Глава 24

Снова равнина. Такая же бесплодная, как прежняя. Под ногами пыль и камни. Солнце клонится к закату, окрашивая всё вокруг кроваво-алыми лучами. Вполне возможно, что сражаться придётся в сумерках и затем в темноте.

Командиры обступили Кетро, оттеснив меня. Они тихо переговаривались.

- Баэлрин, Идо, Нагата, Барт, приступайте! — скомандовал Рэм. — Только будьте настороже. Всем быть готовыми формировать энергощиты!

Остальные командиры снова принялись делить однокурсников на группы для ближнего и дальнего боя. Целители и проклятийники заряжали АПП разрывными пулями с гасящим составом. Остальные готовили ракетницы, гранаты и снаряды, наполненные замораживающими и гасящими составами.

Технари повытаскивали из своих рюкзаков какие-то штуковины, что-то сосредоточенно собирали и настраивали. Присмотревшись, я узнала ВРУМ — разработку Бэла. Видимо, ради экзамена они с Сэбом поделились наработками с остальными. Заметив мой взгляд, Бэл сказал.

— ВРУМ набит до отказа сжатым распыляющимся зельем, флаеры будут подниматься в воздух, распыляя состав, а потом возвращаться для подзарядки к станции. Настраиваем так, чтобы пары сменяли друг друга и распыление происходило постоянно.

— Ты молодец, — улыбнулась я.

— Ты тоже, — хмыкнул Бэл. — Не знаю, как тебе это удаётся, но я заметил, что ты вылечила Кетро.

Я не успела даже испугаться проницательности друга, не то, что ответить. Началась атака.

Целая армия искорок появилась из ниоткуда и обрушилась на наши головы. Несмотря на предостережение приготовить энергощиты, кто-то всё же не успел. Фигура вспыхнула мгновенно и осыпалась горсткой пепла. Искорки атаковали целым роем, яростно бросаясь на энергощиты.

Я поискала взглядом друзей. Влада, Бэл, Сэберо, Кетро — их щиты держались хорошо. Даже яркое мерцание щита вокруг Малика почему-то вызвало у меня облегчение. В голове мелькнула отвратительная мысль «Хоть бы они все выжили!». На мгновение мне действительно стало всё равно, что произойдёт с другими, но эти пятеро должны жить. Подавила вспышку эгоизма. В бой никто не вступал. Держали щиты, берегли силы, а флаеры ВРУМов тем временем поднимались в воздух, распыляя составы и уничтожая смертоносные искры.

Как я поняла, управлять ими не требовалось. Не зря Баэлрин так долго работал над своим изобретением. Чудо техники самостоятельно справлялось с тем, чтобы найти угрозу и уничтожить её.

Вскоре искорки закончились, наступила оглушительная тишина.

— Никому не расслабляться! — кричали командиры.

Земля треснула сразу в двух местах недалеко от команды, и появились они.

Огромная саламандра выползла из разлома, в один прыжок оказалась рядом и изрыгнула смертельную струю пламени. Щиты устояли. Никто не пострадал. Огненная ящерица появилась в сопровождении новой армии искорок, которых сразу встретили флаеры ВРУМов. Саламандру распылителем не победить, она лишь фыркала, когда на неё попадал гасящий состав.

Часть команды обнажила мечи и ринулась сражаться с ящерицей. Четверо вооружились гранотомётами, запуская в саламандру снаряды всё с теми же зельями.

Все остальные, включая меня и Кетро, настороженно смотрели в сторону второго разлома в земле, из которого не торопился выбираться монстр. Виднелись только языки пламени и чёрный дым.

Проклятийники создали ледяной купол над разломом, задев который порождение огненной стихии застынет на несколько мгновений. Должно хватить чтобы уничтожить любого, кто появится из трещины.

Раздался леденящий душу утробный рык, и над землёй взметнулось целое облако огня, которое ударилось в ледяной купол.

— Ифрит! — выдохнул кто-то.

Я присмотрелась и действительно смогла рассмотреть сквозь пламя очертания самого страшного стихийного демона.

