Глава 16

До комнаты в подземелье мы добрались без приключений. Коридоры Академии давно опустели в связи с поздним часом. Лишь кое-где гулкое эхо шагов сопровождало нас. Рейн остановился у своего дивана и скинул туда постельные принадлежности. Арчи же подошел к столу, на котором все еще лежала алавийская книга. – Это настоящее сокровище. Новая эпоха в развитии магии. – Проговорил он, склонившись над фолиантом, но не решаясь его коснуться. – Да, – согласился Рейн, подходя ближе. – Совсем другой подход. Нарисованные символы обладают большим постоянством и стабильностью. Они буквально привязывают магию к материальному миру. Жесты хоть и дают больше гибкости, позволяя адаптировать поток к ситуации, но заклинания с ними так хрупки. – Ты уже экспериментировал? – Арчи задумчиво потер подбородок. – Нет. Пока изучаю. Но обязательно попробую, когда будет больше времени. – Не боишься оставлять книгу здесь? – Тут никого не бывает. Да и я наложил на нее с десяток отличных защитных заклинаний. На месте чужаков я бы не рискнул ее трогать. – Самоуверенно хмыкнул Рейн. – Можно, я полистаю? Принц недоверчиво взглянул на Арчи, но быстро сдался под его напористым тяжелым взглядом. – Ладно, – согласился он, привычно вскидывая руки. – Внесу тебя в список допущенных. Только после того, как Рейн разрешил, брюнет притронулся к фолианту. Он осторожно перелистывал страницы, стараясь не повредить листы. Я притаилась у него за плечом, в который раз с интересом вглядываясь в незнакомый витиеватый язык и таинственные символы, каждый из которых был маленькой тайной. Арчи забавно хмурил брови, пытался угадать смысл написанного. – Ты не знаешь алавийский? – спросила я. Он вздрогнул от неожиданности. Слишком глубоко погрузился в изучение страниц. – Нет. Но хотел бы, – он почти нежно провел пальцами по пожелтевшему листу. – Ребят, я вас, конечно, не выгоняю. Но, надеюсь, вы не будете против, если я усну прямо сейчас. Богами клянусь, сегодня был самый тяжелый и волнительный день в моей жизни. – Вяло проговорил Рейн. Он уже устроился на диване, укрывшись своим плащом по самый подбородок. – Уже уходим, – Арчи нехотя захлопнул книгу и вернул ее на стол. Мы хором пожелали Рейну приятных сновидений, я щелкнула тумблером, погружая комнату во тьму, и прикрыла за нами дверь. В коридоре я растерянно потопталась на месте. Наедине с брюнетом в полумраке, я чувствовала себя неловко. – Спокойной ночи, – пробормотала я и развернулась, чтобы направиться к себе. – Подожди, – остановил меня Арчи. Я замерла, но не повернулась. – А как же твои рабочие обязанности? – Что? – Вот теперь я возмущенно проскользила на пятках, поворачиваясь к богатею лицом. Плащ, – предварительно накинутый на плечи, чтобы не тащить в руках, – от моей прыти закрутился вокруг ног. – Ты что, собираешься заставить меня работать? Сейчас? Посреди ночи? И это после того, что со мной случилось? – Выпалила я. Приподняв бровь, Арчи молчаливо наслаждался моей яростью. – Давай, хотя бы завтра? – уже спокойней добавила я, состроив жалобную рожицу. Эта тактика сработала лучше. По лицу брюнета скользнула едва заметная улыбка. – Работать не надо. Просто составь мне компанию. Хочу сходить в одно место. – Прямо сейчас? Посреди ночи? – с сомнением уточнила я. – Да, я предпочитаю ходить туда ночами. – Ну, хорошо. Идем. – Неуверенно согласилась я. Куда мы направлялись, я догадалась почти сразу, когда из центрального холла мы свернули в башню, где располагалась библиотека. Конечно, сама библиотека не работала, но Арчи толкнул едва заметную дверь, ведущую на неказистую винтовую лестницу. Обзорная площадка. Лиди упоминала, что она расположена на самом верху башни. Но я так и не нашла время сходить туда. Виток за витком в полной