Глава 18
Конрад склонился над кухонными работниками, столь неосторожно оказавшимися в кладовой. Теперь бедолаги точно не позовут на помощь – бывший придворный маг в равной степени владел как чарами, так и банальными средствами поддержания тишины: веревкой и кляпом.
Пока остальные, я в том числе, отряхивались, разминали ноги и наслаждались возможностью свободно дышать, Риоре вновь занялся кольцом. Он недовольно шипел, что мы изрядно истратили запас, и радовался находчивости Брайна:
– Так бы рисковали обрести видимость в самый неподходящий момент.
– До покоев Марианн хватит? – обеспокоенно глянул Седрик.
Капитан гвардейцев помалкивал и держался чуть в стороне. Интересно, когда прибудет его летучий отряд особого назначения? Поддержка бы не помешала.
Словно прочитав мои мысли, гвардеец кашлянул и поинтересовался:
– Сигнал подавать?
– Чуть позже, – отозвался Риоре. – Хочу разведать обстановку. Пусть встают на крыло через час – за это время станет ясно, справимся сами или придется громить тюрьму.
Капитан кивнул и вновь превратился в молчаливую статую.
Поколдовав над артефактом – на этот раз физический контакт членов нашей скромной группы не потребовался, – жених разрешил выступать. Он шел первым, прикрывая условно могучей спиной, следом – Конрад, и семенила я, защищаемая с тыла Седриком. Замыкал отряд капитан. Артефакт действовал, невидимые, мы благополучно проходили посты. Когда начали мелькать слуги и ранние пташки, жаждавшие аудиенции, юркнули в тайный ход.
Чем ближе покои Марианн, тем громче пульсировала кровь в ушах. Когда Риоре осторожно вывел нас в одну из ее комнат, она и вовсе на миг заглушила стук сердца. Я редко заглядывала к мачехе, в основном она ко мне, но хорошо помнила канареечный шелк и столик для игры в карты в Малой бежевой гостиной. Сейчас его не стало. То ли королева разлюбила забаву, то ли для нее не осталось времени.
На первый взгляд обычное утро. Из-за двери спальни раздаются голоса – королева уже встала. Слышала, она до завтрака выпивала кружку парного молока, пока горничные воевали с ее волосами, может, и сейчас сидит в пеньюаре, закинув ногу на ногу, и неспешно потягивает напиток, словно никого не убила.
Вздохнула и медленно выдохнула. Вот так, успокойся, а то натворишь дел.
Риоре аккуратно вернул панель на место и, приложив палец к губам, указал на диванчик. Мол, присядь. Отказалась. Не собираюсь мучиться и гадать, удастся ли обезвредить гадину. Да и кто гарантирует, что в комнату сейчас не ворвется щебечущая стайка фрейлин и не ринется к диванчику? Нет уж, берите с собой, согласна идти замыкающей. В итоге ею и оказалась, как самый бесполезный элемент.
Мужчины поменялись местами: теперь первым двигался Конрад. Сын на шаг позади, Седрик страхует, а капитан контролирует вторую дверь гардеробной. Она пряталась за шпалерой, но бывший советник и отставной придворный маг прекрасно знали о ней.
Затаила дыхание, когда старый лорд взялся за дверную ручку королевской опочивальни, даже на мгновение малодушно зажмурилась, однако в нас не запустили огненными шарами.
Марианн возлежала в постели и завтракала, пока советник распинался о делах в королевстве и поимке нас в частности. Получалось это у него плохо, бедняга Сириус постоянно запинался. Видимо, опасался повторить незавидную судьбу канцлера. Тот в спальне отсутствовал, как и полагалось условно погибшему человеку. За спиной лорда Лонли выстроились сановники рангом пониже, дожидаясь своей очереди выступить с докладом. Вид они имели постный и мечтали оказаться подальше от королевы. Последняя не походила на безутешную вдову. Пусть Марианн не веселилась, не носила фривольных розовых чепчиков, но выглядела слишком спокойной и… хищной. Плотно сжатые губы, острый взгляд, отрывистые, хлесткие вопросы – такого ожидаешь от мужчины. Пока она не видела нас, но «пока» быстро превращается в «уже», а в случае с ведьмой становится смертельно опасным.
Вроде все по плану. Марианн не забила тревогу, поджав губы, внимает советнику, дает указания. Мол, плохо нас ищут, за что только деньги платит? Если лорд Лонли не постарается, лишится поста. Сириус сглотнул. Видимо, должность ему нравилась, расставаться не хотелось, да и лорд не дурак, понимал: обычной отставкой не обойдется.
Королева брезгливым жестом отпустила советника, его место у постели занял следующий докладчик.
