Глава 17

Четвертый амулет указал нам место финальной схватки. В том, что она состоится, не возникало сомнений. Фора, сэкономленная на последней контрольной точке, вселяла надежду, что мы нагоним команду Марка и поборемся за призовые места.

Каллирс подлечил Царапку, и та вовсю наслаждалась повышенным вниманием и минутами славы, красуясь перед серьезным Кошем и грозным Квирином.

Я предложила слетать на разведку и проверить, как далеко забрался Аврелиус, и чего ожидать на завершающем этапе. Тав сначала не хотел меня никуда отпускать, но я убедила, что в небе мне ничего не угрожает. К тому же, меня защищали амулеты, а для душевного спокойствия магистра взяла с собой Сциллу.

Благодаря ее ментальной связи с Маем друзья отследят мой маршрут и скорректируют свой, если понадобится. Последний аргумент стал решающим, и вскоре я уже вновь взмыла в небо, крепко прижимаясь к шее виверны. Белкобразик на взлете притих в нагрудном кармашке, но потом осмелился и высунул любопытный носик наружу.

Покружив над могучими фигурами ящеров, я полетела к месту, обозначенному на карте. Внизу раскинулись все те же предгорья, покрытые густым лесом и пересекаемые голубыми нитями рек. А вот та местность, где предстояло искать кубок, пряталась за густой пеленой тумана, стелящегося над верхушками деревьев.

За четверть часа в воздухе питомец Мая осмелел, выбрался из кармашка и устроился на морде виверны. Царапке это не понравилось, но она мужественно терпела и не сбросила наглого грызуна с высоты птичьего полета.

— Маскировочное плетение? — спросила вслух, обращаясь к Сцилле.

В ответ белкобразик встопорщил серебристые иголки на бронированной шкурке и смешно зашевелил усами. Знать бы еще, что это значило?

— Передай Маю, что мы спустимся и взглянем на этот туман поближе, — попросила питомца и похлопала виверну по шее, чтобы та снизилась.

Выполнив манёвр, мы пролетели по-над лесом, цепляя ветки. За плотной молочной пеленой ничего нельзя было рассмотреть, только в глубине изредка вспыхивали потусторонние огоньки. Может, отблески магических заклинаний или даже ловушки? Проверять не возникло никакого желания.

С высоты бросалась в глаза круглая форма площадки, которую затянуло туманом. С правой стороны виднелась череда искореженных вековых деревьев, служащая естественной границей между маршрутами групп. Нарочно никто не вредил природе, но деревья вдоль полосы изгибались под немыслимыми углами и будто бы закручивались в спираль.

Соперники уже подобрались к границам странного места. Нам тоже следовало поторопиться, если не хотели столкнуться лбами с командой Темного факультета и водников. Группы подходили к зоне тумана с разных сторон, а их разведчики уже скрылись за завесой.

Белкобразик забеспокоился, забрался на плечо и лапками попытался повернуть мою голову в том направлении, где передвигалась наша команда.

— Возвращаемся? — уточнила, правильно ли поняла действия питомца, и тот энергично закивал.

Что тут поделаешь? Обещала! — горько вздохнув, что не получилось разведать больше информации, полетела обратно.

Друзья времени даром не теряли и вовсю обсуждали тактику будущего сражения. Соперники уже вошли в зону тумана. Следовательно, обладали запасом времени и знанием того, что скрывалось за завесой. Значит, и нам пора вводить в игру главные козыри: механического питомца Арвин и лийру. Обоих решили забросить с воздуха ближе к центру. В идеале, отправить бы с ними Сциллу, только она отказалась оставлять Мая без зашиты. Но и так, благодаря связке с Анхом, я определю направление, в котором двигаться, на случай потери ориентира.

План исполнили быстро. Я временно пересела на Коша к Таву, Май забрался на Квирина, а Царапка доставила Арвин прямо к центру площадки. Артефакторша еще в воздухе активировала Анха, который и защитил ее от падения. Затем виверна переместила Ану и вернулась ко мне. Квирина мы отпустили у туманной границы, а сами углубились в лес, поражающий тяжелой энергетикой и необычными звуками. Привычного гомона птиц и шелеста ветра здесь не было слышно. Давящая тишина разбавлялась сухим скрипом деревьев и шорохами шагов. Изредка из чащи доносился рев животных, вскрики и даже человеческие голоса.

Мрачное место! Сойер на Саблезубе инстинктивно прижался поближе к Кошу, а Царапка сразу же взгромоздилась ящеру на круп и притихла, будто её тут и не было.

От Анха исходил слабый отклик, которого хватало, чтобы уверенно двигаться вперед и не терять заданного направления. Границу тумана мы пересекли внезапно, вынырнув из слепой зоны под слепящие лучи солнца.

Я не зря обратила внимание на круглую форму этого места. Это был кратер, образованный падением космического тела. Из центра площадки с омертвевшей землей, где не росло ни травинки, торчал гигантский черный кристалл, обломки которого разлетелись по планете. Учитывая, что Ильсарра притягивала к себе магические искры, пробудившиеся в живых людях и существах, то запросто могла и эту махину затянуть в свои недра. Другое дело, что люди обнаружили здоровенную каменюку, источающую энергию, и использовали её по собственному усмотрению.