— Щиты на максимум, — скомандовал Кетро и рванул за границу защитного купола. За ним последовали ещё несколько человек. Этерн добрался до цели первым, размахнулся мечом, отсекая руку ифрита вместе с браслетами, которые, согласно справочникам, помогают концентрировать силу огня и направлять точно в цель. Вторую руку отсёк Малик, но тут монстр взревел и, закрутившись в огненный вихрь, разбросал этернов в стороны. Кетро отлетел на сотню шагов, перекатился и поднялся на ноги, а вот Алриат… Его щит не выдержал и загорелся. Пока только щит.

— Элена! Элерин! — закричала я имена этерниек, которые могли помочь. Мне не успеть. Я не добегу до места назначения вовремя. Щит не выдержит огня ифрита и распадётся раньше.

К этерну метнулась лишь одна фигурка. Элена Финни, проклятийник. Элерин, как оказалось, металась между ранеными в бою с саламандрой. Эмиль Ганнар старался оказывать помощь так быстро, как только мог. Технари лишь успевали перезаряжать флаеры-распылители, потому что из разломов в земле поднимались всё новые и новые смертоносные искры.

Я должна… должна тоже бежать и оказывать помощь там, где сконцентрировалась большая часть однокурсников, но не могла заставить себя уйти. Потому что Илрэмиэлю Кетро, в случае ранения, никто кроме меня не поможет.

Элена, оказавшись рядом с Маликом, тут же погасила пылающий щит этерна и подхватив его под руку, потащила в мою сторону.

Я перевела взгляд и оцепенела. Мне показалось, что сердце перестало биться, воздух — поступать в лёгкие. Этерн — МОЙ этерн — мчится к огненному великану, набирая скорость. Совершает немыслимый прыжок вверх, нападая на ифрита, и его кулак проходит сквозь грудную клетку демона. Всё тело Илрэмиэля мгновенно охватил огонь, оно запылало словно факел, а я закричала страшно и пронзительно. И кажется побежала по направлению к ифриту, хотя это чистой воды самоубийство, и если Рэм сейчас заживо сгорит в пламени огненного монстра, то я ничем не смогу ему помочь, но я все равно бежала.

Этерн ухватился второй рукой за могучую шею демона и вырвал его сердце. Ифрит тут же рассыпался на тысячи искр, а Илрэмиэль приземлился и разжал ладонь, роняя на землю пылающее сердце демона.

Я налетела на этерна, словно вихрь, схватила за руку, закатала рукав комбинезона, чтобы увидеть чистую кожу без ожогов, дёрнула молнию на груди, лихорадочно пытаясь найти ожоги и не соображая ничего от беспокойства.

— Кали, — он перехватил мои запястья. — Всё в порядке. У меня нет ожогов. Я жив и здоров.

Потрясённо посмотрела в зелёные глаза, пытаясь осознать его слова и всё, что только что произошло. Он жив. Жив и здоров, но это невозможно. Я видела, как его всего охватило пламя ифрита! Никто не способен выжить в такой ситуации, никакая устойчивость к магии не поможет! Ифрит управляет огнём с помощью магии, но пламя-то самое настоящее! Разум отказывался воспринимать реальность. Я прижалась к Рэму всем телом, сгребла в кулак чёрные волосы на его затылке, уткнулась в шею, пропахшую дымом, и разрыдалась.

— Ты такой идиот, — всхлипнула я. — Зачем так рисковать собой?

— Никто другой не справился бы, — прошептал он, прижимая к себе одной рукой и поглаживая по волосам. — Всё хорошо, успокойся, любимая.

Слёзы высохли почти мгновенно. Разум забил тревогу. Я дёрнулась, пытаясь вырваться из объятий, но мне не позволили. Лишь теснее прижали к себе.

— Нет, я не позволю тебе сделать вид, что ничего не произошло. К тому же, здесь предостаточно свидетелей.

Я в панике обвела глазами поле боя. Он, должно быть, шутит. Битва закончилась, ифрит исчез, ребята во главе с Владой добивали саламандру. До нас явно никому не было дела. Технари разбирали ВРУМов, целители оказывали помощь, легкораненые поднимали тех, кому досталось больше.

Спасение пришло в лице Рафии Сахим, чей деликатный кашель раздался за моей спиной.

