ГЛАВА 18

Анна

— Ань, ну так нельзя! — возмущается Ирка, буквально крича мне в ухо.

— Что нельзя? — отворачиваюсь к окну, обхватываю чашку кофе и смотрю на проезжающие машины.

— Нельзя так себя вести! — а я не могу понять, что ей от меня нужно.

— А как я себя веду?

— В том-то и дело, что никак, — фыркает она. — Ты ничего не делаешь, только постоянно рисуешь, смотришь в окно и вообще со мной не разговариваешь. Давай сходим к кино, устроим шопинг, или закажем много вредных пирожных, которые ты любишь, — а я ничего не хочу. Последний месяц я живу словно на дне океана, под толстым слоем воды.

— Хорошо, я была достаточно терпеливой и не лезла тебе в душу. Давай просто поговорим, иногда, если выплеснуть все из себя, становится легче. Расскажи, что у вас произошло, — отрицательно качаю головой, потому что это только моя боль, и я не хочу ни с кем делиться.

— Да что же такое там произошло?! — уже с раздражением спрашивает Ирка. — Он тебя как-то обидел?

— Нет.

— Изменил тебе?

— Наверное, нет.

— Вел себя как-то неподобающее?

— Нет, он самый лучший.

— Он не захотел больше ваших отношений, просто попользовался?

— Нет, он не хотел меня отпускать.

— Тогда в чем ваша проблема?! Что такого трагичного произошло, что ты ходишь словно не живая?!

— Ничего, — отрицательно качаю головой, продолжая считать проезжающие мимо машины.

Вот уже месяц где-то внутри невыносимо ноет. Каждую ночь мне снится ОН, и каждый раз с новой женщиной, их множество, самых разных. Я словно наблюдаю за ними со стороны — подглядываю. Он всех их ласкает, целует и занимается с ним сексом, все они стонут, выгибаются в его руках и кричат его имя. Наверное, это самые страшные сны в моей жизни, они изматывают меня и не дают спокойно дышать. Иногда я вижу сцены из наших с ним ночей, я помню каждое касание, шепот, ласку или грубость, только на моем месте очередная женщина. Мне очень хочется потерять память и ничего не помнить, кроме того, что я его люблю. Все забыть и бежать к нему. Но я не могу себя пересилить, возможно, в этом виновата моя мать, которая гадко, в подробностях, рассказала мне о специфике его работы. Я зажимала уши и кричала ей, чтобы замолчала. Как я ненавидела ее в эти моменты, а Елена все оправдывала тем, что хочет наконец разрушить крупицы моих иллюзий, убить во мне Максима, как любимого мужчину, и заставить посмотреть на него другими глазами.

Я сходила с ума, но несколько раз во сне я четко видела его с моей матерью, это было больно и гадко до тошноты. Одно дело знать, что они были в месте, и совсем другое видеть все словно наяву. Эти картинки меня убивали и не позволяли бежать к нему сломя голову. Сколько женских тел через него прошло? Скольких женщин он имел?! Противно ли мне? Нет. Но что-то не отпускает… И без него я тоже не могу нормально жить. Мне всегда хочется плакать и кричать от тоски. Я не хотела уходить навсегда, я не представляла, как жить без него, я хотела переболеть, принять его прошлое, если, конечно, все в прошлом, потому что Елена твердила, что бывших шлюх не бывает и что у Максима это в крови. Она впивалась этими мучительными словами в мою душу, и я ненавидела ее за это. Я хотела все переосмыслить, принять и вернуться, потому что не представляла кого-то другого на его месте. Я не понимала, что со мной творится, я медленно сходила с ума. Одна часть меня, которая всегда будет принадлежать Максиму, рвалась к нему, требуя вернуться, а другая — приносила боль и не могла с этим смириться. Я себя знала, и понимала, что не смогу спокойно жить с Максимом, наслаждаясь каждым мгновением без этих грязных отвратительных картинок. Я превращусь в параноика и задушу ревностью себя и его. А это путь к концу…

— Ира, со мной все хорошо, мы зачем сюда пришли? — указываю на кипу газет на столе. — Поискать винтажную мебель для оформления. Так давай займемся делом.

— Давай, — недовольно бурчит Ирка, открывая первую газету с объявлениями. Я беру еще одну, просматриваю объявления, пытаясь сосредоточиться на работе. В какой-то момент в глаза бросается объявление в рамке жирным шрифтом:

«Продается квартира-студия, железная дверь, стеклопакеты, новая сантехника, мебель, просторная лоджия. Адрес, телефоны».

