62 — Ревин Артелл —

Терн выдернула Хибики из рук Фейвина и прижала к себе.

«Только попробуй отказаться, и я первый сдам тебя Старейшинам, едва мы вернемся», — Рисс оскалился, вздыбив шерсть на загривке. Ревин отчетливо услышал каждое слово пса.

Охотница посмотрела Риссу в глаза и поежилась. Маг свел брови к переносице: «Эта псина… ей приказывает?»

— Ревин, Дамис, — Терн повернулась к «драконам». — Вы должны уйти. Фейвин, можешь им помочь?

— Формально — да, — с раздражающей безмятежностью отозвался прыгун. — Но нам все равно придется идти в любой из залов!

Он сверкнул очками и с усмешкой глянул на Ревина.

— Чувствуешь, ага?

— Да, — сдавленно отозвался Ревин. Маг не просто видел Вторым Зрением, а ощущал пульсацию энергии каждым открытым участком кожи. Смотритель запечатал башню, и Фейвину даже с его талантом не пробить толщу блокирующих заклинаний. — А медальона Гильдии у тебя нет?

Прыгун пренебрежительно фыркнул. Ревин вздохнул.

— Жаль. Он послужил бы пропуском наружу.

— Легко теперь не выйти, — пояснил Фейвин охотнице. — Но дайте мне зал, особенно верхний, и Хибики… Можем отправиться в любом направлении! Всех устраивает подобный расклад?

Ревин едва не зарычал от его наглости, но обернулся на Дамиса и понял, что друг думал похоже. Оба понимали: с каждой минутой охранные чары будут усиливаться, а «незримые» в любой момент могут вызвать «драконов».

— Действуем, — хмуро сказал Ревин.

Фейвин победно улыбнулся.

— Колючка, на тебе по-прежнему борьба с чарами по пути!

«Да какая она тебе „Колючка“! — скривился Ревин. Отступник действовал на нервы всё сильнее. — Язык сломается имя выговорить?»

Мага жгла мысль, что прыгун узнал тайну Терн раньше, чем кто-либо, раньше, чем сам Ревин. Как вышло? Вычислил? Или она сама ему доверилась?.. Ревин раздраженно помотал головой. К демонам! Сейчас главное — вырваться. Все вопросы он задаст потом.

Фейвин шагнул обратно к двери, но теперь снаружи была не лестница, а коридор. Стены плыли и тонули в сиреневом мареве, и сквозь них проступали странные размытые образы. Ревин прищурился. В глазах и Втором Зрении чудовищно рябило, отчего кружилась голова. «Незримые» будто погрузили внутренние помещения башни в бескрайний зеркальный лабиринт, где отражения перетекали одно в другое, слоились и дробились без конца.

Прыгун сдвинул брови. Терн напряжено убрала ладони в рукава, боясь коснуться отражений. Ревин подготовил серо-коричневое плетение против иллюзий, но Дамис перехватил его запястье.

— Стой! Тут не только обманки, но и искажения пространства.

— Вот ведь…

— А еще Смерть добавляй с умом, — Дамис указал на свою сумку. — Лечебные зелья. Шарахнешь — испортятся.

— Что еще есть? — деловито поинтересовался Ревин.

Дамис расстегнул сумку, и Ревин пробежался взглядом по пробкам. Торжествующе сверкнув глазами, он выдернул флакон с сияющей белой жидкостью и поднял над головой.

— Все пьем, живо! Зелье «Утреннего ока». Хоть иллюзии отсеем. — Маг первым сделал глоток.

Терн кивнула, взяла склянку, отпила и передала флакон Фейвину. Дамис был последним. Про Рисса никто не подумал.

«Око» сработало мигом. Тело Ревина словно пронизали молнии, и немалая часть отражений поблекла. Зелье Мелары даст ясность лишь на две минуты, но Фейвин успеет справиться с искажениями.

— Не стоим! — вокруг прыгуна завертелись полупрозрачные многогранные фигуры. Он азартно усмехнулся. — Я выведу нас прямо наверх. Пускать против меня пространство? Флавин-Флавин…

— У него есть что-то посильнее? — на всякий случай уточнил Ревин.

— Нет! — расхохотался Фейвин. — В этом-то и вся прелесть!

Его заклинание вонзилось в преломлявшееся пространство, перекраивая на свой лад и меняя траекторию движения отражений. Лестница выгнулась под невозможными углами, двери появлялись и исчезали. Ревину даже казалось, что иногда он со спутниками бежит по стене или потолку. Фейвин держался впереди, манипулируя изменчивым миром. Терн — с ним рядом.

— Все под контролем, — высокомерно бросил Фейвин. — Осталось недолго. Флавин сам сэкономил нам время.

Ревин стиснул зубы. Мастерство неоспоримо — но что за тип! Никто в Гильдии не держался с таким самодовольством, даже старшие мастера! Однако сейчас Фейвин вел всех сквозь взбесившееся пространство, и Ревин молчал. После. Любые споры и конфликты после.

Вокруг звенели образы, вспыхивали и распадались картины иных земель и комнат. Ревин старался не вглядываться и держать в поле зрения только спутников, однозначно реальных. «Око» начинало выветриваться, и сквозь стены опять проступали эфемерные видения.

