Глава 17

Для этого разговора подошла бы стопка водки, и требовалась она вовсе не мне.

В дымоходе свистел ветер, стонал, хлопал ставнями, навевая мысли о привидениях – подходящие декорации.

С ногами устроилась в жестком деревянном кресле, укутавшись в плед. Его прихватили у Конрада, вот пригодился. Избавившись от нижней юбки и корсета, переоделась в выданную Риоре мужскую одежду. Прежде ее носил некий подросток, теперь предстояло мне.

Ночью мы выдвигались в замок маркиза, не по земле, по воздуху, но прежде Риоре желал, чтобы между участниками рискованной операции не осталось тайн. Именно поэтому жених сидел рядом со мной, а Конрад стоял, делая вид, будто греет руки у камина. На самом деле – оттягивал неприятный момент. Сначала старый лорд пытался обратить все в шутку, но сын быстро пресек его попытки.

– Итак, – бывший советник тоже поднялся, остановился против отца, – у нас с Яниной накопились вопросы, мы хотим услышать ответы. Согласись, самое время. Все равно пока драконов на крыло не поставишь, заняться нечем. Так поворошим прошлое? Брайн уже покаялся, теперь твоя очередь.

Он положил руку на каминную полку в непосредственной близости от лица старого лорда. Не случайность, а метод воздействия.

– Я твой отец, – напомнил Конрад и обернулся, – оставь свои штучки.

– Помню, – равнодушно ответил Риоре, – но речь о делах государственной важности. Считай, я допрашиваю тебя от имени будущей королевы, – короткий кивок на меня.

– И будущей супруги, – не упустил возможности съязвить Конрад.

Лорд не собирался спорить.

– Возможно. Заметь, – он произнес это с особой, многообещающей интонацией, – тогда тебе придется хуже. Сейчас речь только о делах государства и чести рода Вариэль, в случае женитьбы ты затронешь интересы моей семьи.

«Моей» прозвучало весомо, ясно показывая, какие у лорда приоритеты.

Конрад вздохнул и с мольбой обратился ко мне:

– Хоть вы его угомоните!

– Не хочу. Представьте, тоже интересно, давно хотела задать пару вопросов. Рассказ от лица Брайна выдался занятным, сравним с вашим.

– Задавайте вопросы, – сдался старший лорд Вариэль и пристроился в освободившемся кресле спиной к огню.

– Ну уж нет! – воспротивился Риоре. – Знаю твои трюки, начнешь лгать. Яна, он лицо в тени прячет.

– В кого только уродился? – посетовал небесам Конрад. – Сын называется!

– В мать, сам говорил. – Жених начинал терять терпение и прикрикнул: – Обойдись хоть раз без своих штучек, времени нет!

Старый лорд обреченно вздохнул и знаком показал, что готов говорить.

Волновало меня не так много: обстоятельства отправки в другой мир, отношения с покойным отцом, мачехой и Брайном. Оказалось, Конрад действительно предупредил последнего, когда вскрылось мое настоящее имя, посоветовал присмотреться к принцессе, пусть и не объяснил почему. Старший королевский слуга быстро связал два и два, благо умом не обделен.

– В отличие от тебя, – кивок на Риоре, – мы с Брайном хорошо общались. Работа обязывала.

Сын не отреагировал на колкость.

– Вот о ней и расскажи. Почему не вразумил короля? Ладно Эдвин, ему ревность и Марианн голову задурили, но ты-то! Ни в жизнь не поверю, будто не предложил проверить, от кого ребенок. Элементарно! Сравни кровь – и узнаешь.

– Я и сравнил, – обескуражил Конрад, – не совпало.

– К…к…как? – от волнения начала заикаться.

Риоре же говорил… Так мы с Ликой сестры или просто двойники? А я уже поверила, свыклась.

– Так, – развел рукам бывший придворный маг. – Ни капли королевской крови. Именно поэтому я согласился. Подумал, ребенку лучше в другом мире, нежели рядом с рассвирепевшим Эдвином. Потом, когда подготовили все для ритуала, пробирка нашлась. Подменили ее.

– И ты спокойно спровадил Яну неизвестно куда? – Риоре аж побелел от ярости. – Совесть как, не мучает? А я вот подумываю от фамилии Вариэль отказаться, Ланскет вполне устраивает.

– Дослушай!

Вроде Конрад попросил спокойно, тихо, а сын умолк, подчинился.

Вместе с найденной пробиркой на сцене возникла будущая мачеха. Она поняла, что план провалился, и собралась избавиться от ребенка другим способом. Служанка должна была оставить на ночь закрытой печную заслонку. Угар – обычное дело, никто не заподозрит убийство. Конрад случайно подслушал разговор и передумал отменять ритуал.

Объяснения старого лорда казались абсурдными.

– Почему не схватили и не допросили служанку? Почему не пошли к королю?

– А не с чем было идти, ведьма постаралась. Уж не знаю, какими чарами она оплела бедняжку, но та не дожила до утра. Останься Эдвин во дворце, не ускачи на охоту, все сложилось бы по-другому.

Конрад замолчал и некоторое время, не двигаясь, смотрел в огонь.

– Совесть, конечно, мучила, – поникшим голосом признался он. – Дурак, ведьму не выследил! Обрывался след, не вывел к Марианн. Никто бы на нее не подумал, я тоже, но теперь понимаю: больше некому. И ведь я ребенка не просто так в другой мир отправил, маячок на шею надел – медальон с королевским вензелем. Думал, быстро разберусь, заберу. Не смог, переоценил собственные силы. Пытался пару лет и подал в отставку. Да и Эдвину претило мое лицо – вечное напоминание о дочери.