Уходя, лорд Лонли едва не столкнулся со мной, едва успела отпрянуть, больно ударившись плечом, – так стремительно советник вылетел из спальни любовницы.
– Запомните, – королева обращалась одновременно ко всем и никому, – как прежде не будет, я заставлю вас работать. Покойный супруг дал слишком много воли, ничего не спрашивал.
– Но, ваше величество, – подал голос казначей, плотный мужчина в неизменном зеленом укороченном сюртуке с воротником-стойкой, – осмелюсь напомнить…
– Что, простите? – Марианн смерила его уничижающим взглядом. – Вы смеете говорить одновременно с королевой?
– Но похороны… оглашение завещания…
Мачеха аж позеленела. На мгновение показалось, она покажет истинное лицо и разорвет дерзкого сановника в клочья. Но нет, Марианн сдержалась, запахнула пеньюар и, откинув одеяло, встала.
– Запомните, господа, – так жестко мог бы говорить отец, – я больше не жена короля, а правительница. Если вы надеетесь выдать меня замуж по своему разумению, то сильно ошибаетесь. И ни слова о завещании! По закону я, и только я, наследую Эдвину. Принцесса Лика убита графом Ланскетом, ее место заняла самозванка. А теперь надоели, пошли все вон! Через час – малое совещание. Надеюсь, очень надеюсь, – от интонаций Марианн по спине пробежал холодок, – вы порадуете хоть какими-то предпринятыми действиями.
Перешептываясь, сановники гуськом потянулись к выходу. Они проходили вплотную к притаившимся заговорщикам, мы слышали каждое слово, каждое высказанное в сердцах обещание. Как и следовало ожидать, Марианн пришлась придворным не по нраву, но поздно, ведьма укрепилась на троне, скинуть ее оттуда мог только заговор.
Мужчины обменялись знаками. Как только закроется дверь и с королевой останутся лишь дежурные фрейлины…
В горле пересохло. Неужели скоро все закончится? Конрад и Риоре – маги, Седрик подстрахует, как-нибудь уйдем, особенно если гвардейцы подоспеют. Надеюсь. Господи, в какую заварушку я ввязалась!
И все же нужно было взять с собой Лику, как планировали вначале. Сестра, конечно, убита горем, но смогла бы постоять пять минут, доказать, что она умирать не собиралась. Но Риоре решил, что Лика может испортить дело, поэтому сестру оставили в замке «на десерт». Уладим с Марианн, тогда предъявим, только корону все равно наденут на мою голову. Вот никогда не мечтала, даже красавицам с разных «Мисс Вселенная» не завидовала, а тут нечто серьезнее, ответственность.
– Как я устала! – пожаловалась одной из фрейлин королева. – Везде одни дураки! И вы тоже, – она дернула плечиком, отчего край пеньюара соскользнул, – пошли вон. Надоело ваше щебетание. Хватит Ариетты, она хотя бы немая.
Придворные дамы сделали книксен и удалились. Осталась только одна, щуплая, невысокая, по виду совсем молодая, лет семнадцати. Платье висело на ней, как на вешалке. На контрасте с Марианн смотрелось жутко, наверное, королева на то и рассчитывала, приблизила к себе девчушку, чтобы казаться на ее фоне вечно прекрасной. Заодно обезопасила свои секреты – немая точно не разболтает. Помимо Ариетты в спальне задержались две служанки. Их мачеха за людей не считала, воспринимала как мебель.
– Серое с черным, быстро! – хлопнула в ладоши Марианн и прошла в гардеробную.
Следом прошмыгнули служанки и та самая Ариетта.
«Пора!» – одними губами прошептал Риоре и двинулся следом. Оружия он не вынимал, выходит, собирался покончить с несостоявшейся воздыхательницей магическим способом. Конрад последовал за сыном, а Седрик задержался.
Стараясь держаться вне поля зрения королевы и ее приспешниц, невидимость невидимостью, а правила безопасности никто не отменял, по стеночке добралась до двери в гардеробную. Теперь я хорошо видела всех пятерых. Ну и маркиза, который замер на пороге по правую руку от меня.
Марианн помогли взобраться на специальную подставку. Служанки приготовили платья, фрейлина подобрала нижнюю рубашку и чулки – знакомая процедура. Сейчас снимут ночную сорочку, оботрут тело мягкой тряпочкой и примутся колдовать над завязками и крючками.
Королева стояла спиной к Риоре, спокойная, безучастная, и он уже поднял руку, зашептал заклинание, когда ситуация неожиданно вышла из-под контроля.
– Добро пожаловать, милорд.
