Глава 10

Я сидела на веранде у самых перил и, щурясь на яркое летнее солнце, заталкивала в себя вторую порцию овсянки. Еще ложка – и начну бить копытом! И ржать! Я схватила стакан и полила кашу сверху компотом из местных яблок.

Еще и Шейд с утра испарился, не сказав ни слова. А перед этим ему принесли письмо. Бумажный конверт выглядел дорого. На большой сургучной печати красовались свернувшийся кольцами змей и ветка какого-то растения, похожего на лавр. Не надо быть детективом, чтобы понять: послание пришло от родителей Шейда.

В общем, на душе было тревожно, и срочно требовалась порция позитива. Для равновесия. Например, хорошая доза Беса и Кота! Но близнецы, как назло, куда-то запропастились.

За спиной прошелестели сдавленные смешки, а потом во внутреннем зале столовой началась эпидемия кашля. Я с любопытством оглянулась, допивая компот, и… И едва им не захлебнулась. В дверях столовой с подносами в руках стояли гордые до невозможности братцы.

Над верхней губой Кота и на его щеках мелкими колечками вились… вилось… вилась… хм… густая растительность. Выглядело это безобразие так, будто Таира макнули физиономией в разорванную подушку, набитую овечьей шерстью. А потом в краску. Голубую-голубую, как небо в ясную погоду.

А Бес обзавелся козлиной бородкой! Волнистой такой, фиолетовой. Точь-в-точь под цвет его глаз. Стекая с лица, она распадалась на два длинных хвостика, украшенных бусинами. И доставали эти хвостики почти до середины груди…

Эпидемия кашля из зала перетекла на веранду. Близнецы невозмутимо прошествовали к моему столику, сгрузили подносы и уселись. Напротив меня. Лучше бы устроились сбоку. Было б не так видно…

– Как мы тебе? – хором спросили жертвы красоты.

– Колоритно! – выдавила я, изо всех сил стараясь не расхохотаться. – Вас вчера что, к целителям на отработку посылали?

Братья покачали головами. Кот крутил ложку с кашей, пытаясь засунуть ее в рот так, чтобы не испачкать поросль над губой. Бес посмотрел на него и предусмотрительно запихнул бородку за ворот.

Я моментально уткнулась в тарелку с остатками каши, едва сдержав смешок. Даже щеку прикусила.

И кто же их так… уделал? Явно без Урго не обошлось. Чувствуется рука мастера. Мне еще повезло… с косой. Мог бы и усы накреативить.

Кот сердито прижал пальцем голубую шерсть над губой и наконец отправил кашу в рот.

– Мы теперь старше выглядим? – спросил он.

– Не особо…

– Не помогло! – выдохнул Изар. – А гуще и длиннее у нас не растет!

Какое счастье! И того, что имеется, вполне достаточно, чтобы парализовать любой учебный процесс.

– Надо было той гадостью намазаться, что Урго предлагал. Для морщин которая, – задумчиво пробормотал Таир.

– От морщин, – машинально исправила я.

Значит, все-таки Урго. И отработка его не исправила!

– Нет! Именно «для». Урго нам целую серию обещал разработать. Для старения.

– И зачем вам стареть? – ошарашенно моргнула я.

И тут же вспомнила про Мерсию. Вернее, про ее пунктик на возрасте. Я посмотрела на расстроенного Изара, перевела взгляд на Таира, который ради брата был готов на все, даже вот этой вот дурацкой кудрявой шерстью обрасти, и вздохнула:

– Ребят, вам не нужно стареть! Вы и так выглядите старше, чем есть.

Таир не ответил. Изар отвернулся и хмуро уставился куда-то за перила веранды.

– Бес, – я перегнулась через стол, дотянулась до Изара и подергала за рукав, – ты сам подумай, Мерсия ведь нормально с тобой общалась, пока не узнала, сколько тебе лет. Ну, вспомнил? То есть она не считала, что ты моложе, так?

– И что? – Бес покосился на меня. – Как мне это поможет? Сейчас она знает. И все время талдычит!

Да… Тараканы в женской голове – страшная вещь. Всю жизнь могут испортить! И тут в ушах отчетливо прозвучал голос Шейда: «Время – понятие относительное». Я аж подпрыгнула:

– Бес, а у вас на родине и тут время одинаково движется?

– Почти, а что? – насторожился тот.

Таир перестал есть и заинтересованно посмотрел на меня.

– Конкретнее отвечай! – скомандовала я, доставая стило и создавая чистый лист. – Там быстрее идет или здесь? Ну?

Братья переглянулись. Изар просиял, Кот облегченно выдохнул и почесал шерсть на щеке, явно мечтая от нее избавиться. Путем нехитрых вычислений выяснилось, что по времени своей родины близнецы на целых два года старше Мерсии.

Изар сгреб лист с расчетами, перемахнул через перила и исчез. Следом, бросив недоеденную кашу, подорвался Таир. Ясное дело, один понесся доказывать своей даме, что она младше, второй – бриться. Так оба торопились, что даже про раздел кошачьего пайка забыли.

Я собрала всю посуду, отнесла на раздачу. Получив мясо для Бези, направилась к выходу из зала и… застыла в дверях. Увесистый шмат киркуна, на сей раз не обгрызенный наукой, едва не выпал из рук.

На веранду поднимались Чиро и Дагош.

Вместе! Под ручку!

Неужели поговорили? И помирились?

Не меня одну волновал этот вопрос. Из-за преподавательского стола на парочку глазела сирин. Чиро заметила, демонстративно подняла руку, покрутила на пальце тонкое колечко с небольшим синим камнем.

Мы победили? Да! Мы победили!

Дагош, сияя как медный таз, галантно отодвинул стул. Чиро плавно скользнула на сиденье. Она едва заметно улыбалась, на щеках играли ямочки. Темно-синие глаза были огромными, губы пухлыми, темные с легким синим отливом волосы вились крупными кольцами. Фигура, затянутая в черный камзол и брюки, радовала мужскую часть населения приятными глазу округлостями. На вид сирене можно было дать чуть больше двадцати.

Довольно перемигнувшись с птицедевой, я на цыпочках прошмыгнула мимо преподавателей и уже занесла ногу, чтобы скрыться с веранды, как за спиной раздался насмешливый голос Чиро:

– Новакова! А куда это вы так торопитесь? Подойдите на минутку.

