Глава 14. Люминисцентные водоросли с магической подпиткой

На въезде в Зеленоградск агента и его водителя встретили активно строящиеся современные высотки. По Московским меркам — парочка домов, по Зеленоградским — район, прирастивший площадь города на треть.

Двадцать первый век в лице многоэтажек с симпатичными панорамными окнами и хорошенькими светлыми фасадами (не без прелести — гораздо милее серых панелек и барачных хрущёвок, среди которых вырос Феликс) быстро сменился на конец века двадцатого — мимо промелькнули разношерстные коттеджи и коттеджики, поставленные вперемешку с обычными деревянными зданиями типа «изба русская, обыкновенная».

Но и они пропали, полностью уступив старым, ещё немецким, домам. В центре городка, у самого моря, на площади с сияющей гирляндами пышной новогодней ёлкой, Зеленоградск закончился.

Во все стороны от рождественского дерева, украшенного скорее на европейский, чем на русский, манер, брусчатыми улочками, изящными маленькими домиками, разбегался прусский городок Кранц.

Туристы покупали леденцы, бегали счастливые дети, наглые черно-белые коты нападали на зевак и требовали свою долю знаменитых слоек с моцареллой и шпинатом, обильно присыпанных раззолоченным в печи кунжутом.

Ни на площади, ни рядом с ней мест для парковки не нашлось: эти улочки были построены еще во времена, когда для парковки транспортного средства водителю требовались конюшня и ведро овса, а никак не кусок асфальта два на четыре с половиной метра.

Фордик пришлось бросить между немецкими домиками конца девятнадцатого века, на площадочке, чудом найденной в переплетениях дачных улочек, узких и извилистых, как туннели столичного метро для проезжающих по ним поездов — ровно такой ширины, чтобы проехать, не более.

Катерине не терпелось отправиться на место преступления — в парк. Он оказался недалеко. Как и всё в крошечном Кранце.

— Что значит, нельзя? — уточнил Феликс у вынырнувшего из-за куста мужчины в чистенькой оранжевой жилетке.

Ворота в парк были обмотаны тревожной желто-чёрной лентой, поверх которой висела табличка «АВАРИЯ ВХОД ВОСПРЕЩЁН».

Мужчина приветливо улыбался, что было крайне нетипично для сотрудника коммунальной службы и вызывало куда большую тревогу, чем новость о прорванной канализационной трубе.

— Нельзя, — продолжал улыбаться он, — парк перекрыт, посторонним вход воспрещён указом Министра.

Катерина деловито осмотрелась — прутья в заборе стояли так широко, что кое-где пролезла бы и овчарка. Подмигнула Феликсу обоими глазами и развернулась — искать менее официальный (и менее охраняемый) вход.

— Какого еще Министра? — уточнил Феликс.

Происходящее начинало походить на фарс. Какое дело высшему человеческому чиновнику до какого-то там парка в городке на краю страны. Тут живет-то меньше двадцати тысяч человек!

— Министра Магии, конечно же. Сами посмотрите, — мужчина протянул Феликсу листок с приказом.

«Ну конечно!» — о том, что существует Министр, которому есть дело совершенно, кажется, до всего, Феликс уже и забыл.

Приказ был подписанный и видимый стажеру с его обычными глазами. Согласно документу, в парк без специального разрешения попасть было нельзя.

В уголке Феликс заметил знакомую галочку. Такую отметку делали на документах ассистентки Министра, когда пересчитывали бумажки у него на столе.

«Юля или Аня?» — Феликс за полгода так и не научился отличать близняшек.

Под приказом стояло две подписи. Первая — Романа Константиновича.

«Он что-то уже подписывал... Приказ о назначении Атлана на должность!»

Вторая, ниже, — подпись Министра Магии.

Зинаида Николаевна как-то рассказывала, что когда Министр думает над важными документами — подписывает ровно по центру, в отведенное для этого место.

Но раз в неделю ассистентки приносят ему полуметровую пачку уже отсмотренных прошений, жалоб, счетов и прочего бюрократического добра и зла, нуждающегося в его подписи.

Такие бумажки Министр подписывает не глядя. Часто получается небрежно, наискосок.

Как на этом приказе.

Роман не иначе как подсунул его в пачку документов за прошлую неделю. Иначе пришлось бы ждать следующего понедельника.

