Глава 1. Доигралась

— Студентка Огонёк, ну кто вас просил? — раскатистый рык пронесся по кабинету главы Срединного университета магии.

Я втянула голову в плечи, продолжая изучать ковер у себя под ногами и стараясь, чтобы мой вид выражал исключительно раскаяние.

Ковер был действительно интересным, с обережными символами, явно дриады постарались.

— Мирослава! — ректор повысил голос.

Я осторожно подняла голову, понимая, что вот этот вопрос, в отличие от предыдущих, был уже не риторическим и требовал ответа.

Светлейший архимаг Амиарей смотрел на меня в упор, хищно прищурившись. Я облизнула пересохшие губы.

— Никто, — решила я быть честной. — Это была моя личная инициатива.

— Никто, — задумчиво повторил он. — Значит, вы самовольно покинули территорию университета и проникли в храм, обойдя все охранные заклинания?

— Именно так, — согласилась я, решив не уточнять, что в храм я ходила действительно одна. А вот университет покинуть без посторонней помощи вообще-то невозможно. — И не было там никаких охранок.

— А вы в курсе, — эльф встал и сложил руки на груди, демонстративно пропуская мимо острых ушей последнее замечание. — Что за подобное вам грозит отчисление?

Так. Вот об этом я как-то не думала. Я, когда ночью из университета сбегала, думала только о зачете и о том, как бы меня не развернули на выходе. И у меня даже мысли не возникло о том, что будет, если меня поймают уже после посещения храма.

Это что же получается, меня действительно отчислят?!

Ну да, и такое может быть. Зато не придется зачет по целительству сдавать.

Нет, меня отчислить не могут. Для этого нужны более веские причины. Мало ли студентов уходят в самоволки?

Мне быстро надоело угадывать свою дальнейшую судьбу, и я вновь посмотрела на ректора.

Светлейший архимаг сжал пальцами виски и прикрыл глаза.

— Господин ректор? — напомнила я о себе.

Меня одарили суровым взглядом миндалевидных глаз и с надеждой спросили:

— Студентка Огонек, а вы отчислиться не хотите?

— Не хочу, — мигом ответила я.

На лице эльфа отразилось разочарование.

— Жаль, — честно ответил он, не обращая внимания на мое возмущение. — Тогда остается только этот вариант.

На стол полетел свиток. Я подошла и настороженно развернула бумагу, стараясь не ежиться под ледяным взглядом ректора.

— Приказ, — вслух зачитала я. — О переводе студентки пятого курса факультета светломагического искусства кафедры боевой и стихийной магии на второй курс факультета темномагического искусства. Что?!

Каюсь, эмоций сдержать не смогла. Но, как оказалось, это были только цветочки.

— Дальше, — с нажимом произнес эльф.

— Кафедру практической некромантии, — закончила я. А вот и ягодки.

И прозвучали эти слова как звук последнего гвоздя, забитого в мой гроб.

Если я переживу учебу здесь, меня точно убьют дома родители.

— Но как? — простонала я. Бумага выскользнула из мгновенно ослабевших рук и упала на пол. Я и сама чуть не последовала за ней.

— А зачем вы с Максом спорили, Мирослава?! — опять принялся негодовать эльф. — Не вы ли утверждали, что учиться некромантии легче, чем целительству? Вот и идите теперь, учитесь.

Я слушала его вполуха. Перед моими глазами уже предстали лица родителей, когда я сообщу им, что мало того, что меня перевели с выпускного курса на второй. Так еще и на темный факультет. И вообще, я теперь некромантка.

— Вы все еще можете отчислиться, — напомнил ректор. Теперь его предложение звучало более заманчиво.

Только есть одно «но».

— Я же теперь темная? — спросила я.

— Так и есть, — подтвердил страшное эльф.

«Молодец, Мира» — похвалила я себя. Как говорится, за что боролась, на то и напоролась.

— Я не могу уйти, — внезапно осипшим голосом сообщила я.

— Почему-то я так и подумал, — вздохнул Амиарей. — В таком случае, добро пожаловать на темный факультет, студентка Огонек.