– Он, – гулко сглотнула, – верил, что я от друга матери?

Интересно, куда подевался медальон? Вроде лежало нечто такое в маминой шкатулке, потом пропало. Наверное, заложили в лихие девяностые. Тогда тяжело жилось, продавали, что могли.

– Да, – не стал обелять покойника Конрад. – При нем кровь смотрели. Ту, подложную.

С грохотом рухнул в воображаемом шкафу еще один скелет. Вот и связались ниточки. Теперь понятно, отчего отец столь свято верил в измену жены. Не только в коварной Марианн дело. Оставался Арон Мейних. С графом случился несчастный случай, его казнили или постаралась мачеха?

– Дракон взбесился. Ни я, ни Брайн пальцем не пошевелили. Ваше высочество, мы не убийцы. Эдвин орал, грозился сослать на рудники, но не согласились.

– А другой маг не мог? Риоре говорил, есть еще пара родов…

– Мог, – подумав, кивнул Конрад и виновато добавил: – Не всякий способен перечить королю.

Главное, отец жениха не причастен к смерти маминого друга. А кто уж там его убил, не важно. Если Марианн, она сполна заплатит за злодеяния, если нет, старый лорд прав: нельзя обвинять человека в том, что не пошел на плаху за компанию с графом. Взглянуть бы на него! Кто он, приписываемый отец? Риоре обещал при случае свести с родными Арона, у них наверняка найдется портрет.

На этом с тайнами покончили. Я обещала больше не ворошить прошлое и жить настоящим. Конрад заметно повеселел и выразительно покосился на мою выпростанную из-под пледа руку. Сама не заметила, как, разволновавшись, ухватила Риоре за локоть. Шуток на матримониальную тему не последовало, да и надоели они, зато жених в пику отцу переплел наши пальцы. И брови так выразительно поднял: что, получил?

– Ветер стихает, – ворвался в сознание голос Риоре, – пора выдвигаться.

Ладонь скользнула из моей ладони, в комнате мгновенно похолодело градусов на десять. В моем воображении, разумеется.

Жених забрал плед и скептически осмотрел меня.

– Надеюсь, никто женщину в темноте не признает, – говорил и сам себе явно не верил. – Мог бы, оставил здесь, но не хочу рисковать. Вдруг бестия прознает о замке, отследит портал?

Глухо стукнули ножны с мечом – теперь Риоре был при оружии. Сказал, пока мы с артефактом возились, отец постарался. Конрад тоже прицепил на пояс какую-то железяку. Одна я стояла безоружная, даже без перочинного ножика.

Как в тумане, обулась, накинула плащ и поплелась за лордом. В тягостном молчании выбрались на знакомый двор. Нехитрые пожитки в дорожной сумке нес жених. Он же зачаровывал замок от вторжения, поэтому чуть задержался, пришлось немного померзнуть.

Ночь-то какая глухая, глаз выколи! И ветер треплет волосы, как в такой лететь?

Риоре наконец вернулся, и маги кликнули крылатых ящеров. Те появились одновременно, значит, дожидались зова хозяев в одном месте. Риоре привычно закинул меня на драконьи лопатки, уселся следом и взял курс на юго-запад.

Мертвой хваткой вцепилась в гребень крылатого ящера; живот грела сумка. Жених умудрился как-то ее пристроить, но строго приказал следить, придерживать. Артефакт, разумеется, внутрь не положил, надел на палец. Поинтересовалась, окружил ли Риоре нас невидимостью, и получила парадоксальный ответ: нет.

– Видишь ли, – губы лорда касались уха, – у любого артефакта существует резерв использования. Он не бездонен и долго восстанавливается. Не хочу тратить его на подобные пустяки.

Разумно.

Когда дракон взлетел, набирая высоту, думала, сдует. Пара минут прошла в атмосфере животного страха, но и потом, когда крылатый ящер набрал, так сказать, крейсерскую скорость, пришлось не лучше. Наверху ветер оказался сильнее, нежели на земле, и нас изрядно потрепало до того, как добрались до замка Седрика. Понятия не имею, как Риоре с драконом ориентировались в темноте, как переговаривались, однако с курса не сбились, благополучно приземлились на освещенную факелами площадку перед воротами. Безусловно, рисковали, привлекали излишнее внимание, но иначе нельзя, промахнулись бы.

Несмотря на поздний час, маркиз вышел нас встречать. Судя по угрюмому виду, до него тоже дошли печальные известия. Испугалась, не сдаст ли былой радушный хозяин опасных гостей, но Седрик дорожил дружбой и не собирался предавать ее ради кошелей с золотом. Чего не скажешь об Айроне. Муж Лики становился опасен. Риоре придерживался того же мнения, раз не позвал на походное совещание. Повод нашел убедительный – присматривать за женой. Сестра показала себя с лучшей стороны, не обвиняла нас с женихом, а горевала об отце. Выходит, любила. Айрон сидел подле, гладил по голове, утешал, а мы спешно меняли план действий.

Седрик обещал связаться с бывшими подчиненными и обеспечить поддержку в столице. На плечи Конрада легла магическая подготовка, на долю Риоре выпал артефакт и работа разведчика, а я в качестве ценного балласта поднимала боевой дух. С последним могли возникнуть проблемы, потому как уже сейчас мандражировала, что же будет во дворце?

В Майн собирались добраться по воздуху, укутанные невидимостью. Седрик заикнулся о портале, но предложение отмели: долго и сложно выстраивать. Даже если получится без заготовок, в Майн оба лорда Вариэля попадут ослабевшими, станут легкой добычей. Так рухнул еще один миф, книги вновь разошлись с реальностью. Помнится, маги из фэнтези играючи открывали порталы в любые уголки страны.