— Кхм… Ребят, экзамен окончен. Портал открыт. Пора возвращаться.

— Мы идём, Рафия, — ответил Рэм и крепко взял меня за руку. Мне ничего не оставалось, как послушно последовать за этерном к порталу.

В целительском блоке, куда нас перенёс портал, царил самый настоящий хаос. Занин и ещё пара целителей, которых вызвали из столицы дополнительно в день экзамена — просто не справлялись. Повсюду сидели, лежали, стонали и подвывали мои однокурсники. После битвы с демонами огня ребята представляли собой жуткое зрелище. Я заставляла себя отворачиваться, не особенно глазеть по сторонам, но взгляд то и дело натыкался на рваные раны и ожоги разной степени тяжести.

— Я поищу Малика, — сказал этерн, чмокнув меня в висок. — Что-то его не видно.

Согласно кивнула. Я в общем-то не собиралась его задерживать. Преодолев желание побыстрее сбежать из целительского блока, я подошла к госпоже Таэлар.

— Занин, могу я хоть чем-нибудь помочь?

— Что? — целительница сосредоточенно накладывала повязку на голову Бриса Даньи. Пришлось повторить вопрос.

— Ты сама-то не ранена? — рассеянно спросила целительница.

— Я в полном порядке, — заверила я.

— Тогда принимайся за дело, Калерия! Рук не хватает. Возьми сестринский набор и займись лёгкими ожогами. Распыляй обезболивающее на всех и ранозаживляющие, не бойся ошибиться, хуже не будет.

Занин быстро осмотрела меня цепким взглядом и, убедившись, что я действительно в порядке, кивнула в сторону склада сестринских наборов. Схватив один из прозрачных чемоданчиков, я осмотрелась и взялась за работу. Очередь тех, кто получил лёгкие ранения оказалась небольшой, и я очень быстро добралась до её конца, к своему огромному сожалению, поскольку там обнаружился Малик Алриат.

— Мне не нужна твоя помощь, — поморщился этерн.

— Либо моя, либо ничья, — объявила я, готовя обезболивающее.

— Тогда ничья, — заявил он, демонстративно поднимаясь.

— Малик, прекрати, — неожиданно объявившийся рядом Кетро силой усадил Алриата на место и кивнул мне. — Распыляй. У него много ожогов по всему телу, но этот идиот успел переодеться, и никто не увидел, что ему нужна помощь как можно скорее.

— Потому что от моего комбинезона не осталось ничего, — хмыкнул этерн, который действительно успел нацепить рубашку и брюки.

Кетро рванул ворот рубашки, от которой отлетели все пуговицы, Малик выругался, я ойкнула. Весь торс Алриата представлял собой сплошной ожог. Поверхностный, но приятного мало. Я взяла сильное обезболивающее, распылила над этерном.

— Почему ты ещё в сознании? Сними рубашку, — попросила я Алриата.

— И брюки, — добавил Кетро.

— И брюки? — изумлённо переспросила я. Кетро кивнул. Алриат нехотя разделся, оставшись в одних боксерах. Я ойкнула и начала методично посыпать заживляющим порошком тело этерна дюйм за дюймом, но не успела пройтись по правой руке, как Кетро рывком вырвал у меня склянку с порошком, просыпав немного драгоценного зелья.

— Я сам, — хрипло сказал он и начал лечить своего друга.

— Рэм, может всё-таки я? Нужно покрывать более плотным слоем, — забеспокоилась я, глядя, как неаккуратно распыляет этерн зелье.

— Я сказал, я сам! — рыкнул Кетро и начал посыпать вторым слоем левую руку Алриата.

— Ревнует, — хмыкнул Алриат и неожиданно подмигнул мне. — Привыкай, крошка, Кетро — ужасный собственник.

Я перевела взгляд на сосредоточенное лицо Рэма, который с некоторой брезгливостью посыпал уже ноги Малика.

— Не собираюсь я ни к чему привыкать! — хмуро ответила я, слегка кашлянув для начала, чтобы голос казался не таким хриплым.

— Потом поговорим, — ответил Рэм, возвращая склянку и на мгновение сжав мою руку с зельем в своей. — Не здесь. Пошли, Алриат. Хватит с тебя лечения.

