ГЛАВА 10

Максим

Пока еду к Алене в офис, меня не покидают странные ощущения. В какой-то момент в голову даже приходит шальная мысль: «А надо ли мне это все?». Вот так взять и отказаться от годами выстроенной жизни ради простой милой девочки? Кардинально развернуть свою жизнь на сто восемьдесят градусов? Стоит ли оно того? Идиотский вопрос! Конечно, стоит! Моя девочка много чего стоит, ради нее можно сделать все. Абсолютно все! Закончилась моя продажная жизнь, нужно закрыть эту страницу в моей книге жизни. Уничтожить этот черновик и начать новую историю с чистого листа.

Несколько часов прошло с момента расставания с Синеглазкой, а я до сих пор ею пьяный. Я даже душ не стал принимать, потому что на мне ее чистый малиновый запах, и я не хочу его смывать. Еду по трассе, и вокруг все кажется совсем другим, я стал замечать то, что никогда не замечал. Вижу парк, тихий, спокойный, в глубине него небольшое озеро, и я рисую в голове, как гуляю там с Нютой. А напротив уютный ресторанчик… Черт, трясу головой и начинаю смеяться на весь салон как идиот. Надо же было так влюбиться за такой короткий срок. А ведь вокруг меня всегда было много девочек, девушек, женщин, красивых милых, сексуальных — но ни одна не вызывала внутри меня такую бурю чувств и эмоций. Мне даже страшно от того, что я совершенно себя не узнаю. Я вроде тот же, но одновременно совсем другой…

Паркуюсь на стоянке, щурюсь от яркого солнца, и быстрее спешу в здание. Вызываю лифт и, как, бл*дь, в самом хреновом фильме, сталкиваюсь с Еленой. Замечательно! На женщине строгий брючный костюм и туфли на шпильке. Такая типичная начальница — стерва, что и доказывает ее ухмылка.

— Привет, — совершенно спокойно произношу я, облокачиваясь на стенку лифта, а сам зачем-то ищу в ней сходство с Анной. И не нахожу, словно она не ее дочь.

— Ну, привет, Макс, — продолжая ухмыляться, произносит Елена, осматривая меня с ног до головы. — У меня только один вопрос, — уже серьезно говорит она. — Чем я тебе не угодила? Я как-то думала у таких, как ты, в приоритете деньги, а не личные предпочтения, — ох, мать ее, обиженная уязвленная женщина — самый худший враг. В любой другой ситуации я бы ответил ей так же язвительно, но сейчас в моих интересах сказать ей правду. Почти правду.

— Ты здесь не причем. Я просто заканчиваю свою карьеру, — усмехаюсь я.

— А что так? Затрахался, затаскался? — выгибая тонкую бровь, спрашивает она.

— Не поверишь, влюбился, без памяти, — с ее лица тут же пропадает ухмылка и, кажется, женщина на секунду теряется.

— В одну из клиенток? — спрашивает она, когда лифт открывается на моем этаже.

— Нет, в самую замечательную девушку на этой земле, — отвечаю я, выхожу из лифта и направляюсь в офис Алены. Все это могло бы выглядеть забавно, если бы не тот факт, что я трахал мать девушки, в которую влюблен. И думаю, когда Елена узнает о нашей связи с Анной, она не будет от этого в восторге. Что делать со всем моим грязным прошлым, я не знал, даже не представлял…. Хочется просто все скрыть, стереть всем память и начать все заново, оставив развратное прошлое при себе.

Прохожу в кабинет Алены, где она с Германом обсуждает какую-то вечеринку. Просто молча присаживаюсь на диван, пожимаю руку Герману и киваю Алене.

— В общем, ты понял, сделай так, как умеешь только ты, чтобы все визжали от восторга, — усмехается Алена. — Основное внимание удели Инге. Ну не мне тебя учить, — ухмыляется Алена, а сама смотрит на меня. — Кстати, Макс, тебе тоже не мешало бы побывать на этой вечеринке. Там будет много состоятельных женщин, выберешь себе, кого хочешь. Ты у нас, я смотрю, в последнее время привередливый, — язвительно произносит она.