«Как он вообще это сделал?!»

Кошка замерла с приподнятой лапкой, рассматривая принаряженного в спецовку мага. Смысла искать дыру больше не было — он их везде встретит, хоть ты из моря вынырни с аквалангом.

Феликс достал удостоверение агента — в гараже сработало. В парке — нет. Приказ Министра на агентов, гуляющих в компании белых кошек, тоже распространялся. Катенька недовольно фыркнула.

— А кто может выдать нужное разрешение? — Феликс, разговаривая с постоянно улыбающимся магом, постарался улыбаться ему в ответ.

— Министр, — ответил маг, — и новый Шаба. У вас здесь дело? Вы можете позвонить ему, — мужчина достал из кармана жилета визитку и протянул Феликсу. Видно, удостоверение агента хоть и не пропустило их внутрь, но подняло авторитет в глазах у местного населения.

— Эм, знаете, — Феликс уставился на кусочек черного картона, совершенно пустой. — Визитка у меня тоже есть. Но я все равно обещал ему... нанести личный визит!

В подтверждение слов Феликс достал точно такой же кусочек картона, который Атлан дал ему вчера.

«Ну да, — Феликс приложил свою для сравнения, — одинаковые».

— Ка... Капелька, — позвал он, считая, что в глазах мага не должен выглядеть совсем уж сумасшедшим, если обращается к ручной кошке, — пойдемте... — он все же сбился, понимая, что обращение к домашней любимице на «Вы» — это перебор даже для колдунов, — пойдем, заглянем в гости к Атлану.

Кошка фыркнула, выражая готовность.

И без того дружелюбный маг, после демонстрации столь близкого знакомства с местным начальством, и вовсе подобрел и даже рассказал, как быстрее пройти к Артефактории.

— Шаба должен быть там. С утра был.

— Будем надеяться, вывеска у них обыкновенная, — пробормотал Феликс, отойдя на десяток метров, — и мимо мы не пройдем.

Артефактория располагалась в просторном белом домике, облицованном на немецкий манер деревянными балками крест-накрест. Сверху домик был украшен глиняной черепичной крышей, чуть позеленевшей краем от ветра и времени, снизу — симпатичным палисадничком.

Надежды Феликса оправдались. Вывеска на домике имелась и очень даже обыкновенная. На ней значилось «Отель-кафе-гостиница „У моря“». Очевидно, владельцы оставляли за постояльцами выбор в определении формата заведения. Странно, что «Артефактория» не добавили. Туристы не обратили бы никакого внимания.

Как рассказал маг-охранник, отель-кафе было настоящим и использовалось как прикрытие.

Вход в крупнейшее европейское хранилище артефактов располагался на заднем дворе.

Феликс упаковал вяло сопротивляющуюся Катерину в куртку, достал агентский жетон и без проблем проник внутрь через никем не охраняемую подвальную дверь, прикрытую от посторонних глаз низко нависшим козырьком, поросшим нежным зеленым мхом.

В подвале пришлось подождать минут десять — в небольшой «прихожей» оказалось в избытке дверей, все — запертые. Феликс помахал рукой в глазастую камеру под потолком и уже через пять минут одна из дверей открылась. За ней стояла худенькая девушка в чуть растянутом сером свитере и потертых джинсах. Молоденькая. На вид лет двадцати.

— Алекс Шрайдер? — спросила она, Феликс кивнул. — Пройдемте, господин Шаба вас примет.

— Да? — Феликс поспешил в приоткрытый проход. — А вы… его секретарь?

— Нет, — рассмеялась она. — Служу в охране. Лилит, — представилась она, сворачивая в длинный коридор, освещенный вьющимися под потолком мерцающими лентами.

Ленты казались полупрозрачными струйками дыма и придавали помещению мягкий золотистый свет, похожий на закатные солнечные лучи.

Свет шел, казалось, отовсюду. Феликс присмотрелся и заметил, что Лилит не отбрасывает тени.

Посмотрел себе под ноги и своей тоже не увидел. Вездесущее мерцание слопало тьму вокруг, осветив каждый уголок, каждую складку одежды, каждый изгиб тела.

— Я — Алекс, — представился он, хотя Лилит уже знала его имя. — А что это за светильники?

Девушка повернулась к нему. В больших влажных глазах поблескивало любопытство.