Малик подобрал вещи, снова подмигнул мне, и они ушли.

— Калерия! Ты в порядке? — ко мне уже подходила Влада, вся покрытая ожогами и заживляющим порошком, да ещё и с перевязанной рукой.

- Я-то в порядке! Что с рукой?

— Ерунда, — отмахнулась подруга. — Вывихнула, когда протыкала панцирь саламандры.

— Ого! Расскажешь? Когда из-под земли вылез ифрит, я совсем перестала следить за ходом битвы

— Расскажу, ты закончила?

— Вроде бы.

Госпожа Таэлар отпустила меня, и мы с Владой отправились на ужин в столовую. После таких нагрузок и потрясений голод был просто зверским. О погибших почему-то не думалось, надо бы… но кажется, организм включил защитный рефлекс. Ничего, потом накроет. Успеем погоревать, а пока надо поесть, а то еле идём.

В столовой уже собрались все, кто получил лишь лёгкие ранения. Стоял ожесточённый стук столовых приборов. Зато новый набор академистов, которые заканчивали только первое полугодие, присутствовал в полном составе. Раньше я как-то не обращала на них внимания, но теперь новички так бессовестно разглядывали моих однокурсников, что не заметить их было невозможно. В глазах читалась смесь любопытства, страха и восхищения

Мы уселись за столик оборотней — Расмуса Шано и Роара Бьерна, которые встретили Владу бурными овациями и улюлюканьями, едва мы вошли.

— Вот она, настоящая женщина! — мечтательно протянул Расмус, отодвигая стул для Влады. — Красивая, сильная, непобедимая.

Сам же поднялся на собственный стол и громко продекламировал на всю столовую:

— Понятие «слабость» ей ненавистно,

В бою — не сробеет, — спасет:

И морду этерну начистит,

И ящеру хвост оторвёт!

Влада хмыкнула и недовольно ответила:

— Нашли время стихи декламировать, придурки.

— Посттравматический шок у всех проявляется по-разному, — слабо улыбнувшись, сказала я. Похоже, гаруниты просто счастливы, что выжили и пока находятся в полной эйфории.

— Расскажите, что всё-таки случилось. Поподробнее, — попросила я.

— Да я жизнь этому хвостатому спасла, — едва сдерживая улыбку, ответила подруга. — Саламандра хотела уже закусить Расмусом, я эту ящерку за хвост дёрнула, та повернулась ко мне, ну я подскочила поближе и в шею мечом и ткнула. Проткнула, к слову! Хотя вывих заработала.

— Чего желает, моя героиня? — поинтересовался гарунит, чьё мужское достоинство, очевидно, совершенно не смущал факт спасения его от саламандры девушкой.

— Мяса побольше, — капризно протянула Влада, а затем повернулась ко мне. — Ну а теперь ты расскажи. Ты видела, как и кому удалось справиться с ифритом?

— Это был Кетро.

Роар Бьерн поморщился при имени этерна.

— На него не действует магия, видимо, огненная магия ифрита в том числе. Он разбежался, подпрыгнул и вырвал сердце из груди демона.

Шано присвистнул.

— Хотел бы себе такую способность, а раньше думал, что Кетро просто неудачник. У него даже энергощита не было, помнишь Роар.

Гарунит снова поморщился.

Обсудив преимущества Кетро в битвах против стихийных демонов, Влада и Расмус, наконец-то, приступили к поглощению пищи. К слову, ни я, ни Бьерн не принимали участие в этом обсуждении, поэтому я закончила с ужином гораздо раньше. Покидать столовую не хотелось. Я боялась того, что «поговорим потом» наступит уже сегодня несмотря на то, что Кетро на ужине так и не появился. Скорее всего присматривает за Алриатом, возможно, они заказали еду в комнату.

— Ну а теперь, когда парни ушли, — сказала Влада. — Выкладывай остальное.

— Ты о чём? — изумилась я.

— Брось, Кэл. Вы с Кетро обнимались, как будто в последний раз. Ты передумала насчёт чистокровности?

— Не передумала, — с досадой ответила я. — Просто сильно испугалась за него, подумала, что сейчас сгорит заживо в пламени ифрита.