— Я об этом и пришел поговорить, — сухо отвечаю, не реагируя на язвительность. — Герман, дашь нам немного пошептаться?

— Да без проблем, — парень поднимается с кресла и выходит из кабинета.

— Ну, и? Что там с Кристиной? — уже недовольно спрашивает Алена, как только мы останемся наедине.

— Будто ты не знаешь, — уже усмехаюсь я. — Да уже и не в Кристине дело, я больше не работаю, — Алена округляет глаза, но продолжает меня слушать. — Алла уже в курсе. Да и с Таней тоже проблем не будет. Я с ней поговорю. Больше клиенток у меня нет. Все, я на пенсию, — усмехаюсь я. Но Алене, похоже, вообще не смешно, ее удивление меняется на злость. Ее можно понять, мужиков-шлюх найти трудно, тем более в этом деле мало иметь хорошие внешние данные, здесь еще нужно быть умелой сволочь, очаровывать и играть. Но я не раб и нехватка кадров — это проблемы Алены.

— Ты, бл*дь, сейчас серьезно? Скажи, что пошутил? — Алена нервничает, встает с места и начинает расхаживать по кабинету. А я абсолютно спокоен, мне даже как-то легко стало, будто скинул с себя груз. Откидываюсь на диване, закидываю руки на спинку и наблюдаю за метаниями Алены.

— Нет, я не пошутил. Когда-то ты мне сказала, что я в любой момент смогу уйти. Так вот этот момент наступил, — Алена останавливается у открытого окна, берет сигарету, прикуривает и старается выпускать дым на улицу, чтобы не сработала пожарная сигнализация.

— А что случилось? Причина? — глубоко затягиваясь, спрашивает Алена.

— Не хочу, устал, не стоит, надоело, противно, — выбери то, что тебя устроит.

— Макс, я серьезно! — почти кричит она, будто я ей обязан что-то объяснять.

— Я тоже! Еще никогда не был так серьезен. Могу помочь найти мне замену, есть один парень…

— Может, возьмешь отпуск, на месяц? — не слушая меня, спрашивает Алена. — Я понимаю, ты устал. С кем не бывает. Отдохнешь, соберешься с силами, подумаешь хорошо. Неужели ты хочешь пахать на благо общества за копейки?

— Нет, Алена, это все. Я больше не в игре. Я тебе ничего не должен, а Аллу и Татьяну беру на себя, — встаю с дивана и направляюсь на выход.

— Кажется, я знаю причину твоего ухода, — кидает мне в след Алена. Вот ведь сука наблюдательная!

— Нет, Алена, не знаешь, — не оборачиваясь отвечаю я и покидаю ее кабинет. Вот и все! Прощай, работа, скучать я точно не буду. У меня впереди пока непонятное мне будущее и моя синеглазая девочка.

Выхожу на улицу, облокачиваюсь на свою машину и звоню Алле.

— Привет, занята?

— Для тебя свободна. Если ты звонишь уточнить насчет вечера, то планы действительно поменялись, мы идем с тобой на очень важную для меня встречу. Хочу утереть нос одной суке. Так что, будь добр, сыграй великую любовь и полное обожание, — усмехается она.

— Помнишь, ты говорила, что если я захочу уйти, ты сможешь помочь?

— Ммм, вот оно в чем дело, — с сожалением произносит Алла. — Дело в той девочке?

— Да, ты была права, я безумно влюблен.

— Я никогда не ошибаюсь. Рада за тебя. Но ты, конечно, так не вовремя…. Ты не мог уйти из профессионального завтра? — с досадой произносит Алла.

— А что случилось? — усмехаюсь я и сажусь за руль.

