Глава 20

Некоторое время лежим в полной тишине и забытьи. Оба мокрые от пота, я постепенно остываю и начинаю дрожать. Нет сил даже прикрыться. Что-то произнести. Чувствую ужасную неловкость.

— Мне надо… в ванную… — бормочу смущенно.

Мне необходимо отдалиться сейчас от Кирилла. Потому что чувствую, что расстояние между нами растет. Не физическое. Ментальное. Он задумчив, погружен в свои мысли. Он, по крайней мере, теперь точно знает, что я не шлюха.

Только вряд ли это что-то между нами меняет.

Кир не отвечает. Продолжает разглядывать меня. Это сильно раздражает. Мне ужасно не по себе, а он ничуть не помогает сгладить неловкость.

Постель мы не разбирали, все происходило сверху. Так что «прикрыться» мне нечем. Халат остался возле ванной… Вижу свои трусики, комкаю в руке, наклонившись за ними.

Взгляд падает на красное пятно на одеяле…

Это моя кровь.

Чувствую, как лицо стремительно начинает гореть.

Мне ужасно неловко.

Хотя вряд ли для магната это серьезный финансовый ущерб.

— Почему ты не трахалась с моим братом?

Вздрагиваю от грубого вопроса.

— Потому что мы до этого не дошли.

— Ясно. Чтож, я польщен, что ты выбрала меня.

— Я не выбирала! — эти слова звучат громко и яростно. Вскакиваю на ноги и быстро выхожу из комнаты. Сначала выбираю не то направление, слишком нервничаю, чтобы думать рационально. Я ведь знала, что после близости ничего не изменится! Ни на секунду не ждала, что Абрамов признает свою неправоту и начнет с меня пылинки сдувать! Так почему мне настолько больно, что жжет в груди? Меня тошнит, глаза щиплет от слез.

Я ведь не ждала признаний в любви, нежности…

И все равно, чувствую себя обманутой, разбитой.

Подхватываю валяющийся на полу халат, закрываюсь в ванной.

Смотрю на свое отражение в зеркале с ненавистью. Почему я оказалась такой ничтожной, слабой? Отдала себя тому, кто больше ни на что не способен, кроме как растоптать, унизить. Оставить ошметки от гордости и самоуважения. Меня трясет, хочется провалиться сквозь землю. Ударить саму себя, заорать громко, во всю мощь легких. От отчаяния.

Но я вместо этого сцепив зубы поднимаю скомканный вечерний туалет и надеваю на себя. Сейчас платье уже не вызывает отвращения. Мое тело куда более грязное…

Затем иду в коридор, нахожу свою сумочку, телефон. Такси конечно давно уехало, деньги списаны со счета. Вызываю повторно.

Кирилл появляется в коридоре, абсолютно обнаженный и ничуть не смущающийся этого.

Я как раз обуваюсь, берусь за ручку двери.

— Решила сбежать не попрощавшись, как Золушка?

Вряд ли в судьбе упомянутой героини было что-то хотя бы отдаленно похожее на сегодняшний вечер. Но я оставляю эту ироничную мысль при себе.

— Вряд ли сравнение уместно, — произношу, стараясь сделать это как можно спокойнее. Не выдать своих эмоций, сохранить остатки самоуважения. Хотя это конечно смешно, от гордости остались одни жалкие лоскуты. Магнат «сделал» меня абсолютно, полностью.

— Я вызвала такси. Мне пора…

Не знаю, что еще сказать. Чертов замок такой сложный, что у меня не получается открыть его. Чувствую комок в горле, не хватает еще разрыдаться.

Никогда не чувствовала себя настолько жалкой…

Спиной ощущаю его взгляд. Цепкий, пробирающий до мурашек.

Мою руку накрывает большая ладонь, а затем что-то щелкает… дверь открыта. Он и не думал меня останавливать.

Взвинченная до предела на максимальной скорости подлетаю к лифту, несколько раз нажимаю на кнопку вызова. Наконец двери открываются.

Пока еду вниз, чувство пронзительного одиночества все сильнее охватывает меня.

К счастью, такси уже ждет. Залезаю в салон и понимаю что уже не могу сдерживать слезы…

Кирилл

Пара секунд пронзительной тишины. Почему после долгих секунд абсолютной эйфории я вдруг ощущаю себя извращенцем, соблазнившим ребенка?