Сначала не понимаю, зачем вообще рассматриваю и перечитываю это чертово объявление в пятый раз. А потом понимаю, что это адрес Максима и его квартира! Застываю, пялясь в газету, — он что уезжает или просто переезжает? Зачем?

— Что-то нашла? — спрашивает Ирка, отрываясь от поисков. Ничего ей не отвечаю, грудь сдавливает, и сердце с каждой секундой ускоряет ритм. Хватаю телефон и отчаянно ищу его номер. Вот же он, был где-то здесь. Всегда был, а сейчас нет! Ничего нет, даже наших старых сообщений, которые я не удаляла. Да где же этот чертов номер! Злюсь, откидывая аппарат на стол, а потом хватаю газету и списываю оттуда номера.

— Ань, что-то случилось? — настороженно спрашивает Ира, наблюдая за мной.

— Подожди! — обрываю ее я, поднося телефон к уху. Гудки, гудки, гудки…. Ну, пожалуйста, ответь мне!

— Агентство по недвижимости «Уютный дом», — сообщает женский голос на другом конце. И я понимаю, что это не его номера. Кто мог стереть его из моего телефона?! Только Елена!

— Девушка, я насчет квартиры по адресу Братская десять, мне нужен номер хозяина.

— К сожалению, мы не даем такой информации, все вопросы через агентство.

— Девушка, мне нужен номер! — кричу в трубку, словно это она виновата, что я теряю Макса.

— Девушка, квартира все равно уже продана, но мы можем предложить вам много других вариантов.

— Как продана? — сама не понимаю, кому задаю этот вопрос, и пока женщина мне что-то объясняет, предлагая другие варианты, в каком-то оцепенение смотрю в газету.

— Ира, ты на машине?

— Охренеть, — ругается она. — Мы вообще-то сюда приехали на моей машине.

— Хорошо, отвезешь меня в одно место?

— Да без проблем, если ты скажешь, что происходит.

— Расскажу по дороге, — сама встаю с места, хватаю растерянную подругу и быстро тащу ее на выход. Во мне словно что-то щелкнуло, я вдруг испугалась, что потеряла Максима навсегда. Пока я знала его адрес и телефон, мне казалось, что он где-то рядом, а сейчас кажется, что Макс очень далеко и с каждой минутой все дальше и дальше от меня. Пока мы ехали на квартиру к Максиму, я спешно объясняла подруге, что мне нужно найти ЕГО, но умолчала о том, что мне срочно нужно сказать, как я его люблю и боюсь опоздать. Все вокруг вдруг стало незначительным по сравнению с тем, что я могу потерять его навсегда. Боже, никогда не замечала, какие это страшные слова «НАВСЕГДА» и «НИКОГДА». От этих слов все внутри сжимается и становится трудно дышать.

Я не знаю, зачем я приехала в эту квартиру, место, которое Макс называл нашим домом. Мне безумно хотелось, чтобы он был еще там. Ведь после продажи жилья людям дается время на переезд? Не дожидаясь лифта, я буквально вбегаю на нужный этаж и долблюсь в закрытую дверь, чувствуя, как на меня накатывает истерика и подступают слезы.

— Максииим! Пожалуйста… открой…, - кричу, прекрасно понимая, что его нет.

И мне становится страшно от того, что я его не найду. Сбегаю вниз, спотыкаюсь, почти падая с лестницы, вновь сажусь к Ирке в машину, сама не зная, куда ехать дальше. Работа! Он же работал! Не помню точного адреса, но указываю подруге дорогу, по памяти. Когда мы жили вместе, Макс как-то заезжал вместе со мной на работу за какими-то документами. По дороге захожу в социальную сеть, пишу ему сообщение. Но он их даже не получает, и в сети был две недели назад. Смотрю на его фото в профиле. Макс сидит на лестнице в каком-то клубе, в черной рубашке с небрежно расстегнутыми пуговицами, и смотрит в камеру своим красивыми порочными глазами, с легкой полуулыбкой. Такой красивый, мужественный, сильный, даже его фото обладает магнетизмом. Глажу пальцами его лицо и начинаю плакать. Дура! Господи, какая я дура! Самая настоящая! Разве важно, что у него было до меня. Да хоть миллионы женщин, я же не смогу жить, если потеряю его. «Проси все, что угодно, только не уходи», — проносится у меня в голове. А я ушла! Убежала, а сейчас мне хочется кричать во все горло, что все это из-за меня!

— Вот здесь останови! — прошу подругу, и буквально выскакиваю из машины, забегая в здание.

— Здравствуйте, чем вам помочь? — спрашивает меня девушка на входе.