Влада выразительно приподняла светлые брови.

— Ну что?! — не выдержала я. — Говори уже.

— Ничего, — пожала она плечами. — Не понимаю я тебя. Какая к демонам чистокровность, когда уже даже слепому ясно, что у вас любовь?

— Какая ещё любовь! — возмутилась я.

— Такая любовь! — в тон мне ответила подруга. — Сильная, искренняя, взаимная, в конце концов. Мне продолжать подбирать эпитеты?

— Не надо, — пробормотала я, а потом со вздохом добавила. — Прошу, не говори больше ничего об этом. Ты не знаешь всех обстоятельств, а я не могу рассказать. Всё очень сложно.

— Угу, — промычала Влада, допивая чай. — Как скажешь.

— Лучше своими отношениями займись, — проворчала я. — Малик за тобой бегает, что ж ты не уступишь?

— Потому что я не собираюсь быть тридцать пятой по счёту любимой женой! — воскликнула Влада. Кажется, слишком громко. Она испуганно оглянулась по сторонам, но в столовой уже никого не осталось, хотя подруга всё равно понизила голос. — Кэл, все знают, что семья Кетро не приемлет многожёнство. Любовницы и дополнительные жёны у премьер-сенатора были, но скорее с целью зачатия наследников, это всем известно. Когда стало ясно, что ничего не выходит, он всех разогнал. У тебя то с Рэмом не будет таких проблем…

Я вскочила со своего места, чуть не опрокинув поднос с тарелками. Слушать о том, какое количество наследников я смогу родить Илрэмиэлю Кетро, оказалось выше моих сил.

— Прости, Влада. Я… я правда не могу об этом говорить. Я лучше пойду.

— Извини, — пробормотала подруга мне вслед.

Возвращаться в комнату было страшновато, и я шла в общежитие с большой неохотой. К счастью, я не успела пройти и половину пути, как на моём запястье завибрировал браслет. Меня вызывал Адриан.

Сгорая от любопытства, я вошла в кабинет Адриана, где кроме куратора находился Кетро и ещё один командир отряда — дунхит Джеро Н’рок.

— Калерия, у меня тут возникла проблема. Ты хотела вернуться в отряд, верно?

— Да, — ответила я, еле дыша от волнения. Неужели Адриан позволит мне снова участвовать в миссиях?!

— Ты хорошо показала себя на экзаменах, я готов рискнуть. Только вот в чём дело. Капитан Н’рок впечатлился твоими знаниями и готов взять тебя в свой отряд. Тем более, что он лишился целительницы. Но оказывается Кетро тоже совсем не против твоего возвращения. Так что я решил предоставить выбор тебе.

Я посмотрела на непроницаемое лицо темнокожего дунхита. Вообще, эта раса меня пугала своим абсолютно безэмоциональным видом. Сьер-Дунх в своё время сильно пострадал от стихии воздуха, что наложило отпечаток на народ в целом. С другой стороны… пыталась избежать взгляда этерна, но безуспешно. Взгляд Кетро буквально прожигал. Предательское сердце начинало стучать как бешеное в его присутствии, отказываясь подчиняться доводам разума. После экзаменов моя решимость избегать Кетро сильно пошатнулась, а если быть честной до конца, я почти не сомневалась, что проиграла в этом противостоянии. Кажется, моя истерика после нападения ифрита выдала меня больше, чем все наши поцелуи вместе взятые. Отвела взгляд от зелёных глаз и набрала побольше воздуха в лёгкие, чтобы ответить, но меня опередили:

— Адриан, не позволяй ей делать это! — взревел Кетро. — Кто защитит её лучше меня, ты же сам понимаешь? Не будет он с ней возиться. Джеро, она лишь слабая девчонка. Умная? Да. Талантливая — несомненно, но слабая!

— Умная? Талантливая? — насмешливо переспросила я, не сводя взгляда с этерна. — В первый раз от тебя слышу подобные эпитеты в мой адрес. Чаще всего звучали «дура» и «полная идиотка».

— Я просто хотел тебя мотивировать к дальнейшему самосовершенствованию, — огрызнулся этерн.

