Глава 7. Метла — не повод для печали

Стыдно было признаться, что максимальным его достижением на научной ниве было, что зачарованный брусок всё ещё был при нём.

— Покажи.

Феликс полез в карман, но там искомого не оказалось. По спине побежали неприятные мурашки.

«Опять потерял?!»

Он замер, нашел взглядом главного подозреваемого — воробушек весело скакал по крыльцу и что-то выклевывал из щелей между досками.

Катерина за его спиной пробормотала что-то очень похожее на «растяпа» и в полный голос подсказала проверить другой карман.

Феликс хлопнул себя по ноге — на дне и правда ощущалось уплотнение, похожее на брикетик. А выше, почти вываливаясь наружу, торчало янтарное ожерелье сомнительного происхождения.

Спешно покидая парк, Феликс сунул его не в тот карман.

Под удивленным взглядом Луизы он извлек из почти просохшего за время поездки кармана и выдохшийся энергонакопитель, и искомый брусок, и еще пару мятых чеков — за батоны.

— Вот, — с некоторым смущением он протянул научной руководительнице подмоченный и потрепанный практический материал, — он немного, хм, потрепался.

Катерина совсем не по-кошачьи хрюкнула.

Луиза осторожно, двумя пальчиками, взяла упакованное в кокос семечко, со всех сторон осмотрела.

— Неплохо, — резюмировала она.

— Неплохо?!

Феликс ответил ей изумленным взглядом. Истерзанный комок кокосовых волокон выглядел максимально «плохо» и был больше похож на экспонат для выставки «Образцы органических удобрений».

— Семечко ещё спит, но защита сломана, — пояснила ведьма, — интересно, кем… Катенька не могла.

— Не могла, — зевнула Катенька, — но он таскает с собой столько взрывоопасного барахла…

— Вы же говорили, что оно безопасное! — возмутился Феликс.

— Да-да, безопасное, — спешно ответила кошка, — просто оно немножечко фонит и могло повредить защитные нити.

— Вы знали? — обратился он у Луизе.

— Не исключено, — проговорила она, — но сломано не артефактом. И не тобой. Что не запрещено, если произошло случайно. Но кто же это был? — ведьма нахмурилась, вглядываясь в пространство у Феликса над головой. — На тебя напал бессмертный?!

— Напал, облапал и почти заморозил! — наябедничала Катерина, — Там такое было, никакая защита не выдержит. Дуралей чудом спасся, и то, благодаря мне!

— Ничего он не облапал, — воспротивился Феликс столь наглой клевете, — просто немного перенервничал из-за…

Тут он умолк. Было непонятно, а может ли он говорить о происшествии в подробностях — дело секретное и довольно деликатное.

— Из-за чего же бессмертный так… распереживался, что начал ломать ментальную защиту сотрудника Министерства Магии, попутно разрушая всякую мелочь, вроде экзаменационных печатей? — в нежном голосе Луизы фон Скальва зазвенел металл.

— Я не… — начал Феликс, не зная даже, как тактичнее сказать «уполномочен раскрывать такую информацию».

— Из-за этого, — ответила за него кошка и указала лапкой на янтарное ожерелье, — и он сказал, ты знаешь об этом что-то интересное.

Феликс с облегчением выдохнул — конспирация полетела к чертям. Он протянул Луизе янтарное ожерелье.

— Узнаю работу Оркены, из трёх сестёр у неё лучше всех выходило сложное плетение, — сказала она, едва взглянув на мудрёный узел, — А это… неужели?!

Ведьма раздвинула бусины, чтобы лучше рассмотреть зажатый между ними обломок металла. На её лице отразился нескрываемый ужас.

— Я могу его забрать? — прошептала она.

— Безделушку? — равнодушно спросила Катерина.

— Она принадлежит моему… родственнику.

Феликс с Катериной переглянулись.

— Ну, — решила Катя, — вроде как вещица бесполезная, бери.

Ведьма дрожащими пальцами распутала узелок и ссыпала бусины Феликсу в ладонь. Забрала источенную временем железку, бережно завернула её в снятую с руки перчатку и спрятала в кармашке платья.

— А это куда? — спросила Феликс, так и стоящий с ладонями, полными янтаря.

— Остальное мне не нужно, — пожала она тонкими плечиками, — Тем более, на них отпечаток смерти.

