Глава 16

Инквизитора я впустила в свой дом с широкой улыбкой на лице. – Что это с вами? – подозрительно сощурился ри Кан. – Да так, – улыбнулась я. – Просто у меня выдался хороший день. – Хм… рад за вас. Вы не против, если я, как обычно, воспользуюсь вашей кухней? Ри Кан явился без свёртка с едой, но, очевидно, желал выпить чашку кофе, который сам же и принёс в мой дом. – Не против, но я не смогу составить вам компанию. Мне предстоит немало уборки. Инквизитор проследил взглядом за моей рукой и обозрел хаос, который оставили в гостиной юное семейство Лэйн. – Что здесь произошло? Нашествие безумных художников? Я даже засмеялась его шутке. – Нет, я всего лишь давала мастер-класс по изготовлению артефактов. – Вы? – инквизитор нахмурился. – Давали мастер-класс? – Ну да. Утром приходили трое малышей, поэтому такой бардак, а вечером придут дети постарше. Мне нужно прибраться и подготовить материалы. – Насколько я помню, вы только в этом году окончили Академию Артефакторики? – Всё верно, – подтвердила я, не ожидая подвоха. – Соответственно, в Магистратуре не обучались и звания магистра магических наук не имеете? – Ну и что? – Эмма, согласно законам республики Крондт оказывать образовательные услуги в сфере магии имеет право только тот, кто имеет звание магистра. Чёрт! Чёрт-чёрт-чёрт! – Вам, что, премию выдают, когда удаётся испортить кому-нибудь настроение?! – воскликнула я, едва сдерживая слёзы. Злилась я не на инквизитора, а скорее на себя. В своём стремлении найти решение финансовых сложностей, я совершенно забыла о законах. Разумеется, я знала, что обучать может только магистр. Просто… мастер-класс был не совсем уроком, я, по сути, не учила малышей пользоваться магией, просто сделала для них воздушных змеев. А вот детей постарше я планировала научить мастерить подобное самостоятельно. Закон не нарушила, но собиралась. И теперь этот доставучий ри Кан наверняка видит, что в моих глазах собралась влага, готовая вот-вот растечься по щекам. – Я вовсе не хотел портить вам настроение, – раздражённо ответил мужчина и отвёл глаза. Ну, точно, он заметил грядущие слёзы. – Просто указал на нарушение закона. Следить за его выполнением является моей прямой обязанностью. – Идите вы! Знаете, куда? – Куда? Внезапно инквизитор посмотрел мне прямо в глаза. Холодный взгляд голубых глаз пронизывал насквозь, и я не выдержала напряжения – по щеке стекла слезинка. – Идите вы… в кухню! – сжав зубы, проговорила я. Только бы не заплакать сильнее! – Что-то пропало желание, – процедил ри Кан. Инквизитор развернулся ко мне спиной и скрылся в подвале, хлопнув дверью. – Ненавижу, – выдохнула я в пустоту, смахивая слёзы с лица. – Чтоб тебя там пауки сожрали! Как ни странно, небеса услышали моё пожелание. Почти сразу же в подвале раздалась отборная ругань, а через мгновение дверь распахнулась, являя мне ужасающее зрелище – человека, облепленного пауками. Отряд членистоногих устроил настоящий праздничный парад по одежде инквизитора. Когда один, особенно наглый, представитель паукообразных заполз на предплечье, ри Кан сбил его на пол щелчком, и обвинительным тоном произнёс: – У вас в подвале – пауки! И тряхнул рукой, скидывая на пол ещё десяток тварей, который тут же бодрым ползком направились в мою сторону. Я истошно завизжала и отступила в сторону подсобки, где схватила метлу, вернулась к инквизитору и принялась сбивать с него пауков, попутно пытаясь превратить насекомых в лепёшки. Иногда получалось. Белоснежную рубашку покрывали кляксы расплющенных мною тварей. – Что. Вы. Делаете? – отрывисто выкрикивал инквизитор, пытаясь закрыться от меня руками. – Спасаю вас от пауков! – выкрикнула я, раздражённая недогадливостью представителя