Глава 17

Спустя полчаса я уже стояла под окнами Ирбиса. Гном оказался дома, но спешил куда-то уйти, потому что стоило мне подойти к двери, как она распахнулась и явила мне мужчину с чемоданчиком в руке.

— Ирбис, я пришла к вам по очень важному делу, — перешла я сразу к сути. — Мне нужны инструменты по дереву ненадолго, я вам заплачу!

Гном удивился, но не стал спрашивать, зачем они мне.

— Да я так дам, они мне еще не скоро пригодятся. Какие нужны-то?

Я хотела сказать, что нужны те, с помощью которых можно сделать формы для свечей, но благоразумно умолчала. Все-таки, это хлеб самого Ирбиса, а я пришла к нему просить стамески, чтобы сделать формы самостоятельно.

— Все, какие есть.

— Подожди здесь, — гном оставил чемодан на крыльце и ушел в дом. Вернулся с еще одним чемоданчиком и протянул его мне. — Верни через неделю. Не потеряй только и не сломай, таких нигде не достать.

— Обещаю беречь! — закивала я, бережно прижимая к себе чемодан. — Спасибо!

Я убежала домой в приподнятом настроении. У меня будут формочки! Так, надо нарисовать для Рангорда, что именно мне нужно, а еще где-то достать бревно.

— Рангорд! — я влетела в дом и застала дракона за медитацией. Наверное, он медитировал, иначе я не могу объяснить, почему мужчина лежал на полу в позе звезды.

— Что-то случилось? — вяло отозвался он, даже не приоткрыв глаза.

— Я раздобыла инструменты, скажи, бревно от какого дерева понадобится?

— Любое дерево подойдет. Обычно формы для свечей изготавливают из дуба, но дуб ты вряд ли найдешь, а вот сосну в Вивлонде наверняка продают на любой лесопилке.

— Откуда ты знаешь?..

— Город ведь расположен в ельнике, — удивленный моей глупостью, Ран все же посмотрел на меня.

— Да, точно. Что ж, пойду искать лесопилку.

Еще около часа я бегала по городу в поисках места, где продают бревна. Сказал бы мне такое кто еще неделю назад, я бы рассмеялась в голос. А теперь вон, ищу кусок дерева для свечных форм, вместо того, чтобы все нужное заказать в интернете.

Искомое нашлось не сразу, но, спросив у нескольких прохожих дорогу, я вышла к длинному деревянному зданию, стоящему на краю леса. В том, что это именно лесопилка, сомневаться не приходилось — возле ворот, да и по всей территории валялись бревна, кучи опилок, щепки, доски.

Дверь была не заперта, и я беспрепятственно вошла в просторное пустое помещение.

— Есть кто?

Ответом мне была тишина, но за окном раздался какой-то шорох. Я вышла на улицу и столкнулась с крепким мужичком.

— Кого ищешь, красавица?

— Вас, наверное, — я отступила от мужчины. — Мне нужна сосна. Круглое бревно, одно всего.

— Интересно, — хмыкнул он, поправляя сползающую на глаза шапку.

— Не спрашивайте, — вздохнула я.

Георг, так представился мужчина, помог мне доставить бревно ко мне домой, и взял за все это совсем немного — тринадцать медяков. Сумма вроде небольшая, но для меня была ощутимой, поэтому я, едва войдя в дом, тут же заставила Рангорда взяться за работу. Мне нужны красивые свечи, очень нужны! Партия обычных уже застыла в формах на подоконнике, я вытащила их и сложила в коробку. Одну свечу отнесу Люсинде, обещала ведь, а остальное продам кому-нибудь. Ну кто-то же должен прийти по объявлению в газете, верно?

До самого вечера я ждала клиентов. Пока Рангорд пилил, вырезал и шкурил детальки для форм из бревна, я сидела у окна и провожала тоскливым взглядом каждого, кто проходил мимо лавки.

— Алена, позволь узнать, для чего свечи таких необычных форм? — Ран крутил в руках лист бумаги, на котором я детально прорисовала форму-зайца.

— Для красоты, — пожала я плечами. — На Земле такие свечи стоят намного дороже обычных, а еще они бывают разноцветные и с разными ароматами. Например, я очень любила делать свечи в виде кубика, самых разных цветов, а мой любимый запах был черничный.

