53

Боевое настроение не покидает меня ровно до того момента, как мы подъезжаем к дому Севера. Всю дорогу я болтала без умолку, подпевала всем известным и неизвестным песням, но стоило двигателю заглохнуть — меня словно холодной водой окатывает. Становится страшно. Все незнакомое ведь. Таунхаус этот и его молчаливый хозяин. Я привыкла к другому Северу, к ироничному разговорчивому и много улыбающемуся. А от этого мужчины будто не знаешь, чего ожидать.

— Не передумала? — произносит он, заметив, как я вцепилась в ремень безопасности. — Могу отвезти обратно.

Это предложение расставляет все по своим местам. Уезжать я не хочу, потому как нахожусь именно там, где хочется.

— Нет. — С этими словами я отстегиваю карабин и толкаю дверь от себя. — Но ты уж постарайся быть приветливее. Сначала забрасываешь непристойными предложениями, а когда я на них соглашаюсь, ведешь себя как последний хам.

— Хам? — В голосе Севера проскальзывает намек на веселье. — Хам бы не приехал по первому твоему зову.

— Приехал, чтобы иметь возможность хамить, — парирую я, быстро возвращая себе недавнюю смелость. — Перестань прикидываться оскорбленным букой. Если тебя так задело то, что я выхожу замуж — мог бы попросить меня этого не делать, а не обзывать дурой.

— Думаешь, меня это задело? — насмешливо переспрашивает он.

В другой раз этот вопрос прилично бы меня смутил, но сейчас, благодаря алкоголю, этого не происходит.

— Просто могу найти другого объяснения. — Я беспечно пожимаю плечами. — У тебя, кстати, алкоголь дома есть?

— Не держу. И тебе, думаю, хватит. Вон какая дерзкая.

— Я вроде тебе такой нравлюсь? — Я улыбаюсь во весь рот.

Криво усмехнувшись, Север кивает. Мол, хватит болтать, пошли.

Послушно иду следом. Я наконец определилась с целями, и от этого все сильнее закипает азарт. Не думаю о Родионе и о том, каким будет мое завтра. Живу здесь и сейчас, как ни разу себе не позволяла.

— У тебя мило, — заключаю я, оглядев просторный, хотя и пустоватый вестибюль.

— Можешь не разуваться, — бросает Север, проигнорировав комплимент. — Клининг завтра приедет.

Задержавшись взглядом на туфлях, я все решаю их снять. Полы выглядят слишком чистыми.

— Сколько в доме комнат? — Я с интересом оглядываюсь по сторонам.

— Четыре. Я его арендую. — Север щелкает выключателем, открывая взгляду гостиную, объединенную с кухней. — Будешь что-нибудь? Кофе или воды?

Проведя ладонью по мягкой обивке дивана, я игриво интересуюсь:

— А вина точно нет?

— Точно.

— А если найду? — не сдаюсь я, решительно направляясь к кухонному гарнитуру.

Привалившись к островку, Север молча наблюдает, как я один за другим открываю шкафы. Скажи кто-то, что я буду так бесцеремонно вести себя в гостях, не поверила бы. Как в прочем и тому, что добровольно изъявлю желание заняться сексом без обязательств.

— Нашла! — победно восклицаю я, подняв над головой полупустую бутылку виски. — Теперь тебе придется со мной выпить.

— Это еще почему?

Обернувшись, я ловлю на себе его взгляд, от которого по коже проносится легкий озноб. Уж слишком выразительно Север смотрит. Словно хищник, решающий, как поступить с добычей: проглотить или отпустить.

— Потому что ты слишком напряжен и тебе не помешает расслабиться, — весело заключаю, переходя к поиску бокалов. — Думаю, льда у тебя нет, так что придется пить так.

Подойдя к Северу, я передаю ему стакан. Он, на удивление, его берет, но пить не торопится, продолжая меня изучать.

— Почему ты так смотришь? — Вдохнув горьковато-древесный запах, я делаю крошечный глоток. Морщусь. Господи, какая гадость. Не зря я никогда не пила виски чистым.

— Интересно за тобой наблюдать.

Сорокаградусный напиток делает свое дело: тело вновь наполняется легкостью, а мозг — безбашенностью.

— Только наблюдать собираешься? — уточняю я, призывно вскидывая подбородок.

Не сводя с меня глаз, Север пьет.

Я победно улыбаюсь. Его капитуляция заставляет почувствовать себя свободнее.

— Вот и умница. Люблю, когда ты послушный.

Я понимаю, что перегнула палку уже в следующую секунду, когда он рывком выдирает бокал из моей руки и с грохотом ставит его на стойку вместе со своим.

— Любишь приключения себе на задницу искать, дуреха. За словами следи.

Грубо окольцевав запястье, Север дергает меня к себе. Тело пробивает током: то ли от испуга, то ли оттого, что я оказываюсь прикованной к нему без возможности двинуться.

Затаив дыхание, я смотрю ему в глаза. Они всего в десятке сантиметров, завораживают своим свинцовым оттенком, пытаются подчинить. По животу разливается жар. Невозможно прижиматься друг к другу и не испытывать сексуального напряжения.

— Хочешь меня? — одурманенно шепчу я.

Взгляд Севера спускается к моим губам, рука нащупывает мою ладонь и проталкивает ее за пояс брюк.

Сильнейшая вспышка вожделения заставляет захлебнуться собственным вздохом. Там горячо и твердо, и еще немного влажно. Это член другого мужчины. Не Родиона. Странно, что это не приводит меня в ужас.

Сжав головку, я делаю неловкое движение рукой. В мозгу вереницей закручиваются мысли. Что я недостаточно опытна и хороша для такого, как Север. Что сейчас он возможно думает о том, как нелепо я смотрюсь.

Зажмурившись, незаметно трясу головой, чтобы осечь это ненужное самобичевание. Член у него каменный. Значит все хорошо.

— Хватит дрожать. — Ладонь Севера останавливает мою, и я в эту же секунду я чувствую вкус его губ и тепло языка.

Захлебнувшись эмоциям, крепко обнимаю его шею. Поцелуй — это именно то, чего мне не хватало. С ним все происходит правильно. Без страха и сомнений. Я хочу заняться с ним сексом. Хочу, чтобы его член входил в меня много и глубоко. Хочу чувствовать его руки и рот на своем теле. Узнать, какой он выглядит и ведет себя в самых интимных моментах. Захлебываться его запахом. Без остановки целоваться.

— Раздень меня, — лепечу я, на мгновение разорвав наши рты.

Прикосновение, горячее и грубоватое обжигает бедро. Стринги сползают к коленям, а подол платья напротив задирается.

Север не церемонится, не пытается быть нежным. Он мнет мои ягодицы грубо и жадно, как никогда не позволял себе Родион. Но по какой-то причине мне это нравится. Нравится настолько, что я до ломоты выгибаю поясницу, умоляя его продолжать.

— Хочу еще… — Я снова проталкиваю ладонь ему под брюки, но Север вновь меня останавливает.

Я жалобно моргаю.

— Что не так?

— В спальню, малая, — Его голос сипло вибрирует, в глазах горит одержимость, — иначе я тебя прямо здесь раком оттрахаю.