Глава 27

В общем, когда подошло нужное время, я отправилась на встречу с Василием Петровичем в отличном расположении духа. Кстати, похоже, моё настроение начало повышаться ещё в момент, когда я пила из чашки. Может, это у неё побочное действие такое? Хорошо бы… Как бы там ни было, я относилась к жизни с прочным оптимизмом и почему-то не сомневалась, что всё вскоре наладится.

Приблизившись к переходу, я внезапно обратила внимание на то, что перегородка между мирами теперь не такая прозрачная, как раньше. В какой момент это произошло? И по какой причине? Вроде моя сила хранительницы перехода, наоборот, возросла. Так в чём же дело? Теперь пространство за переходом искажалось и размывалось. Чтобы увидеть магазин целиком, приходилось вставать прямо в проём. Странно…

Уже приготовившись рассказывать оборотню обо всех удивительных событиях, которые со мной произошли, я выглянула в магазин со стороны моего мира и обнаружила, что там никого нет.

Это меня насторожило. Нет, паниковать я пока не спешила, так как Василий Петрович вполне мог просто задержаться, но мне всё равно стало как-то не по себе.

Включив телефон, я тут же увидела пришедшее от оборотня сообщение: «Малышка, не тревожься. Я прийти не смогу – напал на след и теперь сижу в засаде. Отойти нельзя. Позвонить тоже не могу, чтобы себя не выдать. Но, похоже, магик тут не один. Мне кажется, их много. В общем, понаблюдаю, сколько смогу, а уж там решим, что делать. Завтра непременно появлюсь. Мистбург не покидай – там по-прежнему безопаснее».

Обратно я вернулась потерянной. Эта ситуация начала сильно меня беспокоить. Кроме того теперь я здорово волновалась за Василия Петровича. Да, он силён, но с толпой магиков вряд ли справится. Откуда они вообще там взялись, а?

После отъезда родителей Василий Петрович заменил мне их. Я настолько привыкла к нему с детства, что он невольно стал для меня кем-то вроде второго папы. Он всегда заботился обо мне по мере сил и защищал.

Я как-то привыкла считать, что нет проблемы, с которой этот сильный во всех смыслах человек (ведь долгое время я считала его именно человеком) не сможет справиться. Потом, узнав, что он оборотень, я ещё больше укрепилась в своём мнении. Оказывается, меня здорово успокаивало осознание, что он всегда рядом, всегда на защите, готов подсказать, что нужно делать. А теперь, поняв, что ему может угрожать опасность, я почувствовала, будто у меня выдернули опору. Стало неуютно, одиноко и страшно.

Правда, погрузиться в чувства мне не дали.

Я только успела шагнуть в магазин, как появился он.

– В отличие от других я всегда буду рядом. Никуда не денусь. И всегда помогу, – вкрадчивый голос Эргилия раздался над самым ухом, хотя стоял он почти у витрины.

При этом Цербер, который тоже находился в магазине в ожидании хозяина (ведь сегодня Василий Петрович точно должен был преодолеть с моей помощью барьер между мирами), его в упор не замечал.

– Ну что? – нетерпеливо спросил щенок. – Где же он?

– Не пришёл, – с задержкой ответила я. – Он прислал сообщение, что сидит в засаде. Завтра пообещал точно быть.

– Ясно! Жаль! – Впрочем, в отличие от меня щенок не забеспокоился. Кажется, он на сто процентов верил в силу хозяина. Хотя о том, что магиков много, я малышу не сказала. Пусть хоть один из нас будет в хорошем расположении духа.

Щенок умчался в квартиру, а я осталась наедине с Эргилием.

К сожалению, он нашёл самый правильный момент, чтобы появиться. Момент эмоциональной уязвимости. Именно сейчас его присутствие не вызвало никакого внутреннего протеста. Более того, я испытала что-то вроде облегчения из-за того, что и в самом деле не осталась одна, совсем без поддержки. И тут же разозлилась на себя за это. Что за потребность в чужой опёке?

– Я чувствую, что ты не хочешь, чтобы я уходил.

Конечно, Эргилий тут же воспользовался тем, что я дала слабину. Он медленно приблизился ко мне. Так медленно, чтобы дать понять, что остановится в любой момент, как только я попрошу. А я не попросила.