Мачеха со сладкой улыбкой обернулась и коснулась кольца на пальце. Девушки дружно охнули – значит, невидимость спала. Так и есть, бедняжки заверещали и сгрудились в углу гардеробной. Ну вот, сейчас на шум сбежится стража, и нас возьмут тепленькими. Хотелось завыть от досады. Вроде все продумали, а тут кольцо. Откуда? Серебряное, не золотое, мачеха отродясь плебейского металла не носила.
– Все гадала, когда вы явитесь, – голос Марианн лился песней. – Искала, награду за поимку назначила, и тут такой сюрприз. Поздравляю, – воздух прорезали скупые аплодисменты, – сумели обойти охрану. Но, – очередная улыбка змеи, – артефактами владеете не только вы, а кое-кто в этой стране еще верен короне.
Она достала из декольте свернутую в трубочку записку и помахала ею перед лицом побелевшего от досады Риоре. Выходит, верные Марианн гвардейцы отправили-таки весточку. Столько стараний, приготовлений, и все насмарку! Вот как их связали, раз так быстро выбрались? И друг ли нам капитан, вдруг первоначальные сомнения верны и он двойной агент? Но не мог так Седрик ошибиться, не мог!
Интересно, убьют или кинут в тюрьму? Показательный процесс – мощный рычаг воздействия, припугнет сомневающихся. И биография у Риоре подходящая, я бы не упустила шанс устроить шоу.
Странно, почему до сих пор нет стражи, девушки визжали знатно. Тихо, подозрительно тихо. Не глухие же на часах стоят!
Оправившись от первоначального шока, Риоре попытался завершить начатое. Если уж осудят, то за дела, а не за намерения. Над его ладонью сформировался переливающийся сгусток. Бросить его жених не успел. Зашипев от боли, он упал на колени, сжимая запястье. Следом на пол повалился Конрад. Бывший придворный маг преуспел больше, сумел выпустить на волю заклинание. Оно с легким шипением обволокло мачеху… и впиталось в тело.
– Дураки, определенно, одни дураки вокруг! – сокрушалась Марианн. – У меня договор с демонами! Чтобы убить, придется постараться.
– Темное отродье!
Седрик с мечом наголо ринулся на помощь и отлетел к стене, стоило мачехе крутнуть запястьем. Она вновь предстала в ведьмовском обличье, не особо заботясь наличием случайных свидетелей. Фигуру окутал полупрозрачный черный кокон. Его рваные края колыхались на сквозняке.
– Берегись! – завопила я, когда королева ленивым движением решила послать только оправившегося от удара Седрика к праотцам.
Еще немного, и его смела бы плотная воздушная стена, волшебным образом обогнувшая лордов Вариэлей. Ну да, маркиз не столь интересен в качестве игрушки.
О разрушительной силе заклинания Марианн можно было судить по разгромленной спальне. Тяжелую кровать развернуло и разрезало пополам, хорошо стены уцелели. А еще говорят, будто ведьмы – слабые существа! Какой же силой обладал демон, которому мачеха продала душу?
– Извольте, постараемся, ваше величество.
Конрад доказал, что недаром прежде считался лучшим магом королевства. Он сумел подняться и быстро, сосредоточенно нашептывал заклинание в сложенные ладони. Алое сияние, словно пламя, изнутри подсветило кожу.
Видела, что Риоре тоже пытается освободиться от чар, насупившись, отчаянно, миллиметр за миллиметром, тянется к неприметному кольцу на пальце, которое изначально приняла за оберег.
– Отдохните, мальчики!
Королева рванула шнурок на шее. В руки выскользнул небольшой флакончик, напоминавший тот, которым собирался принудить меня к согласию Лоон. Раз! И он разбился, обдав осколками и брызгами непонятной пахучей жидкости. От нее засвербело в носу. Это оказалось меньшим из зол – все присутствовавшие в гардеробной, кроме Марианн, окаменели.
– Надо же, претендентка на трон объявилась! – Королева обошла обездвиженных лордов и остановилась в паре шагов от сметенной двери. На меня ее колдовство почему-то не распространялось, но я сама не могла пошевелиться от страха. – Все никак не умрешь, еще и мужика моего увела. Как, не совестно?
Она стояла так близко, ухмыляющаяся, самоуверенная, будто дразнила, и Седрик попался на провокацию, чтобы, надышавшись парами, замереть соляным столбом.
– Ах, милый, – Марианн вернулась к Риоре, видимо, сочтя меня безобидным элементом декора, – ты сделал неверный выбор. Но я добрая, дарю последний шанс. Поцелуй край моей туфельки и поклянись в верности до гроба, тогда прощу. Скажу, что ошиблась и короля погубил герцог. Откажешься – отправишься к нему. Лоон с готовностью поведает о злоключениях и порадуется, что не ему одному мучиться. Только он проживет чуть дольше, а ты… Ты – пока не наскучишь.
