Глава 26

Удивление затмило все прочие чувства: – Да у вас настоящий талант к лицедейству, леди Лангенберк. Судя по лицу, Беатрис не была расположена шутить. – Где кристалл? От радости, что не придется рассказывать Лео, что в теле его матери теперь обретается его же сестра, я готова была петь. – Он у надежного человека. Вытащите меня отсюда, пока еще кто-нибудь не появился. – Не так быстро. Сначала ты мне подробно расскажешь, что тут происходит. Хорошее настроение тут же испарилось: – Некогда вести светские беседы, разве не понимаете? Скоро вернется Флинн Свенсон и будет слишком поздно! Беатрис поджала губы: – Я с ним разберусь. – Разберетесь? Каким образом? Вы с головой угодили в его ловушку! Если бы я не убедила Алисию вернуться в кристалл, от вас осталась бы только пустая оболочка! – Мы просто теряем время. Я не выпущу тебя, пока ты мне все не расскажешь. Мне надоела эта неизвестность. Я мрачно поинтересовалась: – Вы же понимаете, что я могу просто не выжить, если останусь в этой ловушке? Леди Лангенберк небрежно отмахнулась: – Ты крепкая, справишься. Мое здоровье Беатрис явно не волновало. Я попробовала зайти с другой стороны. – Я вам все расскажу, как только мы будем подальше отсюда. Беатрис язвительно хмыкнула: – Так я тебе и поверила! Как только окажешься на свободе, снова увильнешь, уж слишком ты скользкая, хитрая, наглая… От злости мне даже помирать расхотелось. – Сколько комплиментов! Будь я такой продуманной злодейкой, не угодила бы в ловушку, пытаясь вытащить вас! Беатрис прищурилась: – Ты не могла знать, что найдешь здесь меня, так что пришла с другой целью. С какой? Воздух вокруг сгустился, снова повеяло опасностью. Я перебила Беатрис на полуслове: – Что-то не так. Вынужденная неподвижность раздражала. Большую часть обзора закрывала подошедшая вплотную леди Лангенберк. Выражение ее лица стало откровенно скептическим, пока я пыталась осмотреться в меру сил. – Достаточно. На этот раз уловки тебе не помогут. Тени за ее спиной дрогнули. – Это Вильям! Он приходит в себя! – Ты же не думаешь, что я в это поверю? Отвечай, у кого сейчас кристалл с духом моей дочери? Через мгновение Беатрис лежала на полу. Вильям изобразил любезную улыбку: – Хороший вопрос. Мне бы тоже очень хотелось это узнать. За этот день я уже столько раз радовалась спасению и впадала в отчаяние, что сейчас эмоции притупились. Умом я понимала, что шансы встретить следующий рассвет стремительно растаяли, как кубик льда, ухнувший в кастрюлю с кипятком, но сил беспокоиться об этом уже не было. – Мне бы тоже много чего хотелось, – прохладно заявила я. Из-за заложенного от крови носа голос звучал гнусаво. – Кристалл уже давно в тайной страже. Если хочешь избежать общения с агентами, стоит поторопиться и бежать, пока можешь. Вильям с веселым удивлением оглядел меня: – Ты действительно ждешь, что я поверю? Сдерживающие чары явно плохо влияют на твой рассудок. Будь агенты поблизости, они посадили бы вас всех под арест и сейчас разбирали бы на части лабораторию. – А это ловушка, – мрачно улыбнулась я. – На живца. Вильям нахмурился и бросил взгляд на Лелию. – Вашу подружку выпустили из тюрьмы в качестве приманки, – вдохновенно заявила я. – Свою роль она сыграла. Теперь осталось дождаться появления вашего неуловимого шефа, чтобы накрыть всех скопом. Звучало подозрительно похоже на правду. Что ж, если так оно и есть, значит, агенты не вмешаются, пока не смогут поймать Свенсона на горячем, чтобы он не вывернулся. Одна проблема – я могу и не дожить до этого светлого момента. – И зачем ты мне все это