Глава 3 Скряга

— Мы прочесали весь лес на несколько миль. — Сестра Марта подняла взгляд на приорессу, но тут же опустила его, оказавшись не в силах выдержать упрек во взоре старшей сестры обители. – Она как сквозь землю провалилась. Я искала ее магией, но тоже не помогло.

Стоя на коленях посреди кабинета главы монастыря, монахиня продолжала рассматривать каменный пол, не отвлекаясь на стены помещения, заставленные полками с книгами и хранившие свитки, и толстые доходные тетради. В маленьком камине уютно трещало пламя, а за окном набирал силу пробудившийся северный ветер, тянувший по небу дождевые тучи.

— Видимо, плохо прочесали. — Глава женской обители прищурила серые цвета пепла глаза и, вытянув руку, постучала пальцами по поверхности стола, отбивая только ей известную мелодию. – Вы что-то упустили, — добавила приоресса и щелкнула пальцами. Услышав щелчок, сестра Марта тут же поднялась на ноги, по-прежнему не решаясь посмотреть на приорессу.

— Она не могла отправиться никуда, кроме столицы, — продолжила Марта. – Девчонка оказалась хитрой. Она ушла из деревни в направлении леса, но сама, видимо, где-то свернула назад на тракт.

— Вы не нашли следы? – вопросительно изогнула бровь Гертруда.

— Нет. Но, возможно, она использовала магию. А вы знаете, что у девчонки огромная сила, и…

— Сила, которой она толком не умеет пользоваться и до конца не осознала. — Приоресса резко поднялась на ноги, вышла из-за стола и, заложив руки за спину, прошлась по кабинету, чеканя шаг. – Мы не должны были позволить ей сбежать.

— Ответственные уже наказаны, приоресса, — произнесла сестра Марта.

— Этого мало. — Гертруда посмотрела на монахиню обители. — Софью надо вернуть, и как можно скорее.

— Я… — начала было сестра, но приоресса подняла руку, призывая Марту замолчать.

— Не ты, — быстро сказала она и, вернувшись за стол, достала письменные принадлежности и принялась писать. Белое перо ловко скользило по бумаге, оставляя после себя идеально ровные строки. Гертруда писала долго, а когда закончила, перечитала послание, сложила лист, так, чтобы его невозможно было прочесть. Она взяла воск в медной ложке и подержав над пламенем свечи, вылила его на бумагу, придавив печатью со знаком святого круга.

— Доставь адресату, — продолжила приоресса. Написав на послании несколько отрывистых строк, она подула на чернила и только затем протянула письмо сестре Марте.

— Когда мне отправляться? – прозвучал в тишине вопрос.

— Немедленно, — ответила Гертруда и спрятала печать в стол.

***

Как оказалось, агентство, куда привели меня новые знакомые, называлось «Призрачный свет» и располагалось в старинном особняке, перед которым был разбит небольшой парк. Отметив вывеску с названием агентства, я поспешила следом за Капитолиной и ее друзьями, ступая по вычищенной дорожке.

Сам особняк дышал теплом и стариной. Вся северная часть здания была увита зеленым плющом. В окнах первого этажа горел свет, а труба чадила в небо, уже затянутое тучами, предвещавшими новый дождь.

— Вот здесь мы и обитаем, — сказала ведьма с улыбкой. Придержав шаг, она подождала, когда я догоню ее и добавила, — только темным душам в агентстве не место.

Услышав такие слова, Мала лишь фыркнула, а затем подлетела к дому, но не решилась пройти через стену, ощутив явный магический фон, предназначавшийся для того, чтобы призраки, подобные цыганке, не могли войти в особняк. На доме стояла защита от существ, подобных моей невольной спутнице.

— Что же мне на улице жить? – возмутилась темная и, усевшись на крыльце, достала трубку.

Я не успела ничего сказать, когда увидела, как дверь дома отворилась и на пороге возник призрак высокого, статного мужчины. Он придержал дверь и улыбнувшись, произнес:

— С возвращением, господа.

Удивленно моргнув, я подошла ближе к призрачному слуге, но еще до того, как успела задать вопрос, вертевшийся на языке, меня опередила Мала, возмущенно спросив:

— Как это он сумел открыть дверь? Он же светлый!

— Проходи. — Не обращая внимания на цыганку, Капитолина позволила мне первой переступить порог агентства и только потом вошла следом. Призрак, похожий то ли на лакея, то ли на дворецкого, подлетел ближе и принял вещи рыжей ведьмы, заинтересованно посмотрев на меня. Он сразу понял, что я его вижу и, поклонившись, приветливо улыбнулся.