От таких новостей руки у Феликса дрогнули и бусины с сухим стуком запрыгали по крыльцу. Воробушек радостно заскакал между ними, совершенно не смущаясь из сомнительной характеристикой.

— Собирай, — мрачно приказала Катерина, — покажем Оркене, может, что-то узнаем.

Пока стажер с некоторой опаской выковыривал застрявшие между досками янтаринки, Луиза с Катериной ушли в дом — обсудить что-то свое, ведьмовское.

Вернулась госпожа агентша в гордом одиночестве как раз к моменту, когда Феликс как раз пересчитывая собранное.

— Собирайся, — деловито заявила она, — мы едем на бал.

— Какой еще бал?

— Не тормози, прием у Алана, — кошка начала раздражаться, — там будет Оркена, Зинаида, даже Ромк… Роман Константиныч, чтоб ему икалось. Пошныряем, попадаем вопросиков.

— Пошныряем? — переспросил Феликс. — Вы меня пугаете, Катерина Ивановна. Чем дольше вы в теле кошке, тем менее изысканно выражаетесь.

— Сказывается твое дурное влияние! Пф!

Из дома вышла Луиза — ведьма переоделась в тяжелое платье из красного бархата, на плечи небрежно накинула меховую накидку со свисающими по бокам пышными лисьими хвостами, волосы стянула на затылке жемчужными нитями.

Кошка заметила наставницу, впечатлилась не меньше Феликса и притихла.

— Готовы? — улыбнулась Луиза.

— Нет, я не готов, — честно признался Феликс, не глядя пихая в карман янтарные бусины, — У меня и одежды с собой нет, и вообще, может быть вы планировали сначала обед? — с надеждой спросила Феликс.

Луиза посмотрела на небо. Небо было темным.

— Ужин? — исправился Феликс.

— Сожалею, — без видимого сожаления ответила ведьма, поправляя безупречную прическу, — ужин придется отложить. Тем более, Селиверста я уже отправила по другому важному делу. Время нынче позднее, а у нас всех впереди много дел. Впрочем, если голоден, у Шаб бесподобный повар, он готовил ещё при Наполеоне, уверена, на поминки Джаспера он расстарается и приготовит…

Она не успела в красках описать, какими божественными блюдами будет потчевать гостей шабский повар. Катерина, подозрительно притихшая, наконец, пришла в себя.

— Лу, ты собираешься лететь в этом?! — воскликнула она, с трудом сдерживая возмущение.

— Катюша, ты права, — согласилась профессор растениеводства, осмотрев себя в отражении ближайшего окна, — Сюда больше подойдут соболя. О, я совсем одичала в своём лесу… Феликс, — обратилась ведьма к стажеру, — Мне нужна твоя помощь. Со сбором урожая.

— Конечно, — с готовностью ответил Феликс, он как раз собрал бусины и был готов с радостью приступить к новым заданиям.

Особенно, если в конце замаячит перспектива питания.

— Отлично, — обрадовалась Луиза, — я пойду переоденусь. Твоя метла на веранде, та, что с зеленой лентой.

Развернулась и ушла в дом.

— В смысле, метла?.. — оброненное ведьмой дошло до Феликса не сразу, но когда картинка сложилась, оставшиеся в руках бусины застучали по крыльцу.

— Растяпа, — фыркнула кошка.

— Чирик, — весело чирикнул воробей и поскакал за ближайшим золотистым шариком.

Луиза убежала переменить меха, Феликс принялся заново собирать раскатившиеся бусины, Катерина — уговаривать его совершить очередное безумие.

— Я никуда не полечу.

— Ты полетишь!

— Нет!

— Полетишь, — настаивала Катерина на экзекуции.

— Я не умею!

— Научишься!

— Нет!

— Да! — психанула она, — ты же хочешь сдать этот проклятый курсач? О, заинтересовался, двоечник! Омела здесь растет на энергетически мощных потоках, как на дрожжах. Дважды в год урожаи! Мы с тобой сейчас там полетаем, — Катерина сменила угрожающий тон на убаюкивающий, будто говорила с сумасшедшим или маленьким ребенком, — посмотрим, где пышнее зелень, потом выберем местечко поактивнее и там семечко твое на некоторое время оставим, понимаешь?