Я бочком приблизилась к их столу. Вампир смотрел на меня строго, Чиро еще строже, но в глубине глаз обоих вспыхивали непривычные искорки смеха. Все ясно. Меня нужно за что-то отчитать, но причина выволочки их забавляет, однако «мундир» требует принятия мер.

– Сядьте! – скомандовал Дагош, подрезав меня стулом.

Плюхнувшись на сиденье, я очутилась между сиреной и вампиром.

– Представляете, Новакова, – ласково начала Чиро. Очень ласково. И тихо. Сирин, превратившаяся в одно большое ухо, старательно подслушивала из-за соседнего столика. – Кто-то отправлял мне подарки от имени Дагоша.

Быстро же они вычислили, что часть презентов лишняя…

– Вечно в этих службах доставки что-то путают! – так же тихо пробормотала я.

Сирин недовольно поерзала и еще сильнее вытянула шею, рискуя грохнуться в проход вместе со стулом.

– Возможно, – кивнула Чиро. – Но там сказали, что все, что прошло через них, доставили по адресу. А то, что доставили не через них, чудесным образом возникло на территории нашей школы. Не знаете, кто автор?

– Нет. – Я удивленно распахнула глаза. – Откуда мне знать?

– Действительно, откуда? – поддержал Дагош. – Но если вдруг этот кто-то, совершенно вам незнакомый, решит вновь подработать свахой, пусть не сам подбрасывает, а пользуется услугами частных курьеров, они берут плату за анонимность и держат марку.

– Иначе его легко расшифруют, – многозначительно добавила Чиро. – И вдруг не срастется? Или клиент решит отблагодарить? А благодарность некоторых магов…

– От двух месяцев каторги до пожизненного… – подхватила я, вставая со стула. – Спасибо за совет!

– Через десять минут в аудитории, – отчеканила Чиро. – Не опаздывайте.

Я-то не опоздаю. Главное, чтобы она меня надолго не задержала. Наша группа с утра переносится с Дагошем в столицу, в Институт Исследований Магии и Ядов. Вчера мы там были впервые, на экскурсии. И вот сегодня отправляемся во второй раз.

А должны были – в пятый!

Но тот случай в Королевском Питомнике основательно подмочил репутацию Дагоша. Слезливые птички оказались любимицами короля. После ударной дозы моего угарного газа и каменного наркоза Шейда они перестали плакать, у некоторых началась внеплановая нервная линька. Увидев облысевшую стаю, король впал в ярость и перекрыл вампиру доступ в питомник.

И в Институт заодно. В общем, Дагошу два месяца пришлось доказывать, что его можно пускать и туда, и туда.

В палаточный городок я влетела на всех парах. Кот не орал припадочно, не бегал кругами и не появился даже тогда, когда я вывалила мясо в миску. Бези нигде не было. Шейда тоже. Зато в палатке обнаружилась записка: василиск будет ждать меня в столице у пункта перехода, кота он забрал. Что же у него там случилось?

Захватив артефакт и стило, я помчалась обратно.

– Мы с Дагошем пришли к выводу, что формула отражает состав не простого яда, а измененного, – начала Чиро, едва я нарисовалась на пороге аудитории. – Изучение подобного яда – процесс небыстрый. Ваш друг может умереть, не дождавшись результатов. Поэтому, Новакова, сядьте и запишите задание.

Я тут же села, приготовила чистый лист и вопросительно посмотрела на сирену.

– Параллельно исследованию формулы вы должны освоить интуитивный метод работы с ядами. – Профессор Чиро подождала, пока я запишу, и продолжила: – Для начала вам нужно почувствовать яд в теле вашего друга. Не торопитесь, ощутите его от и до. Научитесь улавливать малейшие изменения в его концентрации. Они есть, не сомневайтесь. Как бы ни был силен яд, он все равно хотя бы в крохотной доле выводится из организма естественным путем.

Чиро заложила руки за спину и прошлась мимо меня туда и обратно, словно на лекции.

– И только когда настроитесь на яд, сроднитесь с ним, будете считывать все его нюансы… Только тогда переходите к следующему этапу: попытайтесь самостоятельно уменьшить его концентрацию на ту же долю.

О, я уже уменьшала… не то, что нужно. Так феерично уменьшила, чуть не убила Шейда!

– А теперь слушайте меня очень внимательно, Новакова! Так, будто от этого зависит ваша жизнь!

Чиро нависла надо мной и для убедительности постучала пальцем по листку с записями, лежавшему передо мной.

– Измененный яд при выведении ведет себя крайне непредсказуемо. Поэтому уменьшать его концентрацию можно только на ту же долю, что и при естественной убыли. И ни в коем случае не больше! Именно на ту же долю! – еще раз повторила она и, убедившись, что до тупенькой Новаковой дошло, продолжила: – Выводите яд как можно медленнее, при этом тщательно отслеживайте самочувствие вашего друга, наблюдайте за его реакцией. Если заметите, что… гм-м-м… объекту становится хуже, – мгновенно прекращайте эксперимент! Все фиксируйте. Отчет предъявите мне. Ясно?

– Ясно…

Еще одна бумажка. Мало мне школьного курса и занятий по химии.

– Понимаю, такой способ кажется танцами с бубном. Или как там у вас говорят на Земле? – Чиро усмехнулась, глядя на мое кислое лицо. – Но были времена, когда не знали о формулах и состав ядов представляли лишь примерно. Маги ядов работали интуитивно, по ощущениям. И весьма успешно, кстати.

Значит, танцуем с бубном.

– Верьте своей интуиции, Новакова, – Чиро задумчиво побарабанила пальцами по столу. – Вы же наследница. А магам, наследующим дар, приходится осваивать большой объем информации за маленький период. Тут даже идеальная память не всегда помогает. Только интуиция, интуиция и ощущения. И не забудьте, – встрепенулась она. – Каждое утро отчет мне на стол! Свободны!

У перехода, что находился неподалеку от ворот школы, я застала только слегка озверевшего Дагоша. Остальные, видимо, успели перенестись.

– Совершенно новая акция! Очень выгодная! – вещал ему радостный охранник, покачивая острой секирой.

И как наши земные рекламщики не догадались вооружиться? Сразу вид становится внушительнее. Такому не рискнешь сказать: «Брысь». Да и сама акция кажется более заманчивой…

– …За десять переходов вы получаете скидку на одиннадцатый. Целых десять процентов!

