Глава 17

– Первое подавать не будем! – отрезала заведующая столовой, Лариса Вадимовна Докукина, чем‑то неуловимо похожая на свою коллегу из школы. Вот почему‑то все повара столовых чем‑то друг друга напоминали. Ну или может мне так казалось. – Не поминки! Нарезки, закуски, горячее, салаты.

– А по горячем что? – тут же подхватила беседу Алсу. – Можно несколько вариантов на выбор?

– Да это не сложно, только вопрос из чего готовить, – Лариса Вадимовна досадливо поморщилась, – Времени немного, два дня всего. Были бы продукты мы бы за ночь управились, но рыбы, например, у нас сейчас нет. Можем котлеты сделать, пожарские, можем курицу запечь, гуляш опять же.

– Гуляш не стоит, – Урусова категорически отвергла последний вариант. – Не сомневаюсь, что вы его отлично готовите, но подлива… обязательно кто‑то на себя вывернет. А отстирать её не так просто.

– Вот! Молодая, а понимает! – восхитилась Докукина. – Держитесь её, Лука Артёмович, сразу видно, девка справная! Значит так! Сделаем котлеты, куриные окорока, купаты… хотя по ним ещё надо уточнить. Рыба… нет, с рыбой вряд ли получится. Хотя бы неделя была, там бы решили вопрос, но сейчас не успеем. Бифштексы сделаем! И оладьи из печени. И достаточно будет. Гарниры обычные, пюре, рис, греча.

– Салаты в общей посуде или порционные? – Алсу задавала вопросы, которые мне и в голову бы не пришли. – Какие вообще будут?

– Мы готовим всё по ГОСТу! – важно подняла палец Лариса Вадимовна. – Зимний, Витаминный, Мимоза, Винегрет, Ленинградский, Минский. Можно «Под шубой», но порционную, боюсь не успеем.

– Тогда и не стоит, – решила Урусова, забравшая переговоры в свои цепкие лапки. – Будем делать порционные салаты! Думаю, все сразу смысла нет, выбрать четыре – пять самых ходовых. И заодно место на столе займём, чтобы пустым не казался.

– Пустыми он не будут! – упёрла руки в бока Докукина. – горячее, салаты, нарезки. Колбаса у нас своя, в Чулыме есть цех, работает в основном на нашей, ужанихинской говядине, в Серебрянке сыр, тоже свой. Так что будет что поставить! Единственное, что если бы раньше можно было балык заказать или карбонат, а так придётся брать то, что есть, но разберёмся. Бутерброды, опять же. Закуски. Яйца под майонезом сделаем.

– Канапе или тарталетки? – влезла Алсу, но видя недоумение в глазах заведующей, сдала назад. – Это такие маленькие бутерброды на шпажках и корзиночки из теста. Но если нет, то и не надо.

– Икры бы хорошо красной взять, но где её сейчас найдёшь, – покачала головой Докукина. – Лука Артёмович, может ваши из района помогут?

– С чем? – я совершенно искренне смотрел на женщин с полным недоумением во взгляде. – Простите, я нить беседы потерял. Честно говоря, никогда не занимался организацией празднований. Дома этим мама заведовала, а в спецшколе и техникуме – администрация.

– Понятно, – по‑доброму ухмыльнулась заведующая и повернулась к Урусовой. – Мужчины, что с них взять. Давай ка мы с тобой, девочка, всё сами обсудим. А вы идите, Лука Артёмович. У вас наверняка своих дел куча.

– Да, спасибо! – я действительно обрадовался возможности свалить. – Так, стоп! Давайте вопрос по деньгам решим. Это же всё не бесплатно!

– Ой, мы вам хорошую скидку сделаем! – удивила меня Лариса Вадимовна, и видя моё недоумение, пояснила. – Помните, когда вы арысь эту прибили, там дети на поле были? И вот среди них два моих внука. Оболтусы, сказано было со двора никуда, а они… так если бы не вы, кто знает, может и вовсе не вернулись. Так что я вам как родному всё оформлю.

– Да не стоило, но спасибо, – мне даже неудобно стало. – Это моя работа.

– А это – моя! – отрезала заведующая. – Я так думаю на круг… триста хватит. Это с алкоголем. Если без него, то сотня.