тишине мы поднимались по узким каменным ступенькам. В какой-то момент мне начало казаться, что они бесконечные. Но вот еще один круг, и мы вышли к открытой площадке. – Ух ты! – подойдя ближе, я не удержалась от возгласа. Усталость сразу ушла, уступая место детскому восторгу. Облокотившись на металлические перила, я восхищенно рассматривала мерцающие огни улиц, которые тянулись до самого горизонта. – Иногда, когда мне не спится, я поднимаюсь сюда, – сказал Арчи и встал рядом, плечом к плечу. Он был настолько близко, что я чувствовала тепло, исходящее от его руки. – Почему тебе не спится? – Порой мне кажется, что моя жизнь была расписана до моего рождения. Академия, друзья, нужные знакомства. Отец всегда твердил, что именно я должен делать. Кому улыбаться, а кому дерзить. И меня не покидало чувство, что настоящих эмоций у меня нет. И быть не может. Все скучно, предсказуемо, банально. – Арчи говорил это, глядя прямо перед собой, словно не для меня, а самому себе. – Но острее всего я это ощутил, когда встретил тебя. – Меня? – я удивленно вздрогнула. – Да. Твоя открытость, непосредственность, нежелание повиноваться лишь подчеркнули мое однобокое существование. В ответ на его неожиданную откровенность я смущенно теребила перила. Ветер трепал наши волосы и одежду. На какое-то время мы замолчали, продолжая любоваться видом. – Это завораживает, – призналась я. – Никогда не видела ничего подобного. Словно тысячи брильянтов у моих ног. – Посмотри теперь сюда, – улыбнулся Арчи и указал на небо. Я подняла взгляд и снова ахнула. Ясная ночь. Миллионы звезд рассыпались по черному небосводу. В своем мире я никогда не видела их в таком количестве. В центре всего этого великолепия висела полная луна, окутанная легкой светящейся дымкой. Вдруг одна из звезд сорвалась со своего места и устремилась вниз, прорезая небосклон. – Смотри! Падающая звезда! – воскликнула я, указывая на нее пальцем. – Можно загадать желание! Арчи удивленно уставился на меня. – И что? Сбудется? – Говорят, да. – Я беззаботно пожала плечами и крепко зажмурилась, чтобы загадать свое. Снова увидеть маму. Таким оно было. – Тогда я хочу… – начал рассуждать вслух Арчи, – зачет автоматом по бытовым плетениям. Хотя нет! Отбой. Это слишком несерьезно для падающей звезды. Хочу, чтобы Мари поцеловала меня! Я уставилась на богатея, ошеломленная его наглостью. – А не много ли ты хочешь? И вообще, желания надо загадывать про себя, а не вслух. – Ничего не знаю. Ты мне такого условия раньше не озвучивала. Значит, должно сбыться. Он с нахальной улыбкой повернулся ко мне. Огонь в его темных глазах заставлял сердце биться быстрее. «Ох, какой же он притягательный». Арчи сделал шаг ко мне, его горячее дыхание коснулось щеки. Уголки губ приподнялись в едва заметной усмешке. Наши взгляды встретились. «А почему бы и нет?» – дала я себе мысленное разрешение. И привстав на носочки, потянулась к его губам. Легкое касание, и по телу волнами разлилось желание. Руки, словно сами по себе, скользнули к широким плечам, притягивая Арчи к себе. В ответ его ладони обвили мою талию. Крепко и уверенно. Поцелуй был горячим, напористым, требовательным. Его губы жадно изучали мои. Страсть, словно вихрь, закрутила с головой. В это мгновение все проблемы отошли на задний план. Хотелось раствориться в поцелуе под звездами. Арчи отстранился первый. Я схватилась за перила. Голова кружилась, а ноги подкашивались, словно у пьяной. – Если бы знал, что падающие звезды настолько быстро исполняют желания, приходил бы сюда чаще, – улыбнулся он. Его голос звучал хрипло. Я смущенно отвела взгляд, делая вид, что снова увлеклась видом города. С минуту мы молчали. Ветер обдувал мои разгоряченные губы, остужал пыл. – Расскажешь, как