– Быстрее, Новакова! – Дагош кровожадно покосился на шею консультанта с секирой.

Очевидно, не про первую акцию уже слушает. Но когда чьи-то клыки останавливали торговлю?

– И еще! – вдохновенно вдохнул охранник. – Не упустите супервы…

Какую супервыгоду мы упускаем, я не узнала: вампир подцепил под локоть, затолкал на площадку переноса и… И мы очутились возле двухэтажного белого здания, огороженного высоким забором, магической защиты на котором хватило бы на резиденции всех земных правителей.

Одногруппники в черной форме расселись по скамейкам. Ну точь-в-точь стая галок. Чуть поодаль подпирал дерево Шейд, на его руках сидел Безя. Кота приходилось таскать с собой для маскировки. В шаге от василиска близнецы, побритые и довольные, играли в «камень, ножницы, бумага». Опять на что-то спорят!

– Все сюда! – Дагош помахал рукой. – Слушаем внимательно, два раза повторять не буду. Даже для Новаковой!

Я, незаметно пятившаяся к Шейду, мгновенно замерла.

А дальше последовал инструктаж. Идти за преподавателем. Не толпой, желательно по двое-трое. От группы не отбиваться – примут за шпиона, вампир умоет руки. Ах да, когда дойдем до лаборатории, где будет занятие, руки, носы, пальцы, волосы, лица и прочие части тела в яды не совать. Без разрешения. После окончания занятия выходим в том же порядке за ворота. Не разбегаемся: расписание изменено, нас ждет питомник. Нет, в вольеры нас не пустят, ни на чуть-чуть, ни на полшага, ни на палец ноги. Будем изучать ядовитую живность издалека. Обед? Какой обед? А ужин вам на что?

– Все понятно? – Дагош обвел студентов цепким взглядом. – Новакова?

Вот же… злопамятный. Нескоро, похоже, простит мне лысых птичек! Вампир развернулся и пошагал, все потянулись за ним, и мне наконец удалось подобраться к Шейду.

– Как поездка? – спросила я шепотом.

Василиск неопределенно пожал плечами. Ясно. Рассказывать, что за письмо получил и куда ходил, он не хочет.

– Чиро предложила мне поработать с ядом по новому методу, интуитивно.

– Вряд ли получится.

А он в меня верит, ага!

– Почему? Раньше же у магов получалось? – не согласилась я.

– Раньше и доктора резали больных, слабо представляя, что и где находится, – усмехнулся Шейд. – Это по сути одно и то же.

– Но ведь…

– Я не отказываюсь, – перебил Шейд. – Я предупреждаю, чтобы ты сильно не надеялась.

Наш черный отряд остановился на проходной. Внутрь просачивались по одному. Первым в начерченный на полу круг, по краю которого тремя рядами шли руны, шагнул Дагош. Сверху на него опустилась магическая пленка, смахивающая на целлофан. Упакованный, словно подарок на Восьмое марта, вампир потопал дальше. Судя по его бодрому виду, дышать пленка не мешала. За Дагошем потянулись студенты. Вскоре очередь иссякла, перед проходной остались только я и василиск с Безей.

– Сначала прохожу я, потом ты пускаешь кота, – скомандовал Шейд, вручая мне сонного Безю. – Потом идешь сама.

– А почему не наоборот? – с любопытством спросила я.

– Увидишь, – коротко ответил он.

Увидела.

Кот, облепленный пленкой, зашипел. Выгнул спину дугой, ловко увернулся от рук Шейда и… крючком поскакал по коридору. Брыкаясь и очумело тряся башкой.

– Лови его! – испуганно крикнула я.

Потеряется. Точно потеряется! Ищи его потом по всему институту! Вампир меня придушит. Он еще от птичек не отошел, а тут целый кот! Я поспешно шагнула в круг, едва дождалась, пока пленка прилипнет к коже, и вылетела в белоснежный коридор, где уже стояли Шейд с пойманным котом на руках, Дагош и вся наша группа.

Занятие проходило в большой лаборатории. Нас рассадили по одному за стол. Почти по одному. Рядом со мной сидели Шейд и Безя. Кот пытался содрать пленку, возмущенно вопя. Вампир пригрозил его искупать. Безя мстительно выпустил когти. Они с Дагошем поняли друг друга. Кот остался чесаться на стуле (правда, уже молча), а вампир пригласил лаборантов.

Люди в белых рубашках и брюках расставили перед всеми наборы из пяти прозрачных сфер, в которых плавали разноцветные капли. Перед всеми, кроме меня. Мои сферы отличались от тех, что выдали остальным, и их было в два раза больше.

Я озадаченно ждала пояснений вампира, потому что именно он велел лаборанту заменить стандартный набор на другой. Но Дагош не торопился. Он оглашал задание:

– Почувствуйте каждый образец. Запишите ощущения. Определите свойства. Найдите в копии справочника, которую вам уже выслали на стило, яд, соответствующий данному образцу. Пять сфер, пять ядов. Так как вы толком еще не умеете контролировать силу, сделаю приличную скидку на погрешность. Пятнадцать процентов. Но не больше! Приступайте.

Пятнадцать процентов?! Похоже, в роду Дагоша тоже были гномы!

Вампир подошел ко мне:

– У вас задание будет несколько иным. Видите номера?

Еще бы не видеть. На всех десяти сферах висели бирки с цифрами от одного до пяти: две единички, две двойки, две тройки, две четверки и две пятерки. Как попало висели: одинаковые номера болтались на сферах, капли внутри которых даже на вид были совершенно не похожи.

– Здесь по два одинаковых номера, это подсказка: внутри обеих сфер один и тот же яд. Но какой-то из образцов изменен магически. Вам нужно уловить разницу, записать свои ощущения. Проанализировать их и предположить, где изначальный яд, где измененный. И что у измененных ядов общего. Ясно?

– Ясно, – кивнула я.

Похоже, меня готовят к работе по новому методу. Значит, тренируемся!

Я придвинула к себе сферы с номером один, достала артефакт. Пузырьки выскользнули из мешочка, стоило развязать веревку. Последнее время мне удавалось поддерживать связь с ними почти круглые сутки, практически не тратя на это силы. Конечно, я бы справилась и без артефакта, но он стал чем-то родным, вроде любимой сумочки. Без нее можно обойтись, но неуютно.