– Яна, – для пущей убедительности Риоре присел передо мной на корточки и вложил мои ладони в свои, – послушай внимательно. Возможно, потом не останется времени.

Кивнула. В горле застрял большой ком, казалось, еще немного, и задохнусь.

Остальные мужчины молчали, словно внезапно исчезли, даже Конрад безмолвствовал и нарочито смотрел в огонь, причудливыми тенями игравший на стене.

– А у тебя рука снова к кольцу тянется, – невпопад пробормотала я и робко улыбнулась.

Вдруг накричит, велит не болтать чепухи? Нет, едва заметно улыбнулся и пообещал:

– Постараюсь искоренить дурную привычку. Если останусь жив.

Это «если» мертвым грузом повисло между нами, осязаемое и холодное. Вздрогнула и крепко сжала его руку. Что я еще могу? Снова сказать, что люблю, что верю? Ненужные глупые слова.

– Так вот, – Риоре наконец поднялся, но пальцев не выпустил, – я хочу попросить об одной важной вещи и задать один вопрос. Первое: пожалуйста, делай все, что прикажу, немедленно. Не спрашивай, не возражай, не думай, просто делай. Обещаешь?

Кивнула. Когда мы на «ты», согласна на все. Ну, почти на все.

– Отлично! – Лорд выдохнул. Неужели ожидал активного сопротивления? – Теперь вопрос: ты взойдешь на трон или хочешь вернуться в тот, другой мир?

Меньше всего ожидала услышать такое. Жених не раз повторял: мое место во дворце, а тут добровольно предлагал вернуться к прежней жизни. Задумалась: а хочу ли я? Снова в свою квартирку с видом на гаражи, на работу, к субботним посиделкам с подругами, в изменчивый город, то поливавший дождем, то обжигавший солнцем… И остро поняла: не желаю.

– Если все получится, а у тебя всегда все выходит, подаришь кольцо с огромным бриллиантом. Королеве не положено носить на пальце дешевку.

Конрад довольно хмыкнул в кулак, Седрик округлил глаза, а Риоре онемел:

– То есть ты?.. Настоящая помолвка?

Он не мог оправиться от шока.

– И свадьба тоже.

Поспешила оговориться:

– Мне она не нужна, но общество не поймет. Королева живет с советником и приносит в подоле детишек.

Жених поперхнулся и отскочил как ошпаренный. Старый лорд хохотал в голос, маркиз сочувственно посматривал на приятеля.

– Не торопите события, ваше высочество. – Интриган, однако, быстро пришел в себя. – Я еще не давал согласия занять данный пост. О детях и вовсе умолчу, вам известны мои убеждения, но – вот и ложка меда – официальная помолвка состоится.

– Он женится, Янина, – подал голос Конрад и подмигнул. – Поверь старику.

Кашлянула и предложила выдвигаться – все лучше, чем наблюдать за очередным раундом сватовства. Я ведь насчет брака пошутила, хотя в случае с детьми выбора не останется, тут с подобными вещами строго. Чисто теоретически вышла бы за Риоре, но зачем насиловать человека? Лучше хорошие отношения без росписи, чем бесконечные упреки с кольцом на пальце.

Краем уха услышала, как Седрик шепнул другу: «Поздравляю! Вот уж не ожидал!» Риоре отмахнулся и вышел дать указания Айрону. Тот оставался в замке в полном неведении относительно планов покровителя. Береженого бог бережет.

Второй раз за ночь устроилась на чешуйчатой шее. Адреналин зашкаливал, везде мерещились враги. Собранные мужчины молчали, деловито, сноровисто крепя к крылатому транспорту странные мешки. Подозревала, в них оружие.

Дракон Седрика, тот самый производитель с фермы, оказался темным, как уголь. Он практически сливался с черничной мглой, только отсвечивали янтарные глаза.

Маркиз кивком сообщил: погрузка закончена, и Риоре попросил поставить крылатых ящеров максимально близко, а самим прижаться к ним. Слуги к тому времени ушли, факелы, шипя, догорали, и мы рисковали с минуту на минуту оказаться в полном одиночестве посреди ненастной ночи.

Обняв шею могучего животного, напряженно ждала продолжения. Словно завершающий мизансцену аккорд, факелы таки погасли, теперь я видела только неясные силуэты.

Риоре пошептал над артефактом, постоял немного и забрался на спину дракона. Надежные руки сомкнулись на талии, а едва различимый голос пообещал: «Я подумаю». Улыбнулась, на ощупь отыскала его ладонь и накрыла своей. Заставить подумать закоренелого холостяка дорогого стоит! И, кажется, я хочу услышать «да» чуточку больше, чем пару минут назад.

Мы взлетели и, описав круг над замком маркиза, своеобразным журавлиным клином устремились к столице.

Холодно! Студеный воздух проникал сквозь одежду, ветер щипал щеки. Минуты медленно утекали в вечность. Мы могли лететь час, два или, наоборот, всего пару минут. Вокруг только ночь, серость облаков наверху и темная гладь земли – внизу.

Стараясь не думать о плохом, прикрыла глаза. Одна за другой в мозгу возникали картины. Вот я очнулась в старом замке, вот вновь оказалась внутри пентаграммы. Лопухи, попытка изнасилования, встреча с Риоре – память скрупулезно вела летопись моего знакомства с Гаменцией. Теперь с уверенностью могла сказать: я попала в свой мир, а не в чужой.

Дракон резко ушел вверх и вправо. От неожиданности покачнулась и распахнула глаза. Все та же ночь, только два других ящера теперь летят рядом.