Мачеха заготовила для непокорного бывшего королевского советника роль сексуальной игрушки. О, она знала, как сильнее унизить! Только задетым оказался не только Риоре, меня его судьба волновала не меньше.
Аккуратно сделала шаг назад. Так, вроде королева не обратила внимания, занята Конрадом. О, как она его ненавидела за то, что засомневался двадцать шесть лет назад, лишил, по словам Марианн, лучшей помощницы. Очевидно, речь шла о девице, которая подменила кровь.
– Я, по-твоему, вроде Сириуса Лонли? – отбросив вежливость, прервал монолог мачехи Риоре. Судя по издевке в голосе, он заготовил сюрприз. – Этакая комнатная собачка, которая ничего не может против великой ведьмы? А отец – одряхлевший лорд, растерявший былую силу? Если я позволил высказаться, то только из уважения к женщине.
Как бы не так, уважением тут и не пахло, жених не хотел отвлекаться от чар, поэтому не реагировал.
Лорд для порядка чуть подождал. Ответа не последовало, и он покосился на Конрада, картинно посетовав:
– Нехорошо бить женщин!
В следующий миг маги, напрягшись, сбросили оцепенение. Воздух в гардеробной вздрогнул, в лицо ударил порыв ветра.
Одновременно с магами подвижность обрели прислужницы королевы, только Седрик продолжал грозить пустоте. Видимо, на него подействовали еще какие-то чары.
Объединив усилия, отец и сын направили на Марианн нечто, напоминавшее толстый лазерный луч. Он двумя потоками вырывался из ладоней, с легким потрескиванием соединяясь в единое целое. Укрывший королеву кокон затрещал, задрожал и потух. Злобно зашипев, мачеха спряталась за зеркалом. Оно не могло защитить, зато подарило минутную передышку.
Зеркало разлетелось вдребезги. Оплавленные осколки подпалили несколько нарядов. Пересилив страх, служанки кинулись тушить пожар. Они копошились, хаотично метались по гардеробной, мешая мужчинам прицелиться. Этим воспользовалась Марианн. Вновь обезопасив себя черным облаком, она нанесла удар исподтишка.
– Не стоит недооценивать женщину, – осклабилась мачеха.
Картина повторилась: трое остолбеневших мужчин и одна торжествующая победу ведьма.
Ждать больше нельзя.
Шаг, еще шаг, и я у двери спальни. Зажмурившись, приоткрыла ее. Случаются же чудеса, пусть одно произойдет прямо сейчас! Невидимость спала, если в гостиной солдаты или фрейлины, я пропала. Увы, мечты сбылись ровно наполовину. Гостиная оказалась пустой, но и капитан пропал. Придется полагаться на собственные силы.
Зарыв пальцы в волосы, покосилась на дверь спальни. Вернуться? Что толку, какая разница, где арестуют. Если только… Шальная мысль подарила надежду. Вторая дверь! Я сумею пробраться в гардеробную с другой стороны, а метательный снаряд по дороге найдется. Прихватив подсвечник, отогнула край шпалеры и дернула дверь. Мучительные секунды ожидания, и она поддалась. Выходит, ее величество любила гулять по ночам, раз не запирала дверь на ключ. Опрометчиво!
Пыльно и душно.
Короткий проход вывел в один из завешанных нарядами открытых шкафов. Замерла, прислушиваясь. Королева все еще медлит, но переключила внимание на Седрика. Раз так, в запасе не больше пары минут, после придет моя очередь, а то Марианн и вовсе позовет стражу. Злодей произнес финальную речь и может смело убить врагов.
Перехватив вспотевшими руками подсвечник, осторожно вылезла из укрытия. Кокон на месте, пробить его невозможно, а заставить ведьму его снять можно. Если правильно поняла, заклинание держится, пока на нем концентрируешься, стоит ослабить внимание… «Ну, изображай Зену, спасай королевство, – вторгся в сознание противный внутренний голос. – Мужчины в отключке, а гвардейцы благополучно улетели восвояси».
Раз, два, три!
Подсвечник полетел точно под ноги Марианн. Шары забивать я умела, вот и тут выбила страйк. Тяжелый округлый подсвечник ударился о щиколотки мачехи, отправив ее проверять чистоту пола. Служанки и не подумали помогать госпоже, даже немая фрейлина предпочитала остаться слепой. На ее месте я бы тоже не рвалась к ведьме.
Есть, сработало!