Поманив пузырьки к первой сфере, я старательно изучила заключенный в ней яд. Он напоминал кислую, но очень ароматную клубнику. Забавно, но яды вызвали самые разные, порой странные ассоциации. Так вот, клубника во второй сфере была до такой степени кислой, что у меня рот наполнился слюной и захотелось выплюнуть гадость.

Записав ощущения, я продолжила работу.

Следующая пара ядов пошла хуже. Первый так сильно разил полынью, что я зажала нос и откинулась на спинку стула, пытаясь прийти в себя. Шейд незаметно протянул руку, и сохраненная магия потекла ко мне. Стало легче. Надо же, я не заметила, что вбухала в изучение этого образца столько сил. Второй яд из пары был мягче. Он пах полуденным летним полем, пряным и теплым. Полынь ощущалась лишь отдельными горьковатыми нотками.

Изучив остальные яды, я перечитала записанное. Вывод напрашивался сам. Магическое изменение для меня выглядело как усиление или ослабление некоего свойства: кислоты, горечи, солености и так далее. Но вот что конкретно? Усиление или ослабление? Я рассортировала сферы. Те, которые действовали на меня, как удар в живот, сдвинула вправо, а те, что не вызывали подобных ощущений, – влево. И задумчиво уставилась на две равные кучки. Ну, ребята… Признавайтесь, кто из вас кто!

Откуда-то взялась уверенность, что я знаю ответ. Без вычислений, умных размышлений и доказательств. Просто знаю, и все! Чувствую, ощущаю. Правильные яды стоят слева. Измененные – справа. Вот так вот. Кажется, это та самая интуиция, про которую говорила Чиро. А кто я такая, чтобы спорить с профессором?

Я подвинула листок и старательно вывела для Дагоша: «Магическое изменение в данном конкретном случае – это усиление отрицательного свойства: слишком кислое, горькое, соленое, острое, пряное».

Поставив точку, я покосилась на Шейда. А ведь яды в пробирках воспринимаются иначе, чем в живом теле… С василиском и с парнями на площади я чувствовала нечто опасное, мешающее, то, что хотелось убрать. Да, мне удалось поймать опасный ветер из крови парней. И я разрушила яд, помогающий василиску. Но никакого ощущения перебора с неким свойством не было!

Я вздохнула и записала следующую фразу: «Яд вне тела и внутри ощущается по-разному».

– Вижу, вы поняли суть проблемы работы с живыми объектами, – раздался над ухом голос Дагоша. Вампир задумчиво смотрел на мой листок. – Действительно, яд вне тела и внутри – не одно и то же. Поэтому специализацию на кафедре целительства выбирают немногие, как и специализацию следователя. Но именно оттуда выходят самые сильные маги ядов. Они иногда меняют квалификацию… Что за шум?! – рыкнул Дагош на всю лабораторию и отошел от моего стола. – Закончили? Готовьте свои опусы к сдаче.

Меняют квалификацию… Ивиан был таким «перебежчиком». Я успела узнать о дарителе много любопытного. Обучаясь в столице, он здорово попрыгал по всем специализациям. Получил в итоге неприметный диплом общего профиля. И ни дня не работал. Зато вон как развернулся.

Дагош между тем проверил опыты ребят, оценил их и выгнал всех в коридор, строго наказав, что удобства находятся налево и прямо. Ни в каком другом направлении. И без поворотов. Туда и обратно.

Вернувшись ко мне, вампир взял со стола лист с записями. Внимательно вчитался в него, довольно качая головой.

– Отлично, Новакова. Теперь вы поняли, чего хотела от вас профессор Чиро и почему так важно вначале изучить яд от и до. На выход!

В коридоре Дагош пересчитал нас по головам, вывел из института, отконвоировал к переходу. И мы снова оказались у входа в Королевский Питомник. Опять пропуска и поход по территории с вольерами. Но в этот раз за нами вышагивали два охранника.

Сегодня мы учились чувствовать яд помеси крокодила и бабочки. Эта зеленая жуть на изумрудных крыльях порхала под прозрачным куполом и щебетала, словно ласточка. Ее яд был слабым. И пресным, точно разбавленное молоко. Мы справились быстро, Дагош не стал задерживать. Напоследок сообщил мне, что теперь наши внеплановые занятия будут идти через день. День с ним и Чиро. День самостоятельно. По новому методу.

Шейд перенесся со мной в Мелхор, довел до ворот. Когда мы с котом благополучно шагнули за ажурные створки и оказались на территории школы, сказал, чтобы я не выходила без него, и исчез.

– М-да, – пробормотала я себе под нос. – И на ком мне тренироваться?

Кот насмешливо фыркнул и сделал вид, что идет за ворота: его запрет не касался.

– Вот на тебе и отработаю новые знания, – пригрозила я. – Расфыркался тут!

Кот прижал уши и растворился в кустах, а я отправилась отрабатывать обучение. Кроме обрезки веток деревьев, никаких заданий не имелось. Я уже хотела согласиться, но госпожа Халита решительно отказала. Наверное, мой вид с пилой и топором не внушил ей доверия. Так что у меня внезапно образовался выходной.

В соседней палатке покашливал куст, в траве возле моей валялась пустая миска. Интересно, кто оприходовал мясо, кот или близнецы?

– Эля, уделите мне минутку? – Лианы распахнули полог. – Прошу вас.

Вздохнув, я вошла в обитель мистера Тэвина.

Внутри было много книг и несколько шишиг. Когда выяснилось, что выкорчевать или перенести мага в другое место не выходит – все равно его выбрасывает обратно переходом, – ему выделили читательский билет и стило. Теперь он мог читать сколько влезет, сам заказывал книги. И никому не мешал.

Кроме меня. Отоспавшись в виде человека на сто лет вперед, закустившийся мистер Тэвин решил вплотную заняться моим воспитанием. И, похоже, сегодня меня ждала очередная порция полезных знаний о коварном соблазнителе василиске.

– Что случилось? – обреченно спросила я. – Только побыстрее. У меня мало времени.

Лианы переплелись, сложились в подобие человеческой фигуры, привязанной к большому горшку.

– Я бы хотел поговорить про ваши занятия с госпожой Чиро, – шевельнул листьями куст.

– Про наши… что?

Уже и сюда нос сунул. Как ему удается, сидя в своем горшке, все разнюхать?!