рассказываешь? – судя по выражению лица, Вильям не мог решить, верить мне или нет. – Потому что мне надоела роль наживки. Вытащи меня, и сможешь рассчитывать на снисхождение в суде. Такой исход Вильяма явно не прельщал. – От нашей принцессы и правда одни проблемы. Насчет всего остального, думаю, моя дорогая, ты врешь. Не тянете вы на тайных оперативников. – Если ты еще немного помедлишь, разбираться тебе придется уже с моим трупом. Если я и преувеличивала, то не слишком сильно. – Думаю, твоему хозяину это не понравится. Ноздри Вильяма сердито раздулись, но мою шпильку он проигнорировал: – Не волнуйся, он придумает, как использовать твои останки наиболее эффективно. В этом можно было не сомневаться. – Как бы он не захотел и от тебя избавиться заодно. Вильям небрежно отмахнулся: – Лишние трупы привлекают внимание. Хватит болтовни. Где кристалл? – Понятия не имею. Вильям издал тяжелый вздох: – Ты ведь понимаешь, что деваться тебе некуда. Не хотел бить даму ради получения информации, но ты просто не оставляешь мне выбора. Я не оставляю. Как мило. Судя по огоньку в глазах, именно этого он и хотел. Вот тебе и благородный лорд. Уговоры тут явно не помогут. – Сделай милость, стукни. Я, наконец, отключусь и отдохну от вас. Вильям помрачнел. Он явно хотел вернуть кристалл до возвращения Свенсона. Через мгновение его лицо прояснилось. – У меня есть идея получше. Если ты будешь продолжать упираться, я перережу ей горло. Он патетическим жестом указал на лежавшую на полу Беатрис. Я не удержала смешок: – Да ради всех богов, вперед. Вильям прищурился: – Думаешь, что я этого не сделаю? Я фыркнула: – С чего бы мне тебя останавливать? – Ни за что не поверю, что какая-то агентесса для тебя дороже, чем мать Гримхольда. В глубине комнаты что-то шевельнулось. Если капитан снова появится и спасет меня, я его расцелую. Хотя нет, лучше придумаю что-нибудь другое, чтобы Бетти не вцепилась мне в волосы. Я безмятежно уставилась на Вильяма и сообщила: – Агентесса спасла мне жизнь, а Беатрис пыталась с этой самой жизнью покончить. Несколько раз. И сейчас, благодаря ей, я застряла здесь. С чего бы мне хотеть спасти ее? – Ты блефуешь. Гримхольд никогда не простит, если его мать убьют из-за тебя. Теперь тени сгустились с другой стороны. Или у нас сразу два гостя, или у меня уже начались галлюцинации. – Откуда он об этом узнает? Ты сам сказал, что живой я отсюда не выберусь. И я не собираюсь упускать свой единственный шанс на спасение ради Беатрис. – Ты хочешь от нее избавиться? Вильям выглядел потрясенным, словно азартный игрок, на глазах которого выигрышная комбинация превратилась в мусор. – Наша совместная жизнь с Лео будет намного безоблачней без его мамаши, – торжествующе объявила я. – Но если она погибнет, а ты – нет… – А что я могла сделать? Сама чудом осталась в живых. Это будет твое слово, слово преступника, против моего, даже если ты каким-то чудом тоже выживешь. Вильям таращился так, словно у меня выросла вторая голова. Оставалось надеяться, что он не попробует реализовать свои угрозы на практике, понимая, что раны на теле Беатрис могут помешать планам Свенсона. Тени приближались. Нужно было его отвлечь. – Лео уже простил мне то, что случилось с его сестрой, – триумфально сказала я. – Так что сделай любезность, избавь нас от его матери. Вильям открыл рот и замер, как памятник самому себе. Из темноты вышла знакомая фигура. – Отличный отвлекающий маневр, дорогая, – похвалил меня профессор Шлейнер. – Звучало очень искренне, – задумчиво сказала леди Розалинда, появляясь с другой стороны. – Пожалуй, хорошо, что