Глава 24

Сердце было спокойно, но меня все равно потряхивало от волнения. Я смотрела в окно всю ночь, считая секунды, минуты и часы. Темное небо, усыпанное миллиардами звезд, посветлело около четырех часов утра.

Еще через час на горизонте за заливом показался краешек солнечного круга. Волны засеребрились и я переключила свое внимание на сверкающие камни на берегу.

Все это было видно через окно моего собственного дома и в другое время я бы от восторга не могла думать ни о чем другом, но все мои мысли были заняты Сонечкой. Где она, что с ней? Как происходит закрытие прохода?

Но я себя обманывала. Я, конечно, переживала за дочь, но помнила, что она с Эйденом, и волноваться мне не о чем. А вот Рангорд… Он ведь ушел. Наверняка ушел, и даже не попрощался.

К моменту, когда в холле раздались шаги и голоса, я почти задремала, но тут же вскинулась и бросилась на выход.

— Соня?

Затормозила на пороге, в ужасе наблюдая за тем, как Эйден передает Соню Форсту, что-то говорит ему и тот уносит малышку наверх. Я, словно в бреду бросилась за мужчиной, не разбирая дороги, но Эйден перехватил меня за руку.

— Эй, не стоит ее будить.

— Будить? — переспросила неверяще, взглядом ища Форста. — Она спит?

— Просто спит, устала. Ничего не произошло, все в порядке.

— Да даже ты выглядишь так, будто вы всю ночь, как минимум, сражались! — вскрикнула я, не сдержав эмоций.

Эйден на самом деле выглядел отвратно — мокрые волосы, прилипшие ко лбу, грязная одежда и рваный подол мантии. А сапоги? На его сапогах грязь была прилипшей комками! Откуда на севере взялась грязь, да еще и в горах?

— Можно я выпью чаю, а потом расскажу? — Эйден устало поморщился, отпуская мою руку. — Ночь была не из легких.

— Моей дочери пять лет, Эйден! Что там было? Что вы делали?

— Пресвятой Создатель, Алена! — маг сверкнул глазами. — Я сказал, что все в порядке!

Мне оставалось только скрипнуть зубами и двинуться вслед за мужчиной на кухню. Натальи еще не было, она должна начать готовить завтрак примерно через час, так что у нас было время поговорить.

Я очень быстро заварила чай, налила его в чашку и сунула Эйдену в руки.

— Пей скорее.

— Обожгусь, — усмехнулся он, но сделал глоток.

— Соня… — я облизнула пересохшие губы. — Справилась?

— Твоя дочь станет достойной заменой мне, — ответил маг.

Я улыбнулась, горделиво вскидывая голову. Приятно осознавать, что твой ребенок — гений.

— Так она закрыла проход?

— Закрыла. Сегодня я сообщу Мировой магистерии о том, что проход исчез. Надеюсь, внезапно разрушенный портал не вызовет вопросов, потому что все и так ждали, что однажды это произойдет.

— А со стороны Драконьего края будут вопросы?

— Какие? — хохотнул Эйден. — О Драконьем крае можно навсегда забыть, у нас больше нет связи с ними.

Я опустилась на стул, чувствуя, что ноги стали ватными. В груди разгорелась обида, но тут же потухла. Ран ушел, не попрощавшись, но значит так было нужно.

— Значит, ни один дракон больше никогда не придет в Молот, так? И опасаться Тироля не стоит?

— Тебя ведь не Тироль интересует, да? — прищурившись, маг посмотрел на меня и я вспыхнула. — Не придет. Тироль не придет.

— Расстроится, наверное, что его план по захвату нашего мира сломан, — хихикнула я, чтобы сдержать слезы.

— Расстроится, конечно. Столько лет готовился.

— Я пойду к дочери, Эйден, — я поднялась со стула и, не оборачиваясь, двинулась к двери. — Дай нам сегодняшний день провести вместе, я хочу устроить пикник на море.

— Ближайшую неделю Соне нельзя пользоваться магией, так что я приду только через десять дней.

Я все-таки затормозила у выхода, улыбнувшись магу. И вышла, оставляя его в одиночестве.

Соня мирно спала в своей кровати в ворохе подушек. Форст только снял с нее туфли и пальто, ну а я не стала тревожить ребенка и раздевать ее, хотя платьице чудесной эльфийской работы выглядело так, будто валялось в грязи и по нему пробежал табун лошадей.

Едва касаясь, вытерла пыльные щеки дочери влажной тряпочкой, чмокнула малышку в лоб, но та даже не шелохнулась. Соня спала мертвым сном и только ее едва слышное дыхание не позволяло мне снова занервничать.