Я кивнула и развернулась, чтобы уйти. Мне еще предстояло разобраться, что произошло этой ночью. Ведь последнее, что я помню — это как отключилась на руках у Максимилиана. А сегодня, проснувшись у себя в комнате, сразу была вызвана на ковер к Амиарею. Только и успела, что мантию натянуть.

— Не так быстро, — остановили меня.

Я настороженно обернулась, чувствуя, что еще не все сюрпризы закончились.

— Ваша мантия и значок, — сообщили мне. — Вы больше не можете их носить. Сдайте их Димитру, вместе вот с этим.

Мне вручили записку для коменданта общежития и, наконец, отпустили.

Мое неуемное любопытство впервые за последние годы изменило мне — я не захотела смотреть, что там написал ректор. Да и зачем? И так все понятно. Мне предстоит переезд с третьего этажа — обители светлых, на четвертый — в место, где живут темные.

Всего лишь один поход в храм. Один разговор. И столько проблем. Да и от кого? От бога, которому я верой и правдой служила годами, вопреки грозившей мне опасности.

Беда пришла откуда не ждали.

— Мира, что ты уже опять учудила? Зачем ректор вызвал с утра пораньше? — вывел меня из невеселых размышлений голос Дана. А я и не заметила как поднялась на третий этаж, где в коридоре столкнулась со своим лучшим другом. — Выглядишь не лучшим образом.

— Это еще цветочки. Ты магическим зрением посмотри, — флегматично посоветовала я. — Вообще ужаснешься.

Оставалась надежда на то, что все это было просто страшным сном. Никаких изменений я в себе не заметила, хотя ректор и утверждал, что я теперь темная.

Дан пожал плечами и прикрыл глаза, чтобы через секунду посмотреть на мир по-иному. Белесая пелена затянула глаза, прикрывая янтарную радужку.

— Это что? — тихо спросил он, спустя несколько мгновений, показавшихся мне целой вечностью. И в голосе его проскользнула ледяная ярость. Для меня эти слова были приговором.

— Я теперь темная, — почему-то шепотом озвучила я очевидное.

— Доигралась, значит, — прикрыл глаза Дан. А затем схватил меня за запястье и потащил дальше по коридору.

Уже в самом конце, распахнув пинком одну из дверей, он толкнул меня, вынуждая зайти внутрь.

На нас удивленно посмотрели две пары глаз — соседи Дана уже успели встать и собирались на завтрак.

— Оставьте нас, — бросил он им.

— Но… — попытался возразить один из парней.

— Вон! — рыкнул мой друг.

Оба парня обменялись многозначительными взглядами, затем посмотрели на перепуганную меня и поспешили скрыться из виду.

Мне стало не по себе, и я сама чуть не вышла вслед за ними.

Однако мне не позволили.

Дан толкнул меня на свою кровать, заставив пискнуть от возмущения. Первичный шок, вызванный утренними событиями, проходил, и мой характер давал о себе знать.

— Что ты себе позволяешь? — возмутилась я, едва парни вышли из комнаты.

— Доигралась, — повторил Дан и заметался по комнате. — Я тебя столько раз предупреждал, что этот культ до добра не доведет! Надо было запереть тебя в комнате и не выпускать на эти собрания, где вы занимаетесь непонятно чем. Ну и что случилось в этот раз? Неудавшийся эксперимент? Взорвался очередной артефакт? Неверно сваренное зелье?

Я подождала несколько секунд, давая Дану прийти в себя.

— Успокоился? — уточнила, когда друг перестал расхаживать по комнате и замер напротив.

— Ты, видимо, не совсем понимаешь, что происходит, — покачал он головой и добавил обвинительно: — Ты — темная.

Меня покоробило то, что в его голосе прозвучало несдержанное презрение. Он будто ругательство выплюнул, а не обозначил факт смены силы.

— Знаю, — спокойно кивнула я. В душе клокотали не менее сильные эмоции, но приходилось сдерживаться, чтобы успокоить Дана. Если он останется в таком состоянии, это будет опасно как для него, так и для окружающих. Стихийные выбросы магической энергии — не самая приятная вещь. — Но наши собрания тут не причем.

— Тогда что? — выдохнул он и опустился на пол, уперевшись виском в мое колено. Выглядел он обречено.