Снова резкий маневр, и мы срываемся вниз. Ветер свистит в ушах, на краткий миг я вижу тень. Запоздало сообразив, кому она принадлежит, испугалась. Сердце подпрыгнуло и замерло где-то в гортани. Нас вычислили и сейчас поймают, а то и хуже – убьют. Однако вопреки ожиданиям крылатые всадники не пошли на таран, или как там принято сбивать драконов, а растворились в ночи. Ничего не понимаю!

– Работает артефакт! – с облегчением выдохнул Риоре. Выходит, он не до конца верил в творение собственных рук. – Прости, – извинился жених, – поздно заметил, едва разминулись.

Думала, мы прямиком направимся в столицу, но Седрик, временно взяв на себя роль предводителя маленького отряда, спланировал вниз, к очередному городку, которые в избытке мелькали внизу в предрассветной хмари. Он знаками попросил снять с него невидимость и обождать на пустыре позади непонятных однотипных строений.

Черный дракон фыркал, постукивая шипастым хвостом то ли от нетерпения, то ли от раздражения, что его оторвали от драконицы, а его хозяин быстро зашагал к баракам, на поверку оказавшимися казармами. Зачем, я уже догадалась: за обещанной поддержкой.

Потянулись минуты тревожного ожидания. Вцепившись в сумку, не сводила взгляда со строения, в котором скрылся Седрик. Нервы сковали мышцы, даже челюсти свело. А вдруг не согласятся, вдруг маркиза арестуют? Он ведь бывший командующий и предлагал совершить не увеселительную прогулку, а свергнуть законную королеву. Безусловно, к власти она пришла преступным путем, но это пока не доказано, как и то, что я старшая дочь покойного Эдвина Второго. Словом, шансы Седрика оказаться в тюремных застенках велики, а вместе с ним – и наши.

– Не бойся, – объятия Риоре пришлись кстати, – мы всегда успеем уйти.

Вздохнув, пристроилась на плече любимого. Он развернул меня к себе, чтобы было удобнее. Теплые руки, ровное дыхание. То ли Риоре уверен в наскоро разработанном плане, то ли умело скрывает тревогу.

– Ты не бросишь друга.

Провела ладонью по колючей щеке – успела обрасти после бала – и тяжко вздохнула. Взгляд раз за разом обращался к черному дракону. Вдруг у него предчувствие, вдруг он не просто так взрывает хвостом землю? Собаки способны предугадать землетрясение, отчего бы дракону тоже не обладать интуицией?

– Как ты там говорила? – Риоре умудрялся шутить даже в подобной ситуации. – Напыщенный самодовольный лорд. Разве таким свойственно благородство?

Тихо рассмеялась. Сработало, жених немного разрядил обстановку.

Внезапно казарма озарилась огнями. Охнув, прижала руку к сердцу. Обострившийся слух уловил звон стали.

Риоре замер, а потом решительно отстранил меня и спрыгнул на землю.

– Отец, присмотри за Яной! – бросил он через плечо. – И никуда не пускай! Лучше потерять сына, чем наследницу престола.

Конрад кивнул, хотя ему явно хотелось броситься на выручку Седрику.

Я словно заледенела. Сидела и не двигалась, прокручивая в голове последние слова Риоре. То есть он полагал… Нет, невозможно, я не хочу! На глаза навернулись слезы. Не желаю вот так, толком не попрощавшись.

– Куда?

Несмотря на годы, старый лорд оказался достаточно быстр и ловок, чтобы остановить ринувшуюся сломя голову на выручку жениху принцессу. В итоге, не удержав равновесия, мы оба едва не рухнули в грязь.

– Он ваш сын, как вы можете?!

Задыхаясь, колотила по рукам Конрада.

– Риоре прав, – озвучил неприятную правду старший лорд Вариэль, – вы для страны важнее. Вернемся к драконам, – мягко добавил он и развернул меня за плечи, – в любую минуту придется взлетать.

Позволила себя увести. Руки висели плетьми. Чуть ли не через каждый шаг оборачивалась, боялась и надеялась одновременно.

– Знаете, – Конрад устроил меня на своем драконе, – как бы парадоксально ни звучало, я рад, что не смог вернуть вас младенцем обратно. Тогда бы мой мальчик всю жизнь любил пробирки, а не женщину из плоти и крови. И я вечно бы корил себя за это, – чуть слышно добавил старый лорд. – Живи мы с супругой иначе, он бы не вырос таким. Поэтому, милая барышня, – голос его обрел привычные насмешливые интонации, – извольте выйти за него замуж, если заварушка завершится успехом. И родить здорового крепкого сына, пусть даже против желания Риоре.

Будто он категорически возражает! Сердце подсказывало: жених не станет сопротивляться наличию детей. Вот со свадьбой сложнее, но лорд обещал подумать.

Вздрогнула, услышав громкие голоса.

Над пустырем плыло несколько световых шаров. Вслед за ними вышагивал Седрик в сопровождении двух незнакомых мужчин. Риоре не было видно. Успокоила себя тем, что на нем артефакт, вряд ли он успел разрядиться. А вот заметят ли нас солдаты – вопрос. Как оказалось, нет, работало кольцо.

– Вы хорошо их связали? – Вопрос, обращенный к одному из спутников маркиза, удивил.

На «их» тянула только наша компания заговорщиков, но мы на свободе.

– До утра не вырвутся, – заверил мужчина с характерной армейской выправкой. – После не гарантирую, простите, милорд.

– Понимаю, – кивнул Седрик, – вы и так нарушаете присягу.

– Мы привыкли вам верить. Вот с новичками проблема, они за королеву.

