Глава 8

Несмотря на все утренние перипетии, мне всё же удалось открыть магазин к девяти утра, как обычно это делал отец. Товар уже лежал на своих местах до меня, я лишь прошлась пуховой щёточкой, смахивая пыль, и выслушала поучения от филина. – Зря отказала Страттону. Конечно, он любит не тебя, а себя в качестве будущего владельца магазина артефактов, но мужчина в доме всё же не помешает. – Ты разве не слышал этого «мужчину»? – фыркнула я. – Узнав о моих сложностях, тут же передумал жениться, не говоря уж о том, что дров наколоть отказался. – Это правда, – задумчиво произнёс филин. – Инквизитор был бы гораздо лучшим мужем для тебя, чем Страттон. Подобный вывод стал для меня полной неожиданностью, и я впала в ступор. К счастью, ненадолго, потому что звякнул входной колокольчик, и на пороге показался первый клиент. Ирвана Пайнс хозяйка гостиницы неподалёку. Женщина средних лет и средней весовой категории, которая, впрочем, выглядела очень даже неплохо. Платье дымчато-серого цвета, которые придавал благородства её чёрным с проседью волосам, уложенным в причёску. Шляпка, перчатки молочного цвета и небольшой лорнет довершали образ ухоженной горожанки. Госпожа Пайнс всегда куда-то спешила и была выгодным покупателем. – Привет, Эмма! Открылась уже? Вот и молодец. Горе-горем, а кушать хочется всегда! Я через силу улыбнулась женщине. Плохого она, конечно, не желала, но всё же ей удалось зацепить за больное. Горевать по отцу мне было попросту некогда, и я испытывала бы чувство вины из-за этого… опять же если бы было время. – Слушай, твой отец обещал мне вечные подковы для Молли, чтобы не изнашивались и защищали ноги лошади от повреждений. Не знаешь, где они? – Госпожа Пайнс, мне очень жаль, но ведь склад отца был уничтожен взрывом. – И что, там совсем ничего не осталось? – недоверчиво переспросила она. – К сожалению, – я развела руками. – А когда ты сможешь мне достать такие? Я вообще решила ещё завести лошадку для посетителей и сдавать в аренду, так вот мне бы для неё тоже нужно. – Честно говоря, я не знаю, когда смогу достать. Ещё не разобралась в списках поставщиков, но обещаю заняться в ближайшее время. Я записала пожелания госпожи Пайнс в книге заказов, сразу под последней записью отца. После чего хозяйка гостиницы посетовала на раннюю жару и купила у меня охлаждающий веер, вручив целый суриан вместо положенных десяти лир1. – Кстати, – обронила она перед уходом. – Если вдруг надумаешь продать магазин – обязательно сначала предложи мне. Я дам действительно хорошую цену, не то, что эти… Кто подразумевался под презрительным «эти», она не сказала, но я и так догадалась. Поскольку знала то же, что и все. Хозяйка гостиницы считала себя выше простых торговцев. Она этого не скрывала и даже подчёркивала в каждом разговоре. Может, потому что являлась вдовой аристократа, может, считала гостиницу бизнесом более высокого уровня, чем магазинчик. Точных причин мы не знали, но об отношении Ирваны Пайнс к соседям осведомлены были все. Правда, непонятно с чего она решила, что кто-то ещё хочет купить магазин. В любом случае визит надменной дамы положил начало. Заказ на два набора подков – уже хорошо, а целый суриан вместо половины – совсем прекрасно. После Ирваны потянулась целая вереница клиентов. Правда, большинство привело в магазин вовсе не желание приобрести артефакт, а любопытство. Узнать, как у меня дела, как я держусь и не собираюсь ли продавать магазин. Поразмыслив, я поняла, что интерес обитателей нашей улицы вполне понятен. Здесь жили тихо, размеренно, район считался достаточно благополучным, чтобы в наши магазины время от времени забредали обеспеченные клиенты, но недостаточно шикарным, чтобы какой-нибудь аристократ захотел тут приобрести землю и выгнать жителей с насиженных мест. Рядом было множество жилых домов, которые опять же тянулись отовариваться к нам. Наша улица являлась своеобразным торговым центром всего района. Вздумай я продать дом чужаку… Неизвестно во что превратит мой магазин новый владелец, может и дом терпимости открыть, испортив репутацию всем сразу. А если конкурент объявится? Например, новый пекарь, который перетянет на себя весь доход семейства Страттон? Или швея, которая отхватит половину клиентуры госпожи Мендес? Словом, возможные перемены местных пугали. Поэтому к концу дня у меня уже язык отваливался. Пришлось всех и каждого убежать, что продавать не планирую, а если и надумаю, то обязательно обращусь к кому-нибудь из местных. День выдался тяжёлый. Я даже забыла закрыться на обед и ни разу не присела, циркулируя между разговорчивыми посетителями и их детьми, которые так и норовили что-нибудь уронить или сломать. Правда, имелся один неоспоримый плюс. Я распродала весь товар, что лежал на витринах. Сработал некий соседский кодекс. Приходишь поболтать – какую-нибудь мелочь, но купи. Пополнился и список заказов. Оказывается, отец всем наобещал магических подков для лошадей. Странно, ведь он раньше вообще не занимался подобным товаром. А самое загадочное во всём этом было то, что в книге заказов я не обнаружила никаких записей об этом. То есть он обещал направо и налево, в огромных количествах, но даже не записал, кому и сколько должен? Совсем не похоже на отца. Ведь надо же закупить эти подковы в определённом количестве. Увы, денег совершенно не было. Я подсчитала вырученную за день сумму. Хватит на коммунальные платежи в этом месяцев. И всё. Еда? Обойдусь без еды, тем более мне не на чем