Конклава. – Не надо! – гаркнул Инквизитор из-под сложенных крестом рук. – Надо, Артан! Надо! – заверила я, наращивая энтузиазм и силу ударов по инквизитору. – Остановитесь, Эмма! Увы! Меня захлестнул адреналин и остановиться не я смогла бы при всём желании. А ещё не хотела! Паучки сделали мне великолепный подарок, устроив демарш по лорду ри Кан. Они подарили мне законный повод отхлестать ненавистного инквизитора веником! Меня даже в тюрьму за это не посадят. Может быть… – Хватит! Усиленный магией голос инквизитора окатил меня звуковой волной, заставив замереть на месте. Этот негодяй применил ко мне чары! Такие же, с помощью которых, очевидно, ловил самых злостных преступников. К слову, на пауков магия ри Кана тоже подействовала. Они замерли, и мужчина легко стряхнул их с себя прямо на пол. Вообще, этот лорд был страшен в гневе. По скулам гуляли желваки, чётко очерченные губы плотно сжаты, а в прищуренных глазах горит инфернальный огонь. И тут мне захотелось его поцеловать. Странное и очень глупое желание, не имеющее никакого объяснения, я поскорее прогнала, напомнив себе, что ненавижу самодовольных индюков вообще и вот этого конкретного их представителя, в частности. Ненавижу, я сказала! – Я сделаю вид, госпожа Роузли, – медленно проговорил инквизитор, – что верю, будто вы действительно хотели мне помочь избавиться от пауков. Однако, в будущем попрошу не вмешиваться в мои разборки с членистоногими. Я удивилась. Да что там… я просто офигела от того, что инквизитор только что назвал пауков так… То есть, они, конечно, членистоногие, и это научный факт, но почему-то даже такое крошечное сходство в наших мыслях с лордом ри Кан меня ужасно смутило. – Ладно, – покладисто согласилась я. – Но если вас будет жрать какой-нибудь хищник, то я тоже постою в сторонке. – Если я не справлюсь с хищником без женской помощи, то, несомненно, лучше быть сожранным им, чем потом сгорать от стыда. – Пусть ваше желание сбудется, – от души пожелала я. Ри Кан усмехнулся. – Благодарю. Мне нужно примерно полчаса, чтобы разобраться с пауками в подвале, а потом у меня к вам очень важный разговор, Эмма. – Через полчаса уже закончится обед и нужно открывать лавку! – возмутилась я. Хотя товара в магазине уже почти не осталось, я не могла просто так согласиться с требованием инквизитора. – Ничего страшного, – отрезал мужчина. – Откроете попозже. И снова скрылся в подвале, оставив после себя целую гору пауков на полу. То есть убирать это мне? Ладно, метла уже была в руках, так что я принялась сгребать членистоногих в ведёрко, которое вынесла на улицу, сгрузила на землю, где развела небольшой костёр. Сожгла заодно прошлогодние листья, которые тут же быстренько собрала граблями. Отец не успел привести двор в порядок перед смертью, а у меня до этого момента не находилось сил. Затем я наконец-то вернулась к хаосу в гостиной. Сложила аккуратно кисточки, бумаги, отмыла краски со стола, стульев и принялась за пол. Одно особенно зловредное пятно никак не желало отмываться, и я минут десять ползала вокруг него, пятой точкой кверху, отскребая всеми чистящими средствами, которые имелись в наличии. Процесс так захватил меня, что я не услышала, как инквизитор вышел из подвала. Ему пришлось привлечь моё внимание деликатным покашливанием. – Кхм-кхм-кхм, не могли бы вы повернуться ко мне… лицом. Я вскочила как ошпаренная. Тряпка в руках, волосы взлохмачены, а лицо наверняка раскраснелось от уборки. – Обязательно было подкрадываться?! – Нужно поговорить, – спокойно ответил ри Кан, оставив мою претензию без ответа. – Сначала умоюсь! – объявила я и, не дожидаясь согласия, рванула наверх. Умылась, причесалась и переоделась. Ничего не будет инквизитору – пусть