Мужчина нахмурился, а я сделала вывод, что в казарме случился бунт, в ходе которого меньшинство отказалось переходить на сторону новоявленной наследницы. Понятно, откуда шум, огни. Теперь все улеглось, бараки снова обманчиво спали.

– Капитан, – маркиз остановился в паре шагов от своего дракона, – надеюсь, вы понимаете, что вам придется поклясться на крови. Только так я смогу показать вам принцессу и посвятить в наши планы.

Гвардеец не возражал, предложил и вовсе принести присягу.

– Пока не нужно.

Седрик вынул нож. Словно по мановению волшебной палочки, за спиной капитана оказался Риоре. Зажала рот ладонью, чтобы не закричать от радости. Живой!

– Клятвы по моей части, – спокойно произнес он, привлекая внимание. – Доброй ночи. Полагаю, мое имя вам известно.

Гвардеец дернулся, положив руку на эфес меча, но быстро расслабился: узнал.

– Доброй ночи, милорд, – вернул он приветствие. – Удивлен, думал, вы давно покинули королевство.

– Обстоятельства, – обтекаемо ответил Риоре и поторопил с клятвой.

Ее приносили стандартно, как в десятках романов: другого способа порезать руку и дать обещание, размазав кровь по губам, не придумали.

Соблюдя формальности, Риоре снял невидимость и по очереди представил спутников капитану. Его цепкий взгляд, равно как наличие магического дара – шарами управлял не Седрик – внушали трепет. Боялась, капитан сейчас зычным голосом отдаст приказ арестовать нас и в глаза объявит фальшивкой. Но нет, мужчина просто смотрел на меня какое-то время, а затем сухо пообещал сделать все возможное, чтобы трон заняла дочь покойного монарха. Какая именно, он предусмотрительно не уточнил.

Затем капитан ненадолго нас покинул, по его словам, отдать необходимые распоряжения. Второй гвардеец, до сих пор хранивший молчание, остался на поляне.

– Свой, – перехватив тревожные взгляды, которые я бросала на военного, заверил Риоре. – Помощник командира гарнизона. С ним я уже поговорил.

Раз так, поверю.

Отец и сын шушукались в сторонке, военный позевывал в кулак, я изнывала от неизвестности. Скорее бы произошло хоть что-то, а то свихнусь! И оно случилось: в небо взмыли драконы! Сначала испугалась, а потом поняла: наше сопровождение. Встав на крыло, оно зависло над пустырем. Пора и нам.

Риоре снова взял меня на своего дракона.

Никогда не думала, что окажусь в центре заговора, что в моей жизни вообще произойдет Событие, именно так, с большой буквы. Все заранее предопределено: учеба, работа, замужество, дача. Так жило большинство в нашем кругу. Никто не жаловался, хотя я немного сломала традицию: съехала от родителей, рассталась с Сережей, которого мамины знакомые успели записать в мужья. А так болото болотом – и вдруг королева мятежа.

Риоре не стал тратить ресурс артефакта и пообещал вновь накинуть невидимость на подлете к столице, когда рассветет. Пока от сторонних глаз скрывали гвардейцы.

Верно говорят: если все идет гладко, непременно жди неприятностей. Те и не заставили себя ждать.

– Приготовиться к бою! – разрезал воздух звонкий приказ капитана.

Обернувшись, увидела смутные силуэты – другой отряд крылатых всадников. Он стремительно приближался и пытался взять нас в клещи.

Ладони похолодели от пота, язык прилип к небу. Одно дело – принять бой на земле, другое – в воздухе.

Сколько их? Напряженно считала вслух, стараясь не сбиться и не запутаться в постоянно менявших направление движения драконах. Если их меньше, мы победим, если больше… Сглотнув, вцепилась в запястье Риоре. Догадываюсь, до боли, но только так могла передать, поделиться обуревавшими меня эмоциями.

Ни единой слезинки, а внутрь будто льда насыпали.

– Держись! – предупредил жених, а в следующее мгновение нас резко повело влево.

Закрыла глаза, чтобы не расстаться с содержимым желудка.

Противники настигли нас и вклинились в ряды гвардейцев. Никаких разговоров. Былые товарищи, которых якобы крепко связали, предпочитали силовые методы решения проблем. Проще говоря, видели в нас врагов, со всеми вытекающими.

Вжалась в шею дракона, боясь пошевелиться. Сумка вдавилась в живот, расплющенная между моим телом и гребнем ящера. Только я не обращала внимания. Все, о чем мечтала, – выжить. Широко распахнутыми глазами всматривалась в хмарь поздней ночи, которую вот-вот сменит серость предрассветного часа. С каждой минутой все светлело, и темные неясные силуэты обретали плоть и кровь.

Кажется, я прокусила губу: во рту стоял устойчивый железный привкус.

– Могу я?.. – решилась обернуться к Риоре.

Что именно, не уточнила, он и так понял, ответив отказом.

Не давала покоя навязчивая мысль: я балласт, меня нужно сбросить. Безусловно, кончать жизнь самоубийством не собиралась, но можно, наверное, ненадолго спуститься, скинуть меня на траву и снова взмыть в небо.

Бой развивался стремительно. Местные драконы не умели извергать фонтаны пламени, но и струйки дыма из ноздрей выглядели пугающе. А еще они плевались, и один такой огненный плевок мог натворить немало проблем. Положим, у крылатых ящеров толстая шкура, чего не скажешь о магах и их одежде. Приходилось все время маневрировать.