— Мне нужен Максим.

— Должность?

— Я… я не знаю. Помощник руководителя. Аллы… — задыхаясь произношу я. Девушка долго и внимательно рассматривает меня и не спешит отвечать.

— Его нет, — наконец выдает она.

— А где он? Он больше здесь не работает? — мне все равно, что на меня смотрят как на сумасшедшую, я просто хочу видеть Максима!

— Мы не даем такой информации, — уже без интереса отвечает девушка.

— А кто дает? А Алла здесь?! — они же друзья, и она должна знать, где он.

— Алла Александровна, — поправляет меня девушка, и набирает чей-то номер.

— Как вас зовут?

— Анна, — девушка кивает и видимо звонит Алле.

— Алла Александровна, тут девушка Анна, спрашивает Максима или вас, ее пропустить? Хорошо.

— Проходите, второй этаж, направо, — не дослушиваю ее, буквально бегу вверх по лестнице. Но возле дверей руководителя торможу, пытаясь отдышаться. Сейчас я буду разговаривать с женщиной, которая спала с Максимом, она его бывшая клиентка. А мне все равно, главное, чтобы она знала, где найти Максима. Стучу, зачем-то поправляю волосы, одергиваю платье и решительно вхожу в кабинет.

— Алла Александровна? Можно?

— Конечно можно, Анечка, и я просто Алла, — усмехается женщина. Я жду от нее язвительности или надменности, но она открыта и доброжелательна. Еще вчера я ненавидела всех его женщин, а сейчас так рада, что она меня принимает. — Присаживайся, чай, кофе, сок?

— Нет, спасибо, вы знаете, где Максим? — отказываюсь, потому что мне почему-то кажется, что я теряю время, мне просто необходимо его увидеть и почувствовать прямо сейчас.

— Максим, наверное, еще в городе, хотя я не уверенна. Не знаю точно, когда у него поезд, — посматривая на часы отвечает женщина.

— Он продал квартиру? Он уезжает? На каком он вокзале?

— Тихо, тихо, успокойся, выдохни и на минуту присядь, — я не знаю, почему так происходит, я должна презирать эту женщину, но она вызывает у меня доверие, и я сажусь в кресло, в ожидании от нее ответов. Алла наливает стакан воды и протягивает его мне. — Ты очень красивая и милая, неудивительно, что Макс безумно в тебя влюблен. Ответь мне для начала — ты любишь его? — я хочу тут же выпалить «ДА», но она прерывает меня. — Я имею виду не простую влюбленность, а настоящую любовь.

— Да, я его очень люблю. Скажите мне, пожалуйста, где он, я хочу к нему, — умоляюще прошу я.

— Я все скажу, дорогая, но для начала мы поговорим, — какие к черту разговоры?! Он же скоро уедет или уже уехал — думаю я, но послушно киваю.

— Не пойми меня сейчас неправильно, отстранись от нашей прошлой связи и просто послушай, — больно слышать об их «связи», особенно, когда смотрю на Аллу и понимаю, что она шикарна. — Несмотря на то, что он оказывал женщинам сексуальные услуги и его клиентки никогда не жаловались, Максим никогда не любил. Считай, что он девственен в этом вопросе, с появлением тебя его жизнь перевернулась. Максим очень надежный, целеустремленный мужчина, он всегда честен и никогда не придает. Он заботливый, нежный, чувственный и одновременно сильный, и страстный. Он не рассказал тебе о своем прошлом только от страха потерять. И ведь не зря боялся, — указывает на меня, заставляя ощущать щемящее чувство вины. — Разве важно, сколько женщин у него было до тебя? Разве важно его прошлое, когда он отказался от него ради тебя, в один день оборвав все связи? Любовь — она слепа и всепрощающая, и если ты не готова принять его прошлое, то и не стоит быть с ним в настоящем. Любить нужно вопреки. Нужно не просто любить, нужно дышать человеком. И если в тебе до сих пор есть хоть капля сомнения, то нужно отпустить. Любовь не терпит сомнений.

— Я дура… тогда я просто… — не могу подобрать слова. — Не знаю, было просто невыносимо больно и… Я действительно задыхаюсь без него, пожалуйста, скажите мне, где он! Я боюсь не успеть.

— Успеешь! — почему-то уверенно отвечает Алла — Езжай на Южный вокзал, он там на перроне. — Давай быстрее, — говорит Алла и уже не смотрит на меня, набирая чей-то номер. И я бегу… Бегу сказать ему, что не просто его люблю, я дышу им и мне нужен глоток моего кислорода.