— Ты мне сегодня нужен. Очень. Хотя бы в качестве эскорта. Без секса. Сможешь? А после мы обсудим, чем я могу тебе помочь, — хитро произносит Алла.

— Это шантаж? — усмехаюсь я.

— Ну что ты. За кого ты меня принимаешь? Это взаимовыгодная сделка.

— Ну хорошо, что нужно делать? — спрашиваю я, заводя двигатель, направляясь домой.

— Заезжай за мной к семи вечера, я все объясню. И да, будь неотразим. Надень какие-нибудь стильные шмотки, чтобы одна сука изошлась слюной по тебе, — смеется Алла.

— Договорились, — отвечаю я. — До вечера. — Я соглашаюсь не только потому, что Алла может мне помочь. Даже если бы она ничего мне не обещала, я бы все равно согласился. У меня особое отношение к Алле как к человеку.

***

Как выяснилось, Аллу задела некая дама по имени Светлана. Она где-то обмолвилась, что после смерти мужа Алла похоронила себя, стала фригидной, да и никому не нужной. Аллу это, конечно, как женщину, зацепило, и она решила доказать, что у нее все в порядке. В общем, моя задача — очень разозлить Светлану тем, что Алла со мной. Задача легкая и трахаться не нужно.

— Мне так нравится, когда ты понимаешь меня без слов. Хорош, зараза. Впрочем, как всегда, — Алла втягивает воздух. — И парфюм мой любимый, а эта черная рубашка так идет. Светка обосыться и начнет стыдиться своего борова Гену. Прости, я понимаю, что это все выглядит по-детски, но мне было обидно до слез. Я фригидная старушка, а она у нас, блин, девочка. Но главное не это, она бьет по самому больному, как бы невзначай хвастаясь достижениями своей дочери. Вот такая псевдоподруга, — с грустью сообщает Алла, смотря куда-то в даль. — Люди злые, и я бы плюнула на нее, не обращая внимания на тявканье этой шавки, но почему захотелось что-то доказать. Доказать то, чего нет… Слушай, — Алла вдруг разворачивается ко мне. — А ведь она права. К черту весь этот спектакль, поехали просто поужинаем где-нибудь и обсудим твои дела, — сжимаю руль, потому что мне вновь становится жалко эту женщину. По-доброму жалко. Она такая сильная и в то же время слабая. А ведется на провокации завистников как девочка.

— Надо, Алла. Посмотри на себя. Ты прекрасна. Это бордовое платье тебе идет. Ты настоящая женщина. Статная и независимая. Ты смогла не сломаться там, где другие уже бы утонули в своем горе. И раз начала игру, доиграй ее до конца. А если ты сейчас не придешь на эту «дружескую» встречу, Света так и будет шептаться за твоей спиной.

— Ох, Макс, — Алла улыбается. — Я так и не научилась распознавать, лжешь ли ты или говоришь правду.

— С тобой я почти всегда искренен. Я думал, наши отношения давно переросли в нечто другое.

— Приятно было иметь такого друга-любовника как ты, — с грустью вздыхает Алла.

— Ну ладно, насчет любовника согласен, я уже себе не принадлежу. Но я всегда останусь твоим другом, — говорю я, одновременно заезжая на стоянку клуба, в котором пройдет наша встреча.

— А мне казалось, ты очень хорошо знаешь женщин, а оказывается совсем не знаешь, — смеется Алла, поправляя прическу. — Твоя девочка не позволит тебе, дружить с другими женщинами, тем более, если ты их когда-то трахал. — Ничего ей не отвечаю, настроение прогадает. Я вообще хочу, чтобы Нюта не знала о всех моих женщинах! Выхожу из машины, открываю для Аллы двери, подаю руку, и веду за собой в клуб, куда нас без проблем пропускают.

— Посмотри на меня, — прошу ее, когда нас провожают на второй этаж в вип-зону.

— Что-то не так? Косметика размазалась?

