Глава 5

Джесс позволила себе постоять в сумерках на берегу ручья и насладиться покоем. Прохладный вечерний воздух остужал горящие щеки, притихший лес завал возможность обрести такое желанное равновесие. Внутри еще гуляли волнение и азарт от успешного дела, стремительного побега… и от страстных поцелуев, уж себе-то она могла признаться. Губы горели, пальцы подрагивали, и она даже не могла точно определить, что именно и в каких пропорциях намешано в коктейль ее эмоций.

— И долго ты тут стоять собираешься? — послышалось недовольное из рюкзака, — между прочим, у меня клаустрафобия, и я тоже хочу дышать воздухом свободы, а не вот этим вот…

— Вытащить тебя?

— Иди уже, надо поторапливаться! Слышишь шум? Это преследователи спешат по нашим следам! А я еще даже не надышалась!

Джесс развернулась и отправилась к домику, по пути проверяя расставленные сторожевые нити на предмет незваных гостей.

Домик встретил их пустотой, запустением, тишиной и почти непроглядной темнотой. Джесс зажгла небольшой светильник, села на низкую кушетку и вытащила Люсинду. Морская свинка с царским видом принялась отряхиваться и демонстративно разминать лапки:

— Между прочим, от стресса седеют!

— И не говори!

— Мне было страшно, темно и я задыхалась! И говорить ты мне запретила! А сама в это время занималась непотребствами с этим страшным герцогом!

— Вообще-то он красив… и мужественнен… и властен..

— Так, стоп! Все еще хуже, чем я думала! Хочешь вернуться и продолжить?

— НЕТ!

— А раз «нет», то чего сидим, кого ждем? Герцога на белом коне? Артефакт в зубы, вещи в сумку и вперед!

— Мы же планировали завтра отнести артефакт…

— Включи мозги! Завтра тебя в столице будет искать каждая собака, я уже молчу о засаде в клубе!

— Думаешь?

— Знаешь!

— Пожалуй, ты права. У меня тоже нехорошее предчувствие…

— Естественно, у тебя предчувствие, и его зовут Люсинда!

— Ладно, уговорила. Сейчас переоденусь и отнесем артефакт в особняк Люку.

И Джесс спешно стала переодеваться. Через пару минут в хижине стоял худой и несуразный, но аккуратно одетый паренек, Иоганн Морис. Вещи были компактно убраны в две небольшие сумки с расширенным пространством.

— Ты так жалко выглядишь, что даже мне хочется дать тебе монетку, ну или печеньем накормить, а печеньем я не делюсь.

— Спасибо, я оценила, — Джесс поджала губы, не реагируя на ехидные подколки, — как думаешь, вещи с собой или здесь оставить и вернуться?

— Возвращаться — плохая примета, — назидательно проворчала Люсинда, залазя в рюкзак, — так что Рюкзак на спину, сумки в зубы — и вперед!

Оглядев в последний раз комнату, Джесс активировала в очередной раз нейтрализатор магических следов, выключила и засунула в карман светильник, и отправилась к ручью. Оттуда через простой артефакт-телепорт прошла на людную улицу, от которой до особняка Большого Люка предстояло еще идти пешком. Сумки весили не много, так что перемещалась девушка быстро. На неказистого невысокого паренька никто не обращал внимания, так как таких подростков, бегающих с разными поручениями за мелкую монету, бегало по улицам много.

Не доходя до нужных ворот совсем немного Джесс остановилась, ей оставалось только перейти улицу, но что-то останавливало, какой-то тревожный звоночек, дребезжание интуиции, которую девушка привыкла всегда брать в расчет. Она стояла в густых зарослях кустарника и наблюдала, сама не понимая, чего ждет. Как оказалось, не зря...

Спустя минуту из ворот вышел злой как хайк (черт) герцог Кайден Риверн, замер на несколько секунд, оглядываясь, потом открыл портал и исчез. Джесс перевела дух, посидела в засаде еще пару минут, и, не заметив ничего необычного, двинулась к воротам.

Дворецкий встретил ее привычным приветствием:

— — Леди Блейк. Опять к нам? Как всегда — без приглашения?

— Как Вы…

— Я не просто смотрю, я — вижу… — лаконично ответил Эдмунд Грей и

проводил нежданную визитершу в кабинет к барону.

Большой Люк был не в духе:

— И какого хайка ты сюда приперлась, если мы договаривались, что ты передашь артефакт завтра в «Бургравском Круге»? И что за вид?

— И тебе доброго вечера! — Джесс проигнорировала вопрос о внешнем виде и заняла привычное кресло, не дожидаясь пока ей предложат, раз Люк забыл о вежливости, — Моя интуиция подсказала, что безопаснее это сделать сегодня, и, как оказалась, я правильно сделала.

— Нарушив мои планы и уговор с заказчиком?