— Прости меня, — шепнула я, глотая слезы. — Если бы мы не пришли в этот мир, у тебя было бы обычное детство, без магии, занятий и спасения мира.

Я усмехнулась, укладываясь на подушку. Моя пятилетняя дочь сегодня на самом деле спасла, теперь уже и наш тоже, мир. Впрочем, в моей голове это никак не укладывалось, все казалось каким-то нереальным, будто происходило не с нами.

Каждую ночь, когда я ложилась спать, думала, что утром проснусь в квартире Олега, по привычке приготовлю завтрак и поведу Соню на качели, которые были во дворе. После чего мы зайдем в супермаркет за молоком для каши на обед, а потом будем смотреть мультики. С утра и до вечера было наше время, а когда вечером Олег возвращался… Когда-то давно по возвращении домой он приносил нам цветы и конфеты, всегда, каждый день. Мы все вместе ужинали и садились смотреть фильм, после чего дочка засыпала, а у нас с мужем было время побыть друг с другом.

Я перевела взгляд на окно, из приоткрытой форточки которого доносился шум моря. Больше у нас не будет семейных посиделок втроем, только вдвоем, но может это и к лучшему. Олега я давно не вспоминала, будто и не любила никогда, но отчего-то сейчас так сильно сжималось сердце от недостающей ему нежности.

Рангорд стер все воспоминания о муже и все мои мысли были заняты малознакомым мне драконом. Я вроде взрослая и умная женщина, а влюбилась мгновенно, будто девчонка.

Я влюбилась в Рангорда? При этой мысли я чуть не расхохоталась в голос. Быть такого не может! Мы знакомы всего ничего и я бы просто не смогла…

Смогла бы. Я тосковала по Рангорду, и я на самом деле чувствовала к нему такое сильное необъяснимое притяжение, что назвать мои чувства иначе, чем любовью, было нельзя.

А может быть, во мне говорила нехватка мужского внимания и желание опереться на сильное плечо. Последний месяц выдался тяжелым, так что неудивительно, что я воспылала к первому встречному.

Все эти мысли носились в моей голове ураганом, и мучили меня, из-за чего я так и не смогла заснуть. Даже бессонная ночь не помогла расслабиться, так что я оставила Соню и вышла из ее комнаты, чтобы приготовить корзинку с едой для пикника.

Наталья хлопотала на кухне, когда я вошла, Кухарка готовила на обед сливочный суп и аромат плавленого сыра разносился по всему помещению.

— Алена, — Наталья улыбнулась мне, снимая кастрюлю с плиты. — Форст не стал звать вас на завтрак, а мне сказал, что вам сейчас нужен отдых. Что-то произошло?

— Нет, ничего особенного, — отмахнулась я, вытаскивая корзинку из тумбы.

— Я заходила к вам вчера вечером, как вы и просили, но не застала.

— Наталья, давай на “ты”. Я некомфортно себя чувствую, когда ты обращаешься ко мне официально, ведь ты… ты мне словно родственница.

— Давай, — выдержав паузу, согласилась женщина, при этом нервно теребя свой передник. — Я тоже очень сильно хочу поговорить с тобой. Хочу узнать, что произошло на Земле за пятьдесят лет.

— О-о-о, — я рассмеялась. — Разговор будет очень долгим. Мы с Соней пойдем сегодня на пикник, приглашаю тебя с нами. Сможем поговорить, я расскажу тебе, что такое смартфон. Я бы даже показала тебе его, но он сгорел вместе с домом.

Наталья хотела что-то сказать, но промолчала, улыбаясь. Помогла мне собрать в корзинку фрукты, сыр и тонко нарезанное мясо, а еще мы положили бутылку сока. Большой плед стянули с дивана в гостиной и тоже упаковали с собой.

Пока собирались, к дому стали подтягиваться повозки. Форст занес в холл двадцать пять коробок с туфлями и еще одну с нашими валенками, а потом и тридцать свертков с платьями. В банную лавку я вчера так и не зашла, так что за мылами и маслами придется сходить на днях.

— Как много всего, — Наталья восхищенно всплеснула руками. — Это все из ателье?

— Из лавок с готовой одеждой. У нас с дочкой не было совсем никакой одежды, все сгорело… В общем, я позволила себе немного потратиться.

— Какая ты счастливая. Когда я попала в Молот, мне нечего было есть… В академии меня не любили, никто не пошел навстречу и не предложил бесплатное питание, — совсем беззлобно проговорила кухарка, и я в очередной раз порадовалась отсутствию зависти в этой милой женщине.