— У нас гостья, Аристарх. — Гаркун не видела душу, но представила нас друг другу ориентируясь на сумку, висевшую в воздухе. — Госпожа Софья останется на ночь. А если повезет, то и на более долгий период.

— Как вы это делаете? – спросила я, не удержав неуемное любопытство, и указала на сумку в руках призрака.

— Боюсь, я не в силах это объяснить, — ответила душа и потянулась за моим мешком, но я отрицательно покачала головой и огляделась, пытаясь понять, куда попала.

Внутри особняк был обставлен дорого и со вкусом. Вся мебель, картины, ковры и даже шторы, носили оттенок старины, а темный мраморный пол под ногами был начищен до блеска. На верхние этажи вела широкая лестница. Здесь же, в холле, находились двери в левое и правое крыло дома.

Пока Харитон и великан Мамаев отдавали свои сумки дворецкому Аристарху, с лестницы спустились еще слуги. Но на этот раз они были обычными, живыми людьми.

— Для госпожи Софьи нужна теплая комната, — обратилась к одной из служанок Капитолина. На миг она призадумалась, а затем добавила, хитро улыбнувшись: — Полагаю, нашей гостье подойдет бывшая спальня княжны Головиной. Все равно она теперь пустует. — Ведьма повернулась ко мне. – Ступай. Приведи себя в порядок, скоро встретишься с нашим Анатолем. В отсутствие владельца агентства он за главного, — объяснила девушка.

— А как же Мала? – напомнила я Капитолине о темной душе. Не хотелось оставлять ее на улице. Темная она, или нет, но совесть мне не позволяла забыть о цыганке.

— Я расскажу о ней Анатолю, — пообещала рыжая ведьма, — но не могу гарантировать, что он позволит ей войти в агентство. Да и не переживай о темной. Что сделается той, кто и так давно мертва? Ведь ей не надо есть. Она не мерзнет и не мокнет под дождем. К тому же, темные опасны.

Это я знала и без слов ведьмы. Но еще я помнила наш уговор с цыганкой. Она-то свою часть уговора выполнила. А вот я…

— Все решится, не переживай. — Ведьма подтолкнула меня в спину в направлении лестницы, когда сверху донеслись шаги и голоса. Запрокинув голову, я посмотрела наверх и увидела четверых мужчин, спускавшихся в холл. Первые двое шли с понурым видом. Одеты были добротно, я бы даже сказала, богато: теплые кафтаны, расстегнутые на груди, высокие сапоги с опушкой. Лица у обоих недовольные и одновременно разочарованные, словно они пришли просить что-то важное и получили отказ.

Я перевела взгляд на мужчину, шедшего следом, и еще до шепотка Гаркун поняла, кого вижу перед собой: Анатоль Шуйский, временный глава агентства.

На секунду застыв, позволила себе рассмотреть мужчину. Первым, что ощутила была его магия. У главы агентства она оказалась очень сильной, почти звенящей, и какой-то знакомой. Нахмурившись, я невольно отступила на шаг, запоздало осознав, что именно смутило меня. В тот же миг Шуйский заметил меня. На его бесстрастном лице промелькнула тень удивления.

Капитолина решительно взяла меня за руку, видимо, пытаясь поддержать. Я же невольно вспомнила приорессу Гертруду и мощь ее светлой церковной магии. В тот же миг все встало на свои места. Я поняла, что глава агентства не просто маг – он бывший служитель храма, или, и того хуже, обители, подобной той, из которой я сбежала. В нашем царстве были распространены монастыри как мужские, так и женские. В основном туда шли люди или большой веры, или огромного отчаяния. Но были еще и такие, как приоресса Гертруда и сестра Марта. Наделенные силой, они имели определенный вес в иерархии веры.

Дабы отвлечься от главы агентов, я посмотрела ему за спину, туда, где плыла душа. Это был сгорбившийся старик, одетый в одну ночную рубашку, доходившую ему почти до пят. У призрака был недобрый и немного зловещий вид, несмотря на то, то он явно был светлее не придумаешь. Старик переводил взгляд то на спину идущего впереди мага, то на посетителей агентства, затем воздевал руки вверх и резко, недовольно опускал их, таким образом выражая эмоции.