— Люди их просто зажигают и… что дальше?

— Любуются. Выключают свет, зажигают свечи и ужинают, или медитируют.

— Все равно не понимаю.

— Смотри, — улыбнувшись, я встала со скамейки и погасила масляный фонарь.

Луны видно не было, поэтому дом погрузился в полную темноту, только неяркие отсветы пламени из печи плясали на стенах. Вытащила из коробки свечу, подожгла фитиль и опустилась на пол рядом с Рангордом. Мужчина отложил кусок дерева, непонимающе глянув на меня. Я поставила свечу на пол и подогнула под себя ноги.

— А дальше что?

— Тш-ш-ш, — я прижала палец к губам.

Ран кивнул, и дальше мы сидели молча. За окном поднималась метель, ветер выл, швырял снег в стекла, а в доме было тепло и уютно. Треск поленьев убаюкивал, а пламя свечи трепыхалось от дыхания, моего и Рангорда. В такие моменты комфортно даже просто молчать, но я пристально следила за эмоциями на лице дракона. Он был в ступоре, но совсем скоро расслабился, в уголках губ заиграла улыбка.

— Я понял, — тихо-тихо шепнул мужчина.

Я любовалась им. В какой-то момент вдруг поняла, что мне безумно нравятся глаза Рангорда. Такие темные, глубокие, будто в них расплескался океан.

Но я помнила это чувство. Чувство, когда тебе начинает нравиться мужчина, а потом вы влюбляетесь, женитесь… и он тебя избивает.

Я резко поднялась на ноги, схватив свечу, погасила огонек и загжла масляный фонарь.

— Вот для этого люди покупают красивые свечи, — объяснила я, стараясь говорить ровным тоном, но не смогла — голос дрожал.

— Это интересно, — задумчиво проговорил Ран и вернулся к выпиливанию зайца в куске дерева.

Стемнело не так давно, по ощущениям не больше часа назад, а это значило, что вот-вот вернется Соня. Но прошел еще час, а потом еще, а портал все никак не открывался. Сердце было спокойно, и я не нервничала, просто ждала. Когда в дверном проеме заискрился проход, я бросилась к нему.

— Почему так поздно? — глянула на Эйдена со злостью, но тот только закатил глаза и скрылся в портале.

— Мам, мы гуляли, — Соня вздернула носик, а потом заулыбалась и чмокнула меня в руку. — Там так красиво!

— Где — там?

— Не знаю, — дочь поморщилась, вспоминая. — Я не знаю название мира, но там лето. Я видела цветы, мам.

За моей спиной раздался грохот — Рангорд уронил форму на пол.

— Извини, — смущенно пробормотал он и вернулся к работе.

Я же открыла и закрыла рот, силясь не высказать вслух все, что думала об Эйдене и его… обучении!

— Милая, а как вы в него попали? — я задала вопрос осторожно, с улыбкой. Если бы хоть на секундочку представила, что Соня и маг могли остаться в другом мире, потому что не смогли бы уйти из него… нет, я даже думать об этом боюсь.

Соня скинула пальтишко, забралась на лавку и устало выдохнула.

— Прошли по морю.

— А на море вы как попали?

— Дядя Эйден открыл портал, вот прям как здесь в комнате, мы туда шагнули и оказались на пляже. Мам, помнишь мы с тобой и бабушкой были на море?

— Мы были на озере, малышка.

— Но ты говорила, что оно похоже на море. Вот и тут было так же. Там дядя Эйден сказал, что мы быстро сходим в другой мир, а потом вернемся как раз к ужину. Мы вернулись, я поела, и вот я уже здесь.

Дочка говорила фактами. Никогда за ней не замечала подобного, обычно она балаболила обо всем на свете. Я взглянула по-другому на своего ребенка, не как на маленькую девочку, а как на взрослого человека.

Совсем скоро, не успею оглянуться, как она вырастет. В ней уже чувствуется характер, а что будет потом? Мне не нравилось, как влияло на Соню обучение, но я бы себе никогда не простила, если бы смогла запретить ей этим заниматься. Моя дочь обладает силой, неподвластной никому из ныне живущих, разве я могу лишить ее этого?