— Начинаю понимать, — медленно, пытаясь осознать всю глубину женского коварства, проговорил Феликс.

— Отлично, тогда возьми мой плед из машины, — надолго терпения Катерине не хватило, она снова перешла на повелительно-приказной тон, — жду тебя на веранде!

— А плед зачем?

— Хочу лететь с комфортом. Куртка твоя мокрая у меня уже вот где, — заявила кошка, эффектно чиркнув оттопыренным коготком в районе пушистой шейки.

Когда вернусь Луиза, укутанная в королевские соболя, Феликс уже собрал в рюкзак самое необходимое: документы, парочку артефактов, на которых настояла Катерина, и даже полученный от Динара кирпич — «для предъявления подозреваемым» на балу.

Феликс до последнего сопротивлялся — ему совсем не улыбалось лететь с кирпичом через всю калининградскую область, а потом бегать с ним же среди почтенной магической публики, происхождения и вида не менее пафосного, чем у Луизы фон Скальва. Все это — в пропахших тиной джинсах и футболке со следами чьих-то грязных лап.

— Ой, кому ты нужен! — закатила изумрудные глаза Катерина. — Лу в своих жемчугах всех затмит, вот увидишь. Если ты этим кирпичом кому-нибудь голову не проломишь, никто на тебя и не посмотрит!

— Ладно, уговорили, — согласился Феликс. Больше чтобы не спорить с упрямой кошкой, чем из искреннего согласия.

Нетеряшку, чтобы не занимала место, забросил в ближайшие кусты — все равно появится, когда нужна.

На крытой веранде, где томились в бочках метляные заготовки, а готовые изделия сушились на стене, он нашел выделенную ему метлу с лентой нужного цвета — она торжественно лежала на длинном обеденном столе. Том самом, где в прошлый раз его ждал великолепный ужин.

Магическая вещица выглядела на удивление обыденно: эдакая дворовая метёлка с толстой ручкой, позаимствованной у совковой лопаты, прутья потрепались от времени, на концах и вовсе размохрились.

На неловкие попытки стажера активировать летательный аппарат реакции не последовало. Катерина подозрительно молчала в сторонке.

— Что это вы делаете? — спросила Луиза, заставшая его за этим занятием.

Она успела переменить лисью шубку на соболиную — драгоценный мех укутал хрупкую фигурку колдуньи, расходясь по бокам и открывая роскошную бархатную юбку сочного винного оттенка.

За спиной ведьмы парила изящная метелка с тонкой отполированной ручкой.

— Феликс пытается запустить метлу, — доверительно сообщила Катерина, — а я — наблюдаю.

— Катя! — всплеснула руками Луиза Карловна, — ты почему ему не сказала, что она обычная? Селиверст ей двор метёт!

— Проверяла уровень знаний, — фыркнула кошка, выражая всем своим видом крайнюю неудовлетворенность уровнем этих самых знаний. — Мог бы и сам заметить – с такими прутьями она полетит, только если разбежавшись прыгнуть со скалы.

Феликс к своему стыду только сейчас обратил внимание, что прутики и правда были самыми обыкновенными — липовые или осиновые.

Полётные мётлы с вертолетиками и жилистыми веточками, похожими на скелетики летающего существа, издевательски зашелестели со стены.

— Алекс, не переживай за полёт, — успокоила Луиза, — я отвезу нас обоих. Тебе нужно только крепко держаться и следить за Катенькой.

— А я разве не с тобой полечу? — удивилась Катенька.

— Уверена, он прекрасно справится. Да, Алекс?

Феликс кивнул, хотя уверенности в благополучном исходе этого сомнительного мероприятия не было. Будь перед ним любая другая ведьма, он бы сомневался и в том, что она сможет тащить на себе две метлы с наездниками.

Но эта ведьма определенно обычной не была: не надела удобной одежды для полёта, не собрала волосы в гладкие косы, не… впереди виделось ещё много чего «не»!

Прежде чем отправиться в путь, Луиза вызвала Селиверста и поручила ему рулить фордиком. Решено было отправить автомобиль по дороге, в Кранц, пока они летят напрямую, над лесами и полями.

— А он сможет? — засомневался Феликс.