Кокон растворился с легким шлепком, только Марианн быстро опомнилась, нашептывала новое заклинание, и я, поддавшись панике, огрела ее первым, что подвернулось под руку, – остатками опрокинутого во время тушения пожара манекена. Он развалился на части, одна из них пригодилась. Колотила снова и снова в каком-то диком исступлении, пока не сообразила, что бью уже мертвое тело. В ужасе уставилась на окровавленную деревяшку и, вскрикнув, выронила ее. Я убила человека. Господи, как?! Рухнула на пол, закрыв лицо руками. Я убила человека, я убийца! Меня трясло, к горлу подступила тошнота. Только в книгах легко и просто застрелить врага. Вроде знаешь: человек причинил столько зла, а все равно тяжко, совесть мучает.
Откуда-то из глубины дворца послышались испуганные крики: «Драконы, гвардия взбунтовалась!»
По щеке скатилась слезинка. От счастья. Выходит, капитан не предал, действительно привел людей. Раз так, все будет хорошо, нас не казнят.
Служившие Марианн девушки под шумок улизнули. В общей суматохе их крики наверняка затеряются, а если нет, с нами гвардия.
Приободрившись, в последний раз хлюпнула носом и аккуратно встала, стараясь не смотреть на мачеху. Да, убила, но она не оставила другого выхода, четыре жизни против одной.
Рядом оказался Риоре. Терпеливо дождался, пока первые эмоции схлынут, и обнял.
– Неосторожно вы! – Странно, но первым заговорил Конрад, причем пожурил. – А если бы под заклинание попали? И все, нет принцессы.
– Оставь ее в покое.
Жених прижал крепче, молчаливо успокаивая.
И лорд Вариэль-старший оставил. Видимо, понял: меньше всего на свете тогда я думала о собственной безопасности.
Риоре продолжал обнимать, пока остальные деловито решали, как поступить с трупом. По мне, тут бы и оставили.
– Не ожидал от тебя! – восхищенно шепнул жених. – Так самоотверженно! Женщина, а умница. Ты нам очень помогла.
– Для Гаменции старалась, – зарделась я и попросила: – Если можно, давай уйдем. Тут опасно.
Лорд кивнул и увлек прочь из гардеробной. Едва успели юркнуть в очередной тайный ход, как в спальню ворвалась стража. Зажав мне рот ладонью, Риоре шепотом пообещал, что ни с Конрадом, ни с Седриком ничего не случится, а вот принцессе пора показаться народу. Если бы я знала, куда он меня приведет, ни за что не согласилась бы!
Мы долго плутали по второй, скрытой от посторонних глаз сети переходов, пока не уперлись в запертую дверь. Для Риоре она не стала проблемой, лорд безо всяких отмычек устранил преграду. Не сразу осознала, где мы очутились, а когда сообразила, уперлась обеими ногами. Тронный зал, не пойду!
– Яна, – прикрикнул жених, – что ты как маленькая!
– И ты вечно решаешь за меня, – огрызнулась в ответ.
– Э, нет, это мы решили вместе, – напомнил вредина. – Помнится, кто-то согласился принять корону. Марианн мертва, пора выйти на свет. Или хочешь устроить смуту?
Я не хотела, поэтому смирилась, пошла.
Странно, но Риоре не усадил меня на трон, его заинтересовали окна. Он стремительно пересек зал и щелкнул шпингалетом. Жених долго всматривался в даль, то хмурился, то улыбался, а я косилась на тронное место. Неужели вскоре то большое кресло посредине, выше всех, станет моим? Немыслимо! Я не готова, пусть лучше Лика. Риоре ведь не сумасшедший, как можно короновать попаданку, пусть и родившуюся в Гаменции?!
– Твой час! – напутствовал жених, оторвавшись от окна, и с хитрой усмешкой посулил пряник: – Поведешь себя как королева, дам согласие.
На что, и так понятно, беседы с «да» и «нет» велись только о свадьбе.
– А ты уверен, что я этого хочу?
Риоре кивнул и, наклонившись, мурлыкнул:
– Мечтаешь на пару с моим отцом.
– Смотри, как бы королева не повела себя неожиданно, – прошипела в ответ и, вырвав руку, гордо прошествовала мимо наглого аристократа.
Вот как могла таким прельститься, как? Он еще и хохочет за спиной, довольный. И умный – догадался, как победить мой страх. Даже сердиться перестала, когда догадалась, к чему весь спектакль. Но, с другой стороны, чуточку обидно. Может, я бы не отказалась от одного «да» конкретного человека.