вы спаслись? – мягко проговорил Арчи. Он подошел сзади и положил руки на перила, заключив меня между ними. Спиной, даже через плащ, я ощущала жар его тела. Я была словно в ловушке между ним и бездной. И мне безумно нравилось это чувство. По телу бегали тысячи мурашек. Скрывать я ничего не стала. Все равно узнает рано или поздно. – Я перенесла нас с Рейном. Получилось почему-то к тебе. – Что? – его мягкий голос дрогнул, выдавая сильное удивление. – У тебя есть магия? – Да. Он рывком развернул меня к себе, заглядывая в глаза. – Тогда почему? Я не понимаю? – Почему что? – спросила я, наслаждаясь его бурей эмоций. Только ради этого стоило рассказать все. Чтобы увидеть, как сползает с лица маска вечной уверенности и непоколебимости. – Почему ты работаешь уборщицей, если можешь быть адепткой. Жить совсем другой жизнью. – Потому что сила появилась у меня только вчера. То есть технически позавчера. – Добавила я, ненадолго переведя взгляд на звездное небо. – Ты как раз вмешался в этот процесс. Рейн сводил с моей руки алавийские символы, которые блокировали магию. – Но откуда они там взялись? – Я пожала плечами. – Хотелось бы мне знать. – Где вы взяли алавийскую книгу? – не оставлял свои расспросы Арчи. – Мне открылась блуждающая библиотека. Ох, выражение лица красавчика дорогого стоило. А я думала, его невозможно удивить еще больше. – Что?! Библиотека тоже не легенда? – Нет. Я ее видела собственными глазами. А потом она исчезла, а книга осталась. – Невероятно! – воскликнул он. – Впрочем, как и ты. – Добавил он чуть тише. – Ты невероятная девушка, Мари. Я сразу это почувствовал, когда увидел тебя. Кончики его пальцев нежно пробежали по моей щеке. И приятное тянущее тепло разлилось в ответ у меня в животе, а сердце пропустило удар. Я ждала, что Арчи снова меня поцелует. Но к моему разочарованию, он не стал. Лишь восхищенно вглядывался в мое лицо своими черными бездонными глазами. – Мари, – продолжил он. – Раз ты смогла переместиться, значит – это твой уникальный дар. И я знаю лишь одного человека, у которого был такой же. – Да. Ректор Тониуз. – Я поморщилась, вспоминая седовласого мужчины с выражением брезгливости на лице. – Он может оказаться твоим родственником. – Арчи деликатно избежал слово «отец». – Может, – не стала спорить я. – Могу организовать тебе с ним встречу. – Было бы неплохо. – Я оживилась. – Ты сможешь? – Да. Попрошу маму. Она работает у него в приемной. Я сразу вспомнила элегантную женщину с обволакивающим голосом. Так вот, в кого пошел Арчи с его теплым чарующим тембром. – Ого. Не знала, что это твоя мама. – Да. У нее нет необходимости работать, но ей скучно дома. Отец –все время на службе. И когда я поступил в Академию, она устроилась сюда. Чтобы чаще видеть меня, ну и подглядывать за моей личной жизнью. – Арчи хмыкнул. – И как? Удачно? – Я лукаво сощурила глаза. – Что именно? Работа? Или подглядывание? – И то и другое. – Работа ей нравится. Думаю, она тут еще задержится. А вот подсматривать было особо не за чем. Так, несколько ничего не значащих отношений. Но, надеюсь, скоро все изменится. Последнее предложение он сказал, наклонившись ко мне. Снова коснувшись дыханием моего лица. У меня по спине побежали мурашки. Интересно, он сейчас намекает на нас? Дает понять, что готов к чему-то большему? Арчи был так близко. Его безупречное лицо с точеными скулами и волевым подбородком нависло надо мной. Я инстинктивно приоткрыла губы, жаждая нового поцелуя. Но его опять не случилось. Он словно дразнил меня. А, может, я успела намечтать себе гораздо больше, чем между нами было. – Идем, уже поздно, – сказал Арчи, поворачиваясь к выходу на лестницу. – Да, ты прав, – согласилась я с плохо скрываемым разочарованием в голосе.