Охуеть, и правда монашка. Как она с такой внешностью и чувственностью до сих пор девственница? Загадка природы, не иначе. Тамина, впрочем, и во многом другом до сих пор остается для меня загадкой. А самое странное, что не могу выкинуть ее из головы. Думаю о ней чаще, чем о какой-либо другой. Никогда, ни одна баба так надолго не поселялась в моей голове. Странная зацикленность на княжне начинает меня по-настоящему доставать.

Сегодняшний вечер стал точкой кипения, невозврата, как угодно. Новое столкновение опять стало ушатом кипятка на мою голову. Изысканная, утонченная, Тамина Кипиани сегодня примерила на себя новый образ элитной эскортницы.

Думал, что меня удивить уже нечем, но ей удалось. Но поразило меня до глубины души другое. То, какую ярость я испытал, когда увидел ее под ручку с Николаем. Какую-то одержимую, бешеную ревность.

Держать себя в руках становилось все сложнее. Я точно знал одно — с этой вечеринки она уйдет со мной. Еще не понимая каким образом.

Все само собой получилось. Эта девчонка — гремучий коктейль с огромным радиусом поражения. Неудивительно, что крыша потекла у очередного доходяги — хотя к Пашке сложно применить такой эпитет.

Пожалуй, массы тела и мускулатуры у него больше, чем у меня, Кипиани в его руках была похожа на тростинку. Конечно, она ничего не могла поделать с ним.

Так может, получила то что заслужила?

Я равнодушно наблюдал, как пытается вырваться. Огромные глаза княжны смотрели на меня умоляюще, только разжигая клокочущую внутри ярость.

Не хочешь, чтобы каждый встречный дурел от твоих прелестей, так может не стоит их так старательно заворачивать в максимально вкусную для хищника обертку?

В конце концов, проигрываю в борьбе с самим собой. Чувствую себя полным идиотом, но спускаюсь на танцпол, чтобы проявить свои лучшие рыцарские качества…

Бедняге, с которым пришла княжна уже крепко прилетело. Зато девчонке удается вырваться и удрать, но заведенный до предела Пашка, между прочим, сын президента крупнейшего банка, очень избалованный женским вниманием, как, впрочем, и всем остальным, несется следом. Преследует добычу.

В тот момент глухое раздражение — вот что доминирует в моем настроении. Только все быстро меняется, когда вижу ее, дрожащую и испуганную.

Почему она девственница? Как вообще это может быть?

Отдыхала с моим братом, совсем не была похожа на монашку. Реагировала на мои ласки, поцелуи с запредельной чувственностью.

Ощущаю себя полным идиотом.

Пялюсь как баран на пятна крови и не могу поверить, что эту сладкую девочку никто не трогал кроме меня.

Никогда не относился к девственности как к чему-то особенному.

Но не в этот раз.

Наверное, поэтому все испортил совершенно уродским вопросом.

Почему ты не дала Андрею?

Блядь, да я счастлив, что не дала. Ни с чем не спутать это ощущение, буквально одержимого триумфа.

При этом, ведь все это время изо всех сил пытаюсь наладить отношения с Андреем.

И вот пустил все псу под хвост и черта с два жалею. Ни хера!

Только о том, что отпустил. Что не смогли повторить еще раз, а потом еще…

Сам все испортил. Девочка закрылась, обида заслонила все остальное.

Блядь, даже отвезти домой не предложил.

Или такси вызвать.

У тебя скоро свадьба, Абрамов. Ты вообще чем думаешь? — просыпается наконец глас разума.

Утром Лиза должна заехать за мной. Подготовка к церемонии идет полным ходом, что-то на завтра намечено, где необходимо мое присутствие.

Нет, как я уже не раз подчеркивал, даже в откровенных разговорах с Лизой, хранить верность я не планирую. И угрызений совести от измены нет. Я привык брать все что хочу. У меня будет столько любовниц, сколько пожелаю, Вешнякова в курсе. Никогда не скрывал свои приоритеты. Слияние бизнесов. Выгодный союз, чтобы победить там, где никакими другими путями не выходило. Я крайне азартен и готов пойти на многое.

Впрочем, уверен, что именно с такой как Лиза возможен крепкий долгий союз. Наши отношения проверены временем. Главное, что она меня принимает со всеми заморочками, не требует букетов и признаний. Она ненавязчива, у нее много своих интересов.

Тогда почему, чем дольше размышляю обо всем этом, тем более тошно мне становится?