— А чаво не смочь? — потер ручками собравшийся из воздуха Селиверст, — Оно ж самоходное, я токмо на сиденьеце покемарю с вашей личиной, чтобы совсем странненько не смотрелося.

Для Феликса самоходность машинки оказалась сюрпризом. Он что, зря мучился всё это время, добросовестно переключая передачи и следя за дорогой?

Пришлось согласиться. Хотя на таких условиях Феликс и сам с удовольствием прокатился бы — и покемарить, и закусить на заправке было бы не лишним.

Увы, до фермерских угодий дорога была только по воздуху, да и времени не так много — день шел к закату.

— В добрый путь! — пожелал довольный жизнью Селиверст и скоро фордик скрылся в зеленой ограде. Очевидно, боясь, что хозяйка может передумать в сторону прополки и посадки чего-нибудь сельскохозяйственного.

Луиза же подвесила выделенную Феликса дворовую метлу в воздух, усадила, поправила ему руки и ноги, чтобы не болтались, закрепила ремешками Катеньку, недовольным младенчиком выглядывающую из тряпочного кулька, после чего легонько хлопнула в ладоши.

Феликс не успел додумать мысль, что сейчас свалится, как звуки леса стерлись, зашумел ветер. После чего он понял, что сидит на метле, как приклееный.

В буквальном смысле — ниже шеи тело его было полностью обездвижено. Руки, ноги — все онемело, но, что удивительно, с метлы он не упал. Наоборот! Впервые он почувствовал себя единым целым с ненавистным полётным артефактом!

— Вот и прекрасно, — оценила Луиза, — теперь расслабься и получай удовольствие.

Она элегантно уселась на свою метлу, послушно подплывшую к ней и они начали подниматься.

— Что делать, если упадем? — прошептал Феликс, стараясь не смотреть вниз.

Крыша домика и макушки деревьев быстро уменьшались.

— Не упадем, — беспечно ответила Катерина, — Луиза удержит в воздухе с десяток таких балбесов как ты. Она — лучшая наездница.

— Это не из-за нее отменили награду за гонки?

Кошка в ответ только многозначительно фыркнула и спряталась в недрах кулька.

Балтийский ветер, промозглый на земле, на высоте полёта был, должно быть, невыносимо холодным. О том, чтобы они не замерзли, Луиза позаботилась — надула вокруг них с Катериной большой пузырик теплого воздуха, о который разбивались редкие снежинки, капли воды и обрывки облаков.

Было удобно, почти уютно. Если бы этот самый ветер не выл за пределами пузыря.

Внизу мелькали дороги, дома, поля и перелески, проносился мимо голубоватый шар с ведьмой внутри — она порхала в небе, наслаждаясь полётом.

Через полчаса, вдоволь наигравшись в облачках, Луиза фон Скальва на всей скорости влетела в их с катериной шар. Казалось, он лопнет, но нет — они объединились, как два мыльных пузыря.

Ведьма что-то сказала, но Феликс увидел только открывающиеся губы. Ведьма улыбнулась, повела рукой, гася шум ветра.

— Как тебе полёт? — повторила она, пристраивая метлу рядом.

Щеки ведьмы раскраснелись от удовольствия, глаза радостно блестели.

— Это… интересные ощущения! — нашелся Феликс.

— Посмотри вниз!

Феликсу смотреть вниз не хотелось, в чем он честно признался.

— Ничего, мы как раз почти прилетели, — улыбнулась ведьма, — сейчас будем спускаться.

Сейчас наступило не сразу — уже в весенней мгле они подлетели к городу. Покружили над развязкой, пролетели над чернотой промзоны и поблескивающим огнями портом и направились в самый центр.

Феликс начал узнавать улицы, по которым уже проезжал — панельные дома с подсвеченными тут и там кирпичными островками старинных укреплений, гостиницу, где они с Катериной вломились в номер Атлант в первый день и монструозный куб здания вдали.

Над зеленым массивом неподалеку Луиза замедлилась.

— Литовский вал, — указала она вниз, на поросший старыми деревьями холм, — здесь большая плантация со времен моей бабки. До сих пор собираю хороший урожай. Запомни это место.

Феликс вытянул шею, стараясь понять, где они находятся. Прямо под ними оказался вырубленный в земле подъезд к гаражам.

— Каретный ряд, — буркнула Катерина из своего кулька, — мы тут машину брали.