— А что вы делаете? — к дочке вновь вернулось любопытство, и безмятежность на ее личике позволила мне облегченно выдохнуть.

— Формы для свечей, — я подошла ближе и села рядом с Соней на лавку. — Помнишь, я делала красивые свечи? Дядя Рангорд сделает форму зайчика, и потом я сделаю свечу.

— Вау, — глазки ребенка загорели восторгом. — А почему из дерева? Мам, ты не можешь купить как раньше?

— Увы, нет. Интернет нам больше недоступен.

— Интернет? — в голосе Рана послышалось не меньше любопытства чем у Сони.

Я долго рассказывала ему что такое гугл, вай-фай, интернет-магазины, а он слушал молча и лишь изредка замирал от удивления. Соня тоже слушала, как будто ничего этого не знала, а потом вызвалась помочь Рангорду в изготовлении формы.

Света от одного фонаря было мало, так что мне пришлось зажечь еще две свечи. Я заварила травы, которые можно было пить как обычный чай, разлила напиток по кружкам, и мы ненадолго прервались на чаепитие с печеньем.

Этот вечер казался мне по-настоящему волшебным, даже лучше, чем предыдущий, когда я нежилась в огромной горячей купели. А все потому, что Рангорд и Соня нашли общий язык, и мне отчего-то было приятно наблюдать за ними. Ран шкурил форму, Соня рассказывала ему сказку про колобка, а меня отправили в кладовую искать проволоку.

Проволока нашлась, и вскоре форма была готова. Ран прижал друг к другу две детали, крепко перетянул их проволокой и с улыбкой отдал мне.

— Надеюсь, это действительно поможет тебе в твоем деле, — сказал он, а я бережно прижала формочку к груди.

Скоро будет первая свеча-зайчик. Если у меня все получится, если хоть кто-то ею заинтересуется… Я буду самой счастливой на свете.

— Мам, — из размышлений меня вырвал голос Сони. — Дядя Эйден научил меня еще кое-чему.

— Чему же?

— Дай мне, — дочь протянула руку к форме, и я передала ее. Соня погладила деревяшки и заговорила: — Он сказал, что я должна так сделать, и тебе это поможет. Не знаю зачем, но он говорил, что в мои ручках много сил. — Дочка задумчиво нахмурила бровки. — Или силы… Я не поняла, что это такое.

Деревянную форму на мгновение охватило сияние, но тут же пропало. А Рангорд вдруг тихонько рассмеялся.

— Что… такое? — я перевела недоуменный взгляд с Сони на Рангорда. Эти двое как будто знали то, чего не знала я.

— Оставь, пожалуйста, форму на столе и не трогай, — ласково произнес мужчина, и моя дочь послушно выполнила просьбу.

Я потянулась к форме, но Рангорд в то же мгновение оказался рядом со мной и перехватил меня за руку.

— Нет! Даже не вздумай. Не трогай это.

— Почему?

— Я сделаю другую, я уже приноровился и, знаешь, думаю во второй раз у меня получится быстрее. А эту мы уберем, — Ран стамеской отодвинул формочку к краю стола, а потом так же стамеской закинул ее на подоконник.

— Да в чем дело-то?!

— Точно не знаю, но что я помню из рассказов отца о моей сестре… В общем, есть вероятность, что Соня из деревянной формы сделала портал. Неизвестно, куда он вас перенесет, поэтому лучше не трогать.

— Мам? — дочь схватила меня за штанину. — А как я могла сделать портал? Как дядя Эйден?

— Не знаю, милая, но лучше тебе тоже вот эту штуку не трогать. А завтра дядя Эйден придет, и я у него все выясню, хорошо?

Соня кивнула. Пора было укладывать ее спать, и я повела дочь в спальню, а Рангорд принялся за работу. Мы улеглись на кровать, и дочка перед сном пробормотала что-то неразборчивое:

— Еще дядя… он сказал… что домик нельзя… — малышка зевнула, проглатывая конец фразы, и заснула.

Я долго лежала рядом с ней, обдумывая ее слова. Мне нужно поговорить с магом, и дождаться утра не хватало терпения. Но как вызвать Эйдена? У меня с ним не было никакой связи, и это тоже доставляло неудобства. Разве что… Я обернулась на дверь, ведущую в кухню. Рангорд знает слишком многое, может, спросить у него?