Низкий, хриплый голос дунхита прозвучал для меня совсем неожиданно:

— Не бывает слабых, Кетро. Бывают лишь те, кого недостаточно хорошо тренировали.

Тут я испугалась за Джеро по-настоящему. Глаза этерна опасно вспыхнули, и он сделал шаг вперёд, приблизившись к дунхиту почти вплотную.

— Ты хочешь сказать, что я плохой наставник?

— Не плохой, но, возможно, недостаточно строгий, — спокойно ответил Джеро, совершенно не впечатлившись вспышкой этернийского гнева. — Кстати, могу заодно стать и наставником Перье по боевой подготовке.

Не знаю, что удерживало Кетро от тройного убийства, но таким напряжённым я его ещё никогда не видела.

— Ты же тренируешь Воронцову, — уточнил Верлен, сверившись с графиком занятий.

— Возьму двоих, — пожал плечами Джеро. — Воронцова сильная, много времени не требует.

Раздался оглушительный треск. Я поискала взглядом источник звука и увидела, как в руках Кетро крошится учебный планшет, осыпаясь острыми осколками на ковёр кураторского кабинета.

— Итак, Калерия? — Адриан провёл в воздухе рукой, указывая на обоих командиров.

Я снова посмотрела в зелёные глаза, полыхающие белыми вспышками. Боги, как же… какой он упёртый, он ведь никогда не отступит! Я частенько задумываюсь, почему именно я? Ну ладно, у меня к нему чувства, это вполне объяснимо, но почему он так упорно пытается держать меня рядом с собой совершенно непонятно. Я должна попытаться, должна использовать любую возможность, чтобы держаться от него подальше, и только поэтому сказала:

— Я хочу остаться с Кетро.

ЧТО?!!! Я… я хотела произнести совсем другие слова, но внезапно язык перестал слушаться и прозвучала эта фраза. К тому же, фраза прозвучала так двусмысленно — у этерна улыбка уже до ушей. Я с отчаянием посмотрела на Джеро. Давай же, Калерия! Быстро исправь положение!

— То есть… я хотела сказать, что… — да что ж такое-то? Мои собственные губы взбунтовались? Я ведь хочу сказать, что готова перейти в отряд Н’рока. Давай, Калерия, просто скажи это! Я открыла рот и…

— Я хочу остаться в отряде Кетро.

Этерн победно хмыкнул, продолжая улыбаться.

— Ты уверена? — спросил Адриан, внимательно глядя на меня. Кажется, выражение моего лица вызывает сомнения, но вряд ли наш куратор умеет читать мысли.

— Нет, — покачала я головой. — Но, видимо, другого варианта у меня просто нет.

— Если передумаешь, моя команда всегда готова принять тебя, — прозвучал низкий голос дунхита. — Простите, мне пора идти.

Джеро вышел, остались мы трое. Я беспомощно переводила взгляд с этерна на куратора и обратно.

— Калерия, я думал, ты хочешь поменять отряд, — сказал Верлен.

— Хочу, — вздохнула я.

— Но тогда почему…

— Я хочу остаться с Кетро, — снова выдал предательский язык. Я зажала рот рукой, на глаза навернулись слёзы. Что вообще происходит? Почему я не контролирую то, что произносит мой рот?

— Я лучше пойду! — выпалила я и выскочила из кабинета, громко хлопнув дверью.

Далеко не ушла, следом выскочил этерн и схватил меня за руку.

— Калерия, подожди!

Меня дёрнуло назад, и сама не знаю, как это получилось, но я с размаху влепила ему пощёчину.

— Ненавижу тебя!

Кажется, у меня начинается самая настоящая истерика.

— Почему? — растерянно переспросил Кетро, потирая щёку.

— Тебе кажется очень весело? Да?

— Сейчас не очень, — ответил этерн довольно холодно. — Может, объяснишь, что происходит?

— Не могу! — по щекам уже вовсю текли злые слёзы. — Лучше ты объясни, чего ты ко мне привязался? Зачем все эти поцелуи, намёки, слова? «Солнышко», «любимая»… Я не хочу иметь с тобой ничего общего! Почему ты так упорно продолжаешь доставать меня?