подождёт! Когда спустилась вниз, из кухни одуряюще пахло кофе и какой-то выпечкой. Оказалось, что ри Кан уже сходил к Страттонам за свежим яблочным пирогом, развёл огонь, вскипятил чайник и заварил кофе. На двоих, между прочим. – Вы слишком хозяйственный для наследника древнего рода, – невольно вырвалось у меня. Ри Кан улыбнулся и жестом пригласил сесть за стол. – Работа инквизитора порой проходит в походных условиях. Приходится самому себя обслуживать. Я села и вопросительно уставилась на ри Кана, который, однако, не спешил начинать разговор. Спокойно принялся поедать пирог и пить кофе. Я сделала один глоток и продолжила буравить недовольным взглядом инквизитора. Он и бровью не повёл. Отрезал кусок пирога и положил мне на тарелку. – Ешьте, Эмма. Я угощаю. От прямого предложения разделить пищу не отказываются. Пришлось мне всё же присоединиться к молчаливому поглощению выпечки мамаши Страттон. Когда кофе был выпит, а пирог доеден, инквизитор откинулся на спинку стула и, наконец, заговорил о деле: – Смерть вашего отца не была случайностью, Эмма. Я уверен, что его убили. * * * Артан На глаза Эммы навернулись слёзы. Если девушка заплачет второй раз за день, он не выдержит. Артан перевёл взгляд на окно, за которым виднелся внутренний дворик. – Вы в порядке? – Конечно! – голос девушки дрожал, но в нём также отчётливо слышался металл. Артан сдержал усмешку. Эмма Роузли старалась держать лицо в любой ситуации, даже в довольно плачевной, как сейчас. Артан уже заметил, как она собирает по дому всевозможные артефакты и распродаёт имущество. Очевидно, что этого недостаточно. Потому она и решила преподавать. Так стремилась решить финансовые сложности, что забыла о законе. Инквизитор ругал себя за то, что вмешался со своим мнением. Подумаешь, сирота немного нарушает правила. Мог бы посоветовать ей делать игрушки самой и устраивать для детей не мастер-классы, а игровые мероприятия. Он, конечно, не предприниматель, но выход найти можно всегда. Увы, инквизиторская натура вылезла вперёд и на автомате отметила нарушения. Он снова перевёл взгляд на девушку. Она сидела, выпрямив спину и сложив руки перед собой на столе. Слёзы уже просохли и на него смотрели огромные зелёные глаза, в которых сверкали молнии. Эммален Роузли его практически ненавидела – Артан это прекрасно понимал. Его расследование угрожало ей выселением и прекращением торговли. – Я должен задать вам несколько вопросов, Эмма. Официально. Девушка с ненавистью проследила за тем, как он поставил в центр обеденного стола артефакт истины. – Я готова. – Вы знаете, у кого отец приобрёл те подковы, о которых вас спрашивали покупатели? – К сожалению, нет. Я не обнаружила никаких записей об этом. Друг отца – господин Ларнак – тоже был не в курсе. – Хм… Инквизитор побарабанил длинными пальцами по столешнице. – Эмма, сейчас очень важно, чтобы вы были предельно честны со мной. – Я честна, – она кивнула на артефакт в центре стола, который сразу бы указал на ложь. – Происходило ли что-нибудь необычное с момента гибели вашего отца? То, что связано с домом? – Странное? Ну, кроме того, что здесь всё подряд ломается – ничего. – Ломается… хм, да, это логично. Что ещё сломалось в моё отсутствие? Отвела взгляд и почему-то покраснела, но всё же ответила: – Артефакт нагревания воды в ванной на втором этаже, а ещё появилась плесень в мастерской под лестницей. Плесени в доме никогда не водилось, а тут за день покрыла стены и мебель! – Филин сбросил все перья, в подвале обнаружилась целая кладка пауков… – задумчиво продолжил Артан. – А пауки тут при чём? – Пока не знаю. Ещё какие-то странности? – Да вроде нет… Хотя, знаете. Почему-то многие соседи предлагали мне купить дом. – Правда? Артан