— Нет, во время всего вечера, смотри мне в лицо, заглядывай в глаза, я буду ловить твой взгляд и не отпускать. Поверь мне, эти жесты очень бросаются в глаза.

— Хорошо, — улыбается Алла. — Я вот тут подумала, а не сделать ли тебя своим помощником, если такой проницательный и умелый везде, мог бы мне пригодиться на переговорах. — Какое у тебя образование?

— Не поверишь — экономическое.

— Да ладно? — просто киваю Алле, поскольку мы входим небольшой зал, где нас уже ждет ее подруга с мужчиной. Света оказывается простой незаурядной женщиной. Некрасива и не страшная, что-то среднее, низкого роста, много косметики на лице и побрякушек в виде колец и цепочек, словно она нацепила на себя все, что есть. Ее муж — типичный лысеющий полноватый мужик, неопределенного возраста. В принципе нормальный мужик, но сразу видно, что Светлана в их семье главная.

— Аллочка, ты, как всегда, прекрасна, — приторно сладко защебетала женщина. Никогда не понимал зачем женщинам нужны вот такие «подруги» и эти завистливые встречи, где они льстят друг другу, фальшиво улыбаясь, а потом за спинами осуждают друг друга. — Даже, кажется, помолодела. Ботокс? — иронично спрашивает Света, а сама осматривает меня.

— Нет, это не ботокс. Это Максим, — усмехается Алла. — Разве можно рядом с таким мужчиной выглядеть плохо?

— Наверное, нельзя. Тебе лучше знать.

Все общаются легко и непринужденно, но Света уже хмурит брови и напрягается, постоянно посматривая на своего мужа, которому, похоже, все равно на жену. Он смотрит вниз на основной зал, где полно молодых девчонок, когда я обнимаю Аллу за талию, притягивая к себе, даже когда мы садимся на удобный диван. Дальше мы просто беседуем ни о чем. Света лезет из кожи вон, рассказывая о своих успехах, на что мы с Аллой мило ей улыбаемся. Я ухаживаю за Аллой, ни на секунду не упускаю ее из вида. Обнимаю, вожу пальцами по ее руке, заглядываю в глаза, по-хозяйски накрываю ее ногу всем на показ и с наслаждением наблюдаю, как Света злится и постоянно толкает бедного мужика, который только ест, пьет и иногда сыплет шутками. Алла определенно выиграла. И теперь эта курица будет завидовать ей еще больше. Но это уже не моя проблема, я всего лишь выполняю просьбу Аллы.

— Свет, я так и не поняла, а почему мы встречаемся именно в клубе, а не в ресторане? Здесь очень шумно.

— Как, я разве не сказала, что здесь сегодня финал конкурса по танцам у моей дочери?

— Нет, не сказала. И где же Ирочка? — спокойно спрашивает Алла, но я слышу в ее голосе напряжение. Дети для нее — больная тема.

— Скоро будет выступать, она уже готовится, — с гордостью сообщает Света. И тут напрягаюсь я. Синеглазка приглашала меня в клуб на выступление своей подруги. И мне, идиоту, как всегда, «повезло». Видимо это тот же самый клуб и тот самый конкурс. Глубоко втягиваю воздух и, пока Алла с подругой обсуждают дочь, осматриваю основной зал в поисках Нюты. Мне хотелось, чтобы моя девочка сюда не пришла, или это был не тот клуб и не то выступление. Но чудес не бывает, я быстро нахожу Анну внизу за одним из столиков рядом со сценой. Вновь зависаю на девушке, забыв вообще, где и в качестве кого нахожусь. На Анне белое платье до колен с широкой юбкой и забавные белые балетки. Никаких каблуков и сексуальных нарядов. Естественная красота, распущенные волосы и блестящие губки. Хочется плюнуть на все, спустится к ней, неожиданно обнять за талию и прошептать на ушко, как я скучал.