– Я думаю алкоголь лучше купить самим. – снова влезла Урусова. – Взять хорошее вино, например, Бордо или Шардоне…

– Не, не, не! – а вот тут я был непреклонен. – Лариса Вадимовна, вы же вкусы знаете? Вот и купите всё сами. Чтобы не было потом такого, что мы наберём дорогого вина, а его пить никто не станет.

– А вы соображаете, а говорили, что не занимались организацией! – похвала мне была приятна, но это я не сам такой ход придумал, а наследство альтер‑эго подало сигнал, среагировав на слова девушки. – Хорошо, я Щицыну позвоню, он сам привезёт всё что нужно!

– Вот и отлично! – я сделал вид что не замечаю недовольной мордашки Алсу. – Тогда я за деньгами и сейчас же рассчитаюсь. Дождёшься меня? Я тебя домой потом отвезу, а то дождь начинается.

– Да, конечно, – кивнула девушка и снова повернулась к заведующей. – А что у вас с музыкой? Есть магнитофон? Уверена, что после сытного обеда и выпивки гости захотят подвигаться.

Дальше я уже не слушал, выйдя на крыльцо и втянув уже пахнувший осенью воздух. В Москве в этом время ещё тепло, редко когда температура падает, а здесь, в Сибири, всё, уже прохладно. Днём ещё более‑менее и то если дождя нет, но вечерами заметно холодает. Но понятное дело, всё это была попытка отвлечься от свалившегося на голову праздника, который я совсем не ожидал. А согласился только потому, что понял правильность рассуждений Ивана Фёдоровича. Я ведь начал жить и работать в Ужанихе, но полностью в коллектив не влился. Этот месяц меня не трогали, приглядывались, прикидывали что у меня за характер, можно ли со мной дело иметь. Нет, не по работе, это понятно, что обязанности мои никто не отменял, но даже работу можно делать по‑разному. И, по сути, сейчас мне предстоит пройти финальный этап становления своим, одним из общества, а не изгоем, к которому обращаются лишь в крайнем случае.

Кто‑то мог бы сказать – да зачем тебе это! Подумаешь, признание каких‑то крестьян, фу! Отработаешь три года, свалишь в Москву и забудешь местную жизнь как страшный сон, но это был бы очень глупый человек. Я не зря в разговоре с директором упомянул коллективизм. Пусть у нас в Советском Союзе, он не был возведён в абсолют как в том же Китае, но и значение его сложно было преуменьшить. Что такое характеристика с места, не важно, учёбы, работы или проживания, знали все от мала до велика. И таких в личном деле лежало не один десяток. Ну ладно, может не десяток, но несколько штук точно, начиная с детского сада. И глупо верить, что на техникуме всё закончилось.

Кто‑то опять же мог бы возразить – ну и что? Займись частной практикой, тогда никакие характеристики тебе жизнь не испортят, но и на это у меня был ответ. Частная практика, она потому и частная, что не только ты никому ничего не должен, но и тебе тоже. Даже если мне крупно повезёт и через три года я получу вторую категорию, это будет моим потолком. Да, это уже неплохо, на хлеб с толстым слоем масла хватит, но дальнейшее развитие без поддержки государства станет во много раз сложнее. А я был честолюбив, пусть этого практически никто не замечал. В планах у меня было достигнуть максимальной высоты развития, как мага, так что уходить с госслужбы было вообще не вариант.

До дома я добрался быстро и ничуть не удивился, увидав на крыльце знакомую фигурку. Наталья, кутаясь в платок смотрела на меня исподлобья. Вот ведь не было печали. Знал же, что нельзя связываться с ведьмой. Устроила цирк с конями! Я усилием воли подавил раздражение, и припарковавшись перед домом молча вышел, прошёл на крыльцо и открыв дверь выразительно кивнул внутрь дома. Девушка фыркнула, но молча поднялась и зашла, не забыв снять обувь. Старый дом по мнению большинства сельян был не слишком удобно сделан, главный вход у него выходил прямо на улицу, а вот чёрный вёл на задний двор, откуда можно было попасть и в гараж, и в баню. Поэтому у меня нельзя было разуться на крыльце, как в большинстве других домов, где здание само по себе находилось в глубине участка, но я уже привык. Тем более что первый этаж был рабочим и летом я даже сам не всегда здесь разувался. Но сейчас уже приходилось, чтобы грязь не таскать.