подался вперёд и накрыл ладонью дрожащие женские пальчики. Он и сам не знал, зачем, просто как-то само вышло. – Кто именно хотел купить дом? Тот господин, с которым вы спорили? – Да, но он не сосед. – Как его зовут? – Грэди Ворст. – Кто ещё? Девушка задумалась, а потом начала перечислять: – Чета Страттонов, Ирвана Пайнс – хозяйка гостиницы, госпожа Мендес – наша швея. Это те, кто напрямую предлагал купить дом, остальные просто интересовались – не собираюсь ли я его продавать. Вспомнила – друг отца, господин Ларнак, тоже предлагал выкупить дом, но он хотел это сделать, исключительно чтобы помочь мне. Надо бы записать все эти имена, но Артану категорически не хотелось выпускать женские пальчики из своей руки, а Эмма почему-то не противилась этому. Словно не замечала. – А этот господин Ворст, он угрожал вам? – Ну… наверное, пытался. Сказал, что у него много связей, а я всего лишь сиротка, о которой никто не будет вспоминать. В этот момент явились вы и прервали беседу. – Понятно, – процедил Артан, сделав мысленную пометку разузнать всё возможное о господине Ворст. – Эмма, мне придётся опросить всех ваших соседей, особенно тех, кто предлагал купить дом. Только это надо сделать так, чтобы они не знали, что я инквизитор. Так что легенда всё та же – я ваш плотник. Я буду приходить к вам в дом и действительно работать в подвале до обеда. Потом буду ходить обедать в близлежащие кафе, заказывать материалы для стройки… – У меня нет денег на стройку, – возразила Эмма чуть смутившись. – Это будет за счёт Конклава. Ваше дело приобрело государственную важность. Правда, строить я буду не полки. – А что же? – Не могу пока сказать. – То есть вы собираетесь начать стройку в подвале моего дома, но не скажете мне, что это будет?! Девушка начинала сердиться. Нежная кожа на щеках покрылась румянцем, изумрудные глаза засверкали как драгоценные камни – Артан невольно залюбовался. – Что же вы молчите?! – потребовала она ответа. – Поверьте, я не могу ничего сказать исключительно в целях вашей безопасности. Могу только пообещать одно: вы ни за что не пожалеете о том, что доверились мне. – Я уже жалею, что вообще впустила вас в свой дом, – мрачно сообщила Эмма и выдернула пальцы из его ладони. Словно только сейчас осознала, что всё это время он держал её за руку. Покраснела ещё сильнее, и Артан улыбнулся. Приятно, чёрт побери, когда красивая девушка смущается в твоём присутствии! Особенно такая боевая, как Эммален Роузли. Артан отключил артефакт истины и убрал его в карман. – Я не стану мешать вашей незаконной деятельности. Сделаю вид, что ничего не видел. Проводите свои мастер-классы. Просто примите дружеский совет. Либо просто делайте артефакты самостоятельно, а с детьми проводите какие-нибудь игры и развлечения. Либо сходите в Академию и попросите одного из преподавателей стать вашим куратором. – Это возможно, только если я собираюсь поступать в Магистратуру, – буркнула девушка, растирая пальцы. – Скажите, что собираетесь поступать. – Инквизитор Конклава советует мне не только нарушать закон, но и лгать? – Вовсе нет, я, наоборот, советую вам соблюсти все возможные правила и попытаться поступить в Магистратуру. Просто закрою глаза, если вы не станете этого делать. Мне пора идти, Эмма. Я не побеспокою вас до понедельника. Сегодня и завтра у меня дела, а в воскресенье – законный выходной. Надеюсь, вы успеете отдохнуть от меня за это время. – Я тоже. Он поднялся, поднял с пола свой чемодан с инструментами и направился к выходу. – Если случится хоть что-нибудь… что угодно – у вас ведь сохранилась моя карточка для связи? Эмма кивнула. – Обращайтесь в любое время дня и ночи. И как обычно – ни в коем случае не спускайтесь в подвал.