Я тихонько поднялась и на цыпочках вышла из спальни.

— Ран?

— Уснула?

— Да. Ты сказал, что эта форма — портал, что это значит? Как Соня могла его сотворить?

— Я рассказывал об особенностях ее магии, разве нет?

— Да, но…

— Моя сестра создавала порталы из всего, что попадалось ей под руку. Из игрушек, статуэток и даже носового платка.

— И что происходило?

— Она была совсем маленькой, поэтому порталы работали лишь по Освентусу.

— Освентусу?

— Это название моего мира, Алена. Игрушки переносили слуг в разные точки мира, их потом искали месяцами, чтобы вернуть домой. Кларет наделала много шуму, и… когда она умерла, многие вздохнули с облегчением. Такая сила в руках маленького ребенка не сулит ничего кроме опасности. Дотронься ты до этой формы и портал может выкинуть тебя как посреди океана, так и в глухом лесу. Есть, конечно, вероятность, что вы попадете на ярмарку леденцов, но этот шанс… он очень низкий, понимаешь?

Я взглянула на формочку лежащую на подоконнике и, не долго думая, прикрыла ее лоскутом ткани от греха подальше. Мало ли, вдруг Соня случайно схватит портал. и где ее потом искать?

— А как уничтожить его?

— Никак, — Рангорд пожал плечами и вернулся к выпиливанию зайчика. — Портал уничтожить может только твоя дочь, но она сама не знает, что сделала, так что…

— Почему Эйден так поступил? Для чего он учит ее этому?

— Он хочет домой, Алена. Вот ты… ты бы хотела вернуться домой?

— Нет. У меня там никого нет. Я сбежала от мужа, который, как я думала, стал жесток… Но оказалось, что это вина Эйдена. Он заставил своего помощника повлиять на моего мужа… Я ведь даже не знаю, как он на самом деле выглядит! Олег… Его зовут Олег, но вот его внешность я не помню, потому что он всегда был личиной Ритона.

— Мне жаль, — спустя минутную паузу прозвучал тихий голос Рангорда.

— Все в порядке. — Я села за стол, рассеянно уставилась в окно. — Главное, что Соня со мной, и мы обязательно справимся. У нас нет денег, но мы есть друг у друга, а потом я обязательно сделаю так, что лавка начнет приносить доход. И никто нам не нужен.

Ран молчал, и я больше ничего не говорила. Любовалась спящим городом, летающими в воздухе снежинками, и на самом деле верила, что все совсем скоро будет хорошо. Я тогда еще не понимала, что счастье просто так в руки не дается.

— Я уйду завтра.

— Что? — мне показалось, что я ослышалась, настолько погрузилась в свои мысли.

— Чувствую, что я могу сменить ипостась. Если и правда получится, то завтра я улечу в Иженев. Я бы очень хотел остаться, но тянуть нельзя. Друг моего отца довольно стар, если вообще не умер, каждый день на счету.

— Я понимаю, — произнесла резче, чем хотела. Поднялась и двинулась к спальне. — Доброй ночи, Рангорд.

— Добрых снов.

Он произнес что-то еще, но так тихо, что я не расслышала. А до утра я лежала в постели, не смыкая глаз. Боялась, что Ран уйдет незаметно… Так и случилось. Я задремала ненадолго, а когда проснулась, его уже не было.

— Мам, вставай, — Соня лениво пихала меня в бок кулачком.

— Ты сама еще спишь, — пробормотала я, крепко стискивая дочь в объятиях.

— Неправда!

Соня принялась щекотать меня, я со смехом спрыгнула с постели и потащила дочку умываться. Эйден сегодня задерживался, обычно в это время он уже приходил, но не сегодня.

На столе стояли формочки — два зайчика, две елочки, и две звездочки. Елочек и звезд я не рисовала, Рангорд выдумал их сам. Я замерла у стола, глядя на них, и у меня защемило сердце. Он правда ушел?

— О, мама! Давай я сделаю их такими же как вчера?

— Нет! Милая, не трогай, пожалуйста. Ты ведь слышала, что говорил дядя Ран?

— Да-а-а, — недовольно протянула она, плеская себе в лицо прохладную воду из тазика.

За спиной раздались шаги.