— Божественная милость, — криво улыбнулась я и потянулась к его волосам, пропуская каштановые пряди сквозь пальцы.

Дан затих. То, что произошло, было неожиданностью для меня. Но он, никогда не одобрявший мое желание стать адепткой культа равновесия, всегда готовился к какой-то неприятности. И оказался прав.

— Это можно исправить? — глухо спросил он.

— Я обязательно это выясню, — пообещала я. — Как только доберусь до храма. А пока мне придется перейти на темный факультет. Таково решение ректора.

— Огонек, — простонал Дан и поднял голову.

— В этой ситуации есть и плюсы, — заглянула я ему в глаза. — Например, тебе теперь найдут нормальную невесту. А уж как твои родители обрадуются! Они от моих выходок порядком устали, а теперь появился такой шикарный повод расторгнуть договор, — я не сдержала нервного смешка. Сама понимала, что несу чушь и сейчас нужно думать о чем угодно, но только не о нашей с Даном помолвке, но промолчать не смогла.

— Даже не думай, — ответили мне. — Я не собираюсь от тебя отказываться.

— Как знаешь, — пожала я плечами и встала. — Хотя, это твой последний шанс отделаться от меня. Поможешь мне перенести вещи наверх? Не буду пока рисковать и пользоваться магией. Мало ли, как там у темных все устроено. Не хотелось бы остаться без своих пожитков намудрив с их транспортировкой.

Дан молча поднялся и проводил меня до моей комнаты.

Я видела, как ему тяжело. Мы подружились еще в детстве. Оба — дети влиятельных светлых семей, связанные обязательствами брачного договора еще с пеленок. Нам повезло — у нас были схожие интересы, и мы планировали построить карьеру, оттягивая брак насколько возможно. В одном мы различались — Дан был светлым, свято верящим в наше превосходство, и с темными общался лишь при необходимости. А вот в моей жизни появился культ равновесия и с десяток темных единомышленников в придачу. Когда-то это даже поставило под сомнение нашу дружбу. В итоге Дан смирился, но при одном условии: никаких серьезных последствий от моей внеурочной деятельности.

А сегодня он помогал мне собирать вещи и собственноручно переносил их на этаж темного факультета.

На душе было паршиво. Я хоть и дружила со многими темными — среди культа были разные студенты, но это упрощало перевод на новый факультет лишь отчасти. Потому что среди темных, также как и среди светлых, были свои фанатики. И вот с этим точно возникнут сложности.

Коменданта общежития долго искать не пришлось — Димитр был у себя в кабинете, разбирая личные дела новоприбывших первокурсников. Большая удача, что удалось застать его здесь. Через несколько часов состоится приветственная речь архимага, и задержись я еще хоть на пару десятков минут, переезд пришлось бы отложить.

— Ааа, — протянул он, едва завидев меня на пороге своего кабинета. — Наслышан. Доигралась?

Я на это лишь фыркнула и покосилась на Дана. Сговорились что ли?

— Давай сюда постановление, чего стоишь? — продолжил тем временем Димитр. Я поспешила выполнить просьбу. Не стоило обманываться почтенным возрастом нашего коменданта. Студентов он воспитывал с таким же энтузиазмом как, допустим, лет пятьдесят назад. — И форму.

Я скривилась, но приказ выполнила, положив на стол несколько белоснежных мантий. Сложнее было расстаться со значком. Маленький золотистый треугольник со знаком молнии по центру я получила еще на втором курсе, как одна из лучших студенток светлого факультета. Это была моя маленькая победа, ведь некоторые так и оканчивали университет, не имея знака отличия.

И только когда мне выдали два черных балахона, вместе с ключом от комнаты, я в полной мере осознала, насколько попала.

— Ну все, я прекращаю этот фарс, — едва мы вернулись в комнату за вещами, заявил Дан. — Тебе не место среди темных.

— Знаешь, где мне не место? — я вручила Дану объемную сумку. — Дома. Теперь тем более.

— Ускорим свадьбу, — предложил он. — Я заберу тебя к своим. Или переедем в наш городской дом.

За что мне нравился Дан, так это за предприимчивость и желание меня защищать. В любой ситуации.