Луиза кивнула.

— Сейчас покажу точку сильнее.

Они повернули и, чуть набрав высоту, проскользнули над домами к огороженному забором кубу напротив гостиницы.

— Замковая гора, — отрекомендовала колдунья, — раньше тут была лучшая плантация. Увы, после войны все срыли и взорвали. Но мощнейший фон сохранился. Тут хоронили Шаб и королей, а до них — языческих жрецов. По легенде, тут лежит Рагнида, легендарная жрица скальвов. Надеюсь, однажды, власти снесут это безобразие, и построят парк с приличными для омелы деревьями.

Феликс посмотрел на чернеющие провалы окон в громадном советском недострое. В том, что парк здесь однажды будет, он почему-то не сомневался. В том, что недострой останется недостроем — тоже.

Сверху территория заброшки казалось вымершим пустырем с множеством провалов и зарослями бурьяна. Огороженная высоким забором, она освещалась с одной стороны огнями гостинцы, с другой — фонарями вдоль шумной дороги. Неподалеку гудела рождественская ярмарка и сияла подсвеченным шпилем старинная кирха — ещё один осколок Кёнигсберга в набирающем популярность туристическом Калининграде.

Феликс, засмотревшись на красоты внизу, даже забыл о том, что висит в воздухе, а не смотрит реалистичное видео. Перевел взгляд на трепыхающийся на ветру край луизиной юбки и почувствовал, как закружилась голова.

— Алекс, ты почему такой бледный?

— Тебя же не укачало? — забеспокоилась кошка. — Учти, я тебе не блевательный пакетик!

— Что-то мне… — пробормотал Феликс, — не хорошо. И ещё… кажется, у меня рюкзак сейчас упадет.

Рюкзак понял, что его коварные планы раскрыты, щелкнул застежками на ремнях и с легким присвистом ухнул вниз.

Луиза — за ним.

— Ты туда шишки клал? — испуганно шепнула Катерина.

— Нет, — неуверенно ответил Феликс.

— Эт-то хорошо, — с подозрением глядя на него ответила Кошка, — а то шишки могут и…

Она хотела сказать еще что-то, но метла Феликса, привязанная к луизиной, последовала за ними с той же пугающей скоростью. Феликс зажмурил глаза, мысленно готовый встретиться с землей.

— Пусти, Отелло! — прохрипела Катерина.

Феликс осторожно открыл глаза. В метре под ним шелестели сухие травяные метелки. Он с трудом заставил себя разжать руки и…чуть не упал! У самой земли приклеивающее к метле заклинание ослабло.

Возможно потому, что его создательница уже стояла по пояс в некошеном бурьяне.

— Ура, — мрачно обрадовалась кошка и выпрыгнула из кулька на волю.

Феликс не успел обрадоваться — резкое исчезновение пары килограмм живого веса сместило центр тяжести и он, прокрутившись в пол оборота, свалился с метлы.

— У вас тут что, кирпич? — раздался удивленный голос Луизы.

Феликс поднялся из травы, обтер о джинсы саднящие руки.

— Вы не поверите, — раздраженно ответил он, выискивая в черноте травы зеленые огоньки катерининых глаз.

Нашел он их, что не удивительно, у ног лесной колдуньи.

Луиза фон Скальва стояла в круто примятой травы в безукоризненно чистом бархатном платье, чуть приподнявшемся и открывающем вид на тонкие щиколотки и крошечные ножки в атласных туфельках.

В руках ведьма держала его рюкзак с отстегнутыми лямками. Точнее, не держала, а уже потрошила его.

— Вы знаете, что это? — строго спросила она, когда извлекла наружу кирпич.

— Кирпич? — неуверенно предположил Феликс.

Еще утром этот образец стройматериала казался ему совершенно обыкновенным. Сейчас появились сомнения: после удара о землю с такой высоты он даже не треснул!

— А это не кирпич? — зеленые блики беспокойно забегали по мехам и бархату.

— Это кирпич, — подтвердила Луиза, — из подземелья Шаб! И мы сейчас как раз над ним. Удивительно, как его сюда притянуло.

Она развернулась в сторону ямы, чернеющей неподалёку. Толстые стебли трав, которых не всякая коса возьмет, послушно пригнулись к земле, образовав ровный коридор.