Нападавшие были вооружены исключительно холодным оружием и арбалетами. Ни одного мага – хоть какое-то преимущество! Зато гвардейцы превосходили числом, действовали слаженно, сразу видно, отрабатывали тактику на тренировках. Однако капитан не спасовал и принял командование на себя. Он ловко выстроил отряд замкнутым квадратом, обезопасив тылы. Конрад сотворил нечто вроде плотной завесы, не пропускавшей арбалетные болты, а Риоре ловко поджаривал излишне ретивых гвардейцев. Тех, кто пытался подобраться сверху, быстро «снимал» новый знакомый, неплохо владевший заклинаниями; на долю Седрика достались любители поднырнуть. А я по извечной традиции вдохновляла благородных рыцарей на подвиг. Проще говоря, окаменела от страха.

Страшно, когда вокруг постоянно что-то взрывается, когда болт летит в лицо и чуть ли не в самый последний момент рассыпается в прах, когда хлопают крылья, смачно ругается капитан, потчуя огненным шаром бывшего подчиненного. Хочется закрыть глаза и, открыв, обрадоваться, что все закончилось.

Не знаю, сколько длился воздушный бой. Может, пару минут, может, несколько часов. Небо на востоке пересекла робкая розовая полоса, когда последний всадник тяжело рухнул вниз, и оставшийся без седока дракон взмыл в небо. Седрик потом сказал, что ящер не вернется в казарму, отправится в горы. Драконы – дикие существа, даже прирученные, служат одному хозяину – тому, кто выкормил и доказал силу. Теперь понимаю, зачем Риоре потчевал наглую крылатую ящерку кумкватами.

Мужчины устали, драконы тоже, и мы вынужденно опустились на землю. Над Гаменцией медленно, но верно разливался восход, а я боялась обернуться, увидеть тела убитых. Их нужно похоронить, только могилы рыть долго и тяжело.

Хорошее начало будущего царствования – чужая кровь! Помнится, прошлые короли, взобравшиеся на трон по трупам, дурно кончали. Хотя та же Екатерина прожила долго. Стану считать себя Екатериной.

Меня била крупная дрожь. Никак не могла согреться. Риоре хлопотал рядом, растирал ладони, что-то говорил, но мозг отказывался преобразовывать звуки в слова. Мир перед глазами плыл, сливался в группу серо-розовых пятен. Неужели сейчас упаду в обморок? Симптомы похожи.

Щеку обожгла пощечина.

– Прости, – жених снова надел перчатки, – иначе нельзя. Успокойся и не думай.

Рассвет заострил черты его лица, глубокими тенями лег возле губ. Риоре выглядел уставшим. Опершись руками о землю, он устроился на корточках рядом со мной. Выложился.

– Невидимость.

Конрад остановился рядом и положил ладонь на плечо сына. Старый лорд выглядел бодрячком, но, не сомневаюсь, ему тоже досталось. Видимо, Риоре слабее. Впрочем, он никогда в придворные маги и главные чародеи страны не метил, скромно творил в лаборатории и временами баловался иллюзиями.

Риоре кивнул и потянулся к артефакту.

Невидимость! В голове щелкнуло. Зачем стоило рисковать, принимая бой, если ресурс артефакта почти полон? Чудо, что обошлись малой кровью. Несколько гвардейцев получили ранения, с ними возился лекарь – такой же солдат, только с походной аптечкой. Вряд ли они смогут продолжить полет.

Только сейчас заметила пропажу еще четверых. Сначала решила: убиты, оказалось – живые. Запрокинув голову, следила за стремительно удалявшимися темными точками. Капитан отправил подчиненных за мятежными товарищами, чтобы те не успели предупредить Марианн. Лишь бы у них не оказалось почтового голубя или таинственного шара, способного передавать сообщения на расстоянии! Тогда мы пропали.

Ухватив Риоре за руку, поделилась соображениями и сомнениями. Насчет шара и голубя он успокоил, ничего такого у беглецов не имелось, а ребята быстро их догонят и уничтожат, зато ответ на вопрос о невидимости пришлось выбивать. Жених его упорно игнорировал, утверждал, будто уже объяснял. В сердцах припомнила давнее обещание показать коллекцию артефактов:

– Считай кольцо экспонатом и соизволь о нем рассказать!

Лорд быстро огляделся по сторонам и недовольно зашипел:

– Прекрати меня позорить! Как думаешь, станут уважать мужчину, которого отчитывает женщина? Да и саму женщину? Подумай.

И я подумала, извинилась. Сцена действительно вышла базарная.

Отведя в сторонку, жених коротко пояснил свои действия. Безусловно, артефакт заряжен, только сделать невидимыми предстояло целый отряд, а это большой расход заряда. Пришлось бы до самой столицы высасывать силу из кольца, потому как сторонники королевы, как ехидно заметил Риоре, не станут заранее предупреждать, куда и когда полетят. То есть они могли появиться в любой момент и с любой стороны.

– Как думаешь, смогли бы мы после проникнуть во дворец невидимыми? Растратили бы весь ресурс на небо.

Пришлось согласиться с его доводами. Действительно, лучше принять бой здесь, с наименьшим противником, чем потом воевать со всей стражей Майна.

– Эй, вы там долго? – Лорд Вариэль-старший вернул нас к реальности. – Марианн не дремлет.

Риоре коротко кивнул и быстрым шагом направился к драконам. По знаку Конрада остальные подошли к нам, образовав тесную группу. Заметила, что мужчины, включая жениха, держались за драконов. Выходит, при охвате большой группы важен физический контакт.

– Все, – коротко доложил Риоре и тяжело опустился на землю рядом со мной. – Привал! Стар я уже для подобных вещей, – пожаловался лорд. – Сила не та, растратил в кабинетах на интриги. Марианн может смело подкрасться и нанести удар.