— А сейчас ты довольна своей жизнью?

— Да, очень! Я очень благодарна госпоже Ильстон за то, что она позволила мне работать в ее доме. Я на своем месте и очень им довольна, не волнуйся.

— У тебя никогда не было… — я смущенно хмыкнула. — Мужчины? Ты не хотела замуж?

— Однажды я влюбилась, — Наталья проводила взглядом Форста, который понес несколько свертков наверх. — В Путешественника. Он был красив, умен, он подавал большие надежды… Но его первая командировка оказалась в мир, из которого, как оказалось, не возвращаются.

— Как это ужасно…

— Да, но Путешественникам все равно нельзя заводить семьи, таков закон. Ну а я больше никого не смогла полюбить так же сильно, как Пэтта. К тому же, всегда был риск выдать свое происхождение.

— Почему ты не могла сказать никому о том, откуда ты?

— А ты можешь? — спросила Наталья удивленно.

— Нет. Тот, кто привел меня в Молот, сказал, что мне стоит держать в тайне свое происхождение.

— Вот и мне так же. Каждый иномирец, который попадает в Молот, проходит через встречу с Просветителем. Не всегда, но если попадется ему… Просветитель определяет, пришел ли ты в этот мир со злыми намерениями или же случайно, и если случайно, то отпускает тебя. Но говорить все же никому не стоит, потому что местные жители могут быть напуганы. В общем, опасно сообщать кому бы то ни было о том, что ты из другого мира. Особенно если ты с Земли. Наш техногенный мир слишком сильно пугает Молот, наше оружие, наши правила и привычки… Ну, ты ведь сама все знаешь.

— Знаю, — вздохнула я. — Но ты так сильно удивишься, когда узнаешь все, что произошло за последние пятьдесят лет.

Женщина замялась, заметно нервничая.

— Земля… в порядке? Были какие-то ужасные вещи?

— Не считая землетрясений, ураганов и эпидемий?

— О боже…

— Да, случались и ужасные вещи. Но я не стану говорить тебе о них, потому что и сама хочу забыть все плохое, что было. Лучше я расскажу тебе о фильмах и сериалах, о новых технологиях и микроволновках.

— Микро… что?

Я довольно зажмурилась, вспоминая это чудо техники, и мы с кухаркой рассмеялись. Я уже представляла себе удивление на лице женщины, которое будет, когда я расскажу ей о соцсетях.

Нам пришлось прервать обсуждение, потому что наверху лестницы появился Форст и Соня.

— Эй, милая, — я побежала к дочке, подхватила ее на руки. — Ты умылась? Сама?

— Дядя Форст помог, — малышка зевнула. — Только платьишко грязное и порвалось…

— Чуточку позже расскажешь мне, как это произошло, ладно? — прервала я дочку и кинула взгляд на управляющего. Мужчина казался задумчивым и на Соню смотрел с подозрением.

— Конечно, мама.

— Тебе нужно принять ванну и переодеться. Смотри, все наши платья уже привезли. А еще мы пойдем на пляж, как и хотели, да?

— Да, — Соня снова зевнула и, прикрывая глазки, прижалась к моему плечу.

— Ну, пойдем.

Я унесла дочь в свою комнату, там набрала воды в купальню, к счастью, в этом доме была горячая вода в трубах, и предложила Соне на выбор два мыла, которые остались от прошлых хозяев: малиновое и клубничное. Дочка выбрала малиновое и мы приступили к мытью волос.

— Все взорвалось, — начала рассказ Соня, а я вздрогнула после ее слов, но вопросов задавать не стала. — Дядя Эйден говорил мне, что делать, я так и сделала. Мы были внизу у горы, подниматься наверх было нельзя, так сказал дядя Эйден. Искры летели по воздуху, мне было так тяжело, а еще закружилась голова и я была такая уставшая… Я как будто бы долго не спала, мам. А потом наверху горы что-то взорвалось. Случился дождь и в нас полетела грязь, а еще что-то вспыхнуло.

— Ты очень сильная девочка, ты молодец.

— А что мы делали, мам?

Я подхватила ковш, полила на мыльные волосики воду и погладила дочь по спине. Слова никак не шли, я не знала, что говорить, но отвечать все же было нужно.

— Вы спасли этот мир от плохих драконов, милая. Там, наверху, был проход в Драконьи края. Ты ведь видела Рангорда? Он, наверное, был с вами, так Эйден сказал. Так вот, он дракон из того мира и он… теперь останется там навсегда. Именно поэтому вы с дядей Эйденом закрывали проход.