— Вот смотрите, сейчас будет выступать Ира со своей командой! — сообщает нам Света, а я не свожу глаз с Синеглазки. Мне плевать, что происходит на сцене. «Мое главное представление» соскакивает со стула и начинает активно хлопать, поддерживая подругу. Я счастливый как дурак, только потому что наблюдаю за своей красавицей со стороны и вижу, что она одна с подругами и вокруг нее не крутятся парни и даже когда к ней все же подходит какой-то белобрысый урод и что-то шепчет, она отходит от него как можно дальше. И одновременно гадко от себя. Хоть я и не буду сегодня трахать Аллу, но все равно как-то хреново себя чувствую. Вместе с влюбленностью к девочке у меня, видимо, и проснулась совесть, которую я давно променял на деньги. И вот эта тварь грызет меня изнутри.

— Макс, — отвлекает меня Алла. — Что случилось? Ты как-то напрягся, — тихо шепчет она, пока ее подруга смотрит на сцену.

— Там она? — указываю взглядом на Анну.

— Кто она? Твоя девочка? — Алла с интересом осматривает толпу. — Где?

— Вот та блондинка в белом платье прямо рядом со и сценой, — Алла находит ее взглядом, долго осматривает и одновременно светится как новогодняя елка.

— Хорошенькая. Я почему-то всегда представляла тебя с такой милой девочкой. Нет, она просто красавица, — произносит Алла, когда Нюта немного оборачивается и заправляет мешающие волосы за ушки. — Я тебя понимаю. Была бы я мужиком, я бы тоже в такую влюбилась, — смеется Алла, толкая меня плечом. — А сколько ей лет, восемнадцать-то хоть есть?

— Ей девятнадцать, — отвечаю я, а сам глаз от Синеглазки не отрываю, улавливая каждый ее жест. Я вообще с ней рядом плохо себя контролирую.

— А вы уже… ммм… — смеется Алла, подбирая слова.

— Нет, не поверишь, я боюсь ее трогать, она невинна.

— Да ладно? Вот тебе, гаду, повезло! Не обижай ее. Правильно сделал, что закончил с этой развратной профессией. Приходи ко мне в офис завтра с утра, будем делать из тебя рабочего человека, — шутит Алла. — Ты, наверное, не поверишь, но я так рада за тебя.

— Тебе поверю, — отзываюсь я. Зал взрывается аплодисментами, выступление заканчивается и начинается церемония награждения. Хоть я и чувствовал себя некомфортно, но никак не рассчитывал, что Аня меня заметит. Мы наверху в вип-зоне, она с друзьями внизу, поэтому я сильно не нервничаю, продолжая изображать любовника Аллы.

Я даже не мог помыслить, что через каких-то полчаса дочь Светланы прибежит к нам на второй этаж и притащит за собой мою маленькую девочку. Я не успеваю среагировать и прекратить обнимать Аллу, как встречаюсь взглядом с глубокими синими глазами, которые темнеют с каждой секундой, осматривая Аллу и то, как я ее обнимаю. Дочь Светы хвастается родителям своими наградами, визжит от восторга, а моя малышка кусает губы, стараясь отвернуться и не смотреть на нас. Алла сама выводит меня из ступора и одергивает мою руку. В помещении шумно, но я слышу, как Анна всхлипывает, ее глазки наполняются чистыми слезами, она разворачивается и быстро убегает. Шумно втягиваю воздух, проклиная себя и эту чертову встречу.

— Все, Алла, спектакль окончен, я не вернусь, — шепчу женщине поднимаясь с места.

— Конечно, беги за ней. Я все понимаю, прости. — Да за что мне ее прощать? Тут не Алла виновна, а моя разгульная жизнь, которая всегда будет вылезать мне боком! — Если что, я подтвержу любую твою версию, — говорит мне Алла, киваю ей, а сам понимаю, что не хочу лгать девочке. Но другого выхода пока не вижу.