— Водоросли, люминисцентные. Их вылавливают со дна вместе с янтарем. Остаточной магии достаточно, чтобы усилить свечение и закрепить эффект.

— Никогда таких не видел.

— Мало вылавливают, — пожала она плечами, — почти все остается у нас, в Кранце. Тут же на берегу их сушат, потом перемалывают в пыль. Под потолком вентиляторы, они создают потоки воздуха и держат порошок без затрат энергии. Здорово, да?

— Здорово, — согласился Феликс, впервые встретивший такого симпатичного и разговорчивого охранника. Он никак не мог избавиться от ощущения, что они с этой девчонкой просто гуляют по подвалу.

— Мы пришли.

Лилит остановилась перед двойными деревянными дверьми, изрезанными клинописными символами и завитками, перетекающими один в другой. Девушка провела пальчиком по паре бороздок, толкнула дверь.

— Прошу, — указала она внутрь помещения, также погруженного в золотистый закат.

За дверью оказалось совсем немного свободного пространства — метра полтора и тупичок с узеньким проходом у стены куда-то далеко вглубь, будто в далекий лабиринт Минотавра.

— Атлан?! — Феликс сунулся в проход, вглядываясь вдаль.

Воздух в хранилище оказался более спертым, чем в коридоре. Светящаяся пыль не мерцала под потолком, а висела в воздухе и собиралась клубами в полупрозрачный занавес.

Феликс неосторожно оперся о стену и чуть не упал — не найдя опоры рука провалилась в пустоту.

Феликс осмотрелся. Одна стена узкого коридорчика оказалась стеной, другая — стеллажом, какие ставят в библиотеках. Только вместо книг на полках в Артефактории лежали камешки, кусочки коры и другие странные занятные вещицы, трогать которые он благоразумно не стал.

— Алекс! — послышался голос Атлана, а через мгновение из клубов светящейся пыли показался и он сам. — Рад встрече!

При звуке его голоса Катерина под курткой дернулась и замерла, уткнувшись мордочкой в стажерское плечо. Он почувствовал, как её прохладный влажный носик холодит кожу через футболку.

Феликс постарался не выказывать удивление внешним видом мага — поверх элегантного делового костюма на Атлане был накинут халат из золотистой кожи. Кожа казалась одновременно и тонкой, и удивительно плотной — на сгибах с трудом ложилась в складки, на плечах стояла колом. Не было видно и швов. Казалось, этот защитный наряд был отлит без единого соединения. На голове хранителя Артефактории была прозрачная маска, сейчас небрежно сдвинутая на лоб. Она больше подошла бы сварщику, а не элегантному магу, придавая Атлану непривычный, немного небрежный вид.

— Как вам наше хранилище? — с улыбкой и некоторой гордостью спросил маг.

— Впечатляет, — ответил Феликс, хотя за спиной Шабы он видел в лучшем случае десяток метров стеллажей, остальное скрывалось в золотистом тумане.

— Да, тут много всего, — продолжал улыбаться маг, — в основном — океанический янтарь и предметы на его основе.

Он показал ему на ближайшие полки. Часть вещиц из полупрозрачного материала лежали, часть — висели в воздухе в паре сантиметров над полками, припорошенными золотистой светящейся пылью. Атлан достал из кармана своего странного одеяния нетеряшку, нажал на экран.

— Что ж, — улыбнулся он, — пора сделать перерыв. Весь день занимаюсь инвентаризацией, — пояснил маг, указывая за спину Феликса, на дверь.

— Новая должность, — понимающе кивнул Феликс, разворачиваясь к выходу, — принимаете дела?

— И да, и нет, — ответил Атлан, выходя вслед за ним из узкого коридорчика. — По документам все лоты на месте. Но раз сам Министр просит перепроверить...

— Раз сам Министр, то конечно. Но только ли он? Я сейчас пытался попасть в парк, но мне показали приказ за подписью Романа Константиновича, заверенный Министром.

Феликс, не решаясь самостоятельно выйти за резные двери, остановился, дожидаясь Шабу.

Атлан не спешил выйти в главный коридор. Развернулся, тронул стену тупичка рядом с проходом и она пришла в движение. Только сейчас Феликс заметил, что вся эта стена покрыта вертикальными полосами — каждые полметра. Они задвигались, перетекая одна в другую, поехали в сторону, закрывая проход со стеллажом, из которого они только что вышли. Все эти вертикальные полосы оказались стыками соседних стеллажей. Полки стояли к резным дверям торцами. Чтобы попасть к какой-либо из них, нужно было сдвинуть их в сторону.