Набрала в грудь побольше воздуха и шагнула навстречу смерти. Образно, разумеется, хотя со двора доносились агрессивные крики, а за спиной нарастал гул от топота ног. Даже обернулась проверить, не ворвались ли в тронный зал сторонники Марианн, но обошлось. Риоре крепко держал оборону и не давал сомнительным личностям испортить мой триумф.
Тут бы, конечно, красивое платье и прическу, как у Мадонны в известном фильме, но чего нет, того нет. Оставалось надеяться, что и в мальчишечьем наряде я выглядела прилично и хоть немного походила на принцессу.
За окнами разворачивалось занятное зрелище, притягательное и пугающее одновременно. Над дворцом кружили драконы. Крылатые ящеры пугали длинными тенями и временами пикировали вниз, чтобы посеять панику в нестройных рядах защитников. Часть уже побросала оружие и жаждала одного – укрыться от смерти сверху. Другая, наоборот, из последних сил блюла верность долгу и пыталась причинить какой-либо вред гвардейцам. Последние уклонялись, до приказа командира не вступая в бой.
Прочистила горло и предприняла робкую попытку обратить на себя внимание. Бесполезно. Попробовала снова, уже смелее, и прорвалась сквозь пучину хаоса.
Драконы и люди замерли. Все, абсолютно все смотрели на балкон, пожирали взглядом неизвестную в мужском наряде, столь похожую на пропавшую принцессу.
Кожу будто кололо иголками, язык прилип к нёбу, но я сумела перебороть страх и произнести первое слово. Речь вышла сбивчивая, Риоре бы отругал и пригрозил курсами риторики, но ему было не до того.
Странно, чем больше я говорила, тем больше верила в успех. Откуда что взялось – и властные нотки, и складные предложения? Только сумею ли я убедить будущих подданных? Кто с первого раза поверит в воскрешение Кары Янины? Тут бы пригодилась Лика и свидетельские показания Конрада…
Свист. Ну да, логичная реакция. Спасибо, землей или камнями не закидали.
Попятилась, испугавшись непредсказуемости толпы. Я сделала все, что могла.
И вот, когда план Риоре, казалось, трещал по швам и обернулся грандиозным провалом, выяснилось, что отец и сын умели-таки организовывать операции. Пятясь, я натолкнулась на кого-то. Лика! За ее спиной стоял довольный и чуть помятый Конрад.
– Должность придворного мага имеет некоторые преимущества, – подмигнул старый лорд. – Например, возможность открыть портал в нужное место. Напоминаю, защиту ставил я.
Воистину семейство Вариэль восхитительно!
Заплаканная Лика протиснулась мимо меня и перегнулась через перила, будто не слыша гула и свиста толпы, среди которой уже бродило слово «измена». Явление сестры произвело должное впечатление: люди притихли. Лика выдержала эффектную паузу и выкрикнула то, что меньше всего ожидала:
– Смерть убийце Эдвина Второго – королеве Марианн! Она лишила меня отца и сестры, а вас – права на светлое будущее.
Не иначе речь подготовил Конрад, не могла Лика придумать ее сама.
Воспользовавшись моментом, встала рядом с сестрой и, спохватившись, стянула шапочку. Вот балда, забыла о ней! Конспираторы постарались превратить меня в юношу, поэтому волосы пришлось заплести особым образом и затолкать под головной убор. В итоге люди внизу видели мужчину, а не женщину. Теперь я распустила волосы, и огненная королевская шевелюра сразу бросалась в глаза. Сходство с покойным монархом стоило тысячи слов, толпа уже не бурлила, наоборот, во дворе установилась звенящая тишина, только шелестели крыльями патрулировавшие небодраконы.
Незримо ощущая поддержку сторонников за спиной, вновь обвела взглядом двор. Страх никуда не делся, но появилась уверенность в собственных силах, которой мне так не хватало, и я заговорила. Разум жил отдельно от прочих чувств, после я не могла вспомнить ни фразы, но, видимо, сумела подобрать правильные слова.
Толпа взревела. Сначала я вновь испугалась, отпрянула от перил, а затем поняла: будущие подданные вовсе не собирались убивать. Они негодовали, но обратили ненависть на Марианн.
Рядом очутился Риоре. Когда только успел? Его рука сжимала мою, не таясь, чтобы все видели. По другую сторону замерла Лика, прижимая платочек к глазам. Ее поддерживал Конрад, что-то успокаивающе шептал на ухо. Огляделась и поняла, что на балкон вышли все старые знакомые: маркиз, капитан, мертвенно-бледный Брайн. Все они хотели поддержать меня и очернить Марианн.
– Гвардия готова присягнуть, – склонился к моему уху Риоре. – Остальных заставим. Разумеется, будет расследование, суд, но ты королева по крови.
