Глава 27

Посовещавшись с капитаном, мы быстро сошлись на том, что оставлять заговорщиков без присмотра не стоит. Бетти, закутанная в пиджак капитана, лежала на скамейке. Она все еще слишком напоминала свежую покойницу, чтобы принимать активное участие в беседе, не говоря уже о каких-то действиях. Пока Нейтан вытаскивал злодеев из лаборатории, я напялила на агентессу все артефакты, кроме браслета Лео. К сожалению, энергии в них практически не было. В темноте трудно было понять, имели ли мои действия хоть какой-то эффект. Дыхание агентессы оставалось еле слышным, руки были ледяными. Я провела в ловушке несравнимо меньше времени и чувствовала себя ужасно. При мысли об ощущениях Бетти, на душе стало тревожно. Ей нужна была срочная помощь. Я посмотрела на браслет-накопитель, мой последний резерв и единственную защиту в случае возвращения Свенсона. Расстаться с ним значило вновь обречь себя на беспомощность. С минуты на минуту могли вернуться леди Розалинда, профессор Шлейнер, Хальдор, каждый из них мог бы поставить агентессу на ноги. Вот только этих минут у Бетти могло и не быть. Я сняла браслет, надела его на руку Бетти и активировала подзарядку. Нейтан, не скрывая переживаний, наблюдал за моими действиями: – Это поможет? – Надеюсь. Несколько томительных мгновений ничего не происходило, потом раздался слабый голос Бетти: – Чувствую себя развалиной. Я пообещала: – Скоро здесь будет леди Розалинда со своим волшебным эликсиром и моментально поставит тебя на ноги. Бетти ничего не ответила. Шеф заволновался: – Что с ней? – Заснула. Сейчас это к лучшему. Нейтан посмотрел на лежащего на земле Вильяма так, словно хотел задушить своими руками. Он перевел взгляд на меня и еле слышно спросил: – Вы действительно думаете, что леди Гримхольд поможет Бетти? Я не стала лукавить: – Не сомневаюсь, что эта ведьма, то есть, дама, может ей помочь. – Но захочет ли она это сделать? Иногда мне хотелось, чтобы шеф не был таким проницательным. – Вы думаете, она может сговориться с ректором? Сочти леди Гримхольд это выгодным, она с легкостью поступила бы именно так, не слишком терзаясь соображениями морали. Отправила же она нас с Эдди в лабораторию, чтобы отвлечь внимание преступников, пока профессор её обыскивал. Не появись тогда Стивен Фрей, кто знает, чем это могло бы закончиться. Рассказывать начальству о собственных неблаговидных делах вроде тайного проникновения на секретный объект не стоило. Если мы все же выберемся отсюда живыми, каждого потащат на допрос, а за мной и без того было слишком много провинностей. По этой же причине в разговоре с капитаном я тщательно обходила стороной любое упоминание об искре. Слишком большим искушением станет такая мощь, чтобы спокойно отпустить её обратно на острова кимлан. Нейтан вскинул брови, и я сообразила, что пауза в разговоре затянулась. – Думаю, сейчас леди Розалинда не пойдет на компромисс. Она считает Идриса другом, а Свенсон пытал его. Да и в целом пошел вразнос. Замять дело по-тихому уже не получится. Весь вопрос, на кого повесят всех собак. Нейтан задумчиво кивнул. – Звучит логично. Хотелось бы мне самой в это верить. Вокруг было столько тайн, что факты то и дело вставали с ног на голову, каждый раз образуя новую картину, как в калейдоскопе. Некоторые события я до сих пор не могла объяснить. Впрочем, сейчас не было времени строить гипотезы. – Давайте помогу вам перенести сюда Беатрис. – Лучше приглядывайте за Бетти. Не дожидаясь ответа, шеф скрылся за дверями лаборатории. Если ректор именно сейчас появится через тайный ход, капитан окажется беззащитным. Я вздохнула и осталась на месте. У Свенсона хватит практичности не убивать незнакомого человека, а Беатрис он и вовсе считает своим резервом в виде воскрешенной Алисии. Куда хуже будет, если он увидит меня. Через пару минут леди Лангенберк присоединилась к лежащим на земле Вильяму и Лелии. Нейтан с сомнением посмотрел на меня: – Оставаться здесь опасно. Если еще кто-то из этой компании появится, справитесь? – Нет, я сейчас и муху не поборю. Но мы не можем оставить их здесь. – Почему? Навредить они уже не могут. – Но могут снова сбежать. – Тогда их будет искать тайная стража. А вот если появится еще один маг, он сможет одним махом избавиться от нас и освободить своих сообщников. – Разумно. А как же быть с леди Лангенберк? Не думаю, что вы сможете унести сразу двоих дам? – Нет, я же не сказочный богатырь. Оставим ее здесь. – Это слишком рискованно. Нейтан понизил голос: – Ничего этой змее не сделается. Если мы сейчас поднимем всю охрану, здесь станет слишком людно, чтобы преступники рискнули что-то предпринимать. – Я в этом не уверена. Свенсон слишком силен. Если решит, что его загнали в угол, может пойти на прорыв, наплевав на жертвы. Вот когда его схватят, можно будет объявлять тревогу. Думаю, осталось недолго. – И что ты предлагаешь? Просто сидеть и ждать? Мы здесь как мишени в тире. – Вы сможете скрытно пробраться к корпусам? – Я не оставлю Бетти здесь. – Идти она сейчас не сможет, а если вы ее понесете, вас обоих будет слишком легко застать врасплох. Тогда вам с Бетти лучше всего расположиться на скамейке за этими кустами. Так вы сможете остаться незамеченными, если действительно что-то случится. Предложение капитану не понравилось, но других идей не было, поэтому он еще немного побурчал и скрылся в темноте. Я оглядела лежавшие вокруг тела. В отличие