Он остановился точно напротив, очень близко, но не вплотную. Я стояла, опустив глаза, чтобы не встретиться с ним взглядом. Будто это будет значить, что он победил. Эргилий протянул руку и, положив палец под подбородок, аккуратно заставил меня приподнять голову.

– Тебе ни о чём не надо беспокоиться, – мягко сказал он. – Я со всем разберусь. Моё восстановление вот-вот завершится. Возможно, сегодня ночью. Я чувствую это.

– И что ты будешь делать, как только сможешь передвигаться везде самостоятельно? – хрипловато спросила я. Выносить его взгляд было почему-то сложно.

– Разберусь с тем, что тебя беспокоит.

– Всех убьёшь?

– Я мог бы. Но не буду. Я понял, что тебя это расстроит. Есть много других способов разобраться с проблемами. Иногда достаточно припугнуть. Иногда можно лишить поддержки или перекрыть магию.

Стоп. И вроде ничего не мелькнуло в его глазах, но я вдруг с ясностью поняла, что он врёт. Почему пришла такая уверенность – понятия не имею. Может, наша связь всё же в некотором роде была двусторонней?

Ну конечно, он будет убивать. Спокойно, бестрепетно. Только, скорее всего, так, чтобы я об этом не узнала. Это же логично. Он будет устранять всех, кого сочтёт помехой, и возможных конкурентов. Если я нужна ему, то он сделает всё, чтобы у меня не возникло другого объекта для симпатии. Просто сделает это аккуратно, так, чтобы я не смогла проверить. Ведь нет никаких сомнений, что он хладнокровно идёт к цели, не пренебрегая для этого никакими способами. Он уж точно не будет переживать из-за устранения кого бы то ни было, даже если это будет не враг, а, допустим, какой-нибудь случайный ухажёр, который вызовет у меня хоть каплю симпатии. И мне при этом Эргилий будет говорить ровно то, что я хочу слышать. Захочу признаний? Да пожалуйста! Лишь бы давала ему то, что ему нужно: удовольствие, силу и… выход в другие миры. Ведь именно с моей помощью он получил туда доступ.

Я разом опомнилась. И чего вдруг расклеилась? Повода-то особого нет. Просто навалилось всё в одночасье. Но зато я теперь магик. А значит, часть проблем отвалилась. Соответственно, повод для радости тоже есть.

Да и Василий Петрович никуда не исчез. Он осторожный и умный, так что наверняка всё будет отлично. Завтра он появится, и я ещё посмеюсь над своими переживаниями.

– Твоё состояние изменилось. – Эргилий отстранился. И хоть лицо было ровным, но я не сомневалась, что он раздосадован.

– Да. Это был момент слабости.

Я прошла мимо него к двери в квартиру. Перед тем как войти, обернулась. Он исчез. Ещё бы. Моё состояние изменилось настолько, что даже мысль о том, чтобы найти утешение у Эргилия, внезапно стала казаться даже не просто отвратительной, а физически отталкивающей. Надо думать, ему было очень неприятно ощущать эти эмоции, направленные в его сторону. А продолжи он сокращать дистанцию, они обострились бы до предела.

Вернувшись в комнату, я прошлась взад-вперёд, размышляя о том, куда себя пристроить. Волнение за оборотня не давало сосредоточиться на чём-то полезном.

Размышляя о том, чем бы заняться, я подошла к столику с украшениями, и принялась разглядывать найденную жемчужину. Учитывая, что шкатулку я держала открытой, жемчужина буквально притягивала взгляд. Ну нет, не может она не обладать никакой магией!

Продолжая задумчиво всматриваться в гипнотическую пляску пламени, я как-то автоматически взяла стоящий на столике стакан с водой и сделала несколько глотков. Вода показалась мне неожиданно вкусной. Более того, с каждым глотком словно уходила тревога, сменяясь небывалой внутренней лёгкостью. Желая усилить эффект, я опустошила стакан и прислушалась к себе.

Мне было… хорошо! Так хорошо, как не было очень давно! Честно сказать, меня буквально распирало от нездорового энтузиазма. Хотелось танцевать, хихикать и делать что-нибудь легкомысленное и весёлое. Я будто опьянела, но как-то необычно. Не было никакой замутнённости сознания, тело отлично слушалось, да и реакции не притупились.

