Глава 8. Вам...ший представитель

Когда вдали заблестели кованые ножки городских фонарей, Динар мягко убрал руку.

Феликс непроизвольно прибавил шаг — будто сбросил рюкзак с… кирпичами.

Снаружи никого уже не было. О Луизе напоминала только медленно затягивающаяся проплешина в бурьяне — уложенные магией стебли за время их отсутствия успели распрямиться в половину от своего изначального состояния.

— Ну, мы пойдем? — чуть смущаясь спросил стажер.

Идти, собственно, было непонятно куда: метла, которая валялась где-то неподалеку, без Луизы годилась разве что мести двор.

Но и оставаться на пустыре с вампиром, которого они в прошлый раз не очень красиво провели, не хотелось.

— Идите, — разрешил Динар, — но помните, вы всё еще должны мне кусок янтаря.

Катерина Ивановна на всякий случай прижалась к Феликсу тёплым бочком. Он почувствовал, как кошка дрожит. На холодном ветру или от страха?

Он поднял её на руки — заколдованная ведьма нырнула под куртку, свернулась в плотный клубочек и продолжила дрожать в этом уютном положении.

— Динар, мы… пробовали. — начал оправдываться Феликс, попутно делая шаг в сторону — к небольшому просвету в глухом бетонном заборе. — Но сложновато искать вслепую. Может, дадите какую-то подсказку?

Бессмертный, не меняя положения тела, развернул в сторону Феликса голову. Выражения лица видно не было, но под легкий посвист ветра было жутковато.

Ещё жутче стало, когда вампир сделал шаг в его сторону. Стажер с трудом подавил в себе желание бежать — с момента появления Динара в подвале оно никуда не делось, разве что немного ослабло.

Умом Феликс понимал — бежать бесполезно. Вечный бессмертный догонит его через мгновение или раньше. Но животный страх перед опасным хищником, зашитый эволюцией глубоко и надёжно, вместе с остальными, полезными для выживания, навыками, контролировать никак не получалось.

Вот и сейчас, стоило вампиру двинуться в его сторону, как тело Феликса отключило мозг от управления и перешло в режим автопилота.

И оно побежало бы со всех ног, если бы не внезапный паралич ответственных за этот процесс мышц.

— Камень был из этой партии.

Феликс с трудом повернул окаменевшую шею. Динар протягивал ему журнал. Края страниц едва трепыхались на ветру, здорово контрастируя с полами чёрного плаща, неестественно прилипшими к ногам бессмертного.

Страх начал отступать, а с ним и онемение. Феликс с трудом протянул дрожащую от напряжения руку и забрал журнал, открытый на знакомой статье — интервью с ловцом янтаря.

— Этим летом команда Шабы выловила из моря особенный кусок. Сразу после интервью ловец погиб при загадочных обстоятельствах. Они пробовали сами напасть на след убийцы, но ничего не нашли. Джаспер тогда вызвал меня, но я тогда опоздал. Убийца скрылся.

— Ему нужен был камень, который мы сейчас ищем?

Динар едва заметно кивнул.

— Тогда никто не знал, что он ищет. Все находки заперли а Артефактории. Нам понадобилось время, чтобы понять, что именно представляет ценность. Маги до сих пор не знают, что попало к ним в руки.

— А вы?

— Мы знаем, — ответил вампир, — это янтарь с каплей драконьей крови. Маги не смогут определить, что это, даже если распилят камень. Но один из бессмертных знает, что он здесь. И он не остановится ни перед чем, пока не добудет его. Кровь дракона — вот сокровище, которое я ищу. — Динар опустил взгляд Феликсу на грудь, там, под курткой, заворочалась Катерина, — Если кровь попадет не к тому бессмертному, он получит силу, большую могуществу моей матери. Начнётся война за власть. Война бессмертных, Катерина, в которой жертв будет больше, чем в мясорубке, смоловшей твой род.

Кошка под курткой вся сжалась. Феликс прижал её к себе, стараясь закрыть ведьмочку руками, но бессмертный будто не замечал преграды.

— Почему вы просто не попросили камень у Шабы?

— Попросили, — Динар повел плечами, будто сбрасывая наваждение, — Йылдыз-хатун отправила официальный запрос и вместе с твоей начальницей отправилась в Кранц. Как знаешь, они не успели. Джаспер нашел нужный камень, но почему-то вышел с ним из здания. Выброс после его смерти до сих пор держит мощный фон вокруг города и это мешает мне найти камень.

— А можно было сразу рассказать?

— Играйте по-правилам, — усмехнулся вампир, — и воздастся вам за дела ваши.

Феликс почувствовал, как под курткой кошка перестала дрожать, неловко развернулась и насторожила ушки. То ли оттого, что вампир журил их за нечестную игру, то ли оттого, с какой легкость бессмертный искуситель цитировал священное людское писание.

— Совсем скоро все уляжется и я почувствую кровь дракона, — поделился вампир, — как и другие бессмертные. Один из них постоянно крутится вокруг озера, но он очень осторожен. Камень где-то поблизости, — резюмировал бессмертный, — и пока его ищет не так много, хм, охотников.