– Про ваши занятия с госпожой Чиро, – послушно повторил куст.

– И что вам не нравится в наших занятиях? – Я почесала мордочку подобравшейся ближе шишиге.

– Их цель… – замялся куст, распался на лианы и расползся по палатке, нервно перекладывая книги из одной стопки в другую. – Вы не говорите мне, что происходит, но я… по косвенным признакам догадался…

Какой догадливый. Так, спокойно, Эля. Слушаем и молчим. Главное, не возражать, а то надолго затянется.

– Шейд пострадал от Ивиана, и вы хотите ему помочь. Простите старика за дерзость, но это очень самонадеянно. – Маг отвязался от книг, подполз всеми лианами ко мне. – Понимаете, я жил в столице, когда ваш даритель… был при дворе.

Спокойствие. Только спокойствие…

– Мне про него известны лишь слухи и домыслы, но их хватает, чтобы понять: вы не справитесь с тем, что он создал!

– Неужели? У меня, вообще-то, его дар. Если вы забыли, – не удержалась я.

– Кроме дара еще и знания нужны. А у вас их пока нет. Если вы забыли, – ехидно парировал куст.

Интересно, он меня специально бесит? Или у него случайно так здорово получается?

– И что вы предлагаете? – Я поймала лиану, притянула к лицу.

Жаль, у этого лиственного нет глаз. Очень уж хотелось в них посмотреть!

– Жить! – прошуршал он.

– А я, значит, не живу?

– Вы занимаетесь тем, что вам не по силам…

Лиана задергалась, пытаясь вырваться из моей хватки. Не тут-то было!

– Не по силам… – кивнула я, подошла к горшку, таща за собой лиану, и с яростью уставилась в переплетение веток. – Слушайте, мистер Тэвин! Я уважаю ваш возраст и опыт. Но опыт может быть разным. Вы бы сдались, да? Сдались. Но я не сдавалась раньше. И не сдамся. Если есть крохотный шанс на победу, его нельзя упускать, слышите?

– Возможно, лет через пять этот ваш «шанс» бы сработал… А сейчас вы впустую потратите время.

– Черт побери! Это мое время! – Я отшвырнула лиану. – И у меня нет пяти лет, даже года нет. Через две недели я вернусь домой…

Что будет дальше, я не знала. Я встречу Глеба Борисовича, а потом? Он окажется в руках Шейда? Или уйдет? Василиск погонится за ним, и я его потеряю? И магию? Или нет? Но ведь на Земле она мне и ни к чему…

– Тем более вам не стоит… – упирался куст.

– Стоит! – перебила я. – Я не привыкла отступать. Я хочу помочь Шейду! Я хочу помочь вам!

– Мне? – поперхнулся мистер Тэвин.

– Ваше проклятие, – уже тише выдохнула я.

– Вы шутите? Проклятия неподвластны магам ядов, вас кто-то ввел в заблуждение!

– Нет! Все, что отравляет, независимо от его природы, – яд! – обобщила я то, что нам талдычили преподаватели. – И не важно, что это: минерал, чья-то кровь или магия!

– Бред! – непримиримо фыркнул мистер Тэвин.

– Значит, бред, да? – окончательно разозлилась я и, наклонившись, вцепилась руками в две самые толстые лианы. Из кармана стрелой вылетели пузырьки, зависли у лица. – То есть если я сейчас снесу к чертям ваше проклятие, вы скажете, что я брежу?

– Не снесете!

Ах так?! Пружина в груди разворачивалась. С трудом выходило направлять поток магии в пузырьки. Где-то вдалеке я чувствовала Шейда: фамильяр ощутил приближающийся выброс. Только он не успеет. А я не дам магии навредить. Ее много? Отлично! Пусть работает!

Ну?! Где ты, проклятие?

Я сосредоточилась на замершем кусте. Что мешает тебе стать человеком? Вредным, въедливым человеком? Что тебя отравляет? Что лишнее в тебе? В твоей крови? То есть соке?

Точно наждачной бумагой процарапало по коже.

Есть!

Неопрятное, шершавое, грубое, вот оно! Оно везде! Оплетает все лианы. Все сосуды…

Я подманила пузырек-леденец.

Поток магии хлынул волной. На миг я ослепла, потом колени подогнулись, села на пол. Моргая, попыталась разглядеть, что творится вокруг. Все же я только что пропустила через несчастный куст столько силы мага ядов, что хватило бы на целый город!

– Эля? – За огромным горшком закашлялись. Оттуда высунулась голая веснушчатая рука, подцепила плотно набитый мешочек и уволокла за собой. – Только не приближайтесь, пожалуйста!

Любопытная шишига заглянула за горшок и сконфуженно метнулась обратно. Потом снова появилась мужская рука, на сей раз в рукаве, следом выполз худощавый мужчина лет сорока в застегнутой не на ту пуговицу зеленой рубашке и в мятых брюках.

– Ваши башмаки расколдовывать не стану, – вяло сказала я, посмотрев на его босые ноги. – Ну что, я брежу?

Мистер Тэвин отрицательно затряс седой головой. Пожалуй, если его волосы покрасить, он будет выглядеть еще моложе. Кажется, я сказала это вслух. Потому что мистер Тэвин схватился за свою шевелюру и попятился обратно за горшок. Эй, куда?

– Вызовите охрану, – попросила я, борясь с желанием улечься на ближайшую стопку книг и уснуть. – И, пожалуйста, не говорите никому о ваших догадках по поводу Шейда.

– Не скажу! – поклялся мистер Тэвин и вскочил: – Позвольте вам помочь.

– Угу.

Он бодро перетащил меня в мою палатку, уложил на матрас, заварил кофе и вручил кружку. Надо же… Сам разобрался, что куда насыпать и чем заливать.

– Вы были на Земле? – спросила я.

– Нет, я о ней читал, – улыбнулся бывший куст. – Отдыхайте, Эля. Я сам разберусь с охраной. Я ваш должник.

– Да на здоровье! – пробормотала я, стараясь не разлить кофе.

Мистер Тэвин неблагодарно пробормотал себе под нос: «Глупости молодости» – и исчез.

Если бы не моя глупость, кое-кто до сих пор сидел бы в горшке! Или ему там нравилось?

Кофе я все-таки разлила.