— Потому что тот дракон плохой? — нахмурившись, Соня резко повернулась и вода расплескалась на пол.

— Нет, малыш, он очень-очень хороший, но там есть другие, плохие.

— Этого дракона я не видела мам. Он не пришел.

— Не пришел?

Соня не успела ответить, в дверь постучали.

— Войдите! — я поднялась со стула, чмокнув дочь в лоб, и вышла из ванной. — Форст?

— Алена, к вам пришел гость. Говорит, вы его не ждали, но вам очень нужно поговорить.

— Спасибо, Форст, передай гостю, что я спущусь через несколько минут. Он представился?

— Да, его зовут Рангорд Далтон.

Управляющий, откланявшись, вышел. Я же стояла и смотрела на закрытую дверь, пребывая в совершенном неверии. Форст пошутил, да? Да о чем я, он не знает ведь имя Рангорда!

— Соня, — я влетела в ванную, склонилась над купальней. — А дядя Эйден говорил что-то о том хорошем драконе?

— Мне? Нет, не говорил, — дочка нырнула в воду по самый нос и пробулькала что-то невнятное.

— А не тебе?

— Он злился почему-то. Все ворчал о том, что Молоту не нужны драконы и что Далтону… кажется, так он его назвал… Что ему стоило убраться с этих земель. Я не понимаю, мама, но это все, что я слышала.

— Спасибо, — я обхватила ладонями Сонины щечки, чмокнула в нос. — Ты накупалась? Нам пора идти.

— Вода уже остыла, — вздыхая, дочка выбралась из купальни с моей помощью. — А в море теплая водичка?

— Я не знаю, малыш. Наверное, теплая, здесь же вечное лето.

— Вечное лето? Правда?

— Да-да.

— А как же Новый год? Где брать снег?

— Снег? — растерянно переспросила я.

— Ну да, как же Новый год без снега?

— Я не знаю, милая. Но надеюсь, дядя Эйден сможет проводить нас туда, где будет зима. Ты потом и сама сможешь это делать, но еще нескоро… А вообще, знаешь, на Новый год снег вовсе необязателен. Мы украсим дом огоньками, поставим елку… если найдем ее.

— Огоньки надо обязательно, — согласно закивала дочь. — Без гирляндочек совсем никак.

— Выберем тебе красивое платье? — я кивнула на свертки и коробки, сваленные в кучу в углу комнаты.

— Красивое на пляж? Мама, ты что? На пляж нужен купальник.

— Купальников я в лавках не видела, — я задумчиво развернула один из свертков. — Наверное, здесь положено носить какую-то другую одежду для купания. Давай сегодня это будет ночной костюм, да? Вот эти штанишки и рубашка вполне подойдут.

— Ну тогда сверху я надену платье.

Переодевались мы долго. Особенно я. Я тщательно выбирала наряд, в котором предстану перед Рангордом, и совсем не думала о том, что он меня ждет внизу вот уже почти час.

Я боялась спускаться к нему. От одной только мысли, что снова увижу Рана, мое сердце начинало биться с удвоенной силой и ладони потели. Зачем он пришел? Почему остался? Неужели Эйден не предупредил его о том, что собирается закрыть проход?

Эта мысль отрезвила. Эйден, видимо, действительно не сообщил Рану о своих планах и теперь дракон пришел ко мне за помощью…

Я задумчиво стянула с себя платье из зеленого шелка и надела другое. Простое ситцевое в синий цветочек. Ран здесь не из-за меня, а из-за того, что ему некуда идти.

Я подняла взгляд на свое отражение в зеркале и усмехнулась. Некуда идти? Рангорд оставил мне сундук золота, уж этот дракон точно не нуждается в поддержке и помощи.

Ситцевое платье оказалось на полу, а зеленое шелковое снова на мне. Из туфель я выбрала и себе и дочери мягкие кожаные тапочки, в которых было бы удобно гулять по песку.

— Мам, тебе все платья идут, — устало проговорила Соня. — Пойдем уже.

Спускаясь по лестнице я все выглядывала мужчину в холле, но внизу никого не было. Дышать становилось тяжело, ноги подкашивались, а спину я выпрямила так, будто палку проглотила. Хотелось появиться перед Раном во всей красе.

Чтобы окончательно успокоиться, я взяла дочку на руки.

— Алена, простите, — Форст выскочил словно из ниоткуда. — Я позволил себе проводить господина Далтона в гостиную, почему-то решил, что вы не будете против.

— Я совсем не против. Спасибо, Форст.

В гостиной, значит.