её готовить, а дров в сарае тоже надолго не хватит. Покупать их не на что. В общем, светит мне модная диета, состоящая из кислых яблок в саду. Девчонки в академии частенько худели на ней перед балами. Я не пробовала, потому что покушать слишком любила, но вот представился шанс оценить её чудодейственные свойства. Чинить нагревательный элемент в ванной? Буду мыться ледяной водой. Тоже, говорят, полезно для кожи. Закаливание опять же. Но вот на что закупать товар? Что продавать в магазине?! Или же всё-таки сразу продать сам магазин? Не знаю, что страшило меня больше: остаться без собственного жилья или лишиться дома, который был теперь моей единственной опорой в жизни, единственным, что осталось на память от родителей. Звякнул входной колокольчик, который прервал мои размышления и спас от надвигающейся истерики. Чёрт! Неужели я не перевернула табличку «Открыто» обратной стороной? Подняла голову и… радостно бросилась встречать посетителя. – Дяд Дуг, как я рада вас видеть! Дуг Ларнак – старинный друг моих родителей. Всегда был рядом, баловал меня игрушками и сладостями. Я торопливо перевернула табличку надписью «Закрыто» и обняла старика. Господин Ларнак был невысок ростом и носил аккуратно стриженные усы и бородку, которые давно уже полностью поседели несмотря на не особо преклонный возраст мужчины. Он был ровесником отца, но у папы имелась только обильная проседь в волосах. – Как ты, Эмма? Разобралась с делами отца? – участливо спросил мужчина, ласково улыбаясь. – Пытаюсь, – вздохнула я. – Он всем пообещал какие-то магические подковы для лошадей, но я не нашла никаких записей об этом. Вы случайно не знаете имени поставщика, у которого он собирался их закупать? – Не знаю, к сожалению, – покачал головой дядя Дуг. – А ещё меня почему-то все спрашивают, не собираюсь ли я продавать магазин. С чего это все так озаботились этим вопросом? Мужчина замешкался с ответом. Снял цилиндр с головы, покрутил его в руках. – Ты только не расстраивайся. – Да в чём дело? – не выдержала я. – Ходят слухи, что отец твой потратил все сбережения на какую-то партию незаконных артефактов, которые у него в подвале и взорвались. В общем… все знают, что он не оставил тебе ни денег, ни товара, ещё и дом заложил. – Интересно… и откуда же такие слухи? Дядя Дуг пожал плечами. – Не знаю. Честно, не знаю. Могу сказать только, что распространяться они начали со вчерашнего вечера с бешеной скоростью. Я, конечно, всем говорю, что это выдумки, что товар пропал из-за взрыва это понятно, но без денег тебя отец бы не оставил… Только на каждый роток не накинешь платок. Прости, девочка. – Да вы тут ни причём, – с досадой ответила я, напряжённо размышляя, кто бы мог слить информацию о деньгах. Кто об этом вообще знал? Господин Поллини и служащие в банке (которые по идее не имеют права разглашать подобную информацию). Узнать от них о бедственном положении мог господин, что хотел купить дома – как его… Ворст, кажется, да инквизитор. Инквизитору незачем распространять подобные слухи, а Ворсту попросту невыгодно. Ведь он сам хотел купить дом. Остаётся мутный поверенный. Слишком сильно он уж хотел узнать содержимое предсмертного письма. Служащие в банке обычно дорожат своей репутацией и не разглашают тайн клиентов, за такое и работы можно лишиться. – Но я всё-таки не совсем понимаю, почему все так внезапно хотят купить дом? Дядя Дуг отвёл взгляд, но всё-таки ответил. – Ты незамужняя девица. Первая половина соседей считают, что не справишься с магазином в таких условиях. Вторая половина думает, что выскочишь замуж. В общем, продашь ты этот дом в любом случае, вот все и торопятся отхватить недвижимость. Сама понимаешь, расположение и устройство дома очень подходящие для какого-нибудь ресторана. У меня опустились руки. Во всех смыслах. Повисли безвольными плетьми вдоль тела, а на душе кошкой заскреблась безнадёжность. Никто не верит, что я справлюсь, а собственно… как я вообще собиралась справиться? Дядя Дуг сочувственно пожал моё плечо. – Так это правда насчёт денег и закладной? Я кивнула, смахнув набежавшую слезу. – Не унывай, Эмма. Я верю, что ты справишься! Ну а если всё же решишь продать магазин… Я тоже не против его купить. Погашу долг по закладной и добавлю тебе на обучение в магистратуре. К тому же, ты спокойно сможешь жить здесь всё лето, до самого поступления в магистратуру. – Правда? – недоверчиво спросила я. – И вам будет это удобно? – Конечно, – улыбнулся дядя Дуг. – Я бы сделал здесь свою антикварную лавку, ваш магазин расположен удачнее моего закутка в конце улице, а свой дом сдам или продам. К тому же, раньше осени я точно этим не смогу заняться. Нужно ещё съездить за товаром. Если ты согласишься – мне придётся значительно расширить ассортимент, да ещё дать рекламу. – Да, наверное, это было решило мои проблемы, – задумчиво произнесла я. Не придётся думать о закладной и коммунальных платежах, можно будет жить в своём доме, готовиться к магистратуре, а на еду как-нибудь заработаю. Только вот… – Что «только вот»? – участливо спросил дядя Дуг и я поняла, что последнее произнесла вслух. – Только вот дом – это всё, что у меня осталось. Он кивнул и погладил меня по плечу. – Понимаю, Эмма. Пришло время серьёзных решений, а ты к ним ещё не готова. Подумай, я не тороплю. В любой момент моё предложение в силе. * Суриан – золотая монета республики Крондт. 1 суриан = 20 лир. Лир – серебряная монета республики. 1 лир = 20 денир. Денир – медная монета.