Сначала в палатку с радостным воем вломился Безя, сиганул на матрас василиска, потоптался, явно примеряясь…

– Нет, Безя, нет!

Поздно. Увесистая тушка взметнулась в воздух и плюхнулась на мои ноги. Слон!

Я сердито потерла пятно на одеяле. Чашка в трясущихся пальцах ходила ходуном. Машинально поставила ее на ближайший предмет. Раздался истошный писк, я испуганно отдернула руку вместе с чашкой.

– Тьфу на тебя! – пробормотала я, разглядывая второе пятно, расплывающееся рядом с первым.

Ей-богу, лучше б мистер Тэвин мне просто воды налил.

– Что ты сделала? – в палатку влетел Шейд.

– Эм?.. – Я аккуратно поставила чашку на пол. Пожалуй, три пятна вполне достаточно. Четвертое будет лишним. – Немного разозлилась и сняла проклятие с нашего куста.

Василиск слегка расплывался. Наверное, не стоило мне так головой крутить. И дергаться тоже.

– Совсем сняла? – Шейд сел на матрас, притянул меня к себе.

– Совсем! Извини, что испортила тебе встречу, – пробормотала я.

Как же хорошо в его объятиях!

– Не сейчас, – отрезал василиск.

– Что «не сейчас»?

– Я потом буду ругаться, а ты извинишься.

Магия потекла от фамильяра ко мне, зрение прояснилось. Тело перестала бить мелкая дрожь, слабость постепенно проходила.

– А метод работает! – довольно вздохнула я.

Прислонилась щекой к рубашке Шейда и, слушая глухие удары сердца, прикрыла глаза. Как же я устала за эти два с половиной месяца!

– Случайность, – не согласился василиск.

И он туда же? Они что, сегодня сговорились со мной спорить?

– Вот и проверим, – парировала я.

– Не сейчас.

– А почему нет? – я приподняла голову, встретилась с обеспокоенным взглядом черных глаз. – Еще немного – и я буду в норме!

– Еще немного, и я начну всерьез подумывать о собственной галерее окаменевших невест, – прищурился Шейд, – с единственным экземпляром!

– С двумя как минимум, – поправила я, зевнув. – Бывшая и нынешняя. А что, родители нашли тебе невесту?

– Нет.

Шейд уставился на потолок, глаза из черных быстро становились белыми, по скату над головой медленно растекалась каменная корка. Шишиги в панике запищали, высыпали из гнезда, кинулись к книгам. Безя предусмотрительно пополз к выходу.

– Неплохо! – кивнула я. – И, главное, экономно! Поставил обычную палатку, а получил каменный дом!

Шейд удивленно моргнул, потолок палатки начал снова превращаться в обычный.

– Что они хотели? Ты ведь к родителям ездил? – тихо спросила я.

– Ничего. Подход ищут.

Не мирятся, а именно подход ищут? Да уж…

– Мне жаль.

– Переживу, – пожал плечами василиск, провел кончиками пальцев по моим волосам. – А тебя чем так достал куст, что ты его расколдовала?

– Посоветовал не тратить время на помощь тебе. Он догадался, что с тобой что-то не так. Но будет молчать.

Я задумчиво потрогала пуговицу на рубашке Шейда. Прямо идиллия! Я и мой парень. Вот только он не мой.

И тут теплые пальцы коснулись подбородка, приподняли его. Шейд явно собирался меня поцеловать. Я хотела отодвинуться, сказать, что не надо. Потому что запуталась. Потому что понятия не имела, что будет через две недели. Потому что не представляла, как смогу без него жить. А пригласить его на Землю… Не вариант. Слишком там все чуждое для василиска. Я даже дернулась, чтобы встать… а потом потянулась к его губам. Коснулась их своими, увела за собой. Зачаровала, заворожила.

Остановилась, оглушенная…

Врать могут люди. Поцелуи не врут. Шейд мой, а я его.

Но между нами мое чертово наследство!

– По инструкции, да? – сипло прошептала я припухшими от поцелуев губами. Шейд кивнул. Я положила руку на его грудь. Внутри тяжело бухало сердце василиска. – Это тоже по инструкции, только другой. Я должна понять, как тебе помочь.

Чтобы не было больше сомнений, подозрений. И холода в его глазах. Никогда!

– Не шевелись, – сглотнула я.

И зажмурилась. Почувствовала, как послушно подлетели флаконы, закружились вокруг нас. Теперь направить магию и…

Взгляд василиска ощущался всей кожей. Словно он трогал меня горячими ладонями.

– Не смотри! – буркнула я.

– Как скажешь…

Магия послушно потянулась к Шейду. Через пузырьки и напрямую. Ну и черт с ней. Главное, что я ясно увидела кривое зеркало в крови василиска… Кривое зеркало, вокруг которого плавали кисельно-вязкие сгустки тумана. Два яда. Измененный яд Шейда и противоядие. Что из них что? Зеркало было таким же холодным, как и туман. И очень большим, изломанным под немыслимыми углами. Оно напоминало гигантский зеркальный кактус… Искореженный, шероховатый, покрытый тонкими иглами, он разрастался во все стороны от сердца, опутывал кривыми ветками тело.

– Что там? – хмуро спросил Шейд.

– Яд… Он очень странный… – прошептала я. – Похож на кривое зеркало или кактус… Вернее, на зеркало в форме кактуса… Большого, колючего… Но только он искривляет что-то…

– Колючего?

– Да, а что?

– Именно так я чувствую свой яд после вмешательства Ивиана. Будто внутри острые мелкие иглы из стекла, – тихо ответил Шейд.

Вот как? Значит, зеркало и есть измененный яд Шейда. А вязкий туман – противоядие. Моя магия все ближе подбиралась к зеркалу, разгоняя кисельные сгустки. А те неохотно отплывали, цеплялись за иглы, лезли обратно… Завораживающее зрелище, невероятное, бесконечно притягательное и… опасное. Словно битва стихий. Словно девятибалльный шторм в океане. Словно…

Я даже не поняла, что случилось. Все произошло одновременно: моя сила коснулась зеркала, несколько его осколков брызнули в стороны. Часть завязла в кисельных сгустках, а один впился в мое сердце… От острой внезапной боли перехватило дыхание. Я дернулась и распахнула глаза, напоровшись на встревоженный взгляд Шейда.

– Все нормально, – выдавила я и торопливо зажмурилась.