— Малыш, иди к тете Наташе, она сейчас на кухне, и подождите меня, ладно? Мы все вместе пойдем на пикник.

— Ура!

Дочь сползла с моих рук и помчалась на кухню. Наталья нравилась ей, наверное, по той же причине что и мне — мы обе чувствовали в этой женщине родную душу.

В гостиную я вошла, не затормозив на входе, хотя очень хотелось постоять и привести в порядок свое дыхание.

Рангорд сидел в кресле, увидев меня, он вскочил.

— Алена, — выдохнул, замерев на мгновение.

— Что ты здесь делаешь?

— Я пришел к вам… Не смог уйти.

— Эйден сказал тебе, что ночью… Рангорд, проход в твой мир разрушен.

— Я знаю, — мужчина улыбнулся и подошел ко мне почти вплотную. Теперь мне приходилось сильно задирать голову, чтобы видеть его глаза. — Я не пришел, а они не стали ждать и правильно… Я бы все равно не смог уйти.

— А как же твой брат? Твои земли?

— Тироль справится, не волнуйся за него. Самое главное, что в Молот он не сможет прийти уже никогда.

— Но ведь и ты тоже не сможешь вернуться домой. Тебе совсем не хочется назад?

— Пожалуйста, присядь, — Рангорд нежно коснулся моего плеча и я опустилась на диван. Мужчина сел рядом. — Драконий край моя родина, мой мир, мои земли, это так. Но там я никогда не чувствовал себя настолько счастливым, как здесь. Я жил, подчиняясь жестким правилам, которые должен соблюдать правитель… меня готовили к коронации всю мою жизнь. И я никогда не мог чувствовать себя свободным. Если бы проход не смогли разрушить, мне пришлось бы вернуться и бороться с родным братом за спокойствие Молота, но теперь… Теперь я там не нужен, и очень надеюсь…

Рангорд едва слышно вздохнул, отводя взгляд.

— Я надеюсь, что нужен здесь.

Я едва могла дышать, честное слово. Рангорд не был настойчивым, ничего не спрашивал, не пытался доказать… и это меня подкупало. Мои единственные в жизни отношения начинались со страсти, подростковые гормоны вскружили голову, я привязалась к парню, потом мы поженились…

Рангорд был другим. Да и я уже совсем не та Алена, которой была еще месяц назад до того, как попала в этот мир. Сейчас я в первую очередь думала головой, но… Но в животе все равно порхали бабочки.

Я улыбнулась, глядя в темные глаза мужчины. Мне хотелось сказать так много, но я не могла. Боялась спугнуть его.

— Тебе понравится здесь, — произнесла тихо, дотронувшись до локтя Рангорда кончиками пальцев. Мужчина вздрогнул. — Ты можешь жить с нами, у нас большой дом… ну, пока не обзаведешься своим.

— Я уже купил дом, — Рангорд пожал плечами. — В Листоне их продавалось всего два. Этот приобрела ты, а я купил соседний. Ты смотрела его? Там на заднем дворе есть горячий источник.

— Купил? — непонимающе переспросила я, точно помня, что соседний от моего дом уже покупает какой-то “очень симпатичный господин”.

А потом до меня дошло и я не смогла сдержать смех. Но в то же время сердце сжалось от ревности. Та девушка, блондинка, она ведь уже наверняка продумала план по захвату руки и сердца этого самого симпатичного господина.

— Я приглашаю вас с Соней вечером на ужин. Готовить я не умею, но в Листоне доставляют еду из ресторанов прямо домой, представляешь? Я так удивился когда узнал.

— А ты подготовился, прежде чем ко мне прийти, — я, прищурившись, подозрительно взглянула на Рана. — Почему не пришел сразу?

— Не мог. Боялся, что ты меня отвергнешь. Решил, что если я приживусь в этом городе и потом будто случайно встречу тебя, мы сумеем возобновить наше общение.

— Глупость какая. Ты должен был прийти сразу, я ведь переживала!

— Прости, наверное, я и правда был должен сообщить, что со мной все в порядке. Даже рана уже зажила.

— Я очень рада, что ты здесь, — шепнула я, вдруг потеряв голос от волнения.

Рангорд промолчал, но было видно, что он хочет что-то сказать. Я же боялась того, что могу от него услышать, поэтому вскочила с дивана и громко спросила:

— Не хочешь ли ты составить нам компанию? Мы с Соней и нашей кухаркой идем на пикник.

— С удовольствием.

Мы отыскали Соню и Наталью на кухне, когда те пили чай с конфетами. А после все вместе вышли из дома.