16

— А один раз Глеб на сутки пропал. Мама в слезы… Давайте, мол, в полицию звонить. — Отхлебнув пива, Родион смеется. — А ночью его друзья под руки привели. Он, оказывается, пьяным перевернул тачку и менту съездил по лицу, за что его загребли. Но выпустили быстро, когда узнали, чей это сын.

— Да, Глеб вообще угарный был, — подхватывает Макар. — Он и в клубах часто драки устраивал.

Опустив пустую бутылку под стол, я раздумываю, стоит ли открывать вторую. Решаю, что не стоит. Голова и без того ватная, а тело ленивое. И мысли странные. Я бы даже сказала, крамольные. Если раньше фигура Глеба была для меня неприкосновенна в силу его смерти, то сейчас я думаю о том, что не таким уж и хорошим человеком он был. Дурным и взбалмошным. Ну а кто еще сядет за руль нетрезвым в расчете на то, что влиятельный родственник отмажет? Непонятно, почему Максим Аркадьевич регулярно шпыняет Родиона за то, что он не похож на Глеба. Не похож — и прекрасно. Родион, по крайней мере, ответственно относится к чужой безопасности и статусом своего отца не злоупотребляет.

Меня снова накрывает волной тепла, что я, позабыв о своем намерении и дальше флиртовать с Севером и Макаром, тянусь его погладить.

— Ты чего это? — обиженно буркает он, взглянув на мою руку.

— Решила, что нам пора перестать ругаться.

Родион пытается выглядеть строгим, но почти сразу сдается, и обняв меня, несколько раз целует в губы.

— Я успел по тебе соскучиться, малышка моя. Ты такая секси в этом купальнике. Жутко тебя хочу.

— Кто-то выпил слишком много пива, — смеюсь я, польщенная неожиданным комплиментом.

— Не говори. Надо поплавать, что ли, чтобы взбодриться.

Развернувшись, он с размаху кидает в Макара полотенце, что еще раз подтверждает его нетрезвость.

— Эй! Идем играть в водное поло?

Макар нехотя встает с шезлонга. Не похоже, чтобы он горел желанием лезть в воду, но остаться наедине с Севером, которого побаивается, тоже не готов.

— А ты почему не пошла? — Север, до этого момента сосредоточенно печатавший что-то в телефоне, поднимает голову.

— Потому что я недавно вышла из воды. — Я указываю на свои мокрые волосы.

— Да? Я пропустил. Был занят телефоном.

— Ай-яй-яй. А я так красиво плавала в надежде, что ты оценишь, — ляпаю я и тут же прикусываю язык. Чертово пиво. К чему этот показной флирт, если Родиона все равно нет рядом?

— Извини. — Север мне подмигивает. — Больше ни за что не пропущу.

Смутившись, я перевожу взгляд на Родиона. Смеясь и отплевываясь, он выныривает из воды с мячом в руке, оставаясь в полном неведении того, как неподобающе ведет себя его девушка.

— Не хочешь к ним присоединиться?

Север делает отрицательный кивок.

— Не мой вид спорта. Оставлю для тех, кто помоложе.

Мне сразу хочется возразить: мол, что за глупости, ты в прекрасной форме. Но я вовремя сдерживаюсь. Я и так много лишнего наговорила. Если начну отвешивать комплименты его фигуре, Север может подумать, что я его клею.

— Давно, кстати, встречаетесь?

Его вопрос кажется безобидным, поэтому я начинаю улыбаться.

— Три года.

— Приличный срок. Твой отец примерно столько же сидит, если я правильно запомнил.

— Да. Так совпало.

— Удачно совпало, если учесть, что в день нашего знакомства тебе некуда было пойти.

В любой другой раз я бы смутилась и закрылась в себе, но сейчас отчего-то испытываю потребность ответить. То ли это заслуга выпитого пива, то ли Севера, с которым мне, по какой-то причине, нравится с ним говорить. Возможно, потому что он видит меня глубже, чем другие.

— Я с Родионом не потому, что мне удобно. Я его по-настоящему люблю. Возможно, у тебя сложилось другое впечатление, потому что пару раз мы ругались…

— Тс-с-с, малая. — Север предупредительно поднимает руку. — Не нужно оправдываться. Я всего лишь сказал, что с учетом обстоятельств для тебя все сложилось удачно. Без всяких намеков.

— Извини. — Я тянусь к новой бутылке пива. — Порой я действительно бываю мнительной. Меня так папа учил. Никому не доверять.

Север усмехается.

— Даже не подумаю с ним спорить.

Заметив, что я безуспешно вожусь с бутылкой в попытке ее открыть, он забирает ее и откупоривает одним ловким движением.

— А где твоя мать? Умерла?

— Нет. Она живая, и с ней по слухам все в порядке. — Я делаю глоток. Не люблю пиво, но сегодня его вкус кажется мне божественным. — Просто мы не общаемся.

— Ясно.

— А к чему этот допрос? — Я улыбаюсь, давая понять, что шучу.

— Мне не дает покоя наша встреча. Как я уже говорил, ты не похожа на ту, кто с легкостью решается на аборт. Понимаю, что у тебя не было других вариантов, и вот это удивляет больше всего. Сколько тебе?

— Двадцать один.

— Я в твоем возрасте уже три привода имел. — Север смеется, демонстрируя хорошие крепкие зубы. — Совмещать работу с учебой не пробовала?

— Я… — Запнувшись, я смотрю себе под ноги. Вопрос для меня непростой и щепетильный. — Нет. Мы решили, что мне нужно закончить учебу, не отвлекаясь на заработки.

— Мы — это ты и Родион?

— Я, Родион и его отец. И папа тоже был против того, чтобы я искала подработку.

— Напомню, что твой отец сидит в тюрьме, а ты от беспомощности едва не дала себя искромсать какой-то толстой бабе.

— Не понимаю, к чему ты это…

— К тому, что когда обстоятельства загоняют в угол, не хрен полагаться на кого-то кроме себя. — Залпом опорожнив бутылку, Север с грохотом ставит ее на стол. — Подумай об этом.

— А о чем здесь думать? — Несмотря на болезненность темы, я не желаю сдаваться. — На что я могу рассчитывать, будучи занятой учебой большую часть дня? Быть официанткой? Встречаясь с сыном Винокурова? Ты же понимаешь, что…

— Понимаю. — Он кивает. — Работать официанткой, живя в такой семье, действительно не вариант.

— Я пробовала что-то подыскивать, — продолжаю я. — Но несколько часов удаленной работы оплачиваются так плохо, что нет смысла и и пытаться. На эти деньги я смогу только колготки купить, а не снять жилье в случае чего.

— А отец ничего не оставил? — Север щурится.

— Ты видимо ничего не слышал о его деле, раз спрашиваешь такое, — говорю я с горечью. — На него повесили столько статей о финансовых махинациях, что ему до конца жизни придется расплачиваться. У нас забрали все, включая мою машину.

— Понял. — Телефон Севера звонит, поэтому он поднимается. — Если решишь пробовать встать на ноги — набери мне в понедельник. Подумаю, что смогу тебе предложить.

Я смотрю на него во все глаза. Он, что, только что намекнул на возможность работать у себя?

— Да, Баян. На базе с гостями. Что-то срочное?

Мое удивление настолько велико, что я забываю о манерах и бесцеремонно встреваю в беседу.

— Подожди… У меня нет твоего номера.

— Секунду. — Продемонстрировав собеседнику указательный палец, Север ослепительно мне улыбается. — Это твое огромное упущение, малая. Давай записывай.