Тут уж Катерина Ивановна растеряла весь свой страх и, позабыв о конспирации, высунулась наружу.

— Какого ж …, — выругалась полная возмущения кошечка, — вы, бессмертный хранитель, тут с нами треплетесь, а не… бдите денно, то есть, нощно на месте преступления?!

Бессмертный хранитель растаял в воздухе и соткался в уже чуть согнутом виде вплотную к Феликсу.

— Ваше сиятельство, — обратился он к ней, — на месте преступления сейчас шумно и… людно. В присутствии десятка боевых магов даже я предпочитаю убраться подальше. Тем более, такая возможность осмотреть подземелье Шаб, — его голос, спокойный и прохладный, как январский ветер над Балтикой, на контрасте с нервным помяукиванием звучал издевательски, — Любопытное место.Тут магический фон, способный скрыть искомый нами предмет сильнее, чем в Кранце.

Впрочем, даже вампир не смог смутить полную эмоций Катерину.

— Думаете перепрятать артефакт в янтарной комнате, когда найдете? Ну да, в ваших хранилищах на него обязательно напорется какой-нибудь ва…ш соплеменник!

— Умна не по годам, — похвалил Динар, — не зря Зинаида вас сегодня так хвалила.

— Зинаида Николаевна здесь? — удивился Феликс.

— Официально приглашена на приём к Атлану, — поделился информацией бессмертный, — и надеется на встречу с вами. Вы же приглашены?

Феликс кивнул, отыскивая взглядом брошенный в траву рюкзак. Где-то там внутри было именное приглашение. Немного помятое, но все еще пригодное для использования.

— Ключ, — напомнил бессмертный, — мои руки слишком холодны, чтобы закрыть проход.

Он подождал, пока Феликс спуститься вниз, к входу в подземелье, и закроет проход.

— Постарайтесь узнать у Атлана больше про янтарь, — сказал он на прощанье, — желательно сегодня.

— Ладно, — согласился Феликс, закидывая кирпич в рюкзак, — тогда до встречи? Пойдем, поищем машину? — спросил Феликс, обращаясь к Катерине.

— Ваш форд не знаю какого года, — подсказал ему Динар, — стоит у входа в гостиницу Калининград.

— Откуда знаешь? — надулась Катерина, – Может, это не наш?

— За его рулем сидит дух. Вам бы поторопиться, кажется, он заскучал.

Поторопиться стоило — Феликс прекрасно знал, на что способен оставленный без присмотра скучающий Селиверст. Он подхватил вяло сопротивляющуюся кошку и направился к ближайшему проходу на улицу. Он уже прошел половину пути, как понял, что остался один вопрос, который он так и не успел задать.

Он развернулся, но вампира на пустыре уже не было.

— Динар? — на всякий случай спросил Феликс.

— Да? — ответ раздался у самого уха.

— Если Джаспера Шабу убил вам…ший… представитель, как он узнал, что именно в этот день маг должен передать кусок янтаря?

По спине Феликса пробежал холодок — магия бессмертных или ветер пробрался под куртку?

— Ему помог кто-то из… вамших представителей.

Появлению Феликса с Катериной на заставленной автобусами гостиничной парковке древний дух оказался не рад.

В отличие от воробушка, оставшегося в машине на время экстремальных магических полетов.

— Чирик-чирииик! — радостно зачирикал он и начал стучать в стекло, чтобы Селиверст его выпустил.

— Открывай! — вторила ему Катерина, с опаской озираясь на экскурсионные автобусы, с некоторых пор представляющиеся заколдованной ведьме небезопасными.

— Чадо расшумелися, чаво расчирикалися? — недоумевал дух, приглаживая длинную белую бороду. — Эти вона тоже не угомонятся, ни прилечь, ни вздремнуть.

В подтверждение селиверстовых слов из ближайшего автобуса высунулась всклокоченная мужская голова, поднесла микрофон ко рту и отвратительно гнусавым голосом пригласила опаздывающих туристов поторопиться на «незабываемую ночную прогулку».

Водитель, не иначе как для усиления эффекта, протяжно посигналил.

Со стороны гостиничного крыльца послышались голоса. Некоторые — весьма знакомые!

— О нет! — простонал Феликс, дергая ручку на себя.

Нерасторопность Селиверста грозила сделать ночную прогулку незабываемой не только для туристов, но и для агентов Министерства магии, и фальшивых, и настоящих.

—А чаво это Катерина Иванна под сиденьице схоронилася? — спросил Селиверст, когда Феликс спешно выруливал с парковки.

Ответила ему Катерина в излюбленной своей манере: долго, изысканно, неповторимо. Селиверст благоговейно притих, Чирик, не понимающий по-человечьи, радостно чирикал, прыгая по салону. Феликс рулил, скорее по привычке и из желания заняться хоть каким-то делом, пока Катерина не в духе.