— Не нарушив свои планы остаться живой, целой, невредимой и свободной. А с заказчиком разберешься сам… завтра.

Люк едва заметно скривился от такого заявления. Он вытащил кошель с монетами и небрежно перебросил его девушки. Та ловко поймала увесистый мешочек и неспешно пересчитала содержимое, вызвав этим еще одну недовольную гримасу барона. Когда кошель занял свое место в рюкзаке, Джесс заметила:

— По пути сюда я видела выходящего из ворот знакомого нам обоим герцога. Знаешь, на что это похоже? На подставу! Ведь так кстати амулет личины развалился в комнате герцога, а он совершенно случайно зашел в это время в свою спальню, в которой совершенно случайно была я! И артефакты мне передали совсем сомнительные для работы, так что закономерно назрел вопрос, что это вообще было? Ты решил подставить меня, чтобы не подставиться самому? Так я на большую рыбу совсем не тяну... Да и кстати, Теобальд Крэйн просил передать вам привет, когда увижу. Чуть не забыла после всех этих волнений.

После последних слов Люк заметно побледнел:

— Что тебя связывает с этим.. человеком?

— Дела, ничего личного. Как раз пришлось совершить крупные покупки, чтобы сегодняшнее дело прошло успешно…

— Сколько?

— 35 золотых лир. Как видишь, иметь с тобой дело, удовольствие не дешевое.

Люк молча достал из стола еще один мешочек и передал девушке. Она вздернула бровь, пересчитала содержимое, внутри оказалось еще 50 золотых лир.

— Мне передать это артефактору?

— Нет, это тебе… компенсация, — скрипнул зубами Люк.

Джесс хмыкнула, компенсацию за подставу она бы оценила совершенно в другую сумму, но спасибо и на этом. Второй мешочек отправился в рюкзак в компанию к собрату и подозрительно молчаливой Люсинде.

На этом беседа была закончена, Джесс поднялась и вежливо попрощалась:

— Удачи Люк! И прощай, надеюсь, наши пути больше не пересекутся.

До хруста выпрямив спину, она прошла к двери и даже не забыла аккуратно закрыть ее за собой. Все, эта глава жизни закончена.

— С территории особняка лучше не телепортироваться, слишком много охранных чар, вдруг занесет не туда… или не целиком, — раздалось назидательное из рюкзака.

— Да, выходим.

— К страшному артефактору пойдешь?

— Нет, не в этот раз, у меня ощущение, что время стремительно заканчивается.

Джесс ускорилась, почти бегом добралась до ворот, перебежала на другую сторону дороги и уже через мгновение выходила на тихой улочке на окраине Провиденса. И, конечно, она не могла увидеть, как спустя пару минут на том же самом месте у ворот снова открылся портал герцога Кайдена Риверна.

Портал выплюнул Джесс с багажом на окраине Провиденса, большого старинного города на юге королевства Вестморейн. Район был не самым благополучным, но и не таким опасным, как доки в районе порта на противоположной части города.

Девушка огляделась, сумерки здесь еще не были такими густыми, как в родном Нокслине, но темнело быстро, и если она не хочет проблем, которых не смутит облик сухощавого парнишки, то следовало поторопиться и отправиться в гостиницу.

Заведение с нехитрым названием «Ужин и уют» нашлось быстро, Джесс присмотрела его еще в прошлый визит, так что дорога заняла не более получаса. Все это время девушка старательно игнорировала нудный бубнеж из рюкзака:

— Мы уже пришли?

— Ой, меня опять укачивает… а, нет, показалось.

— Хрумс-хрум… кажется, я зуб сломала! Неужели нельзя ложить в рюкзак печенье, а не это вот все, — в этот момент Джесс подавила отчаянное желание вытряхнуть Люсинду из рюкзака и предложить продолжить путь самостоятельно ножками, извините, лапками. Сдержалась, и мысленно похвалила себя. Ничто не провоцирует поток красноречия Люсинды, как вовлеченный в дискуссию слушатель, даже если этот слушатель вовлекаться не хочет!

— Джессссс! Ты обещала тортик!

— Тортиииик!

— Как можно быть такой бессердечной, когда твой единственный фамильяр погибает с голоду?

— Джесссс! Ну Джесссс! А ты не забыла последнюю книгу Амории Лаф в гостинице? Что-то я ее не видела в вещах… Если забыла, с тебя две книжки… помимо забытой!

— Джесссс! У меня лапки отнялись, я их не чувствую, я умираю, да???