– Значит, ты теперь с этой сучкой! – я не успел снять ботинки, как мне прилетело обвинение. – Кобель!

– А не влюбилась ли ты в меня, красавица? – что Натка ревнует было понятно и так, но меня интересовала её мотивация. Но достаточно было взглянуть в голубые ведьмовские глаза, чтобы увидеть ответ. – Не‑е‑ет! Тебя просто давит, что кто‑то посмел на твоё покуситься. Так?

– А хоть бы и так! – ведьма сбросила с плеч платок и сложила руки под грудью, от чего платье натянулось, подчёркивая безупречные линии. – Я первая тебя нашла! Почему должна делиться с какой‑то шлёндрой!

– Да ты охренела, подруга! – я от такой наглости даже дар речи на секунду потерял. – Я тебе что, собака чтобы у ног хозяина сидеть⁈ Или может быть игрушка, с которой делиться не хочется⁈ Моего мнения спросить не хочешь⁈

– То есть это я во всём виновата⁈ – в лучшем стиле женской логики повысила ставки Наташа. – Конечно! Я же ведьма…

– А ну цыц!!! – а вот это был запрещённый приём, так что я рявкнул так, что девушка не просто замолчала, но и даже немного присела. – Послушай меня внимательно. Я никогда в жизни не попрекал кого‑то за их таланты. И если ты не забыла, то буквально недавно встал между вами и разъярённой толпой. Не потому, что должен, это так‑то работа милиции, а потому что считаю, что каждый имеет право на жизнь и неважно человек это или нечисть. Пока ты не вредишь другим никто не имеет права попрекать тебя ни словом, ни делом. Это понятно⁈

– Извини, – Натка опустила голову. – Я… я тогда так перепугалась. Думала, что всё, сейчас всё и закончится. Если бы ты не появился, точно не сдержалась бы, ударила Голосом. И тогда только бежать, а много ли зимой в Сибири набегаешь?

– А потом увидела меня с Урусовой и решила, что теперь я буду с ней, а тебя защищать не стану. – на самом деле догадаться было несложно. Наташка только казалась себе интриганкой, а по факту все её ходы, как и их причины лежали на поверхности. – И решила сыграть в ревность. При этом чувств ко мне у тебя так и не появилось.

– Мы спим вместе! – в меня обвинительно ткнули пальцем.

– Спим, – не стал отрицать я очевидное. – хотя сном это назвать сложно. Но заметь, с Алсу я не сплю. И вряд ли буду.

– Она и вправду Княжна? – ведьмочка всё ещё изображала из себя вселенскую скорбь, но я заметил, как её глаза блеснули любопытством. – Прям самая настоящая⁈

– Княжна вряд ли, не та ветвь рода, – я пожал плечами. – Дворянка с гарантией. Но дело не происхождении. Там такая семья, что только держись, а я с её отцом уже успел поругаться. Тот застроить меня решил, а я не сдержался и ответил. Так что будущего у нас нет и быть не может.

– Ой, будто это кого‑то, когда останавливало! – фыркнула девушка, которая тоже своё будущее со мной не связывала, и меня это устраивало, как ни странно. Конечно, в постели ведьма это что‑то с чем‑то, но семью с ней строить это отдельный вид мазохизма. И да, я знал, что это такое. – Я вот совсем не против…

– Нат, давай не сейчас, – так‑то и я был не против, но нужно было деньги отвезти. – подожди меня немного, я метнусь, отвезу бабки, а после поможешь список составить, кого на день рождения приглашать.

– У тебя день рождения⁈ – вскинулась девушка и тут же подозрительно прищурилась. – А деньги кому?

– В столовую, заведующей. Там Алсу договаривается об меню и прочем. – я не видел необходимости скрывать это, а как только ведьмочка вскинулась осадил её вопросом в лоб. – Ты сумела бы всё устроить как положено? Есть опыт организации таких мероприятий хотя бы на десять человек? Вот и у меня нет! А у неё – есть. Поэтому я предпочитаю не лезть под руку к знающим людям. И не показывай свой характер, у меня он ещё хуже. Я тебе уже всё сказал, так что давай без психов, лады?