– Вдруг ее снова подменят? – напомнила о давней истории.
– Прослежу и возьму лично, – пообещал жених.
Ну раз за дело возьмется Риоре, тогда, может быть.
Выпустив мою ладошку, бывший советник деликатно отодвинул меня в сторону и обратился к толпе:
– Слава принцессе Каре Янине Гаменцианской! Слава будущей королеве!
Голос его гремел, и толпа подхватила слова лорда, многократным эхом повторив: «Слава, слава, слава!»
* * *
Жутко нервничала, словно собиралась на первый в жизни бал. Сегодня состоится самое важное событие в моей жизни, ну, помимо долгожданного признания одного вредного блондина. Он таки соизволил допустить наличие любви и заверил, что теперь никуда не отпустит, если только сама не сошлю.
– И что ты во мне нашел?
Помню ведь, лорд Вариэль не проникся симпатией к попаданке, откуда чувства?
– Сам не знаю. Видимо, надышался парами в лаборатории. Хотя фигурка у тебя хороша, сразу оценил.
– Ага, назвал жирной.
– Яна, я могу слово в слово повторить…
Зажала ему рот ладонью и взмолилась:
– Не повторяй, лучше люби дальше.
Кто разгадает химию чувств? Интерес, желания, чуточку внимания – и вот пьянящий коктейль готов. Пить медленно, наслаждаясь конфетно-букетным периодом. Официально он начнется сегодня.
Фрейлины и горничные прокляли наследную принцессу, которая никак не могла определиться с нарядом и драгоценностями. Что я могла поделать? Хотелось предстать перед женихом в лучшем виде, а траур по отцу диктовал свои условия.
Сегодня Риоре сделает предложение. Положим, мы и раньше считались парой, зато теперь ему не придется сбегать из спальни поутру. Да и пора бы узаконить отношения – ночные визиты принесли свои плоды. Конрад радовался, Риоре шипел на него, а я… Меня занимали совсем другие вещи. Когда на твои плечи внезапно сваливаются государственные дела, приходится разбираться с последствиями короткого правления мачехи, завоевывать авторитет у дворянства, тут не до беременности. Да и зачем волноваться? Жених старомоден, насильно под венец затащит.
Лика восприняла новость о том, что она отныне вторая дама королевства, относительно спокойно, хотя продолжала дуться на Риоре. Оно и понятно, лорд преподнес неприятный сюрприз в виде брака с Айроном. Последний перебрался в столицу и легко отказался от притязаний на тело и сердце младшей принцессы взамен на деньги и уютную должность. Лика теперь девушка свободная, лакомый кусочек для женихов, но будущий консорт – да, да, Риоре забыл о давних словах и охотно готовился к этой роли – бдит и не подпускает к принцессе излишне амбициозных молодых людей. Сам он вновь занял пост советника и фактически сосредоточил в руках бразды правления.
Герцога Саруса мы отыскали живым в одном из подземелий дворца. Его действительно держали на цепи и кормили один раз в день. Потрепанный, отощавший канцлер сухо поблагодарил за освобождение, однако не пожелал извиниться за прежние дела. Он подал в отставку и уединился в своих владениях. За ним следили, но пока герцог жил мирно и вроде не плел интриг. Однако я не питала иллюзий. Рано или поздно Лоон Отти нанесет удар. Риоре осторожно предлагал устранить угрозу, но это стиль Марианн, а я не желала ни в чем походить на мачеху. Суд официально признал ее виновной в гибели супруга, посмертно лишил дворянства и подданства Гаменции. Заодно Марианн вышвырнули из королевского фамильного склепа и публично сожгли как ведьму – похоже, некоторые традиции во всех мирах общие.
Тео и Амалия находились подле отца, но Риоре уже придумал, как разбить семейный клан. Брата посылали в горы в абсолютно ненужную экспедицию, а сестру выдавали замуж за одного из наших сторонников. Герцог возразить не мог: указ подписан моей рукой.
Наконец я остановила выбор на бледно-сиреневом наряде – хочу сегодня быть нежной, слабой, благо пошел четвертый месяц траура, дозволявший отойти от серого и черного и устраивать короткие приемы без фуршета. Пока живота нет, могу позволить любой фасон и даже чуточку затянуть корсет. Туго шнуровать себя я не позволяла, чтобы не случилось выкидыша. Может, средневековые беременные женщины и гордились осиной талией, двадцать первый век доказал вредность такого подхода.
Двадцать первый век… Ничего, мы еще встретимся, будущий свекор обещал объединить усилия с теми самыми некромантами севера, благодаря которым я оказалась в Гаменции, и открыть портал в Петербург. Не сразу, годика через два, но Конрад дал слово и сдержит его.