Он активировал телепорт, обхватил меня за талию, приподнял и внёс в мою собственную комнату.

Мне стало ещё обиднее, я разрыдалась сильнее, поэтому вопрос прозвучал совсем уж отчаянно:

— КАК? Как ты это сделал? На моей комнате ведь стоит защита от перемещений!

Он уже отпустил меня и даже отступил на шаг, странно хмурясь и кусая губы.

— Я взломал её.

— Взломал? Когда?! — потрясённо спросила я.

— Давно, — отмахнулся он. — Сразу. На случай, если с тобой что-то случится.

— Что со мной может случиться в моей комнате плохого, кроме тебя? — зло спросила я.

— Хорошо, я починю, — внезапно ответил он.

— Не надо, — сквозь зубы проговорила я. — Уверена, Бэлу будет интересно, что его защиту можно взломать и он придумает что-нибудь получше.

— Не сомневаюсь, — со вздохом сказал он и тут же добавил. — Только, боюсь, я всё равно смогу сломать.

— С чего ты так уверен в себе?!

— С того! — его ответ показался несколько раздражённым. — Я могу сломать любую технику и… кажется, заклинание. После того, как снял с тебя проклятие, ломается всё, что я хочу сломать.

Он вдруг замолчал, как-то ошарашенно глядя на меня.

— Почему ты так стремишься избегать меня, Калерия?

— Что тебе от меня надо, Илрэмиэль? — устало ответила я. Отвечать он не торопился, перевёл взгляд в окно, а потом снова посмотрел на меня.

— Ты. Мне нужна ты.

— Зачем? — Ноги уже не держали, я просто села на кровать. Силы как-то разом оставили меня.

— Не знаю, — прозвучал неожиданный ответ. Тоже какой-то усталый. Я горько усмехнулась.

— Ты не можешь объяснить, зато я точно знаю, что…

Хотела сказать «ты мне не нужен», но язык отказался произносить это. Снова взбунтовался. К счастью, он догадался сам.

— Я тебе не нужен. Как это может быть? Ты столько раз спасала мою жизнь… ты отвечала на мои поцелуи…

— Спасала, лечила… ну да. Я не желаю тебе зла, даже наоборот. Я действительно переживаю за тебя. Сам знаешь, мы сблизились. Страх, что ты сгоришь в огне ифрита, просто… выбил меня из колеи. Ты меня сто раз спасал, я не могу не спасать тебя, понимаешь? Что насчёт поцелуев… Рэм, ну сам подумай, какая девушка в состоянии оттолкнуть тебя, когда ты её целуешь? Простая физика этому препятствует.

— Но однажды у тебя получилось, — хрипловато сказал он. Он смотрел на меня так, словно я лойма или архаид. Не знаю, что-то опасное и отвратительное.

— И ты никак не можешь сделать выводы, — печально ответила я.

Он долго молчал, хмурился, пытался что-то разглядеть во мне, а потом сказал.

— Прости. Я больше не буду… ни на чём настаивать, и намекать, и… в общем, забудь обо всём. Если ты так сильно не хочешь…

Мне кажется, или ему тоже сложно прямо сказать о том, чего он, собственно, хочет?

— Я больше не стану подходить к тебе ближе, чем того требует работа в отряде.

— Ты дал клятву на крови, — напомнила я. Он криво ухмыльнулся.

— Странная у тебя память. Никак не осознаешь, что магия на меня не действует.

Проклятье!

— Но я даю тебе слово, что эта тема закрыта.

— Спасибо, — с облегчением выдохнула я. Он подошёл к двери, видимо, демонстрируя, что действительно собирается уважать мои границы.

— Я рад, что ты осталась в моём отряде, Калерия. Так безопаснее для тебя. Правда.

— Знаю, — ответила я. Мы встретились глазами ещё раз, и он ушёл.

Моему облегчению не было границ. Правда к нему примешивалось что-то неприятное, что нарастало в груди как снежный ком, принося горечь и разочарование. Я не стану думать о своих чувствах. Запрещаю тебе думать о чувствах, поняла? Всё!

Пора собирать вещи и ехать домой на каникулы. Нужно помочь матери с подготовкой к свадьбе и разработать новое, более устойчивое зелье.