Судя по вашему виду за вами, гонятся и этот шум битвы говорит о том, что гонятся серьёзные люди.

— Да, госпожа, нам надо пройти, иначе если они нагонят нас тут, вы можете пострадать — лекарь ещё раз попытался убедить женщину пропустить их.

— Вы собрались уйти по крышам? Бессмысленно. Вас поймают. У меня есть идея по лучше. Идите за мной! — голос женщины был настолько сильным и властным, что Меджнун растерялся и послушно пошёл за ней в номер, таща за собой внучек. Они прошли в спальню и только там лекарь опомнился.

— Госпожа, у них есть следопыты и сканеры, они нас точно найдут!

— Не найдут. — С этими словами женщина достала из коробочки с украшениями, что стояла на туалетном столике и повесила на шею Меджнуну странный медальон в форме медвежьей головы. Затем она нажала на глаз медведю.

— Сидите тихо, друг от друга не отходите,– уже шепотом сказала женщина и пошла открывать дверь номера, поскольку в неё постучали.

— Простите, госпожа, но нам необходимо проверить ваш номер, — за дверью стояла группа вооруженных городских стражей.

— Вы, понимаете, что я дипломат российской Империи? — вскинула бровь женщина.

— Да, госпожа, но бежал опасный преступник, возможно он держит вас на прицеле, мы обязаны пройти в номер и проверить!– настаивал стражник.

— Нет, номер, пока я его занимаю, считается территорией РИ, и, если вы сюда зайдёте, это будет считаться вторжением в мою страну. Вам нужна война с РИ?

— Нет госпожа, — смутился мужчина — но у меня приказ…

— Ладно, сделаем так — прервала его женщина — у вас же есть сканеры? Просканируйте мой номер, тут кроме меня никого нет и убедитесь в этом. Такой вариант вам подходит?

Стражники переглянулись, отошли от двери, немного пошептались, старший вернулся к двери и сказал:

— Да госпожа, сейчас принесут сканеры.

Сканеры показывали наличие жизни, а в его случае конкретно его жизненной ауры, поскольку наверняка были на него настроены. Сканер принесли через две минуты. Меджнун затаил дыхание. Оператор водил прибором у двери, вправо влево, и даже вверх вниз, проверяя заодно крышу и нижние этажи. Но прибор ничего не показал. Меджнун понял, что не дышит, только тогда, когда закрылась дверь и шаги стражников стихли на лестнице. Он судорожно вздохнул и закашлялся.

— Меня зовут Екатерина Андреевна Медведева, — представилась вернувшиеся женщина, — позвольте узнать кто вы и почему за вами гонятся?

Меджнун представился и кратко рассказал свою историю. Женщина слушала внимательно, не перебивала. Когда лекарь закончил свой рассказ, задала только один вопрос.

— Я так понимаю, раз бой стих, отец девочек тоже мёртв?

Меджнун кивнул. Сёстры зарыдали.

— Тогда мне нужно вывести только вас троих. Это проще. Меня ждёт корабль в порту, я должна была плыть на Калимантан, но поплывём мы в Китай. Заряда амулета хватит на восемь часов, поедим, подождём утра и в открытую поедем на корабль. Я запишу вас как слуг, при высадке на берег проблем не будет. Проверять нас не будут. Из Китая переправим вас в Монгольское Ханство. Есть там один обязанный мне военачальник, думаю я смогу договориться, чтобы вы там пожили. За услуги лекаря разумеется. Вы же хороший лекарь?

— Я хороший лекарь госпожа. Десятый ранг, магия света. Я особенно преуспел в снятии проклятий.

На этих словах рука Екатерины Андреевны дрогнула и трубка телефона, по которому она хотела заказать еду в номер выпала из её рук.

— Что с вами, госпожа⁈ — подскочил Меджнун.

— Ничего, успокойтесь, господин Ким, всё в порядке… — Проговорила женщина: — Позвольте задать вам ещё один вопрос. Вы верите в судьбу?

* * *

Меджнун потёр лоб и посмотрел на уснувшего Виктора. Подросток, почти мальчик, должен выжить и возродить род. Это было последним желанием его спасительницы. Семён уже успел сообщить ему о смерти Екатерины Андреевны и передать письмо. В нём была просьба приложить все силы к излечению Виктора. Пожелание счастья и долгой жизни. И всё. Вчера же мальчик рассказал ему, почему и как она умерла и кто он такой.

Лекарь вздохнул, мысленно попрощавшись со своей спасительницей. Попрощался, потому что возможно другого случая не представится. Проклятье на Викторе лежало выше уровня его знаний. Но он попытается, и скорее всего эта попытка будет стоить ему жизни. Если у него получится, но он в процессе умрёт, Меджнун был уверен, что Виктор позаботится о девочках. Он хороший человек, в этом лекарь был уверен. Один из многих плюсов быть лекарем. Они видели ауры людей чуть иначе, и Меджнун мог почти всегда определить какой человек перед ним. Виктор точно был хорошим человеком. Вздохнув ещё раз, он взял очередной флакон со стола и приступил.