— А мы с Борисом так надеялись, — услышала я голос одного из посетителей. Он был ниже ростом, с коротко остриженной бородой. Его кафтан, красный, расшитый замысловатыми птицами, показался мне излишне пестрым, как рубашка цыгана.

— Да что у вас за агентство такое? – возмутился названный Борисом. – Нам говорили, будто вы все можете, а оно вон как. Везде ложь!

Услышав подобные слова, Шуйский и глазом не моргнул. Спустившись в холл, он приветливо кивнул своим вернувшимся агентам, не заостряя на мне особого внимания (как полагаю до поры до времени), а затем, заложив руки за спину, дождался, когда слуги подадут гостям шапки, и только потом произнес:

— Я не уверен, что ваш отец стал призраком.

Голос у него был под стать холодной внешности: спокойный, твердый, вселявший уверенность в услышанное. В какой-то момент я даже призвала крупицу силы, чтобы понять, не действует ли бывший святоша на потенциальных нанимателей магией. Но нет. Все волшебство объяснялось просто звуком голоса Анатоля. У меня от него по спине пробежали мурашки.

— Как же, не стал, — проворчал Борис, нахлобучив на вьющиеся кудри шапку. – Старый хрыч не мог уйти так просто! Это не в его духе. Он сызмальства над нами измывался. Я уж думал: помрет, заживем. Денег-то папаша наш заработал будь добр. И мне и Власу достанет жить припеваючи. Так нет! – Говоривший сжал руки в кулаки, а я, уже начиная понимать, что происходит, перевела взгляд на светлую душу старика.

Он присел на ступенях и теперь насмешливо взирал на происходящее, но не говорил ни слова. Лишь беззвучно хихикал, да тер ладонью левое колено.

Шуйский ничего не сказал гостям, но неожиданно посмотрел на меня и задержал взгляд, прищурившись. Я глупо улыбнулась, вдруг осознав, насколько контрастно смотрятся светлые волосы мужчины и его серые, цвета грозового неба, глаза, а затем снова покосилась на довольного старика, следившего за происходящим.

— Вы что-то видите? – тихо спросил Анатоль, продолжая смотреть на меня. Он не спросил ни о том, кто я такая и зачем пришла в агентство. Казалось, мага это не интересовало. Зато интересовало куда я таращусь поверх его плеча.

— Мы тут нашли девушку. Кажется, ей нужна работа, а нам пригодится такая, как она, — вступила в разговор Капитолина Гаркун.

Анатоль вопросительно изогнул бровь.

— Дело в том, что Софья видит призраков, — продолжила Капитолина.

— И как раз один такой, седой старик в сорочке до пят, сидит на лестнице на шестой ступеньке и смотрит на нас, — проговорила я и выразительно посмотрела в глаза Шуйскому.

Он несколько секунд молчал. Гости – Борис и Влас, — во все глаза уставились на меня, но не произносили ни слова. Затем Шуйский сказал:

— Вот как?

Я перевела взгляд на светлую душу. Старик поднялся в воздух и, сдвинув брови, также молча погрозил мне кулаком.

— Кажется, призрак недоволен, — продолжила я. – А еще он не сказал ни слова, — добавила, и Анатоль подошел ко мне, оказавшись настолько высоким, что я вынуждена была запрокинуть голову, чтобы посмотреть на мужчину.

А он красив, мелькнула несвоевременная мысль. У Анатоля Шуйского были правильные черты лица и такой прямой чистый взгляд, что я невольно поежилась, вспоминая приорессу Гертруду.

— Нам же нужна видящая? – Капитолина держалась рядом.

Анатоль смерил меня изучающим взглядом, а затем сделал шаг в сторону, открывая обзор на лестницу и призрака. Впрочем, старик не висел на месте. Светлая душа подлетела к одному из сыновей и махнула рукой, будто пытаясь дать подзатыльник. Стоило прозрачной кисти пройти через голову живого человека, как Борис тут же дернулся в сторону, затем сделал еще шаг прочь от брата и огляделся вокруг, напуганный и недовольный.

— Что это было? – спросил он. – Сквозняк?

Я улыбнулась старику: перекрестив руки на груди, призрак хмуро следил за вторым сыном, и по—прежнему не произносил ни звука.

— Это ваш отец, — ответила на вопрос Власа, решив не упоминать о том, что сделал старик.

Влас тут же подпрыгнул на месте и быстро спросил:

— Где он? Рядом?

— Он стал светлой душой, — объяснила я, — а светлые не могут навредить людям.

Не знаю, поверил ли мне Влас, но он проворно перешел к брату и, встав рядом с ним, обратил взор на Шуйского.