— Все стеллажи сквозные, — рассказал Атлан, видя интерес на лице Феликса, — только в центре есть пара с защитными стенками. Они прислонены друг к другу во время работы, но когда здесь никого нет, то открытым остается только защищенный проход.

Стеллажи съехали в стороны, открывая этот самый коридор с гладкими стенками без единой выемки. Пустой металлический коридор с клубящейся в глубине золотистой пылью.

— Сдвинуть их можно только с помощью ключа, — Атлан бросил в карман своего кожаного халата прозрачный стерженек размером с палец. — Хранилище максимального уровня безопасности. Даже если открыть дверь, — он усмехнулся и Феликс понял, что это маловероятно, — без ключа к полкам не попасть — а бродить по коридору можно сколько угодно. Не знаю, что именно я тут ищу. Уверен, что все на месте. А что до Романа, то его подпись стоит на всех важных приказах. Он во главе всего департамента снабжения, Артефактория в его ведении.

В коридоре никого не оказалось — Лилит не стала дожидаться стажера и Атлан повел его по пустым переходам, лестницам и галереям, попутно рассказывая о хранилище, оказавшемся неприступным бастионом в самом центре крошечного приморского городка.

Площадь хранилища оказалась огромной.

— Видел дачные домики?

— Немецкие?

— Да. В других городах старая застройка сильно пострадала, но Кранц не бомбили во вторую мировую, чтобы не повредить склады Артефактории. Наши подземелья проходят под всем городом.

Маг провел его в офисную часть — на верхнем этаже отеля-гостиницы-кафе. В приемной главы Артефактории никого не оказалось. Маг повесил свой странный кожаный халат в небольшой старинный шкафчик, стоящий в самом неприметном углу за секретарским столом.

— Ушла на обед, — пояснил Шаба отсутствие помощницы, — но можем заказать ей кофе, захватит на обратном пути.

Так и поступили. А пока Атлан пригласил Феликса в свой кабинет. В глаза бросился беспорядок — тут и там лежали бумаги. На подоконнике, на книжных полках и просто на полу. Маг освободил пару стульев, переложив рыхлые стопки листов на заваленный документами стол.

— Прошу, — указал он на стул Феликсу, — начнем?

— Что?

— Вопросы, — подсказал маг, — для некролога.

«Точно!» — вспомнил Феликс, сунул в карман руку за нетеряшкой, набитой набросками и заметками, которые он подготовил для этой встречи, и... ничего не нашел!

Вместо волшебного смартфона, брошенного на заднем сиденье фордика, нащупался теплый кошачий бочок — Катерина отчаянно вжималась в него и, казалось, перестала дышать.

Не сразу, но нетеряшка все же добралась до хозяина, вынырнула из самого карманного недра и ткнулась в руку уже забеспокоившегося заминкой стажера.

Атлан терпеливо ждал, пока Феликс тыкал в экран и то ли не заметил подозрительного валика под курткой, то ли сделал вид, что ничего особенного в этом нет. Катерина же вела себя прилежно и ничем не выдавала своего присутствия: не шипела, не фыркала, не выпускала когти.

Если бы она не прижималась крошечным тельцем к его груди, можно было подумать, что её и вовсе здесь нет.

Феликс успокаивающе провел рукой по куртке, включил диктофон и попросил Атлана рассказать о покойном.

Последний был, судя по всему, бесконечно прекрасным человеком: честный, справедливый, безупречный руководитель, стоявший во главе Артефактории долгие четыреста с лишним лет.

— Сколько?!

— Да! И вел дела он совершенно безупречно, — поделился Атлан, — под его управлением коллекция артефактов выросла вдесятеро, не говоря уже об увеличении добычи океанического янтаря.

Шаба старший, в ведении которого было не только хранение сокровищ, но и команды ныряльщиков, методично забивал стеллажи этим ценным магическим материалом. При его участии были найдены несколько крупнейших подводных залежей. Найдены, знатно раскурочены и подняты на поверхность.

И, конечно же, он держал в идеальном виде все записи и местный архив. Атлан снова подчеркнул, что инвентаризация, проводимая им, бессмысленна — он был искренне уверен, что все камушки до единого — на своих местах.