Беатрис сейчас без сознания. Происходящее внезапно стало напоминать водевиль. Если бы оставались силы, я бы рассмеялась, но смогла только устало спросить: – Надо полагать, вы тоже хотите задать мне массу вопросов? – Боюсь, что так, – рассеянно согласился профессор, уставившись на пол так внимательно, словно был в своей любимой лаборатории. – Обрати внимание, Рози, как ловко устроена эта ловушка. Чем сильнее маг, тем крепче она его держит. Мальчик был бесспорно талантлив, жаль, пошел по кривой дорожке. Леди Розалинда величаво кивнула: – Руны написаны прямо на поверхности чем-то невидимым. Мыло… Хотя нет, воск, определенно воск. Леди Гримхольд, которая позволяла кому-то называть ее Рози, да еще и обсуждала с профессором вопросы теоретической магии, в привычную картину мира никак не вписывалась. Очевидно, у меня уже начался бред. Бабушка Лео заметила ошарашенное выражение моего лица и тихо фыркнула: – Думаю, сейчас неподходящее время для исследований. Детектив вот-вот потеряет сознание. Профессор вернулся мыслями из научных высей обратно на землю и виновато моргнул: – Ты совершенно права. Он на мгновение присел на корточки, стер несколько рун, вытащил меня из ловушки, как редиску за хвост, и усадил на стул, который подняла с пола леди Розалинда. После долгого пребывания без магии все тело била дрожь. Больше всего хотелось лечь прямо на пол и отключиться, но время и место для этого были совсем не подходящими. Я заставила себя держаться прямо: – Надо убираться отсюда. В этом клятом месте полно тайных ходов. Ректор Свенсон может вернуться в любую минуту. Леди Гримхольд одобрительно улыбнулась: – Так вы его вычислили. – Я же тебе говорил, что она моя лучшая ученица, – возрадовался профессор Шлейнер, ловко связывая Вильяму ноги его же рубашкой. – Совсем недавно, к сожалению, – отмахнулась я от незаслуженных похвал. – Он старался держаться в тени, в отличие от вас. Думаю, в тайной страже вы сейчас под серьезным подозрением, профессор. – Разберемся с этим в свой черед. Леди Розалинда порылась в сумочке и вытащила фляжку, украшенную семейным гербом. Стоило открыть крышку, как в воздухе знакомо повеяло горной свежестью. – Выпейте. Помнится, на вас этот эликсир прекрасно подействовал. После одного глотка падать со стула тут же расхотелось. – Спасибо. За эликсир и ваше своевременное появление. Я вытащила из кармана платок, кое-как оттерла засохшую под носом кровь и с сомнением посмотрела на Вильяма: – Зачем вы его связали? Он же моментально избавится от пут, как только придет в себя. – Не избавится, на нем анти-магические наручники, – заверил профессор. Леди Розалинда убрала фляжку: – Так куда отправился наш дорогой Флинн Свенсон? – Я думаю, он переправляет Идриса в дом Лелии через скрытый портал. Леди Розалинда и профессор Шлейнер обменялись хищными взглядами. – Самое время нанести ему визит, – постановила леди Гримхольд. – Это может быть опасно. Он владеет магией разума. – Да, мы знаем. – Не волнуйтесь, у нас есть, что ему противопоставить. – Там должен быть еще Хальдор, охотник из кимлан. Он тоже ищет Свенсона. Леди Розалинда нахмурилась: – Свенсона или Идриса? – Свенсона. Хальдор знает, что Идрис был невиновен в убийствах и забрал искру, чтобы защитить. Эту новость мои собеседники встретили с нескрываемым облегчением. Я покопалась в памяти: – Дом Лелии наверняка охраняет тайная стража, но это вы и без меня знаете. Еще где-то поблизости могут быть кастелианцы. Кажется, они не враждебны, но уверенности в этом нет. – Моя дорогая, у вас так много интересных знакомых, – восхитилась