Боли уже не было. Осколок будто растворился в сердце, через мгновение вынырнул обратно и рассеялся, став легким прохладным ветром. В нем тоже была опасность, но другая… Еще один осколок вонзился в меня. И вновь – боль, уже не внезапная, а оттого терпимая, и ветерок…

Что все это значит, а? Я сипло выдохнула, оперлась чуть сильнее ладонями о грудь василиска. На них тут же легли пальцы Шейда, погладили, успокаивая. Он не предлагал отказаться, понял, что бесполезно.

Подумаешь, колючки. Шейд уже двенадцать лет живет с ними. А я парочку иголок потерпеть не смогу?

– Как ты с этим справляешься? – не удержалась я.

– Второй яд притупляет ощущения.

Ага. Тот, кисельный. Я даже видела, как он работает. Кстати…

– Кто тебе его подобрал?

– Его отец.

Кто-кто? Я озадаченно посмотрела на Шейда. Пузырьки кружились над нами, подсвечивая смуглое лицо василиска разноцветными пятнами: черепушка и леденец быстрее и выше, сердечко и пентаграмма ниже и медленней, словно обиженные, что их предназначение пока не угадали.

– Чей отец? – осторожно спросила я.

Он ведь не об отце Ивиана говорит? Конечно, у монстра от магии имелся родитель. Но, судя по нескольким заметкам в магической сети, он давно умер, а до этого вел жизнь затворника, чем жутко раздражал аристократов. Деньги и сила есть, а он выращивает цветочки в деревне!

– Отец твоего дарителя, Ядовитого Айо, – усмехнулся Шейд. Дотронулся до моих волос, задумчиво погладил прядь. – Он был хорошим человеком.

Если бы этот хороший человек больше времени уделял сыну, а не поместью, возможно, Айо вырос бы другим.

– Он был слабее Ивиана? – я потерла лоб.

– Они были наравне.

– Почему тогда он не вернул твой яд в прежнее состояние? Почему ограничился противоядием?

– Гилиак сделал все, что смог. – Рука Шейда соскользнула с волос, прогулялась по моему плечу, добралась до кончиков пальцев, ладонь утонула в его ладони. – Он был не в восторге от того, что родился магом ядов, и носил блокирующие браслеты. Однако снял их и отправился учиться в частном порядке, когда сын начал развлекаться при дворе. Но отцу просто не хватило времени, чтобы догнать сына по знаниям.

Еще одна семья с высокими отношениями. Как же хорошо, что мои родители другие! Да и я не темный властелин.

– Гилиак помогал жертвам Ивиана?

– Пытался, – отозвался Шейд. – Ходили слухи, что он даже собирал компромат на сына, чтобы держать того в узде. Но это всего лишь сплетни. Гилиак умер, Айо исчез.

– И когда он умер?

– Как раз перед побегом Ивиана.

Странное совпадение. А что, если компромат был?

– Не мог ли Айо помочь Гилиаку упокоиться? – задумчиво пробормотала я. – Младший был сильным магом, а старший не особо владел силами и только учился…

– Вполне, – уверенно кивнул василиск. И не без сарказма добавил: – Но следователи, как обычно, ничего не нашли.

Как обычно.

Классный у меня на Земле был подопечный. Не то что посторонних – отца родного не пожалел. Маньяк ядовитый! Такому дар вернуть – все равно что вооружить банду головорезов и выпустить их в мирный город. Нет уж, лучше Глебу-Айо и дальше сидеть на Земле безобидным пенсионером. Без дара он вряд ли рискнет сунуться на Альриан!

Я отодвинула руку Шейда, снова опустила ладони на его грудь. Разговоры – дело нужное. Но куда нужнее разобраться с ядом!

– Что-то решила? – со смешком спросил Шейд.

– Унюхал?

– Нет! – улыбнулся он. – Ты так выразительно сопишь!

– Я не сопела! И вообще, а ну-ка ложись! – я толкнула василиска в грудь. – Закрой глаза и не мешай!

– Так? – Шейд растянулся на матрасе, зажмурился, смешно сморщив нос.

– Да! – рассмеялась я.

Прикрыла глаза, сосредоточилась и направила магию через артефакт на василиска.

Ну что, зеркальный монстр, будем тебя изучать.

– Ты не сказала, что ты там решила?

Тьфу! Весь настрой сбил! Может, его связать?

– Эля?

– Я не стану возвращать дар Ивиану, – со вздохом призналась я.

– А ты еще думала? – удивился Шейд.

– Да, – отмахнулась я и снова зажмурилась. В голове начал появляться знакомый зеркальный кактус. – Меня учили не брать чужое.

– Дар тебе отдали добровольно, и завещание составили, – напомнил Шейд. – Даже самый въедливый адвокат не подкопается. Дар твой, Эль.

Кривое зеркало в форме кактуса запустило очередную колючку. Вот зараза!

– Что такое? – тут же дернулся Шейд.

– Ничего! Лежать! – Я придавила его к матрасу, сердито распахнула глаза: – Слушай, давай договоримся, а? Я понимаю, что в метод ты не особо веришь. Но я верю! И отступать не стану. Поэтому… Когда я пытаюсь тебе помочь, ты лежишь. Молча!

– По стойке «смирно»?

Вот язва ядовитая!

– Да! Не сопишь, не говоришь, не шипишь.

Что там еще василиски умеют делать?

– Зажмуриться. Ничем не отвлекать. Ясно?

Шейд послушно кивнул. Но в глубине черных глаз черти плясали танец папуасов.

– Храпеть можно?

– Нет!

* * *

Следующие пять дней я исследовала зеркального монстра в крови Шейда. Конечно, занятия я посещала, зубрила темы, писала рефераты и задания. Но голову занимал только яд. Дела с формулой двигались очень медленно, а времени оставалось все меньше. Потому, даже сидя с Чиро и Дагошем, я пыталась мысленно воспроизвести кактус. И с каждым разом это удавалось все лучше.

К шестому дню я детально изучила все наросты и изгибы кривого зеркала. И почти не морщилась, когда в меня вонзались иглы, превращаясь в прохладный ветер. Причем если я подбиралась поближе, иглы летели залпами, если отдалялась – одиночные и редкие. Что это такое, я не знала. Преподаватели тоже терялись в догадках.

– Возможно, магия моего зверя тянется к тебе из-за вашей с ним связи? – однажды предположил Шейд. – Он же твой фамильяр.