— Величайшего могущества маг!

— Как же так вышло, что он... — уточнил Феликс, спешно фиксируя услышанное.

— Несчастный случай, — пожал плечами Атлан, — даже самые могущественные из нас не застрахованы от случайности.

— Да уж. Значит, он упал в парке, поскользнулся?

— Да. Я сам видел тело, — поделился Атлан.

— Кстати, а могу я на него взглянуть? — спросил Феликс, особо не надеясь на успех. — Мне нужно бы сделать несколько фотографий для отчета.

Атлан улыбнулся, живо вскочил. Траур трауром, а отчет — дело святое.

— Конечно, — он двинулся к двери, — хотя я думал, вы уже видели.

— Когда бы я успел? — усмехнулся стажер, поднимаясь со стула осторожно, чтобы не выронить затаившуюся под курткой госпожу агентшу.

— Но ведь, — удивился новый начальник Артефактории, — его тут же переправили в столичную лабораторию, сейчас лежит на леднике.

— Я так быстро отправился сюда, что не успел. — признался Феликс. — Выходит, мы... можем на него взглянуть прямо сейчас?

— Да, у нас есть дверь прямо в лабораторию.

Феликс сел обратно на стул. Взглянуть на покойного было бы здорово, но идти через пространственную дверь с древним артефактом в кармане и замаскированной Катериной под курткой? В лучшем случае, она превратится обратно в ведьму. В худшем... вспомнились предупреждения Луизы о взрывоопасности вампирского жезла. Не хотелось бы демаскироваться и самоуничтожиться, прихватив с собой на тот свет Атлана и работников Министерства по обе стороны портала.

— Атлан, я тут подумал, мне будет достаточно отчета о вскрытии. А фото сделаю на похоронах.

Кошка легонько вздохнула под курткой.

Атлан с легкостью и даже некоторым облегчением отказался от идеи отправляться на ледник.

— Так даже лучше, — обрадовался он, — не нужно будет заполнять документы на посещение. Московская бюрократия иногда бывает чрезмерна. Надеюсь, я вас не обидел?

— Нет, что вы, — заверил его Феликс, — в этом я с вами полностью согласен. Сам устаю заполнять эти бесконечные отчеты по любому поводу.

Жертвы бюрократии еще немного посочувствовали друг другу, хотя количество бумаг в кабинете главного Шабы прямо указывало, что в Кранце с этой самой бюрократией и производством отчетов дело поставлено на рельсы не хуже столичных.

— Алекс! По поводу фотографии, — вспомнил Атлан, возвращаясь к беседе. — Я же не выдал вам приглашение, — маг взял на столе карточку и подписал её, — держи.

Карточка, подписанная на имя Феликса, оказалась копией приглашения на похороны Шабы, виденной ими с Катериной во время практикума по воровству из гостиничных номеров.

— Так понимаю, новой даты еще нет? — уточнил стажер, уже уведомленный Оркеной о переносе мероприятия.

В уголке было написано — 3 января — сегодня.

Атлан вздохнул, потер переносицу.

— Не успел заказать новые, — извинился маг. — Все готово и гости собрались, но в последний момент пропал ключ от фамильного склепа. Надеюсь, отыщу в ближайшее время, — маг указал на бардак в кабинете, — всё уже перебрал. Как только найдется, сразу сообщу новую дату.

— А запасной?

— Что?

— Ключ. Может, есть запасной? Или попробуете сломать дверь в склеп? — предложил стажер.

Кошка под курткой, впервые за все время посещения Артефактории, выпустила свои маленькие, но очень острые коготки. Феликс улыбнулся, скрывая желание поморщиться, и осторожно прижал куртку рукой.

Атлан с интересом посмотрел на его действия и... рассмеялся.

— Склеп — это не пара комнат. Там сеть подземных туннелей, — объяснил он, — защищенных не хуже нашего хранилища и от магии, и от людского оружия. Когда-то над склепом стоял фамильный замок, но после войны его взорвали. Замка больше нет, а подвалы — целы, — усмехнулся он, — подземелья строили в старые времена и по старым технологиям и ключ... он — часть подземелья, часть энергетической системы подвала. Его нельзя скопировать или сделать... еще один. Это технически невозможно. Он был в единственном экземпляре и без него мы в подвалы не попадем, система защиты плотно замкнулась. Единственный способ туда попасть — найти его.