– Козёл ты, – припечатала меня Натка, но истерику устраивать не стала. – Наверху тебя подожду. Только скажи своему суседу, чтобы меня не шпынял.

– Хован, слышал? – я не сомневался, что домовой уже рядом, только не показывается. – Присмотри за гостьей, накормите её, напоите. И не хулигань. Знаю, что ты ведьм не любишь, но Наташа не станет нам вредить.

– Слово даю, – серьёзно кивнула девушка. – Ни словом, ни делом ни безделием не поврежу дому этому и его обитателям!

– Вот и славно! – я развернулся и направился к лестнице. – Я быстро!

В столовой мало чего поменялось, разве что обе женщины теперь сидели за столом, перенося всё о чём договорились на бумагу. Моему появлению обрадовались, потому что как раз остро встал вопрос о количестве приглашённых, на что я разочаровал Ларису Вадимовну, сказав, что понятия не имею. По идее стоило позвать всех ключевых персон села, товарищей из районного ПМАКа, знакомых, уже образовавшихся здесь, но свести всё это в единый список вот так с ходу я категорически не мог. Пришлось отложить этот до завтра, а пока я утвердил меню даже не читая, и рассчитался за аренду зала, работу и продукты. От себя накинул по десятке поварам, чем заслужил уважительный взгляд заведующей столовой. А я что, отец всегда меня учил, что труд должен достойно вознаграждаться. И пускай работники столовой и так получат зарплату, но простую человеческую благодарность никто не отменял.

Что отдельно меня порадовало, так это сообщение, что обо всех закупках Докукина уже договорилась. Завтра с утра должны были подвезти колбасу, мясные деликатесы, удачно нашедшиеся у производителя, купаты и сыр. Вместе с ними обещали доставить флягу кефира, или, как его тут называли, закваски. Дескать, нет лучшего средства от утреннего похмелья. Не знаю, я никогда до такой степени не напивался, но принял с благодарность. Пригодится. Гостям раздам или той же Ларисе Вадимовне, чтобы на следующий день после праздника налила тому, кто захочет. Кстати, это отличный выход! Пожалуй, так и сделаю.

Следующие полтора дня оказались какой‑то бесконечной каруселью. Половину ночи мы с Наткой составляли список гостей, стараясь никого не упустить, чтобы не обидеть. Получилось человек сорок, если считать со вторыми половинками. И ведь не скажешь же приходите один, не поймут. И не вычеркнешь же никого – обидятся. Ладно если бы я давно жил здесь, уже была бы своя компания, свой круг общения, но так как я фактически представлялся местному обществу пришлось звать всех. Даже того самого Гаевского, которого как оказалось с одной стороны не любили за спесивость, с другой, его предприятие действительно работало и приносило неплохую прибыль. И давало работу почти двум десяткам ужанихинцев.

Из тех, кого я пригласил не потому, что так было положено, а по велению души были ведьмы, семейство берендеев и Диляра. Ира обещала прийти с отцом. Ну и конечно, не обошлось без Урусовой, не позвать которую было бы форменным свинством. Я неблагодарной скотиной никогда не был, да и с Наткой мы вроде бы разобрались. Не скажу, что она прониклась к Алсу глубокими чувствами, но волком смотреть перестала… вроде бы. Ну по крайней мере я надеялся, что до прямого конфликта ситуация не дойдёт. Всё же мы взрослые люди, да и нет у меня ничего с Урусовой. Хоть слухи по деревне уже пошли.

Но всё когда‑то заканчивается, вот и я в шесть вечера уже стоял в столовой принимая гостей. Не перед дверью, конечно, мы ж не аристократия какая в собственном особняке, так в зале болтался. В своей лучшей рубахе, специально купленных брюках и начищенных ботинках. Правда по погоде стоило сапоги одевать, дождь зарядил с самого утра, но что поделать. Зато не жарко. И я надеялся, что так и останется, а вечер пройдёт в тёплой дружеской обстановке. Как оказалось, я был слишком оптимистичен, но это совсем другая история.