Слабо улыбнулась и притянула его голову к груди. Пускай смотрят, наши отношения – секрет Полишинеля.

Отдыхали недолго. Хотя местность пустынная, одни луга, тела гвардейцев могли заметить и поднять тревогу.

Драконы вновь стали на крыло, а капитан отправил своим прихваченного из казармы голубя. Птица чудом уцелела во время боя и теперь должна была передать приказ выдвигаться оставшейся части солдат. Заодно гвардеец рассчитывал узнать подробности побега арестантов.

Чем ближе к столице, тем чаще попадались крылатые патрули. Они низко парили над землей, высматривая заговорщиков, то есть нас. Всякий раз, когда пролетали мимо, вжимала голову в плечи и задерживала дыхание. Но артефакт работал, заряда хватало, неприятных инцидентов не случалось.

При виде Майна сердце болезненно сжалось. На миг показалось, случился инфаркт, так сильно кольнуло. Где-то там лежит в гробу отец, которого толком не успела узнать, и Марианн льет крокодиловы слезы во вдовьем наряде. Рядом лорд Лонли, может, даже бесстыже целует мачеху.

– А канцлер?

Прежде вопрос не приходил в голову. Думала о ком угодно, только не о враге номер два.

– Сложно сказать, – недоумевал Риоре. – На месте Марианн я бы его убил под шумок в бальном зале: слишком умный и амбициозный.

Не жалко. Синяки от пальцев герцога не скоро сошли, а слова и вовсе не забылись. Хоть бы он прихватил на тот свет обоих детей! Амалия и Тео не вызывали симпатий.

Описав дугу над городом, словно издеваясь над давним указом, крылатые ящеры приземлились на берегу реки неподалеку от дома Риоре. Он запретил спешиваться и, порывшись в дорожной сумке, нарядился кем-то вроде паломника. Накладная борода, видавший виды балахон, подпоясанный веревкой, нелепый головной убор с завязками под подбородком – жених оказался мастером перевоплощений. Старался он не ради забавы – Риоре хотел взглянуть на дом, понять, нет ли там засады. Артефакт не действовал, если укрытая им группа разбредалась. Не сними лорд невидимость, мы стали бы легкой добычей.

Ерзая на спине дракона, ждала возвращения любимого. В мыслях я сто раз успела его похоронить. Чего только не рисовало встревоженное воображение! Но вот показалась знакомая фигура, и волнение отступило.

– Нельзя.

Всего одним словом Риоре разрушил надежду на теплую воду и вкусную еду.

– К Брайну? – предложил Конрад. – Нужно выяснить, как он. Драконов отпустим, побережем артефакт.

– Скоро прибудут остальные, – вклинился Седрик, бросив косой взгляд на капитана – тот кивнул. – Всего пара часов, и начнем заварушку.

Гвардейцы разбили временный лагерь на тренировочном поле за городом. Там они не вызывали подозрений и могли спокойно дождаться товарищей.

Наши крылатые ящеры скрылись в небе. Риоре пояснил, что невидимость сойдет постепенно, успеют затеряться в облаках, благо день пасмурный. Остальное – воля случая. Сами мы побрели через мост, радуясь открытым воротам. Пусть артефакт активирован, лучше пробраться в город с какой-нибудь повозкой. Так и поступили.

– Нас не ждут во дворце, – пользуясь малолюдностью улиц, шептал Риоре, – должно получиться. Королеве известны только те тайные ходы, которыми пользуются фрейлины и слуги, тогда как в моем распоряжении был старый дворцовый план. Им и воспользуемся. Марианн постоянно звала в свою спальню, – криво усмехнулся лорд, – пора осуществить заветную мечту.

По моим прикидкам, мачеха еще не встала. Пусть королевские особы не спят до полудня, ранним утром их не поднимают. Брать Марианн нужно в личных покоях, до завтрака, то есть в запасе – час-полтора.

До жилища старшего королевского слуги добрались быстро. К нему вызвался заглянуть Седрик. Как ни шипел Риоре, как ни старался воззвать к разуму, маркиз настоял и помахал перед носом приглашением на свадьбу:

– Вот мой пропуск в столицу. Приехал к любимой племяннице, знать ничего не знаю, никакого лорда Вариэля не видел. А если вдруг, сами справитесь.

Жених скривился, но отпустил.

По-моему, Седрик поступал опрометчиво, хотя в чем-то он прав, сейчас маркиз – самый ненужный человек в нашей команде. Он не маг, а нищих Брайн не привечал, в маскарадном костюме Риоре не постучишься.

Устроившись на ближайших ступеньках, не сводили взгляда с заветных дверей. Седрик давно вошел в дом, пора бы вернуться. Если не объявится до восьми – неподалеку водяные часы, – уйдем без него.

Похоже, судьба решила в кои-то веки повернуться лицом – дверь отворилась, и на крыльце показались двое мужчин. Изумленный возглас едва не сорвался с губ: в одном из них, том, который прихрамывал, признала Брайна. Только отчего Марианн пощадила его? Однако факт оставался фактом, старший королевский слуга выглядел живым и относительно здоровым: он опирался на трость и подволакивал ногу.

Немного поговорив и обменявшись короткими взглядами, парочка направилась к нам. Маркиз улыбался, посмеивался и пару раз по-дружески хлопнул Брайна по плечу. От Риоре знала, что они знакомы, поэтому поведение Седрика наверняка не вызывало подозрений у соглядатаев. И уж точно они не плели заговор – травили анекдоты и обсуждали скучную провинциальную жизнь. Не сразу поняла: мужчины не просто прогуливаются, они куда-то ведут.6dfffc

Риоре крепко сжимал мою руку. Это дарило уверенность, помогало не вздрагивать, когда рядом, буквально в паре сантиметров, проходили люди или проезжали повозки. На них развозили воду, молоко, хлеб – предметы первой утренней необходимости для богатых домов.