Из разнокалиберных осколков кристалла выложили лабиринт, в центре которого высилась прямоугольная арка. Как раз внутри нее на подставке поблескивал золотыми гранями кубок. Чтобы добраться до него, надо пройти по спиралевидной дорожке лабиринта. Просто? Как бы не так! На всем протяжении пути недвижимыми статуями замерли адепты из других команд. Магическое оцепенение поразило каждого, кто рискнул ступить на безобидную на первый взгляд дорожку.

— Что будем делать? Есть предложения? — обратился к нам Тав. — Лезть наобум и надеяться, что ловушки обезврежены, глупо.

— А если перелететь лабиринт и сразу попасть на площадку с аркой? — предложила очевидный вариант.

— Сомневаюсь, что устроители не предусмотрели такую возможность. — Магистр покачал головой. — Понять бы, что провоцирует активацию? Магическое воздействие? Механическое? Опять же, приглядитесь внимательнее! Лабиринт собрал по одному адепту из разных команд. Значит, где-то поблизости прячутся остальные. Уверен, каждая группа решала задачу, что встала перед нами. Раз кубок на месте, никто еще не понял, как дезактивировать ловушки. Или же понял и занял выжидательную позицию, чтобы вырвать победу в последний момент.

— В таком случае, остается один вариант! — Сойер вопросительно посмотрел на Мая Каллирса. — Что скажешь, твоему питомцу придется по вкусу лабиринт вместе с магическим камешком?

— Сцилла не уверена, что сумеет поглотить столько энергии и сохранить прежнюю форму. От большого количества пищи разом она подрастет немного, — ответил лекарь после молчаливого диалога с питомцем. — Возникнут проблемы, связанные с ее пребыванием в академии.

— Думаю, мы уладим этот вопрос с ректором и деканом Темного факультета. — Усмехнувшись, заверил Октавиан. — Май, тебе лучше отправится вместе со Сциллой, а мы подготовимся к встрече с соперниками. И предупреди свою подружку, чтобы не вздумала снимать оцепенение с ребят, что попадутся на пути. Ну, что, адепт Каллирс? — похлопал парня по плечу. — Настал твой звездный час. Докажи, что факультет лекарей тоже чего-то стоит!

Май заметно нервничал, и мы тоже, потому что в воздухе уже ощущалась напряженность. Прежде чем лекарь ступил на дорожку лабиринта, мы рассредоточились и заняли оборонительную позицию, активировали щиты на полную мощь. Первое время ничего не происходило. Видимо, с каждой новой попыткой участник, решившийся пройти опасный путь, продвигался чуть дальше предыдущего неудачника и натыкался на новую ловушку. Май осторожничал и двигался вперед по следу белкобразика, которого и не видно было за осколками черного камня.

Ситуация резко изменилась, когда Каллирс миновал последнего застывшего в дурацкой позе адепта. Из-за полосы деревьев, не сговариваясь, выступили оставшиеся участники и атаковали боевыми плетениями. Ударили сильно, по максимуму вложившись магическими резервами.

Щиты вмиг просели до опасной отметки, но и бить противнику больше было практически нечем. С трех сторон на нас ринулись озлобленные адепты на таких же агрессивно настроенных питомцах. Десятка полтора — не меньше!

Царапка подлетела в воздух, энергично поливая огнем противников, а я вовсю кидалась огненными пульсарами. В такие моменты некогда думать, как дозировать силу и создавать заклинание. Тело действовало на инстинктах, вбитых на тренировках и отложившихся на подкорке памяти.

Сойер на Саблезубе кружился между соперниками, как бешеный, так что иной раз непонятно было, это меч блеснул или клыки лесного кота вонзились в бок противника. Тав сражался с тяжеловесами, которые оттеснили его в сторону и пытались задавить массой. Но магистр — это вам не адепт! Он хоть и не пользовался плетениями сложнее третьего уровня, но той скорости, с которой они создавались, можно было только позавидовать.

Один за другим раненые адепты выбывали из игры и исчезали во вспышках эвакуационных порталов вместе с питомцами. Царапке снова пробили крылья, у Саблезуба бока подрали в клочья, а на теле Коша зияли кровавые раны. В какой-то момент Сойер проморгал хитрый манёвр второкурсника с водного факультета и с разочарованным воплем исчез в портале. Только водник недолго радовался победе. Я заметила, как тонкая игла вонзилась ему в плечо, и парень кулем осел на землю.

Ана подоспела! С ее помощью мы быстро разделались с остатками адептов и, наконец, смогли отдышаться и проверить, как дела у Мая. А лекарь как раз достиг площадки с аркой, и ринулся вперед, чтобы схватить приз. Но, вместо кубка, поймал пустоту! Он оказался пустышкой, искусной иллюзией.

— Браво! Отличная попытка! — Из арки порталом вышел Марк Аврелиус с нашим кубком в руках. — Ты что-то потерял, задохлик?