К тому моменту, как Джесс добралась до гостиницы, она уже трижды поборола желание потерять рюкзак по дороге, ее останавливало только осознание, что Люсинда все равно ее найдет… и тогда будет еще хуже. Вы думаете, что нет никого страшнее обиженной женщины? Нет! Обиженный фамильяр — вот страх и гроза всех ведьм! Это совсем юная Джесс выучила (и вспоминала с содроганием еще в детстве, когда имела несчастье забыть Люсинду в комнате, когда находилась в гостях у бабушки, и иметь несчастье вернуться домой телепортом домой в одиночестве. Тогда она получила и от бабушке, и от Люсинды. И если садиться на попу она смогла уже на следующий день, то ликвидировать последствия обиды фамильяра в виде покрызенных, пожеванных, порванных вещей и уничижительных комментариев пришлось полгода. И это стоило кучу нервов и опустевшей копилки, так как задабривалась Люсинда нехотя и исключительно пирожными из любимой кондитерской. А Джесс между прочим копила на алхимический набор!

Гостиница была стандартной, так что ничего особенного Джесс не ожидала. На первом этаже — большой, шумный и не очень чистый зал, где ужинали немногочисленные постояльцы и пили многочисленные завсегдатаи. Стараясь не привлекать внимания и не сталкиваться ни с кем взглядом, Джесс аккуратно прошла к стойке, заплатила за комнату, ужин и завтрак на двоих, договорившись, что еду принесут в комнату, получила ключ и отправилась на второй этаж.

Поднявшись по широкой крепкой лестнице, она быстро нашла нужную комнату, открыла дверь, и прошла внутрь. По многолетней привычке дверь за собой она закрыла на ключ, заперла засов и навесила на ручку сторожевой артефакт, извлеченный из бокового кармашка рюкзака.

Люсинда была аккуратно вынута и посажена на постель. Свинка отряхнулась, подрыгала лапками, демонстративно разминаясь и брезгливо принюхалась:

— Тут не очень… и воняет… неприятностями!

— Сейчас открою окно и проветрю.

— Сквозняк? А если я заболею?

— Фамильяры не болеют!

— Пффф! Я уже чувствую, как начинает першить горло!

— Я еще даже не открыла окно!

— Значит я простыла в особняке герцога, или этого ужасного Люка… Джесс! А если у меня свинка????

— Нет, ты свинка, у тебя не может быть свинки…

— Мда?

— Точно, — Джесс даже покивала для убедительности и решила, что нужно срочно поискать в вещах печенье и эту хайкову Аморию Лаф! Этим она и занялась сосредоточено.

— Джесс… ты видишь, какая тут антисанитария? Пол грязный! И занавески! И стены! А постель? Как думаешь, когда ее стирали??? Я чувствую, что после этого места у меня заведутся блохи! Я уже чешусь!

— У фамильяров не бывает блох, — флегматично выдала Джесс, выуживая, наконец, из сумки пакет с печеньем и ту самую книжку, которую не удалось забыть в гостинице.

— Ну наконец-то, у меня уже желудок узлом завязался! — вместо благодарности выдала свинка, хрустя первым печеньем и азартно перелистывая страницы в поисках места, на котором остановилась.

Пока Люсинда была занята единственным делом, которое она считала достойным своего внимания, Джесс сняла вещи, прошлась по ним чистящим артефактом, снова оделась и пожалела, что такой эффект не сработает на ней самой, так что придется или терпеть до заселения в общежитие, или рискнуть и сходить в общественный душ, расположенный в конце коридора. Рисковать собой отчаянно не хотелось, и девушка решила потерпеть до завтра.

За полчаса, пока ждали ужин, Джесс успела пройтись очищающим артефактом по постели, шторам, полу, столу и даже стенам. Заряд почти истощился, но чего не сделаешь, чтобы порадовать фамильяра.

Ужин принесла худенькая невысокая девчушка с большими любопытными глазами и маленьким точеным носиком, который она смешно морщила, когда говорила:

— Господин, Ваш ужин… ооо, как чисто… я убираюсь раз в неделю, но так чисто никогда не бывает… а Вы маг, да? А можете огоньки показать? А Вы поступать будете? Говорят, в академии не все спокойно...

Джесс сунула болтливой девушке монетку, показала простенький фокус с летающими светлячками, чем вызвала волну очередного восторга, с трудом выпроводила ее за дверь, закрылась, и приступила к ужину.

Оторвать фамильяра от увлекательной истории было сложно, но она справилась. Ели быстро, Люсинда пыталась привередничать, но не увидев поддержки своей ведьмы, замолчала. На самом деле у герцога девушка слегка перекусила, но там от волнения кусок в горло не лез, так что сейчас нехитрый ужин, состоящий из густого супа, куска курицы и ломтя хлеба с сыром, пошел на ура.

Выпив стакан травяного чая и утащив из пакета одно печенье, под укоризненным взглядом фамильяра, разумеется, Джесс отправилась спать. Зелье бодрости, которое она выпила утром, еще продолжало действовать, но, если лечь пораньше, то откат о него на следующий день будет значительно меньше, и она будет чувствовать себя почти человеком, а не проклинающей мир ведьмой.