17

— Север предложил мне работу, — признаюсь я, промакивая уголком полотенца пот, катящийся по лицу. В знак нашего примирения я позволила затащить себя в ненавистную баню.

Не донеся до рта бутылку с водой, Родион смотрит на меня с непониманием.

— В каком смысле — предложил работу? Когда? Вы с ним без меня виделись?

От смехотворности такого предложения я начинаю смеяться. Он, что, ревнует меня к Северу? Это же уму непостижимо. Он меня намного старше и он… другой. Зачем ему я? Да и он мне не нужен, ведь есть Родион.

— Предложил пока вы в бассейне с Макаром были. Ну как предложил. Сказал, что если я решу совмещать работу с учебой, он постарается помочь.

— Мы же вроде решили, что тебе не нужно отвлекаться от учебы. А как вообще об этом зашла речь? — Отставив бутылку в сторону, Родион разворачивается ко мне всем телом. — Ты жаловалась, что тебе денег не хватает?

Столь бурная реакция от него на столь безобидную информацию становится для меня сюрпризом. Я еще ничего не решила, а просто озвучила поступившее предложение. Вернее, захотела его обсудить. Ведь если хорошенько подумать — Север прав. Я полностью завишу от Винокуровых и в случае разлада с ними остаюсь совершенно незащищенной.

— Конечно я не жаловалась. Тех денег, что ты даешь хватает на все… Просто это твои деньги… — Потупившись, я трогаю родинку под коленом. В свое время семья Родиона достаточно категорично восприняла мою тягу к независимости и заводить об этом речь во второй раз требует усилий.

— И что — мои? Ты же знаешь, как я к тебе отношусь. То, что твое автоматически является твоим.

— Это все хорошо на словах… — От волнения я начинаю кусать губу. — Но на деле я ни на что не имею право. И у меня была возможность убедиться, как это ужасно — полностью зависеть от других. В тот день, когда ты сказал, что тебе не нужен ребенок, я осталась совершенно одна…

— Малышка… — Родион болезненно морщится. — Тот случай был недоразумением, которое мы к счастью прояснили. Ты можешь полностью на меня положиться. Не нужна тебе никакая работа. Учись себе спокойно. Получишь диплом, станешь работать стилистом и директором по костюмам… Зачем тебе нужны эти копейки?

Поняв, что спорить с ним сейчас — лишь провоцировать очередной конфликт, я тянусь к ковшику с водой, чтобы плеснуть на камни. Обсудим это в другой день, может быть, даже завтра. По-хорошему пора идти спать. Пьяный Макар уже минут сорок как ушел, Северу тоже исчез, после того, как ему позвонил охранник.

— Я тебя ревную к нему, — неожиданно признается Родион. — К Северу.

Я снова захожусь смехом.

— С ума сошел? С чего это вообще?

— Наверное, потому что он круче и сильнее, чем я.

Мое сердце тепло екает. Это одна из тех самых черт, за которые я так люблю его и ценю. За искренность и уязвимость. Родиону ничего не стоит признать, что кто-то лучше, умнее, талантливее, чем он. Он делает легко и спокойно.

Улыбнувшись, я ласково глажу его щеки.

— Зачем себя с ним сравнивать. Север старше и опытнее. Это во-первых. А во-вторых, я люблю только тебя.

— Еще раз скажи. — Родион закрывает глаза.

— Я люблю только тебя, — повторяю я, целуя его в губы.

Промычав нечленораздельное, он кладет ладони мне на поясницу и тянет к себе.

— Эй! — шутливо возмущаюсь я, когда он пытается стянуть с меня плавки. — Полегче с руками, молодой человек. Мы вообще-то в общественном месте находимся.

— Да какое, на фиг, общественное место? — шепчет Родион, покусывая мою ключицу. — Макар дрыхнет, Север ушел. А я тебя ужасно хочу.

Нахмурившись, я кошусь на дверь. Заниматься сексом я предпочитаю в безопасных условиях и предпочтительно в кровати.

— Я здесь не могу… Жарко.

— Тебе ничего не придется делать. Я просто тебе отлижу… — С этими словами Родион спускается с полога и встает передо мной на колени.

— Может не надо? — лепечу я, когда его голова проталкивается между моих ног.

— Вернешь должок, когда будем спать ложиться, — шутит он.

Зажмурившись, я упираюсь ладонью в раскаленную бревенчатую стену. Возбуждение захлестнуло и меня. Мы еще ни разу не делали этого так. В чужой бане.

— Ты такая вкусная…

Оттянув лиф купальника, я ласкаю соски. Кровь горячо бурлит в венах. Запретная локация и высокая температура подстегивают мое либидо. Обычно, чтобы получить оргазм, мне необходимо что-то представлять, но сейчас, пожалуй, можно обойтись и без этого.

Странный звук вклинивается в чувственную симфонию моих ощущений. Мне требуется усилие, чтобы открыть глаза — настолько не хочется ее прерывать.

Увиденное повергает меня в шок. В распахнутых дверях стоит Север. Полностью одетый в отличие от меня. Его взгляд касается моей обнаженной груди, спускается ниже и возвращается к глазам. Он беззвучно выговаривает какое-то слово, после чего молча выходит.