— Алена, — Эйден приветственно кивнул мне. Соня тут же побежала к нему.

— Эйден! — я задержала мага до того, как он шагнул через портал в свой замок. — Я хочу с тобой поговорить… наедине.

Дочка фразу “поговорить наедине” никогда не понимала, она думала, что при ней все могут говорить что хотят. Мол, она же все равно не слушает.

— Милая, побудешь недолго дома, ладно?

— Но, мам…

— Ее встретит няня, — Эйден указал мне на портал. — Ну, ты идешь?

Я кивнула, радуясь, что маг не послал меня куда подальше. Он готов к разговору, но получу ли я ответы на свои вопросы?

В библиотеке замка нас встретила няня, и она сразу увела Соню в другое помещение. Эйден же пригласил меня за столик, что стоял между книжных стеллажей.

— И о чем ты хотела поговорить? — спросил мужчина, устроившись в кресле.

— Для начала я хочу знать, что ты говорил Соне о том, что “Домик нельзя”… Какой домик, и что с ним нельзя делать?

— Дети… — протянул маг, усмехнувшись. — Впрочем, я знал, что она проболтается. Ваш дом, Алена. Он должен принадлежать Соне. Его нельзя отдавать, продавать и…

— Он и так Сонин. В Доме Советов его записали на ее имя. Но что, если она захочет его продать?

— Нельзя.

— Я хочу получить четкий ответ, Эйден.

Маг устало вздохнул. Помолчал какое-то время, лениво перебирая страницы лежащей на столе книги, потом заговорил.

— Я не скажу тебе, потому что человеку в твоем положении захочется кое-что проверить. Ты не можешь подвергнуть себя риску, потому что Соня нужна этому миру, а ты нужна ей. Но я не знаю твоих помыслов, я не умею читать мысли…

— Эйден, прекрати говорить загадками.

— Я не скажу тебе, ясно? Просто не продавай свою лавку.

— Да кому она нужна, — выдохнула я, опускаясь в кресло. — На свечи нет спроса, все пользуются светильниками. У нас нет денег, мне скоро нечем будем кормить дочь… — Я запнулась на фразе, потому что Эйден взмахнул рукой, и передо мной словно с потолка бесшумно упал сундук.

— Этого достаточно?

— Достаточно… для чего? — не поняла я.

— Для того, чтобы ты не думала о продаже лавки. Алена, ты должна сохранить ее, понимаешь? Скоро случится… Неважно, пустяки. Служители порядка не допустят, чтобы с домом что-то случилось, хоть они и не в курсе всего, но разбои и грабежи в Вивлонде пресекаются еще на этапе подготовки. В общем, бери эти деньги, и можешь делать свои свечи сколько душе угодно. Ну, или не делать, золота хватит до конца твоей жизни, а Соня себе сама заработает.

— Эйден! — я вскочила с места, намереваясь кинуть чем-нибудь в мага, так сильно он меня взбесил. — Если ты хотел создать интригу, то у тебя не вышло — ты меня испугал. Правда думаешь, что я останусь в доме, в который может и, как ты сказал, хочет кто-то залезть?

— Ты его не покинешь, — маг смотрел прямо мне в глаза, будто пытался загипнотизировать, и я отвела взгляд. — Этот дом должен принадлежать Соне, и правду ты узнаешь, только когда она сможет его защитить. Прямо сейчас не готовы ни ты, ни она.

— Если ты боишься, что то, что я узнаю навредит мне, то этого не случится. Мои помыслы чисты, что бы ты ни думал.

— Вот скажи, — Эйден одним плавным движением поднялся из кресла и, заложив руки за спину, встал передо мной. — Если бы тебе принадлежали все сокровища мира, ты отказалась бы от них?

— Я… К чему ты клонишь? Разумеется, если бы они были не мои!

— Представь, что они твои. Ты имеешь полное право ими распоряжаться, что бы ты сделала?

— Это очень странный вопрос. Я не знаю, — я вновь упала в кресло. Ответа на вопрос мага у меня не было. Что бы я сделала, будь я богата? Не могу знать, я никогда не была богата.