— Идеальная защита, — пробормотал Феликс, — единственный ключ и тот пропал.

Когда в замке кипела жизнь, все члены большой семьи спускались в сокровищницу: приносили и уносили артефакты, совершали ритуалы, хоронили родственников по древнему семейному обряду.

В двадцатом веке, после войны, когда территория Пруссии отошла стране-победителю и новые власти взорвали замок, свободный доступ к подземелью закрыли. Не новые правители — сами Шабы. Из соображений удобства и безопасности: проходы оказались завалены камнями — не пройти, случались обвалы — несколько смельчаков, в том числе тот самый Джаспер, дядюшка Атлана, серьезно пострадали, пробираясь к замурованным подземным комнатам.

Семейные богатства позже разобрали и забрали в свои новые гнёздышки многочисленные отпрыски семейства Шаб. Особо ценные и редкие «лоты» переехали в подвалы Артефактории в Кранце — на хранение.

Доступ в замковые подвалы остался только у главы клана Шаб. Подземелья использовались теперь по единственному из множества своих назначений — как последнее пристанище членов семьи. Главный Шаба открывал его только для торжественных похорон. В остальное время оно было надежно заперто на тот самый, единственный в своем роде, ключ.

Жили Шаба долго и возможностей побывать в семейном подземелье была редкостью.

— Весь клан приехал проститься с Джаспером, — объяснил Атлан, — здесь — наши корни. Замка больше нет и склеп — наша единственная возможность прикоснуться к истории семьи, рассказать детям о великом прошлом. О временах, когда мы привили землями на берегах Преголи.

Феликс вспомнил девочек, встреченных на заправке. Так вот, значит, какой экскурсии они ждали на самом деле. Юные колдуньи приехали не для туристических поездок на забитом туристами автобусе. Их цель — подвалы фамильного замка!

Феликс еще немного порасспрашивал Атлана о почившем дядюшке, с совершенно равнодушным видом и внутренним ликованием сфотографировал заключение о смерти, которое новый Шаба еще вчера получил из столицы, и, конечно же, еще раз поблагодарил колдуна за приглашение в фамильный склеп. Ценность этой бумажечки, воспринимаемой Феликсом в начале разговора не важнее флаера, принудительно всунутого в руки у метро, стремительно выросла и ощущалась уже чем-то средним между вип-билетом на концерт любимой музыкальной группы и дарственной на квартиру.

Они уже попрощались, когда стажер, будто невзначай, попросил начальника Артефактории об еще одной мелочи.

— Чуть не забыл! Я хотел бы попасть в парк, — сказал он, выдавая заранее придуманное объяснение своего желания, — там прошли последние минуты жизни уважаемого Джаспера. Было бы здорово пройтись тем же маршрутом, погрузиться в атмосферу... Для вдохновения.

Атлан кивнул и, совершенно не шутя, попросил быть осторожнее на скользких камнях.

— Иначе кто составит ваш некролог?

— Зинаида Николаевна? — предположил Феликс, прикидывая, что раз в их отделе всего двое сотрудников, то эта почетная задача должна лечь на изящные плечи начальницы.

— Не хотелось бы, — ответил Атлан, подписывая пропуск в парк на имя Феликса и искоса поглядывая на стажера. — Что-то подсказывает, твой некролог может принести мне еще больше бед, чем некролог дяди Джаспера.

Феликс пожал плечами. Кто знает этих ведьм? Впрочем, если она и правда относится к нему, как погибшему сыну, то опасения Атлана не беспочвенны. Прилетит и сровняет с землей все, что не разбомбили войска союзников в прошлом веке.

— Держи, — маг протянул Феликсу лист, — можешь ходить везде, где нужно. Если понадобится помощь — обращайся к моим сотрудникам, с этим пропуском тебе обязательно помогут. Если не помогут — у тебя есть моя визитка, — усмехнулся он, — звони.

— Обязательно, — пообещал Феликс, забирая документ.

Одно неловкое движение и Катенька, медленно съезжающая под курткой, поехала стремительнее. Дабы не вывалиться наружу, она выпустила коготки. Феликс, не ожидавший диверсии, дернулся и задел пухлую стопку бумаг на столе Атлана. Листочки полетели на пол, обнаружив под собой цветную фотографию в простой деревянной рамке.