— Не понимаю! Если адепт находит приз, то игра заканчивается, а остальные переносятся в академию, — пробормотал Каллирс растерянно. — Почему тогда мы еще в Ильсаррионе?

— Если так не терпится, могу ускорить отправку! — Марк нагло ухмыльнулся и ударил по лекарю боевым заклинанием.

Защита Мая выдержала удар, но сам он не устоял на ногах и, кувыркнувшись, отлетел на пару метров. Разъяренная Сцилла, отъевшаяся магией из ловушек до размеров кабанчика, бросилась на обидчика. И треснулась лбом в полыхнувший тьмой щит.

— Не стоит разбрасываться ценными кадрами! — Следом за принцем из портала появился Бальтазар Хоакин. — С таким питомцем юноша станет достойным представителем нашего народа.

Выглядел магистр еще уродливее, чем прежде. Жиденькие волосенки оплавились, обнажая лысый череп с подпалинами. Обгорела шея и плечо, только кожа срослась неправильно, перекосив и без того корявую фигуру преподавателя. Горб исчез, но Бальтазар по привычке сутулился. Невозможно смотреть без содрогания.

— Что ты творишь, Марк? Ты понимаешь, с кем связался? — крикнул Октавиан, взывая к голосу разума. — Это же фанатики! Думаешь, они помогут тебе сесть на трон? Как бы не так! Ты станешь марионеткой, а Ильмеру разорвут на части и уничтожат.

— Как же ты достал нравоучениями! — злобно процедил Марк. — Взять! — приказал жрецам, плотной толпой окруживших нас со всех сторон.

Мы пытались сопротивляться. Тав уложил четверых жрецов, но им на смену пришел десяток. Нам не оставили шанса. Скрутив руки за спиной, провели через злополучный лабиринт и поставили перед Марком и Бальтазаром на колени. Май оторопело замер чуть поодаль, с ужасом наблюдая за происходящим. Чуть позже жрецы притащили Ану, связанную по рукам и ногам. Поймали, все-таки, гады!

Принц наклонился ко мне и ухватил пальцами за подбородок, вынуждая смотреть в глаза.

— Ты ведь хорошо запомнила, что тебя ждет? — ухмыльнулся в лицо.

— Пошел ты! — Дернулась, чтобы вырваться, но Марк держал крепко.

— Я уже предвкушаю, как буду укрощать тебя, моя Фел!

— Убери от нее руки, мразь! — зло процедил Октавиан.

— Как же ты меня достал! — Марк скривился и, не глядя, выхватил меч из ножен на поясе и всадил его в грудь магистру. — Заткнись! — небрежно вытер покрасневшее лезвие об одежду Тава и задвинул обратно в ножны.

— Не-ет! — я забилась, как раненая птица, не в силах поверить в происходящее. — Тав! Не надо! Не умирай! Пожалуйста! — сквозь брызнувшие слезы посмотрела на ненавистного врага. — Ему нужна помощь. Позволь Маю помочь. Я сделаю, что хочешь, только спаси его!

— Всего один удар, и ты уже готова на все? Как просто! Ммм, и чего же я хочу? Что бы такое попросить? — принц сделал вид, что задумался. — О, знаю! Поцелуй меня так, как жена целует любимого мужа.

Одна только мысль, что придется прикоснуться к принцу, вызывала отвращение. Я отчаянно кусала губы, чтобы подавить тошноту, подступившую горлу. А Марк нарочно ослабил хватку, чтобы я получше рассмотрела мужа, завалившегося на землю. Тав прерывисто дышал, побледнел смертельно, а одежда на груди уже пропиталась кровью.

— Хорошо! — согласилась, испытывая пронизывающий ужас от осознания того, что Тав может умереть. — Но сначала пусть Май поможет!

— Нет! — самодовольно усмехнулся больной придурок. — А вдруг мне не понравится? Тебе необходим стимул, чтобы старалась лучше.

— Надеюсь, ты сдохнешь самой поганой смертью, какая только может быть! — прошептала еле слышно.

— Не расслышал, что ты сказала? — переспросил принц. — Горишь желанием удовлетворить все мои фантазии?

Я до крови закусила внутреннюю часть губы, чтобы не разразиться проклятиями. Самое поганое, что я действительно готова на все, лишь бы спасти Тава.

— Давай покончим с этим поскорее!

— А куда торопиться? Я слишком долго ждал этого момента, и теперь намерен сполна насладиться каждым мгновением. Эй, вы! — жестом подозвал двух жрецов, что притащили нас и отступили на почтительное расстояние. — Поднимите ее!

— Может, развяжешь руки? Если хочешь по-настоящему страстный поцелуй, то они понадобятся, чтобы обнять, прижаться покрепче, — вкрадчивым голосом попросила об одолжении. — Я безоружна, вокруг полно шакалов, пресмыкающихся и готовых выполнить любой твой приказ. Неужели ты чего-то боишься?

— Я ничего не боюсь! — Марк нервно дернулся и тряхнул волосами. — Развяжите!