* * *

Сознание вернулось резко, как будто меня во сне окатили ледяной водой. Только вот очнулся я в постели, а ощущение холода не ушло. Жуткого холода, я тут же стал отбивать дробь зубами. Я чувствовал тепло по бокам и в ногах, но его явно было недостаточно чтобы согреться. С трудом повернул голову на бок и увидел одну из близняшек, девушка спала, прижавшись ко мне. Немного передохнул и повернул голову в другую сторону, и да там оказалась вторая сестра. Что грело ноги установить не смог, потому что кроме как головой, ничем больше пошевелить не смог. Тело как будто одеревенело.

Мои шевеления, а скорее звук, выбиваемый зубами, не остались не замеченными. Девушки проснулись и тут же засуетились, одна принесла чашку с каким-то отвратительно пахнущим отваром и влила мне его в рот. Вкуса я не почувствовал, почувствовал только, что он был обжигающе горячим, но это хорошо, хоть не надолго ушла ледяная игла, что казалось торчала в сердце.

Тут же мне стали что-то втирать в грудь, и я даже смог задать вопрос.

— Получилось? — прохрипел я не своим голосом, губы не слушались, связки видимо проморозились насквозь. Спросил и почувствовал кровь во рту. Видимо губы полопались.

— Нет, Виктор, не получилось… — ответили они в один голос, но втирать в меня какую-то слизь на вид не перестали.

— Дедушка жив? — новая порция крови полилась в рот.

— Да, с ним всё хорошо, только сильнейшее истощение. Но мы думаем завтра он встанет на ноги. Вам же надо отдыхать. После этих слов в меня влили ещё что-то, и я моментально отрубился.

В следующий раз я очнулся видимо посреди ночи, потому что свет давал только каменный светильник. Мне было жутко жарко. Но это и не мудрено, мало того, что меня с обоих сторон обнимали близняшки, так мы ещё были накрыты какими-то шкурами в несколько слоёв. Я попробовал пошевелиться, получилось. Постарался аккуратно откинуть шкуры, но какое там, сил не было. Но мои потуги разбудили девушек.

Они положили мне руки на лоб, поняли, что он тёплый и мокрый и обрадовано заговорили разом.

— Хвала Спящему, ты выжил! Мы так переживали! Особенно когда одежда на тебе стала покрываться ледяной коркой! — проговорила одна.

— Да, хорошо, что нам не спалось и мы вышли во двор, и увидели столб света, а потом хлопок и столб света сменился столбом тьмы, — вторила сестре другая.

— Мы еле успели добежать и оторвать дедушку от тебя. Столб втянулся обратно, вы были без сознания. А потом ты начал покрываться коркой льда…

— Да, мы не придумали ничего лучше, как перетащить тебя сюда и греть… Ну как могли…

— Но ничего не помогало…

— Хорошо проснулись Семён с Настей, они привели дедушку в чувство, и он сказал нам что с тобой делать. Хвала Спящему, всё получилось.

Девушки рассказывали перебивая друг друга, не давая мне вставить ни слова.

— Дедушка уже пришёл в себя? — смог наконец вклиниться в их рассказ я.

— Ну физически да, давно уж. А морально… Целыми днями сидит в кабинете, раскачивается и говорит: «Позор мне, я не справился». Как сможешь двигаться, поговори с ним, пожалуйста — на меня посмотрели четыре умоляющих глаза.

— Подождите-ка, давно уж пришёл в себя? Это ж сколько я тут провалялся?

— Неделю, Виктор…

— М-да. — нехило так меня приложило, подумал я, но вслух сказал другое — С дедушкой я, конечно, поговорю, у нас ещё незаконченное дело есть. Если не получилось с первого раз, не значит, что нужно отчаиваться. Я вообще не припомню, чтобы у меня хоть что-то получалось с первого раза в прошлой жизни… Ой…

— Не поняли, — тут же заметили мою оговорку сёстры — Что значит в ПРОШЛОЙ жизни?

Я подумал немного и рассказал. Ну мы с ними почти семья, да и кому они меня сдадут? Девушки поохали, поахали и согласились с тем, что уж раз сильнейший ритуал призыва души призвал именно меня, то я точно найду способ снять проклятье, а они помогут всем чем нужно будет.

— Осталось только передать наш настрой вашему дедушке… Так, а чем это так плохо пахнет — ко мне потихоньку возвращалось обаяние, и я стал чувствовать какой-то очень не приятный запах.

— Так ты тут провалялся неделю. Конечно, ты плохо пахнешь, — рассмеялись девушки.

— Это ужасно, — мне вдруг стало стыдно, — с этим нужно что-то сделать, помогите мне встать, я залезу в бадью.

— Подожди минутку, я всё приготовлю — сказала Субин, поскольку она побежала явно греть воду, то это точно она.

Минсо, скинула с меня шкуры, продула комнату, да так, что ставни распахнулись, и попыталась помочь мне встать. Но куда там, она хоть и была магом, но не физиком, поэтому сделав несколько попыток мы завалились обратно на матрас.

Субин вернулась через пять минут, и тут дело пошло быстрее. Транспортировка моей тушки в соседнюю комнату проходила в несколько этапов, в перерывах меня сажали к стеночке, и все отдыхали. Но в итоге завершилась благополучно. Уже в воде мне дали выпить какое-то снадобье. И пол часа старательно отмывали. И конечно увлеклись. Пришлось переместиться на матрас, удивительно, но прогресс был на лицо, я почти сам дополз. Но все-равно лежал, а девушки делали всё сами. Но я был не против. Продержался я всего час, и уснул.