от заговорщиков, которые вели себя смирно, Беатрис пошевелилась, постепенно приходя в себя. Если связать её сейчас, можно будет избежать новых проблем, а если еще и рот заткнуть, то и беседы вести не придется. Пару мгновений я посмаковала эту мысль, но с сожалением отказалась от нее. Связывать в опасной ситуации единственного находящегося под рукой союзника-мага было явно не лучшей идеей. Если, конечно, Беатрис действительно была союзником. – Что ты со мной сделала? – голос леди Лангенберк был хриплым и еле слышным. Не держи она меня в ловушке совсем недавно, я могла бы ей посочувствовать. – Ничего. Ваш драгоценный Вильям снова попытался вас прикончить. – И как тебе удалось с ним справиться? Беатрис с трудом перетащила себя в сидячее положение, и я её даже зауважала. После всего случившегося чувствовать себя она должна отвратительно, но сдаваться не собиралась. Впрочем, откровенничать с ней все равно не стоило. – Профессиональный секрет. – А ты не так проста, как кажешься. В тебе есть сила, раз уж родовой особняк тебя признал. От воспоминаний, как пришлось погрузиться в каменные стены дома, пробрала дрожь. Очень хотелось узнать подробности о признании особняка, но я воздержалась от вопросов. Уж лучше спрошу Лео, когда представится возможность. Не дождавшись ответа, Беатрис продолжила: – Рассказы о драконах тоже правдивы? – Понятия не имею, о чем вы. – О том, что у тебя есть способности стража, и даже свой собственный дракон, привезенный с островов кимлан. Интересно, как леди Лангенберк об этом узнала. Спросить я не успела. – Как интересно! – бархатный голос разорвал тишину, словно взрыв. – Я и подумать не мог, что ты мне так пригодишься сегодня, Рия. Возникший на крыльце лаборатории Свенсон в свете фонарей ничуть не походил на участника недавней магической схватки. У него даже прическа не растрепалась. Я отбросила панические мысли о судьбе его противников и ударила ректора всей оставшейся магией, безжалостно вычерпывая себя до дна. Сейчас не было смысла переживать о том, что в результате дар может полностью выгореть, у ректора на меня явно были планы похуже. Удар Беатрис отстал от моего всего лишь на мгновение. Совокупной силы было достаточно для того, чтобы развалить половину корпуса общежития, но Флинн Свенсон даже не шелохнулся. – Какой прелестный натюрморт, – ректор махнул в сторону неподвижных тел Вильяма и Лелии. – Дракон, значит. Это многое объясняет. Теперь твое сказочное везение становится понятным. Можешь больше на него не рассчитывать. Видишь ли, я тоже страж, и значительно лучше тренированный. А главное, я понял, о чем говорил мой старый знакомый. Свенсон был так спокоен, словно мы сидели у него в кабинете. – Сегодня он сказал, что искру жизни мне никогда не получить, потому что ее больше нет. Поначалу эти слова казались пустым бредом, ведь осколок божественной мощи не может исчезнуть бесследно. Теперь я понимаю, в чем дело. Искрой завладел дракон. Хитрая тварь. Мне вряд ли удалось бы его приманить, а вот ты наверняка сможешь. – Я не собираюсь никого приманивать. – Это не понадобится. Он к тебе привязан и непременно появится, когда ты будешь умирать. Понимаешь, что я имел в виду, говоря о везении? Мое горло сжало удушающее заклятье. Беатрис бросила в ректора темное проклятие, но при соприкосновении с щитом оно рассыпалось безобидной пылью. Ответный удар Свенсона заставил Беатрис упасть на землю. Все мои силы уходили на то, чтобы сделать следующий вздох и изо всех сил цепляться за ускользающее сознание. Внезапно хватка на шее разжалась, и я зашлась хриплым кашлем. Напротив Свенсона, заслонив меня собой, стоял Хальдор. Они швыряли друг в друга смертельные заклинания с такой силой и скоростью, что в воздухе стоял треск, словно вернулась гроза. Этот магический фейерверк должен был приманить сюда не только охранников и тайную стражи, но и толпы любопытных. Нужно было продержаться совсем немного. Сначала силы противников казались равными, но Хальдору приходилось прикрывать меня и Беатрис, и постепенно Свенсон начал его теснить. Леди Лангенберк не шевелилась. Я попыталась было сотворить заклятье, но едва не грохнулась в обморок. Оставалось только молиться всем богам, чтобы дракон не появился. Через мгновение на фоне луны возник знакомый силуэт. С момента, когда я видела его в последний раз в компании Мотылька, дракон вырос еще больше. Сейчас принять его за флюгер нельзя было при всем желании. – Улетай отсюда! Спасайся! От моего крика Хальдор на миг отвлекся и тут же рухнул на землю, получив мощный удар чарами. На лице Свенсона появилось злобное торжество. Ректор взмахнул рукой, и крылья дракона обхватили извилистые путы. Он затрепыхался, а потом неловко сел поблизости. Земля содрогнулась. Я могла только беспомощно смотреть, как Свенсон подходит к дракону. – Теперь ты принадлежишь мне. Дракон полыхнул так ярко, словно взошло солнце. Его путы и ректор Свенсон вместе с ними рассыпались горсткой пепла. Я рефлекторно зажмурилась, а когда смогла открыть глаза и избавиться от пляшущих перед ними пятен, чувствовала только безмерное облегчение. Дракон оглядывал меня с явным интересом. Разумно было бы испугаться, вместо этого я собрала остатки сил, подползла ближе и прижалась прямо к теплому боку ящера. – Спасибо тебе. В ответ накрыла любовь, безбрежная, как океан. Теперь можно было терять сознание с чувством выполненного долга.