— А там, — она указала кирпичом в конец импровизированной дорожки, — вход в подземелье!

После чего направилась в указанном направлении. Феликсу с Катериной ничего не оставалось, как последовать за наставницей.

Вблизи яма оказалась располовиненной воронкой. Покатые склоны сходились внизу и заканчивались стеной.

Когда Луиза Карловна фон Скальва развесила в воздухе сияющих голубоватыми переливами магических светляков, Феликс увидел старинную кирпичную кладку, по верху заросшую бурьяном, по низу — присыпанную строительным мусором и пустыми стеклянными бутылками.

— Здесь вход в подземелье старого королевского замка, — пояснила ведьма, — человек сюда не подойдет — Шабы закрыли его семейными чарами.

Стало понятно, почему никто за долгое время не сдал бутылки на стеклотару. Мусор тоже выглядел старым — это место явно обходили стороной. Хотя пара камней были подозрительно вывернуты: виднелась влажная земля, трава кое-где примята совершенно немагическим образом.

Луиза заметила внимание, с которым Феликс разглядывает следы других посетителей.

— В последние дни здесь было много магов из семьи Шаб. Увы, без ключа, — она указала взглядом на кирпич, — попасть в подземелье невозможно.

После чего ведьма развернулась и приложила злополучный ключ к стене. С мгновение ничего не происходило. Луиза едва слышно что-то прошептала и надавила на стену. Тогда кирпич начал уходить в кладку, уползая все глубже и глубже, за ним поползли соседние кирпичики. Стена пришла в движение, теряя свою монолитность будто была и не стеной вовсе, а эластичной тканью с искусно нанесенным рисунком. В месте, куда Луиза вставила ключ, “ткань” проседала внутрь, пока не проела дыру. Дыра поползла в стороны и скоро проход приобрел очертания изогнутой арки.

— Раньше можно было въехать на лошади, — с легкой ностальгией вспомнила Луиза, — что ж, лошади нынче не в моде.

Ведьма села на услужливо поднырнувшую метлу и медленно поплыла в черноту проёма. Светляки, замешкавшись, полетели за ней.

Катерина с Феликсом старались не отставать — света от кошачих глаз было явно недостаточно на освещение уходящих во тьму коридоров.

Внутри подземелья было сухо и тепло, пахло старой пылью и какими-то травками. Луиза медленно плыла по коридору мимо расходящихся в стороны тоннелей, запертых дверей, ведущих наверх лестниц, засыпанных битых кирпичом, и целых — ведущих в неведомую тьмы внизу.

— Здесь три этажа, — рассказывала она, — замок после войны взорвали, но подвал уцелел. На нем сложное заклятие с момента постройки. Продержится, я думаю, еще столько же.

— Вы тут все знаете? — спросил Феликс, стараясь держаться по правую руку от ведьмы, ближе к светлякам.

— Когда Джаспер был ребенком, — ответила Луиза, — мы с его матерью часами искали мальчишку в переходах.

— А он вам…?

— Дальний родственник, — туманно ответила колдунья, — но по крови. Потому я смогла открыть дверь.

Ключ становился ключом только вблизи прохода и только в руках потомка древнего рода, наложившего заклятье.

В остальное время кирпич был обыкновенным кирпичом.

Об этом его свойстве сейчас знали немногие — старейшие члены семьи. И, Луиза, конечно.

Она летела прямо, никуда не сворачивая, пока они не оказались в просторной зале, заставленной длинными ящиками.

— Главный зал, — Луиза замерла в самом его центре, голос ведьмы ударился о невидимые во тьме стены и полетел куда-то дальше по подземелью.

— А это что? — спросил Феликс, осматривая ближайший к нему ящик.

Насколько он понимал, где-то здесь, в подземелье, Шабы до сих пор хоронили своих старейшин.

Ящики действительно чем-то походили на гробы, но только издали — вблизи это были обыкновенные коробки из грубо сколоченных досок с прикрученными по бокам ручками — для удобства переноски.

Сложно было поверить, что кому-то придет в голову складировать тела уважаемых магов в этом гробохранилище.

Феликс стукнул по ближайшей к нему деревянной крышке. Крышка отозвалась глухой звуком, намекая, что внутри ящик заполнен под завязку.