– М-м-м?.. Вполне вероятно.

Наша связь и так отличалась от обычной. Не только я могла позвать василиска, но и он меня. Видимо, потому, что мой фамильяр был не просто магическим зверем, а разумным оборотнем. Или мы везучие?

Свернув активные военные действия против наследницы Ивиана, Шейд наслаждался общением. И не только. Инструкцию по офамильяриванию самого себя он соблюдал фанатично! И мне нравился его… хм… фанатизм. Очень нравился. И нравилось просто болтать, обниматься и исследовать яд. Лежать сверху на теплом василиске и внимательно всматриваться в то, что происходит у него в крови. Картинка постоянно менялась: вязкие клочья противоядия то редели, то становились гуще, как только Шейд принимал очередную пилюлю, летели иглы… И только зеркало оставалось неизменным.

Неизменным…

Какая-то мысль мелькнула в голове и пропала, прежде чем я успела ухватить ее за хвост.

Дни шли, и задание профессора Чиро трещало по швам. Да, я чувствовала яд в крови василиска. И даже не один, а два. И оба ощущала от и до. И чертово зеркало запомнила до последней закорючки. Но уловить изменение концентрации яда не получалось. Как оно вообще выглядит? От зеркала что, кусок должен отвалиться? Да из него и так постоянно иголки летят!

Стоп… Иголки!

– Шейд… – прошептала я, не открывая глаз.

– М-м-м?

– Ты говорил, что ощущаешь свой яд после вмешательства Ивиана, будто внутри острые мелкие иглы из стекла…

– Угу.

– А как ты ощущал его раньше?

– Никак.

Вот и поговорили, ага. Впрочем, вполне логично, что «никак». Это же родной яд. Не обращаю же я внимания на свой, например, желудок. Или легкие. И на позвоночник внимания не обращала. До аварии.

Кстати…

Родной яд!

Точно! Чиро давала задание в расчете на обычного человека или, например, домового. Или огра. Не важно. Даже сильный яд если сразу не убивает, то хотя бы в крохотной доле выводится из организма естественным путем.

Но у василисков свой яд, родной! Яд мгновенно восполняется. Измененный, неизмененный, но восполняется. Поэтому я и не чувствую уменьшения концентрации!

Но мне и незачем это чувствовать. И вторую часть задания выполнять незачем. Потому у меня совершенно другая задача: мне нужно не вывести яд из крови василиска, а вернуть его в нормальное состояние!

Но как? Задачка со всеми неизвестными.

* * *

Неделя прошла. Полетела, точно гонщик на треке, вторая. Чиро регулярно получала мои отчеты, которые были похожи один на другой, и все больше хмурилась. Дагош выразительно молчал. Наконец сирена не выдержала:

– Что за отписки, Новакова?! Включите интуицию, если уж голову не получается!

Из аудитории я вылетела красная и злая. Не на Чиро. На собственную беспомощность. Наследница Ядовитого Айо оказалась родственницей дуба, с которого началось ее путешествие!

До дня, когда откроется переход на Землю, оставались сутки. А задачка со всеми неизвестными не решалась.

Одно дело, когда перед тобой на столе две сферы, в первой из которых исходный яд, а во второй он же, только измененный магически, и тебе надо всего лишь определить, где какой. И другое – когда видишь уже измененный яд, а каков он был изначально и что с ним сотворили, никому не ведомо. Да и не факт, что измененный яд определен верно. Что-то с ним не срасталось, что-то было неправильно в моих рассуждениях. Но что?!

Вбежав в палатку, я выпросила у Шейда противоядие, созданное отцом Ивиана, уселась на матрас, открыла коробочку с пилюлями-шариками… И тут меня ждал сюрприз: ядов оказалось два!

Тот, что был создан Гилиаком, так сказать, образец. И тот, что василиск принимал: заказные копии первого образца. Копии отличались от оригинала. Едва заметно, и пока непонятно чем. Просто я ощутила разницу, когда сравнивала содержимое двух внешне одинаковых шариков, на боку одного из которых был крестик.

– Отец Ивиана при тебе его делал? – задумчиво пробормотала я, крутя в пальцах шарик с крестиком.

– Нет. Он работал с моей кровью, – пожал плечами Шейд. – На ужин опоздаешь!

– Не хочу есть.

Давно известно, что яды отличаются. Органические от неорганических. Магические от всех остальных. Внутри живого существа и вне его. Для химика разницы нет, главное, чтоб образец был взят правильно. Для мага ядов она имеется. Но почему я вспомнила про разницу? И почему таким важным кажется, что у василиска брали кровь?

– Шейд?

Я бросила взгляд на ползающий по стене будильник. Доктор уже ушел. А вот секретарша должна быть на месте. Как я успела выяснить за три месяца, у нее было все! Абсолютно все, что могло понадобиться самому чудаковатому студенту.

Шейд вопросительно смотрел на меня.

– А можно взять у тебя немного крови? – Я почесала кончик носа.

– Решила податься в целители или вампиром стать? – усмехнулся Шейд. Отложил книгу, которую листал, лежа на своем матрасе, и пересел ко мне. – Что-то нашла?

– Пока не знаю.

Я спрятала шарик с крестиком обратно в мешок к другим шарикам с противоядием, протянула василиску:

– Никуда не уходи, я сейчас!

На бегу натягивая сандалии, вылетела из палатки и быстро добежала до главного здания. Госпожа Халита не обрадовалась моему повторному появлению. Пару часов назад мы с ней до хрипоты выясняли, сколько квадратных метров пола вымыто, сколько стоит каждый метр и какая часть пойдет мне.

– Ничего нет, все отработки закончились! – пробурчала она, отмахиваясь сумочкой от пузырьков, влетевших за мной следом.

Ой, совсем забыла.

– А я не зарабатывать… – Я ловко поймала пузырьки и отправила их по карманам. – Я тратить пришла!

Госпожа Халита встрепенулась и с готовностью распахнула стол. Мне продали два магических цилиндра «для забора и сохранения крови» размером с мизинец. По цене пары сандалий. Дорого? Город вас ждет.

Поблагодарив секретаршу, я побежала обратно.

Уверена, разгадка рядом. Осталось понять, из какого угла на нее нужно смотреть, чтобы увидеть не плоский рисунок, а трехмерную картинку.