Внезапно моего лба коснулась невидимая рука берегини. Она сообщала, что ко мне пришли мои новые подруги. Отлично!

Вернувшись в магазин, я застала там Ракиру с Гюззой.

– Мы к тебе! – сообщила очевидное ведьма. – Не по делу, а с дружеским визитом. Решили, что ты, возможно, захочешь отпраздновать своё превращение в магика! А даже если не захочешь, то проведём вечер за весёлой болтовнёй. Мы заметили, что с тобой скучно не бывает. Всё время что-то интересное происходит!

Я хихикнула. Действительно, в их глазах я выгляжу той ещё оторвой. Впрочем, именно сейчас мне и в самом деле хотелось отрываться по полной программе.

– А что это у тебя за защита такая интересная? – уточнила Ракира, пристально меня рассматривая. – Никогда ничего подобного не видела! Где ты ею разжилась?

– О чём это ты? – весело уточнила я.

Вместо неё восторженно ответила ведьма:

– Ты как-то сумела прикрыть свою ауру. Сейчас увидеть её сложно, она постоянно меняется, то и дело принимая облик разных людей. Будто накрыта множеством слоёв, сбивающих с толку и не дающих увидеть то, что под ними.

– Правда? Ого… Так это, наверное, чашка из сна виновата! Пойдёмте покажу!

– Чашка из сна? – хором переспросили подруги и переглянулись.

– Ну да! – Я аж расхохоталась над их изумлёнными лицами. – Я из сна притащила чашку, а она оказалась с некоторыми… забавными особенностями.

Они поспешили за мной, явно сгорая от любопытства.

– Вот! – Я достала чашку и, вспомнив, как это делал Цербер, рявкнула в неё: – Чаю!

Чашка тут же наполнилась.

– Кто хочет провести эксперимент? – коварно предложила я подругам.

Вызвалась, конечно, ведьма.

Что интересно, ей даже и в голову не пришло поинтересоваться, безвредно ли это, словно она мне на сто процентов доверяла.

После первого же глотка у неё существенно выросли брови и… ноздри. Лоб увеличился, а губы, наоборот, уменьшились настолько, что она стала походить на игрушечного пупса.

Я залилась смехом, не в силах произнести ни слова. Заглянувший поздороваться Цербер, который проводил время в мире энергетических жителей, присоединился ко мне.

Озадаченная ведьма перевела взгляд с нас на вампиршу.

– Посмотри на себя в зеркало, – хладнокровно посоветовала та. – Очень интересный эффект, однако продержится недолго. Но самое необычное, что на ауре и в самом деле образовался дополнительный слой.

Ведьма рванула к зеркалу и оттуда раздался громогласный ржач. В отличие от меня, она не испугалась того, что лицо останется.

– А что это такое? – уточнила вампирша, завороженно замерев перед столиком, где у меня в раскрытой шкатулке лежала жемчужина. Пока мы веселились, она увидела сияние и подошла посмотреть.

– Красивая, правда? – всё ещё хихикая, отозвалась я. – Нашла её вот в этой раковине на берегу. Мне кажется, что она магическая.

– Возможно… но магия у неё явно другого порядка. Я тоже чувствую, что какое-то излучение есть и оно не несёт вреда, но больше сказать ничего толком нельзя. Эта энергия настолько отличается от наших привычных представлений, что я и ощущаю-то её с трудом. Мне приходится напрягать для этого все свои силы.

Вернувшаяся ведьма вновь потребовала себе чашку.

Некоторое время мы развлекались, отпивая из неё по очереди чай и примеряя новые лица, а заодно накладывая всё больше слоёв маскировки на ауру. Девчонки заверили меня, что подобного рода защита лишней никогда не бывает.

– Видишь ли, если аура надёжно закрыта, то ты сама можешь определять, хочешь ли быть узнанной другими или нет, – принялась объяснять мне Ракира. – Если не хочешь, то просто прикрываешь лицо обычной маской, заклинанием или с помощью макияжа, и всё – ты невидимка. Просто ведь ауру-то обычно скрыть сложнее всего. Она всё равно просачивается сквозь щиты, так как она – это не нечто статичное и плотное. Поэтому чаще всего прикрыть её надёжно очень трудно. А вот так вот налепить гибкие прочные слои, каждый из которых будто бы принадлежит отдельной личности, – это вообще невозможно.