— Это янтарь, — ответил голос у Феликса из-за спины.

Тихий, лишенный интонаций, нечеловеческий, но определенно — мужской и отдаленно знакомый.

От неожиданности Феликс дернулся вперед и ноги сами понесли его подальше от пугающего места. Катерина, которую этот случай также застал врасплох, отреагировала не менее бурно — без всякой левитации подлетела в воздух, взвыла, распушилась и, расплескивая вокруг зеленые отблески, рванула в самое безопасное в подземелье место — к Луизе под юбку.

Феликс был не прочь презреть чувство самосохранения и нырнуть за ней, но на пути встретился с одним острым углом, со вторым…

— Вечный бессмертный, — в голосе лесной ведьмы слышалась улыбка и одно это короткое приветствие раскололо атмосферу ужаса и придало Феликсу спокойствие.

Ноги саднило, он прислонился к ближайшему ящику и замер с прижатой к груди рукой — сердце билось о ребра с усердием шахтера, которого на той стороне ждут у праздничного стола друзья, холодная стопочка и штрафной тост.

Феликс сделал три глубоких вдоха и поднял взгляд на Луизу фон Скальва.

Она не выглядела удивленной и приветствовала вампира легким кивком головы.

Вечный бессмертный неслышно скользнул мимо стажера.

— Мария, — он почтительно поклонился ведьме, — я уже всё осмотрел, здесь ничего нет.

— Что же ты искал в нашем подземелье? — она подлетела ближе к бессмертному, так, что их лица оказались на одном уровне.

— Я ничего и никого не нашёл, — Динар отвел взгляд и ушел от прямого ответа, — Хотя тут — лучшее место, чтобы спрятать кусок янтаря.

— Должно быть, — усмехнулась она, — ты ищешь сильный артефакт, раз его могли спрятать среди ящиков с янтарной комнатой?

— Ого, — услышал Феликс и тут же почувствовал, как что-то меховое щекочет ему ухо, — а в гробиках-то янтарная комната упакована.

Феликс не нашелся, что ответить Катерине, а Луиза, тем временем, перешла в наступление.

— Ты что-то хотел от меня, бессмертный?

— Как ты поняла?

Ведьма рассмеялась.

— Ты прекрасно знаешь, что я не заметила твоего присутствия. Не будь у тебя какого-то дела к моей скромной персоне, ты бы осмотрелся и ушел незамеченным.

Вампир совсем по-человечески улыбнулся.

— Ты права. Передай кое-что своему брату.

Он протянул ей свернутый в трубочкой листок с кругляшком восковой печати на боку.

— Насколько важно это послание?

— Хм. Весьма. И доставить его нужно как можно скорее. Я отправился бы сам, но не могу оставить эту территорию без присмотра.

— Дело настолько серьезное? — спросила она.

Бессмертный чуть склонил голову и прикоснулся указательным пальцем к груди. Под тканью угадывалась связка мелких подвесок.

— Даже так… что ж, — ответила ведьма, — отправляюсь немедленно. Алекс?

— Да! — вырвалось у Феликса.

Интонация вышла молящая, отчаянная. Он поморщился от неудовольствия — вышло как-то совсем по-детски.

— Передай Атлану моё горячее приветствие, соболезнования и извинение, что не смогла прибыть, и прочая, и прочая. И обязательно передай ему ключ! На выходе тронешь стену, он сам упадет тебе в руки.

— А вы?…

— У меня дело, не требующее отлагательств! — ведьма развернулась на метле и пропала в темноте вместе со своими светляками.

Скорость, с которой Феликс, кошка и вампир остались в замкнутом подземном зале, набитом громоподобными ящиками, не радовала.

— Ну что, — усмехнулся Динар из темноты, — пойдемте.

— Ку..да? — идти с вампиром никуда не хотелось.

— На выход. Хотя, если очень хочется, можете остаться здесь.

Выбирая между сомнительным обществом бессмертного кровопьющего существа и блужданием в потемках с перспективой надежно заблудиться, Феликс все же выбрал первое.

Получив от человека согласие, Динар тронул его за плечо и так и шел до самой арки.

Кошка, посверкивая потусторонним светом, недовольно, но молча, семенила рядом.

Динар тоже молчал. Феликс… поддержал общее настроение.