Глава 41. А вот и папа…

Ангелина

– …Как видишь, с Миланой в доме Кирилла был тоже наш всеми любимый режиссёр, ― показав кавычки на слове «любимый» подытожил оператор.

Он выключил видео, на котором Милана развлекалась с режиссёром и бросил планшет на пассажирское сиденье.

– Я не мог рассказать вам об этом. Сами понимаете, вылетел бы с работы как пробка.

– Зачем Милане нужен был Кирилл, если она спала с режиссёром? ― глядя в окно машины, вслух рассуждала Геля.

– А это вы лучше у неё спросите, ― посмеялся оператор. ― Хотя, что тут непонятного: режиссёр ― человека женатый, Милана нужна была ему только для ночных развлечений, а ей ведь тоже нужно как-то устраивать свою жизнь, ― пожал он плечами, ― вот и помогали друг другу: она ему ― эротические массажи по ночам, а он ― любую информацию про Кирилла и остальных участниц.

– Жесть какая-то… ― в шоке проговорила Геля.

– Теперь убедилась, что в ту ночь меня не было на вилле? ― сердито спросил Кирилл. ― Гаги подтвердит, что я полночи просидел в его ресторане, а потом он лично отвёз меня домой.

– Значит, и про кольцо Милана узнала от режиссёра… ― предположила Геля.

– Видимо, хорошо делала ему массаж, ― посмеялся оператор и в следующую секунду в машину заглянул Гагик.

– О, все в сборе! ― широко улыбнулся он. ― Ну что, разобрались со своей Санта-Барбарой?

– Разобрались. ― Кирилл пожал руку оператору и вылез из машины. ― Благодарю, что приехал. С меня, как я и обещал, причитается, ― сказал он перед тем, как закрыть дверь.

– Рад, что вы наконец-то поговорили! ― Гаги похлопал Кирилла по плечу и, потерев ладони, весело взглянул на Гелю. ― Считаю, это дело надо отметить!

– С удовольствием, но в другой раз, ― бегло улыбнулась Геля. ― У нас вылет через сорок минут, и если мы не поторо…

– Гель! ― раздался в дверях кафе встревоженный голос Ани. ― Кажется, у Даши температура.

Спустя два часа

Городская больница

– Температура вроде спадает… ― глядя на градусник, проговорила Геля и, встряхнув его, положила на стол. ― Помоги перенести её на кровать.

Кирилл взял на руки засыпающую Дашу, отнёс её на кровать и укрыл ноги одеялом.

– Спи, спи, ― улыбнулся он, погладив её по спине и, взяв со спинки кровати полотенце, шепнул Геле: ― Пойду, намочу.

– Слава богу, что мы никуда не улетели, ― прерывисто вздохнула Геля и, поставив локти на стол, обхватила руками голову.

«Не представляю, что бы я делала, если б Даше стало плохо в самолёте».

– Если ночью поднимется температура, то дайте ей эту таблетку, ― войдя в палату, велела громкоголосая медсестра.

Не имея ни малейшего уважения к спящему больному ребёнку, она с грохотом поставила на тумбочку стакан, положила рядом блистер и, развернувшись, схватилась за сердце.

– Вы меня напугали! ― выдохнула, глядя на Кирилла.

– В клубе за барной стойкой будете орать и с такой же силой ставить на неё стаканы, а здесь больница! ― тихо, но доходчиво разъяснил он. ― Детское отделение, если вы вдруг не в курсе.

– П-простите, я… ― заикалась девушка, робея перед его внушительным видом. ― Я не думала, что ваша дочь уже спит. Ещё раз извините, ― опустила она голову. ― Если что-то понадобится, зовите, я буду на посту.

Медсестра буквально выбежала из палаты, а Кирилл положил на Дашин лоб мокрое полотенце.

– Помню, мне это помогало в детстве, ― не сводя с неё взгляда, прошептал он.

Кирилл долго смотрел на спящую дочь, изучая её лицо, волосы, ручки, обнимающие плюшевого медведя.

– Красавица, ― прошептал едва слышно, затем потрогал щёку, накрыл одеялом до плеч и тихо встал с кровати.

– Ты можешь ехать, ― устало проговорила Геля.

– Я останусь, ― садясь за стол, решительно заявил Кирилл. ― Иди, приляг с ней. Тебе тоже нужно отдохнуть.

И, усмехнувшись, добавил:

– В Турцию всё равно сегодня не попадёшь.

– Серьёзно думаешь, что мне есть дело до Турции? ― впилась в него взглядом Геля.

– Ну, судя по тому, как ты стремительно пыталась покинуть Москву…

– Ты в своём уме?! ― спросила она громче, чем хотела. ― У моей дочери температура под сорок. Какая может быть Турция? И ты прекрасно знаешь, почему я хотела уехать подальше от тебя.