Улыбнувшись отражению в зеркале, примерила корону в виде диадемы. Теперь я носила большую, с головы мачехи, а не малую, которая отошла Лике. После коронации и вовсе придется примерить тяжелый венец. Вот чего боялась до дрожи – грядущего шумного и помпезного торжества. Как назло, Риоре решил сыграть свадьбу в один день с коронацией, чтобы сэкономить… и покрасоваться титулом консорта. В последнем жених никогда не признается, но я-то догадалась! Пусть, должен же у власти оказаться кто-то местный. Пока я научусь править, королевство развалится. И советник из Риоре хороший, не собственным карманом интересуется, а благом страны.
Мы все еще воевали с парой дворянских родов, которые не радовались новым правителям, но ничего, справимся, остальных уже покорили или задобрили.
– Вы великолепны, ваше королевское высочество! – фальшиво пела леди Стомес.
Я пропустила ее слова мимо ушей. Живя при дворе, быстро учишься отличать ложь от правды, искренность – от желания выслужиться. Леди Стомес мечтала превратиться в статс-даму, поэтому щедро лила елей в уши. Вот бы взглянуть на ее лицо, когда она узнает, кому отойдет заветная должность! Леонсия заслужила награду, пусть шпыняет высокомерных фрейлин.
Брайн тоже не остался незамеченным. С большим трудом мне удалось уговорить его принять титул лорда. «Только из уважения к вам», – заявил упрямый королевский слуга. Разумеется, место при дворе он сохранил, но сменил название должности: дворянину неприлично числиться слугой, пусть и главным. Отныне Брайн заведует Дворцовым министерством.
Посмеиваясь собственным мыслям, выплыла из гардеробной и не удивилась, застав в будуаре Риоре. У жениха хватило совести не развалиться в кресле, а смиренно дожидаться стоя.
– Вы нетерпеливы, милорд. – Не смущаясь чужого присутствия, подошла и коротко поцеловала его в щеку. – Только придется выйти, если не хотите пропахнуть дамскими духами и испачкаться в пудре.
– Я не боюсь, ваше высочество, предпочитаю провести больше времени подле вас.
Улыбнулась и опустилась в кресло, чтобы горничная могла завершить парадный образ.
– Когда вы превратились в дамского угодника?
Голову повернуть нельзя, но я видела в зеркале отражение Риоре. Он выглядел довольным и сногсшибательно красивым. Черты лица остались прежними, неидеальными, местами грубыми, но для меня он стал самым-самым.
– И не думал, ваше высочество.
В общении со мной лорд допускал небольшие вольности.
– Тогда о чем вы хотели поговорить, раз вдруг полюбили пудру?
Чихнула, когда пуховка с той самой пудрой убрала блеск с носа.
– О том, что вам нужно больше отдыхать и думать о наследнике. Мне доложили о библиотеке.
Дожила, собственные подданные закладывают собственному же советнику! Кто тут правит: я или Риоре?
– Не беспокойтесь, наследник появится в срок и сразу с положенными августейшей особе знаниями. А теперь больше ни слова, не портите вечер! Приемов не давали целых пять месяцев.
Ну вот, я готова, блистательна и неповторима. Майская роза, как сказали бы в старину.
– Боюсь, световые шары лопнут от зависти при виде вашей красоты.
Комплименты от Риоре – вещь невероятная, но в моей жизни отныне хватало новизны, привыкну и к куртуазности будущего супруга.
– Вы маг, так позаботьтесь о моей безопасности!
Делано капризно надула губы.
– Всенепременно, – с улыбкой пообещал лорд и взял под руку.
Мы чинно, словно супружеская королевская чета, покинули покои наследной принцессы, которой через час предстояло стать невестой, а еще через три с половиной месяца – женой. Быстрее нельзя, свадьба и коронация – дело тонкое, затратное. Опять же траур, нужно выждать хотя бы восемь месяцев после смерти отца. Мне и так придется носить фиолетовый чепец и верхнюю распашную юбку такого же цвета еще три года и временно забыть о существовании любых радостных расцветок. Надеюсь, к коронации не располнею, как бочка, обидно будет весь вечер просидеть на троне. Зато сегодня потанцую всласть, рядом с Риоре я свыклась даже с жуткими местными танцами, благо церемониальные под запрет не попали. Видимо, составители правил этикета понимали: геометрия на паркете – сущая пытка. Хотя что она по сравнению с тем высокомерным лордом, к которому привез меня барон Гауш! Если я сумела полюбить его, все остальное – цветочки.