— Я благодарна тебе за заботу. Но этот брак теперь точно не допустят. Так что придется выкручиваться. Я справлюсь. Особенно после того, как достаточно долго общалась с темными, — заметив, что друг мне по-прежнему не верит, я добавила: — Дан, мы на собраниях культа не в бирюльки играли. Я даже знаю, как с темной энергией работать. В теории. Мне просто нужно выиграть время.

— Ладно, — нехотя согласился парень. — Но если все пойдет не по плану, обещай, что расскажешь.

— Обещаю, — улыбнулась я.

Нам повезло. Большая часть студентов ушла на завтрак, так что мой переезд не был столь триумфальным, как мог бы быть.

Я отпустила Дана как только мои вещи были выгружены на свободную кровать в моей новой комнате. У меня была только одна соседка, что не могло не радовать. Даже если мы друг другу не понравимся, то уж одну враждебно настроенную темную я смогу вынести.

Я не стала разбирать вещи, а выскользнула из комнаты, намереваясь отправиться в лазарет. Мне требовалось мнение специалиста по поводу моего магического резерва.

— Так-так, — протянули у меня за спиной, едва я вышла в коридор. — Кого я вижу. Что ты забыла здесь, светлая?

И в этот момент я всерьез испугалась, что могу попасть в лазарет в качестве пациента уже сейчас.

Ибо этот голос я узнала сразу.

Юлиан Топаз. Лучший студент темного факультета. Некромант, кстати, чтоб их всех… Мастер Волибор до седьмого пота по полигону гонял.

Но хуже всего было то, что он был тем самым фанатиком, радеющим за превосходство темных. Светлых он, мягко говоря, недолюбливал. Адептов культа презирал, считая нас предателями, неспособными определиться, за какую сторону играть. А что он сделает со светлой адепткой культа, которая посмела стать темной, представить сложно.

А вот проверить можно. Не очень хочется, конечно, но выбор он вряд ли предоставит. Придется работать на опережение. Все равно ведь узнает.

Я круто развернулась и гордо приподняла подбородок.

— Где ты видишь здесь светлых, Топаз?

Он стоял, сложив руки на груди всего в нескольких метрах от меня. Его льдистые глаза заволокла темная пелена, и я отчетливо увидела, как в них промелькнуло удивление. Нехорошее такое.

— Значит, это правда, — протянул он. — А скажи-ка мне, выскочка, как ты так…

— Доигралась? — предположила я, проигнорировав оскорбление.

— Нет, — недовольно скривился он. — Мне все равно. Да чего гадать, и так ясно, что влипла из-за вашего никчемного культа в очередные неприятности. Вопрос вот в чем: как ты собираешься выжить на моем факультете?

Да мне и самой интересно.

— Ну, допустим, буду жить, как и жила, — предположила я. — Ведь какая разница, свет или тьма, если мы все порождения демиурга?

И по прищуру его глаз я поняла, что жить как жила у меня не получится. Только не здесь. И упоминать положения культа при Юлиане — глупость с моей стороны. Хотя, сколько я уже этих самых глупостей при нем делала?

— Значит так, выскочка, — он сделал шаг ко мне. Я, сглотнув, сделала полшага назад. Незаметно, как я надеюсь. — Я тебе здесь учиться не дам. У тебя есть сутки, чтобы убраться обратно на свой факультет. В противном случае…

Что там будет в противном случае, он не сказал, заменив слова многозначительным молчанием.

— И что? — вскинулась я. — Выживешь меня?

— Сама уйдешь, — ответил он. — А теперь начинай соображать, рыжая. От этого зависит твоя жизнь.

Я застыла на месте, наблюдая, как некромант уверенной походкой покидает коридор. Уж он-то точно сможет организовать мне «веселую жизнь», после которой я сама попрошусь на светлый факультет. А если учесть, что назад мне дороги нет, то это равносильно отчислению.

Мдаа, задачка.

Я вернулась в комнату и распласталась на своей новой кровати, передумав идти к магиане Ирине. Все равно вот-вот речь ректора начнется, все преподаватели будут заняты. А у меня будет несколько свободных часов, чтобы подумать.

В тот момент я еще не подозревала, какой сюрприз меня ожидает.