Взгляд упал на сундук. Крышка его была закрыта, но не заперта, и я потянулась к ней…

— Э, нет, — Эйден носком сапога придержал крышку. — Мне все равно и на тебя, и на твою дочь… Тише-тише, я лишь говорю правду. Так вот, когда я уйду, мне все равно, что вы будете делать со своей дальнейшей жизнью, но до тех пор Соня должна быть в безопасности, понимаешь?

— Я знаю. Мне Рангорд все рассказал. И про то, откуда ты, и зачем тебе Соня, и про ее магию. Он так же сказал, что ты приходил к его отцу, чтобы забрать одаренную девочку.

— Очень жаль, что она погибла. Мне правда жаль, но Соня… Она обладает такой же силой, нужной мне. Ну и раз ты уже все знаешь, нет смысла скрывать — да, твоя дочь обладает магией, способной создавать, удерживать и открывать порталы. Она вернет меня домой, за это я вас щедро отблагодарю, не сомневайся. Это, — мужчина убрал ногу с сундука, — лишь малая часть того, что я отдам после. При одном условии — сбереги Соню до тех пор, пока она не сделает то, что должна.

— Ты поэтому приходил?.. Тогда, в первые дни, когда я оставляла дочку одну дома…

— Ты поступала неразумно. Оставить пятилетнего ребенка дома в одиночестве даже я бы не додумался.

— У меня не было другого выхода.

— Выход есть всегда. Но тебе прощается эта глупость, ты напугана и растеряна, ты в чужом для тебя мире. Знаешь, мне было всего два года, когда меня привели в Молот, и я был подвластен тем кто меня опекал, а вот ты… Тебе приходится справляться самой. Эти деньги помогут тебе ни о чем не думать, твоя главная задача — сохранить дом.

— Почему ты сам этого не сделаешь? Я не знаю уровня твоей магии, или в чем она тут у вас измеряется, но ты остановил время, когда забирал Соню! Я помню тот вечер, даже ветер затих, и я оцепенела, а ты забрал мою дочь!

— Успокойся, — Эйден поморщился. — Я думал мы уже закрыли эту тему. Насчет дома, все просто — я служу Мировой магистерии, и если заметят мои следы там, где их не должно быть, то домой я вернуться не успею. Соня еще слишком мала, ее сила велика, но не обуздана, а я не могу так рисковать. Она еще не может открыть портал в Расстуин.

— Когда она сможет? Сколько на это уйдет времени?

— Может, месяц, а может, годы. Я не знаю и ответ на твой вопрос дать не могу.

— Годы? Ей нужно учиться! Ей не всегда будет пять лет, через два года ей пора в школу…

— Ты же знаешь, что школы здесь только для тех, кто может себе их позволить? С той суммой денег, что я вам дам, твоя дочь получит шанс на обучение. Это еще одна причина, по которой я советую тебе взять деньги, ничего не спрашивать и уйти. Иди, Алена, трать золото, а Соню я приведу как обычно.

— Ты не ответил ни на один мой вопрос достаточно понятно для того, чтобы я была спокойна.

— Тебе незачем забивать свою прелестную головку ненужными вещами. Прежде, чем я уйду, я расскажу тебе все, но пока рано.

— Как я могу быть уверена в том, что ты не потребуешь эти деньги назад?

Эйден закатил глаза, а потом резко взмахнул рукой и прямо перед моим лицом открылся портал, я едва успела отклониться. По ту сторону было огромное помещение, сплошь заставленное сундуками.

— Видишь? Это мое хранилище в Королевском банке. В сундуках лежит золото, и их там примерно семь сотен. Я отдал тебе всего один, а все остальное станет твоим когда я уйду, понимаешь? В моем мире золото не дороже камня, что валяется под ногами, мне оно не понадобится…

— Закрывай, — не своим голосом выдохнула я, зажмурившись на миг. Портал схлопнулся. — Я поняла, ладно. Но для чего тогда нам жить в крошечном доме, в котором даже нет ванны? Если ты и правда отдашь все эти деньги, то…

— Я уповаю на твою честность. Пока ты живешь в этом доме, к нему никто не приблизится из страха перед королем. Ну, разве что сам король попробует его забрать… но этого не случится, он не идиот.

— Мне надоело, что ты говоришь загадками, Эйден. Ты меня только запутал!

— Хорошего дня и удачных покупок, — проговорил маг, и в ту же секунду меня вместе с сундуком выкинуло на моей кухне.