Прежде чем они снова заполонили все вокруг, Фейвин выдохнул, и мир стал четким. Ревин едва не врезался в возникшую впереди простую и гладкую массивную дверь.

— Верхний зал! — объявил Фейвин. — Колючка?

Терн молча прижала ладони к двери, и Ревин уже в который раз завороженно пронаблюдал, как рушатся и втягиваются в тонкую фигуру защитные чары. Фейвин с улыбкой толкнул створку.

Ревин, не размышляя, пихнул его в плечо, отшвыривая прочь. Что-то свистнуло между ними, и послышался недовольный возглас.

— Дамис! Ты как? — Обернулся Ревин.

— Не страшно, — тот отбросил в сторону короткую тяжелую стрелу. По рукаву бежала кровь, но Дамис ловко извлек из сумки лечебное зелье и залпом выпил. — Эти вибрации в пространстве мне щиты подослабили, иначе бы вообще не пострадал. Лучше свои обнови.

— Что за… — выдохнул Фейвин.

— Потому что не надо считать себя самым умным, — с острым удовольствием сообщил Ревин. — Терн сняла чары с двери, но не дальше! И там стояла просто застывшая в пространстве стрела, которая среагировала на отсутствие медальона у отступника. Ручаюсь, ее разогнали до предела, прежде чем заморозить на месте. Тебя прошило бы насквозь!

Фейвин промолчал. Ревин надеялся: прыгун осознал, что в вопросах боевой магии «драконы» разбирались лучше.

Впятером они вошли в верхний зал башни и закрыли дверь за собой, Дамис запечатал ее заклинанием.

Ревин огляделся с невольным любопытством. Он впервые оказался в верхнем зале башни «незримых». Здесь царил приятный и неяркий рассеянный свет, исходивший от стен. Камни были идеально отшлифованы, на гладкой поверхности скрупулезно вырезано множество знаков. Какие-то Ревин опознал: «творец», «маяк»… Другие остались загадкой. Потолок украшала огромная многолучевая звезда, повторявшая корону направляющих на башне. Повороты конструкции снаружи отражались и внутри зала. А темный пол расчерчивал сложный узор — десятки серебряных линий и символов, врезанных в камень.

Этот круг перемещения не шел ни в какое сравнение с провинциальными башнями и даже первым этажом здешней. Самые сильные и сложные чары берегли наверху.

— Мои бывшие коллеги сэкономили нам массу времени. — Фейвин, снова обретя налет нахальности, прошел в центр круга. — Здесь практически все подготовлено, и у меня есть ключи к местным энергетическим стелам. Флавин горазд бросать их где ни попадя…

Он ухмыльнулся.

— Колючка, где Хибики?

— У Терн имя есть! — не выдержал Ревин. Охотница, передававшая Фейвину загадочный артефакт, обернулась и заморгала. Маг озадаченно вгляделся в ее глаза. Такого странного, сиреневого оттенка он еще не видел, а выражение лица… Немногословная и стойкая Терн колебалась?

— Я послежу за входом, — бросил Дамис, — зовите.

— Хорошо, — ответил Ревин, вновь смотря на Терн. Она бесшумно подошла к нему и замерла напротив.

Повисло хрупкое молчание, нарушаемое лишь цветными всполохами: Фейвин подчинял магию башни.

— Стоит быть настороже, — неловко сказал Ревин. — Мы очень быстро дошли, но что-то «незримые» медлят. То ли переполох… То ли планируют… Мастер Сэльвин всегда советовал…

Терн легонько коснулась его щеки, и маг замолчал. Слова показались пустыми. Неуместными. Схлынул азарт боя — и Ревин Артелл, официал Гильдии Дракона и Пламени остался наедине со своими чувствами.

— Я… должна попасть за Завесу, — Терн отвела глаза. — Я не хочу уходить.

— Тогда не уходи… — выдохнул Ревин, понимая, что сказал глупость. Позади Терн прозвучало «анеф-хин!», и узор на полу засветился синим. — А… Ты не можешь. Ты… вернешься?

— Я постараюсь, — охотница мотнула головой.

— Если не вернешься, я сам за тобой приду. — Ревин заглянул Терн в лицо.

Она сначала нахмурилась и вдруг улыбнулась.

— Честный, — сказала охотница. — Как всегда.

— Камей-хин! — возгласил Фейвин. По кругу под ногами побежала вязь символов, но Ревин их проигнорировал.

Рисс, глядя на хозяйку и мага, сердито заворчал: «Ты что делаешь?»

Ревину захотелось послать вечно недовольного всем пса к демонам. Маг продолжал смотреть Терн в глаза. Тысячи мыслей сбились в голове в клубок, который было невозможно распутать.

Медальон Гильдии под рубашкой завибрировал внезапно. Ревин охнул и повернулся к Дамису. Они оба знали это ощущение — когда кто-то из мастеров идет в бой, созывая всех «драконов» в пределах досягаемости.

— Что? — Фейвин замер на середине жеста, удерживая бурлящие энергии. — Эй, барьеры и блоки башни слабнут!

Со внезапной остротой Ревин понял, отчего так тихо и почему никто не ломится в зал. «Незримые» осознали, что не справляются со вторжением, и вызвали на помощь хозяев города.