Дух, что она не в духе, понял довольно быстро и больше вопросов не задавал.

Начал, было, опять жаловаться на горькую свою судьбинушку-сиротинушку, но особой поддержки не получил и совсем затих, только иногда вздыхая печально с легкой завистью — за века жизни при человеческих домах столько тонкому искусству ругани он не обучился и теперь лишь восхищенно внимал Катерине, все еще злой на него за медлительность.

Феликс отъехал от злополучной парковки, проложил маршрут до Тильзита, донашивающего вслед за ушедшей эпохой пребанальнейшее имя «Советск», и только тогда перехватил у Катерины инициативу.

Новость, что лесная хозяйка улетела по делу повышенной важности и секретности несколько подсластила горечь селиверстовой утраты драгоценного времени, которое он планировал пустить на никем не контролируемое шкодничество и лоботрясничество в центре Калининграда.

Дух уточнил, «нужон он далее господам магистерским али не нужон?» и с чистой совестью испарился прямо из едущего по трассе фордика.

— Ненавижу паранормальные явления! — заорала ему вслед Катерина.

— Чии-рик? — вопросительно чирикнул Чирик, покрутил головой и на всякий случай сел подальше от кошки — на левое водительское плечо.

— Полнейший чирик, — согласился Феликс, — чирикней не бывает.

До Тильзита дорога была почти прямой и не самой ближней — через половину области до самой границы с Литвой.

Катерина потратила дорогу на пересмотр фотографий на врученной ей нетеряшке.

В процессе она умудрилась открыть записи Феликса, которые он начал вести во время командировки, но в последнее время, в силу высокой занятости беготней по паркам и постоянным мытьем секретных маг агентов, забросил.

— Кстати, вас снова пора мыть, —парировал он в ответ на обвинения ведьмы в том что он, «балбесного типа стажер» совершенно не думает ни о конспирации, ни о секретности, ни о…

— Ни о чём не думает! — ворчала она.

— Думаю, почему же, думаю, — невесело заметил Феликс, притормаживая на внезапно возникшем на их пути примечательно перекрестке с несколькими камешками и… ну конечно же, парочкой экскурсионных автобусов.

— Здесь вы можете видеть памятник чебуреку… — влетело в открытое окно, когда они проезжали мимо.

Феликс невольно обернулся — рядом с большой двухэтажной столовой высился массивный столб, увенчанный солидных размеров чебуреком. Видимо, чтобы было видно издалека.

— О чебуреке? — ехидненько уточнила она, оглядываясь на пролетающий мимо перекресток, облагороженный еще в ХХ веке.

— И о нем тоже.

Про таверну, на которой закусывали еще рыцари, которые пробивались сквозь леса в дикие заюли пруссов, и потом построили в этих глухих лесах свои замки, чьи остатки до сих пор встречаются тут и там — в полях, на окраинах городов и про

Феликс хотел было притормозить на перекус , но это вызвало новую волну возмущения и он передумал.

Больше оттого, что в конце пути их ждал приём у Атлана, который официально являлся поминками. А значит, на нём должны кормить, поить, а если там будут ведьмы вроде Луизы — то и в баньке парить.

Впрочем, помимо еды (а точнее, её отсутствия) его беспокоили и другие невеселые мысли.

— Мы ничего не посадили, — напомнил он, когда соблазнительный хлебобулочный объект скрылся за поворотом.

— Не посадили, — согласилась кошка, преспокойненько устраиваясь клубочком на соседнем кресле, — но мы всё успеем. Сейчас смотаемся в Тильзит, кирпич безутешным родственникам отдадим, про янтарь всё разузнаем и метнемся обратно. Вот увидишь, — успокоила она Феликса, — со сломанной защитой травинка твоя за пару дней прорастет. В отличники не выбьешься, но для зачета хватит.

— И откуда вы все знаете?

— Да так, — в сторону ответила кошка, — сказал кое-кто.

— А она, — усмехнулся Феликс, — не могла сказать это мне напрямую?

— Балбес, — фыркнула Катерина, — это ж будет подсказка на экзамене.

— А о вас, значит, не подсказка?

— А я тебе ничего не говорила!

— О! — не поверил стажер, — А если спросят? Врать же нельзя?

— А я, — кошка вывернула ушастую голову, устраиваясь на кресле поудобнее, — скажу, что ты меня жестоко пытал!

— Как же?

— Бесчеловечными по своей глупости разговорами, — фыркнула она, выворачиваясь — машину тряхнуло на невидимой кочке и госпожу агенту выбило из с таким трудом выбранной для лежания позы, — невежественными, варварскими, хамскими, бестактными, пугающими своей необразованностью и…

— Катерина!

— Что?! — она совершенно невинно округлила свои сияющие глаза. — Мне поверят!

— Катерина!!!

— Они к тому времени поймут, что это чистая правда и общение с тобой — то еще испытание.

— Катерина!!!

— Не ори на даму, — она вальяжно потянулась, жмуря глаза, — дама желает хорошенько выспаться.