леди Розалинда. – Будем надеяться, неподходящих визитов сегодня больше не будет. – Я бы не была в этом так уверена. Я соскребла себя со стула, добралась до лежавших поблизости артефактов, надела на руку браслет Лео и выдохнула. Быть безоружной и беспомощной мне совсем не понравилось. Теперь при малейшем намеке на опасность я собиралась разнести на куски хоть всю лабораторию. Профессор Шлейнер посмотрел на меня. – Идти с нами слишком опасно. – Не волнуйтесь, профессор, я понимаю, что в этой схватке буду только балластом, и не собираюсь совершать героических глупостей. Подожду вашего возвращения здесь, а если явится кто-то другой – пожалеет. Я покрутила в воздухе рукой с браслетом. – Эта штука при необходимости отбросит даже дракона. – Судя по состоянию моего сада, твоя лучшая ученица не преувеличивает, – кивнула леди Розалинда. Профессор застегнул на руках Лелии анти-магические наручники и с сомнением посмотрел на Беатрис. Будь моя воля, на леди Лангенберк тоже надели бы зачарованные оковы. Союзницей она себя показала крайне ненадежной. Вреда от её вывертов было едва ли не больше, чем от целенаправленных действий всей команды преступников. Леди Розалинда прочитала эти мысли с пугающей легкостью. – Не стоит. Моя невестка крайне злопамятна, а вам ведь предстоит как-то налаживать отношения, раз уж обе остались в живых. – Все может измениться, ночь еще не закончилась. – Поэтому тебе не помешает поддержка в случае чего. – К сожалению, никого из тех, кто мог бы меня поддержать, здесь нет. Я справлюсь, идите. – Не привлекай внимания. Мы не знаем, сколько человек работает на Свенсона. Выдав указания напоследок, ловкая парочка растворилась за панелями тайного хода, по которому ушел ректор. Я призадумалась. Лаборатория, из стен которой постоянно кто-то выскакивает, а на полу полно магических ловушек, успела мне изрядно надоесть. Пожалуй, лучше будет выйти и поискать капитана с Бетти. С другой стороны, в бою толку от меня сейчас будет немного. Неровен час, еще наведу на них кого-то не того, и кристалл Алисии снова попадет в чужие руки. А может, их уже нашли и схватили? Все же Нейтан магией не владеет, а Бетти едва удерживалась в сознании. Надо идти. В крайнем случае, воспользуюсь браслетом Лео и раскидаю противников. Я бы предпочла поднимать шум после того, как спрячу кристалл, но похоже выбора уже не было. Выпускать его из рук на этот раз, чтобы снова искать неизвестно где, я точно не собиралась. Договорившись сама с собой, я собрала свои артефакты и направилась к двери. Бросила взгляд на лежавшую Беатрис и пошла дальше. Слишком дорого обошлась мне прошлая попытка вытащить отсюда леди Лангенберк, чтобы второй раз наступать на эти же грабли. Даже если кто-то из преступников появится здесь, без приказа ректора с ней ничего не сделают. А если Свенсон умудрится справиться с Хальдором, профессором Шлейнером и леди Розалиндой и вернуться собственной персоной, то переживать о Беатрис мне будет попросту некогда. Выйти на крыльцо удалось безо всяких происшествий. Дверь открылась бесшумно. Свежий воздух взбодрил не хуже эликсира. Небо понемногу светлело. Ночь двигалась к завершению, но до рассвета было еще далеко. Тишину нарушал только стрекот сверчков. Никаких отзвуков эпической битвы. Либо на этот раз все происходило тихо, в отличие от Монтекастелло и загородной конференции, либо битва не состоялась. Кусты поблизости пошевелились. Я напряженно уставилась на них, готовая в любой момент активировать браслет. На дорожку выбрался Нейтан. – Рад видеть, что вас спасать не нужно, детектив.