— Так что вы теперь нам скажете? – почти грозно уточнил Борис и крайне невежливо ткнул в мою сторону указательным пальцем. – Вы сомневались в существовании нашего папаши. А эта девушка его видит, и я только что его снова почувствовал. Итак, возьметесь за дело, или нет?

Анатоль посмотрел на гостей и ответил:

— Эта девушка не является нашим агентом. Я смогу использовать ее таланты только после того, как мы с… — Он посмотрел на меня, ожидая подсказки. Вмешавшаяся Капа быстро протараторила: — Софья Воронцова.

Благодарно кивнув ведьме, бывший служитель храма, продолжил:

— Если все сложится так, как я надеюсь, завтра мы с госпожой Воронцовой приедем к вам. И тогда решим все на месте.

Борис и Влас переглянулись. Первый поправил шапку, съехавшую на лоб после его стремительного скачка от призрака, и сказал:

— Договорились, господин Шуйский. И я очень надеюсь, что вы приедете, потому как если вы не поможете нам, я постараюсь ославить вашу богадельню так, что больше ни один приличный купец сюда носа не покажет.

— Эй! — Влас толкнул брата в бок, видимо, сообразив, что Борис болтнул лишнего. Я же заметила, как потемнел взгляд Анатоля. Ох и не понравился ему тон купеческого сына. Стоило ли вообще помогать таким грубиянам? Моя бы воля, я бы…

Закончить мысль до конца не успела: Анатоль сложил руки на груди и холодно проговорил:

— Мы приедем – это наша работа. Но не советую и дальше разговаривать со мной, или с моими людьми, в подобном тоне. Иначе не увидите наследства как своих ушей, господа.

Братья переглянулись. Влас снова, уже сильнее, пихнул старшего, шепнув:

— Извинись. Или денег не хочешь?

Борис хотел. Поэтому с неохотой, которая читалась на его лице, проговорил:

— Уж простите, господин. Я погорячился.

Шуйский улыбнулся, но так, что даже у меня по спине пробежали мурашки.

— Как хорошо, когда люди понимают друг друга с полуслова, — сказал, а затем поднял руку и указал гостям на дверь. – Вас проводят, — добавил маг и я не удержала насмешки, заметив Аристарха, важно выплывшего вперед и открывшего перед купеческими сыновьями дверь. Увидев, как она открылась сама собой, мужчины переглянулись и, обгоняя друг друга, быстрым шагом, поспешили покинуть агентство.

Несколько секунд после того, как призрак дворецкого закрыл дверь, агенты молчали. Затем Шуйский вздохнул и посмотрел мимо меня на рыжую ведьму.

— Работа сделана. Призрак висельника отправлен туда, где ему самое место, — отрапортовала девушка.

— Отлично, — кивнул ей Шуйский.

— Деньги получили. Отчет напишу, — вставил свое слово Харитон.

— А я вещи понес сдавать. Да кое-что интересное отдам Трифону Петровичу. Специально для него прихватил, — пробасил великан Мамаев.

— Хорошо. — Анатоль снова повернулся ко мне. – А теперь вы.

Я даже напряглась невольно от серого взгляда блондина.

— Пойдемте, поговорим в мой кабинет, — продолжил Шуйский. – Понимаю, вы устали, но долго вас не задержу. Необходимо уладить некоторые формальности, ведь насколько я понял, вы пришли в агентство, чтобы работать?

Я оглянулась на Капитолину, и ведьма поспешно взяла меня под руку, проговорив:

— Анатоль, если не возражаешь, я пойду с вами.

Он не возражал, но явно мысленно уже поставил мне жирный минус за несамостоятельность.

— Идемте. — Бывший святоша направился к лестнице, и мы с Гаркун поспешили следом. Поднимаясь, я поймала улыбку Харитона и успела заметить, как Мамаев скрылся за какой-то дверью, ведущей из холла. А вот куда, не знаю.

— Слушай, Анатоль, — произнесла Капитолина, когда мы оставили лестницу за спиной, — тут такое дело…

Я не дала ведьме договорить. Сжала ее руку и продолжила за рыжую:

— Мне нужна помощь, — призналась и выпалила уже тверже, — защита. Взамен сделаю все, что скажете.

Шуйский задержал шаг, позволив нам поравняться, затем посмотрел на меня уже с интересом:

— Все в кабинете, — проговорил он, и мы с Капой смиренно поплелись за магом.