14

— Ты как будто съезжать от меня собралась, — шутит Родион, когда я вручаю ему две большие спортивные сумки. — Что там?

— Запасной комплект одежды, на случай если попадем под дождь, ноутбук, пижама, сланцы, косметика, два купальника, — перечисляю я. — Мы же два дня там пробудем.

— А кажется, будто минимум месяц. Ладно, поехали. — Он захлопывает багажник. — Макар нас на выезде из города ждет.

— Он тоже едет с нами? — Я гримасничаю, не в силах скрыть своего недовольства. — Не мог заранее предупредить?

Родион хмурится.

— Ты чего такая раздражительная в последнее время? Даже если бы предупредил — что изменилось? Ты бы дома осталась?

— Возможно, — буркаю я. — Я планировала расслабиться на природе, а не слушать его пошлые шутки.

— Ты слишком предвзято ко всем относишься. — С этими словами Родион садится в машину.

Меня захлестывает возмущение. Это я-то предвзято отношусь к людям? С чего он взял?

— Не знаю, для чего ты это сказал, но прозвучало обидно, — цежу я, громко хлопнув пассажирской дверью. — Не помню, чтобы кого-то осуждала или критиковала.

— Ты не осуждаешь и не критикуешь, но и близко никого не подпускаешь. — Судя по тому, что Родион не смотрит в мою сторону, он тоже злится. — Мои друзья тебе не нравятся, а своих у тебя нет.

Меня словно отхлестали по щекам — так больно ранит его замечание.

— У меня есть друзья. Это ты и Полина. Дружить со всеми подряд я не умею.

— Я об этом и говорю. Что ты слишком избирательна и везде видишь подвох. Твои одногруппники тебе не нравятся, Макара ты терпеть не можешь, Севера тоже.

— Да с чего ты взял, что все они мне не нравятся? — выкрикиваю я, заводясь. — И причем тут вообще Север? Я его толком не знаю.

— Ты всех подозреваешь в чем-то. Когда с Севером в бане сидели, тоже вела себя так, словно делаешь своих присутствием одолжение. Хотя прекрасно знала, что я хочу вести с ним бизнес.

Не был бы Родион за рулем, я бы могла расцарапать ему лицо — настолько приводит в бешенство его беспочвенные обвинения. Да, я не такая как он. Не могу запросто подсесть к кому-то и завести разговор, так же как не могу весело трепаться с полуголым малознакомым мужчиной. Меня по-другому воспитывали. И что теперь? Предать меня за это анафеме?

Минут десять мы едем в полной тишине, после чего Родион примирительно трогает меня за колено.

— Ладно, не злись, малышка. Мы в последнее время оба на взводе. Я — из-за работы, ты — из-за экзаменов. Давай не будем ругаться и постараемся хорошо провести время?

Не разжимая губ, я мычу «угу». Злость утихла, но обида осталась. Я-то полагала, что умение вести себя сдержанно в компании посторонних мужчин — это скорее достоинство, нежели недостаток. Но Родион по-видимому считает по-другому.

***

— Привет. — Выйдя из машины, Родион пожимает Макару руку.

— Нехеровое такое место. — Оглянувшись, тот восхищенно присвистывает. — Как я раньше о нем не слышал?

— Север особо не рекламируется. Это база, так сказать, для своих.

— Приветик, Макар! — Повесив на плечо сумку, я расплываюсь в широкой фальшивой улыбке. — Как же здорово, что ты приехал. Давно хотелось зависнуть с тобой на природе.

По лицам парней видно, что такой наплыв доброжелательности стал для них неожиданностью. Обычно я лишь скромно киваю и отхожу в сторону, чтобы не мешать их беседе.

— Ой, смотри, малыш!. А Макар тоже большую спортивную сумку взял. Надеюсь, захватил плавки? Здесь есть большой бассейн. Будем играть в водное поло.

— Линду не узнать. — Макар немного растерянно смотрит на друга. — Что это с ней?

Я подхватываю его под руку до того, как Родион успевает ответить.

— Просто по тебе соскучилась. Мы часто видимся, но мало говорим. Вот, решила наверстать упущенное. О-о-о, смотрите, кто приехал!

Переливаясь в лучах солнца, на парковку заезжает внедорожник Севера. Верная сценарию мести, придуманному дорогой, я моментально выпускаю руку Макара и на глазах ошеломленного Родиона спешу встречать хозяина базы.

— Привет! — Я касаюсь губами щеки Севера. Кожу обжигает жесткость щетины, рецепторы — выраженный мужской запах. — Как дела?

В его глазах мелькает легкое удивление, смешанное с веселостью. Если бы мы были одни, он бы наверняка выдал что-то вроде: «Вот даешь, малая».

На адреналине я не испытываю привычных дискомфорта и смущения. Сейчас я ведома желанием ткнуть Родиона в то, как сильно он ошибался насчет меня.

— Дела отлично. — Север продолжает удерживать наш зрительный контакт, даже несмотря на то, что рядом стоят еще два человека, желающие его поприветствовать. — У тебя, вижу, тоже.

— Да, настроение супер. У меня большие планы на эти выходные, — кокетливо тараторю я. — Кататься на квадроциклах, гулять, плавать, играть в бильярд и ходить в баню. Короче, брать все, что ты можешь предложить.

Рот Севера кривится в озорной усмешке, придающей ему необъяснимое обаяние. Я чувствую, что перегибаю палку, но давать заднюю уже не в силах. Я слишком глубоко вошла в образ разбитной девчонки, призванный взбесить Родиона.

— Салют. — Родион с Макаром по очереди жмут ему руку. После моего представления оба выглядят притихшими.

— Квадроцикл стоит в ангаре. — Север кивает в сторону. — Как будете готовы — подходите.

Дома, арендованные Макаром и Родионом, находятся по соседству. Условившись встретиться через полчаса, каждый уходит к себе. Едва входная дверь захлопывается, Родиона прорывает:

— Что это было, Линда?!

— А что не так? — с притворным непониманием осведомляюсь я. — Ты выразил недовольство тем, что я недостаточно дружелюбна к твоим знакомым. Я решила это исправить. Наслаждайся.

— Ты вела себя как… проститутка. — выплевывает Родион, багровея. — Особенно с Севером.

— Мне так не показалось. Я просто поцеловала его в щеку и была милой.

Напевая себе под нос, я начинаю распаковывать вещи. Он еще догадывается, что это лишь часть моего представления и самое интересное ждет впереди. Папа как-то сказал, что мы, Олябьевы, не умеем прощать обид, пока за них не отомстим. И был абсолютно прав. А сегодня Родион не на шутку меня обидел.