Стажер хотел извиниться, но слова прилипли к горлу. Это фотография была со свадьбы — Атлан и девушка в белом платье с высокой прической, укрытой длинной, до земли, летящей фатой.

— Красивая у вас, — наконец пробормотал он, — пара.

— Да, — тепло отозвался Атлан и поставил фото на стол перед собой, — в этом хаосе что угодно может сгинуть. Даже свадебное фото. Жаль она... Всё еще не могу дозвониться. Так что, даже немного рад, что ключ потерялся. Вдруг успеет закончить дела и приедет. Вся семья собралась, — маг не скрывал сожаления по поводу отсутствия жены на таком важном мероприятии.

Кошка вздрогнула и снова начала сползать вниз, рискуя быть увиденной. Феликс прикрыл подозрительно шевелящуюся куртку полученным листком и сделал вид, будто с интересом изучает изящную подпись Атлана и те пару строк, что он черкнул в документе.

— А... Давно вы женаты? — спросил он, надеясь, что в самый неловкий момент наружу не высунется чей-то пушистый хвост.

— Двенадцать лет, — ответила маг.

— Ничего себе, — кошка под курткой начала выпускать и втягивать коготки, явно на что-то намекая: то ли на неуместность выбранной темы, то ли на необходимость покупки новой футболки — эта начинала превращаться в лохмотья. — Вы не подумайте, просто я пока не женат и мне интересно. Так что... можно вопрос?

— Конечно, — усмехнулся Атлан.

— Как вы с ней уживаетесь, а? — спросил он у мага. — Как находите общий язык? Вы вообще ругаетесь?

Атлан заговорщически улыбнулся.

— Не без того.

— И как тогда вы прожили вместе двенадцать лет? В чем секрет?

Атлан встал, прошелся по кабинету, остановился у окна.

— Хороший вопрос. — задумчиво ответил он. — Знаете, Алекс, мы просто друг друга до безумия любим.

Феликс все же поморщился — по ощущениям, у него в груди только что проковыряли изрядную дыру.

Он кивнул, принимая ответ мужчины, умудренного опытом нелегкой семейной жизни, попрощался и спешно покинул кабинет Атлана Шабы.

— Ты куда, — прошипела под курткой Катерина, — выход в другой стороне.

— Все-то она видит, — прошептал Феликс, — потерпите немного, у меня есть идея.

— Мне уже не нравится, — печально донеслось из куртки.

Феликс свернул в ближайший коридор, попетлял среди золотистых закатных лучей магического света, пока не наткнулся на искомое. Точнее — на искомую.

— Лилит! — крикнул он, девушка обернулась. — Можешь помочь?

Она взглянула на протянутый стажером пропуск с подписью Атлана и кивнула. Выслушала Феликса, провела на пару этажей вниз. В большом зале, заставленном мониторами, нашла и включила запись с камеры видеонаблюдения, замеченной Феликсом на входе.

— Есть еще записи из коридоров, — указала она на экран рабочего компьютера, — будем смотреть?

В папке у нее на компьютере лежали десятки и десятки файлов, просмотр которых угрожал растянуться на пару дней. Феликс к такому длительному свиданию готов не был.

— А из хранилища есть записи?

— Нет, как раз внутри нет камер. Но одна висит прямо дверьми в коридоре, — девушка открыла одну из записей.

— Прямо как в человеческом банке, — улыбнулся Феликс, — люди в хранилищах тоже не ставят камеры, чтобы сохранить в секрете содержимое банковских ячеек. Камеры всегда только снаружи, в банковских коридорах.

— А мы и есть — банк, — усмехнулась Лилит, — магический. Хм, тут много, смотреть будем до утра. А у меня, извини, смена. Могу скинуть файлы, если хочешь. Атлан разрешил.

— Да? — Феликс ничего такого в документе не заметил.

— Да, — она указала на листок и процитировала, — «полный допуск, посильная помощь». Тебе куда прислать?

Феликс спешно достал нетеряшку и продиктовал почту. Магической смартфон пикнул, сообщая о приеме файлов. Катерина, во время их разговора притихшая под курткой, нетерпеливо заерзала.

«Мне тоже не терпится посмотреть», — подумал Феликс, попрощался с Лилит и покинул Артефакторию.