– А теперь, когда ты поняла, что я не спал с Миланой, тоже хочешь держаться от меня подальше?

– Я только одного хочу. ― Геля откинулась на спинку стула и скрестила руки на груди. ― Чтобы та запомнил раз и навсегда, что я ничего к тебе не испытывала, не испытываю и никогда не буду испытывать, поэтому советую не тратить на меня вре…

– Ты нужна мне! ― перебил Кирилл. ― Я понял это с первого дня проекта. Понял, что ты и есть тот человек, с которым я хочу создать семью, и я готов подписаться под каждым своим словом, которое говорил тебе на проекте и говорю сейчас.

Геля только открыла рот, но Кирилл настойчиво продолжил.

– Да, я знаю, что сделал тебе больно. Не поверил, не попытался убедиться в твоей правоте, уволил с работы, и это станет для меня хорошим уроком на будущее, но…

– Что, теперь каждую девушку, с которой проведёшь ночь, будешь брать за руку и тащить к гинекологу? ― посмеялась Геля.

– Нет, просто буду знать, что я далеко не всегда бываю прав.

– Вот это открытие! ― ёрничала Геля. ― Он, оказывается, понял, что не всегда бывает прав! Ну, хоть что-то дало тебе наше знакомство, ― показала класс.

– От тебя у меня дочь! И именно это главное, что ты дала мне.

– А если я не хочу, чтобы она о тебе узнала? ― Геля вопросительно выгнула бровь. ― Может, нам хорошо вдвоём, и никто посторонний нам…

– Я не посторонний! ― протестуя, подчеркнул Кирилл. ― А ещё я никак не могу понять, чего ты хочешь? ― Он принялся загибать пальцы. ― Пришла на проект по доброй воле, рассказала мне о дочери, затем дала понять, что никогда не будешь со мной, ― загнул третий палец, ― и надеешься, что я просто так это оставлю? То есть ты правда подумала, что я, узнав о дочери, просто вернусь к своей привычной жизни и не буду принимать участия в её воспитании?

– А это уже не тебе решать, ― прошипела Геля. ― Если я захочу, чтобы Даша никогда не узнала, что ты её отец, то так и будет. Поверь, я изначально понимала на что шла и у меня есть достаточно связей, которые обеспечат нам защиту от тебя и всех, кто посмеет покуситься на мою дочь.

– Я в курсе, кто твоя покровительница. Наслышан о подвигах девушки, которая держит на коротком поводке чиновников, банкиров и налоговую. Это же с её помощью обанкротилась целая сеть барбершопов Вити Миронова? ― Кирилл задумчиво хмыкнул. ― До сих пор не могу понять, где он ей успел так сильно насолить…

– Рада, что наслышан, ― бросила Геля, не зацикливаясь на истории с барбершопами. ― Значит, прекрасно знаешь, что из себя представляет моя подруга.

– Прекра-а-асно знаю! ― протянул он, изображая испуг, и наклонился ближе. ― Вот только мне кажется, что Аня не станет со мной воевать, потому что она, в отличие от тебя, понимает, что я вам с Дашей не враг.

Кирилл протянул руку к Гелиному лицу и, проведя по щеке, заправил за ухо прядь волос.

– И ты тоже очень скоро это поймёшь, ― подмигнул он с таким видом, словно нисколько не сомневался в своих словах.

Геля поймала себя на мысли, что отныне его прикосновение не вызвало отвращения, как это было раньше, от касания его руки её органы не превратились в лёд, но… но и до бабочек в животе было очень и очень далеко.

Она была убеждена: этот мужчина ни-ког-да не займёт место рядом с ней и Дашей.

– Кирилл, ― устало вздохнула она и, прикрыв рот ладонью, зевнула от всей души. ― Прошу тебя, уезжай. Мне нужно отдохнуть после всего случившегося и собраться с мыслями.

Она вышла из-за стола и кивнула на дверь.

– Оставь нас.

Кирилл встал со стула и, подойдя к Геле, загородил своей фигурой весь обзор на палату.

– Ты ― девушка, которой я сегодня собирался надеть кольцо на палец и сделать самой счастливой женой. Потом я узнал, что у нас есть общий ребёнок.

Он на секунду замолчал и наклонил голову к её лицу.

– И после этого ты правда думаешь, что я отступлю? ― тихо и хрипло спросил он, приподняв широкую бровь. ― Даша ― моя дочь, ты ― моя любимая девушка и я сделаю всё, чтобы вы были со мной.

– Ма-а-м… ― послышался голос Даши и Гелино сердце, сделав сальто, ухнуло в пятки.

Обернувшись, она встретилась с вопросительным взглядом дочки.

– Дядя Кирилл мой папа?..