– Здорово! – Признаться, большую часть объяснения я пропустила мимо ушей. – Слушайте, девочки, а может… погуляем по Мистбургу, а? Мне ж теперь нечего бояться, да?

– Отличная мысль! – бурно возрадовалась Гюзза. Признаться, её постоянное восторженное состояние, которое обычно несколько выбивало из колеи, сейчас очень соответствовало моему собственному. – Конечно, с нами тебе можно ничего не опасаться!

– И куда же ты хочешь? Куда обычно ходят подруги в твоём мире? – с исследовательским интересом уточнила Ракира.

Нет, ну как же для неё важно соблюдать все традиции, чтобы укрепить нашу дружбу! Аж лестно.

– В кафешку, потанцевать или в гости друг к другу, – перечислила я всё, что первое пришло в голову.

– Правда? Что ж, давайте пробовать. Мне очень интересно провести дружеский вечер по человеческим традициям.

Мы с Гюззой переглянулись и расхихикались.

– Что? – не поняла вампирша.

– Да в твоих устах даже приглашение развлекаться звучит как что-то напряжённо-официальное!

– Правда? – озадачилась она. – А как следовало сказать?

– А вот так: «Йюу-хуууу! Идём веселиться, девчонки!» – ляпнула я. На самом деле никакой установленной фразы для таких случаев, конечно, не было, но именно сейчас, в моём новом, крайне бодром и легкомысленном, состоянии, захотелось ответить именно так.

Ракира с удовольствием повторила эту фразу, а потом достала откуда-то из воздушного кармана небольшую записную книжку, инкрустированную драгоценными камнями, и с серьёзным видом занесла в неё полученную информацию, чем вызвала у нас с ведьмой ещё один приступ хохота. Похоже, наша вампирша планирует со всей серьёзностью подойти к освоению науки дружеских развлечений. Что ж, это будет забавно!

– Итак, я намерена сегодня попробовать все перечисленные Глашей развлечения, – объявила она. – Начнём с кафе! Только предлагаю всё же поменять внешность, чтобы не привлекать слишком много внимания. А то к Глаше могут начать приставать горожане, которые хотят заполучить накопители. Поэтому воспользуемся тем, что ауры у нас после игры с этой чашкой из снов надёжно скрыты, и изменим лица.

Она провела по своему лицу рукой и чуть преобразилась. В целом изменения не были такими уж кардинальными, но тем не менее теперь на себя она не походила. Гюзза последовала её примеру, а после изменила внешность мне, так как сама я этому ещё не научилась. Глянув в зеркало, я осталась довольна. Моё новое лицо выглядело куда симпатичнее – нос был поменьше, а губы более пухлыми и яркими. Правда, теперь я чем-то походила на ведьмочку.

– А что насчёт одежды? Может, стоит её сменить? – уточнила я. – Я же сегодня показывалась горожанам, когда торговала в магазине…

– О, вот уж о чём не надо переживать! – переглянулись подруги. – Мистбург – такое место, где ходят в чём угодно. У нас тут полная свобода! А так как ты сейчас являешься местной звездой, горожане стараются тут же копировать твою одежду, как только увидят. Скорее всего, сейчас по улицам разгуливает куча магиков в точно таком же прикиде, как у тебя!

– Ого!

– Вот тебе и «ого»! Сейчас пойдём гулять – обрати внимание.

Цербер, конечно, отнёсся к моей затее без энтузиазма. Пришлось потратить некоторое время, чтобы убедить его, что в компании двух глав кланов мне совершенно точно ничего не угрожает. Он предлагал взять его с собой, но девчонки сказали, что в кафе питомца не пустят, хоть он и говорящий. Поэтому ему пришлось остаться.

Наверное, будь я в нормальном состоянии, выходить из защищённого магазина мне было бы страшновато. Но не сейчас. Сейчас я перешагнула порог с лёгкостью. Мне хотелось развлекаться! С собой я взяла только горсть заработанных в процессе торговли монет и… чашку из сна! В этом странном состоянии мне показалось, что её обязательно надо взять с собой на тусовку. Что интересно, в карман она поместилась очень легко и будто даже приспособилась под его форму и размер. По крайней мере, карман не оттопыривался и чашка в нём вообще не ощущалась.