Седрик, вжившись в роль, сетовал на стражников на воротах и рвался передать некий подарок, который не прихватил с собой, так как опасался не застать Брайна дома. Якобы недалеко дом родственников, где остановился маркиз, забрать – пара минут. Старший королевский слуга беседу поддерживал вяло, присмотревшись, поняла, что каждый шаг дается ему с трудом. Брайн мучился от сильной боли, но тщательно это скрывал. Мужественный человек! А я столь дурно к нему сначала отнеслась. Но кто же знал, что Брайн не собирался меня шантажировать.

Приятели свернули в узкий проулок, якобы чтобы сократить дорогу. Мы, разумеется, следом. Там, быстро оглядевшись, Брайн ткнул тростью в стену:

– Здесь.

Не сразу поняла, о чем он, а потом разглядела лесенку в пять ступенек, ведущую вниз. Она напомнила об убежище, в котором отсиживалась в первый день в Майне. Тут тоже имелась дверца.

– Переждете, за вами придут, – вполголоса дал указания старший королевский слуга. – Придется ехать в бочках, иного способа попасть во дворец нет. Королева ждет гостей, расставила караулы на всех входах и выходах. В бочки с рыбой они точно заглядывать не станут.

– Лучше мешки с зерном. – Седрик показал себя опытным заговорщиком. – Оружие останется цело.

Брайн задумался и кивнул. Значит, мешки. Надеюсь, прорези в них сделают, а то задохнемся. И бросать не станут, иначе плакала конспирация.

Королевский слуга протянул маркизу ключ и, пожелав удачи, попрощался.

– Простите, я вам не помощник, едва хожу. Поэтому, – кислая улыбка, – пока жив. Лоону Отти повезло меньше, она его на цепь посадила и заставляет заниматься делами, шантажируя жизнью детей.

Не верилось, будто в цивилизованном мире возможны такие страсти. Гаменция не варварская страна, этакое классическое Высокое Средневековье – и вдруг цепь.

– Но он маг! – вырвалось у меня.

Сомневаюсь, будто канцлер безропотно позволил сотворить с собой такое непотребство.

Брайн удивил тем, что не испугался. Как бы поступили, если бы с вами внезапно заговорила пустота? Выходит, Седрик предупредил.

– Поэтому и на цепи. Лоон Отти активно сопротивлялся, но проиграл. Никогда бы не подумал, что ведьма может быть так сильна! – тяжко вздохнул Брайн.

Да уж, мачеха удивила всех.

Стоп, но раз Брайн знает о печальной судьбе герцога, знают все! Неужели из страха молчат? Шепотом задала волновавший меня вопрос и получила парадоксальный ответ:

– А для всех остальных герцог мертв. Его убил граф Ланскет.

Ну королева! Куда там Темным Властелинам! Марианн легко их переплюнула, извлекла максимум выгоды из ситуации: и Риоре подставила, и канцлера на себя работать заставила, и подготовила почву, чтобы потом легко и просто избавиться от бывшего союзника.

– А что с вашей ногой? – наглеть так наглеть.

– Неудачно выпрыгнул из окна. Иначе из дворца бы не выпустили, только мертвым. А так королева успокоилась, вспомнила, что без меня не обойтись, и милостиво разрешила жить, благо пользы для заговорщиков не представляю. Куда хромому воевать!

– Но за домом следят и письма проверяют? – подал голос безмолвствовавший до той поры Риоре.

– Разумеется.

Окончательно распрощались. Брайн поковылял к себе, унося в руке завернутый в платок камешек, заменивший несуществующий подарок, а мы скрылись за дверью подвального помещения. Потолки там оказались низкими, пришлось передвигаться в три погибели. А еще темно. Света зажигать не стали, опасаясь, что он привлечет ненужное внимание, так и сидели, напряженно вслушиваясь в шум просыпавшейся улицы за окном. Невидимость сняли: незачем зря тратить остатки резерва артефакта.

Тревожилась за Брайна. В доброту Марианн не верилось, она оставила королевского слугу на закуску. Лишь бы только ее соглядатаи не раскусили нашу хитрость! Тогда у крыльца Брайна поджидают солдаты.

Я успела задремать, когда дверь наконец распахнулась и в подвал вошли люди. С ними в помещение проникло солнце. Оказалось, вокруг мешки и бочки – то-то мягко! К одному кулю я как раз и привалилась.

Напряженно замерли, но тревожились напрасно: молчаливые грузчики не удивились, обнаружив гостей, наоборот, восприняли как должное. Один остался на страже у дверей, остальные занялись мешками: выбрали самые большие и высыпали из них зерно. Затем проделали ножом отверстия для дыхания, небольшие, напоминавшие естественные прорехи, и приказали забираться внутрь. Никто не спорил, не задавал вопросов, понимали: либо так, либо никак. Мне помогал Риоре. Он же завязал мешок, проверив, чтобы не задохнулась.

Никогда не страдала клаустрофобией, но тут едва не умерла от страха. А еще рисковала заработать морскую болезнь – мешок изрядно трясло. Вроде его сначала несли, потом куда-то погрузили. Спасибо, не кинули, но и не уложили, словно хрупкий фарфор. Ну да, кто поверит, что в мешках зерно, если с них сдувают пылинки? В итоге тело украсила пара синяков.

Под конец начала бояться задохнуться и едва не разрыдалась, когда нож вспорол мешковину, выпустив на волю.