Глава 42. Сюрприз

Ангелина

Месяц спустя

Москва

Ресторан «Тахмин»

– …А ещё папа сказал, что мы скоро поедем в Санкт-Петербург вместе с бабушкой и дедушкой! ― идя вприпрыжку к столу, хвасталась Даша. ― А летом поедем в его дом в Болгарии.

– Рада за вас! ― улыбнулась Геля и усадила её за любимый столик у окна. ― Миш, ― обратилась к официанту, ― будь добр, принеси картофельные смайлики с сосиской.

– Будет сделано, Ангелина Алексеевна! ― улыбнулся официант, и, потрепав Дашу по голове, отправился за её ужином.

– А ещё папа сегодня заедет за мной, и мы поедем смотреть сюрприз, ― не унималась Даша.

– Куда это вы поедете в такое время? ― взглянув на часы, моргнула Геля.

– Я не знаю, ― хихикнула дочь. ― Это же сюрприз!

– Даш, ты сегодня и так весь день провела с папой. Он только что привёз тебя из детского центра и скоро снова заедет за тобой?

– Угу, ― с довольным видом кивнула она и принялась расчёсывать кукле волосы. ― Папа сказал, чтобы я перекусила у тебя на работе, пока он ездит по делам, а потом снова меня заберёт.

– А меня он забыл спросить? ― вслух возмутилась Геля.

– Мам, ― вытянула лицо Даша. ― Ну, он же мой папа. Зачем ему спрашивать у тебя разрешение?

– Действительно… ― Геля, закатив глаза, повторила её слова: ― Он же папа. Зачем спрашивать у меня разрешение?..

«Теперь у нас, видимо, папа главный в семье…» ― вздохнула она.

С тех пор, как Даша обрела отца, она, наверное, больше миллиона раз произнесла слово «папа».

Только и слышно: «А мы с папой поедем в аквапарк», «а мы с папой катались на самой большой горке», «а папа разрешил мне поплавать с дельфинами в дельфинарии», «а папа купил мне огромного единорога», ― радостно визжала она вчера в трубку, когда Кирилл решил пройтись с ней по торговому центру. В итоге Даша пришла домой с десятью пакетами обновок и игрушек.

Она была без ума от Горячева. Так же, как и он от неё. Даже во время важных совещаний не смел игнорировать звонки от дочери. Такое чувство, что он решил за этот месяц наверстать все упущенные годы. Ведь с тех пор, как он узнал, что у него есть дочь, виделся с ней каждый божий день. И надо сказать, они оба очень быстро привыкли друг к другу.

– А почему ты раньше не приехал? ― спросила тогда в больнице Даша.

– Потому что очень долго тебя искал, ― щёлкнул её по носу Кирилл. ― А теперь, когда наконец-то нашёл, больше никуда от тебя не уйду.

Тогда эти слова полоснули лезвием по Гелиному сердцу.

«Что значит, никуда не уйдёшь?!» ― вытаращилась она на Кирилла, но при Даше не стала устраивать разборки. Внутри всё кипело от мысли, что он вот так просто взял, ворвался в их жизнь и собрался в ней основательно обустроиться.

Но день за днём Геля стала признавать, что она зря себя накручивала. Кирилл и Даша здорово ладили. Можно сказать, дочь стала меняться на глазах: теперь она всегда была в приподнятом настроении и полна идей. Даже воспитатели в саду заметили, как Даша превратилась из самой умной в группе девочки-буки, которая всегда всё знала лучше всех в девчонку с весёлым взглядом, которая за завтраком обедом и ужином рассказывала всей группе о своём классном и всемогущем папе.

– Добрый вечер! ― раздался над ухом знакомый голос.

– Виталий? ― подняв голову, натянуто улыбнулась Геля, даже не пытаясь скрыть своё недовольство.

Этот мужчина был слишком назойлив. До проекта упрямо пытался добиться её внимания и даже предлагал вместе встретить Новый год. Вот и сейчас приезжал в ресторан чуть ли не в каждую Гелину смену.

– Я присяду? ― вежливо спросил он.

– Да, конечно, ― вздохнула Геля, заметив, как Даша, на секунду оторвав взгляд от куклы, скривила лицо.

Виталий сделал заказ, затем минут десять вещал о том, как сегодня весь день занимался благотворительностью, доставляя игрушки и одежду в детские дома.

– В холдинге, в котором я работаю, ежегодно проходит такая акция, ― пояснил он. ― Наш директор тратит миллионы на то, чтобы снабдить детские дома всем необходимым.

– А мы с папой тоже ездили в детский дом, ― вставила своё слово Даша. ― Ему дали там какую-то грамоту, а потом с ним фотографировались дети.

– Правда? ― заинтересованно глядя на неё, улыбнулся Виталий. ― Наверное, твой папа какой-нибудь волонтёр?

– Кто? ― нахмурилась Даша.

Геля понимала, что сейчас дочь будет без конца говорить о Кирилле, поэтому поторопилась сразу перевести тему.

– Помню, пару дней назад ты говорил, что планируешь поехать в отпуск. Уже определился с местом?

– Да, и я как раз хотел с тобой об этом поговорить.

Мужчина расправил плечи, обтянутые белой рубашкой, и поправил тёмно-синий галстук.

– Я хочу предложить тебе поехать со мной. Вместе с дочкой, разумеется.

– Серьёзно? ― выдохнула Геля, а Даша воткнула вилку в картофельный смайлик с такой силой, что люди с соседнего столика обернулись на звон.

– Вполне, ― пожал плечами Виталий и, пригладив русые волосы, взял Гелю за руку. ― Возможно сейчас не самая подходящая обстановка для подобных признаний, но я больше не могу держать это в себе.

Гелина рука напряглась, а Даша, стиснув маленькими пальчиками вилку, смотрела на мужчину из-под нахмуренных бровей.

– Ты мне очень нравишься, Ангелина. И я хочу предложить вам с Дашей отправиться со мной в Париж.

Геля на секунду потеряла дар речи. Смотрела на Виталия, хлопая глазами. Она прекрасно понимала, что он к ней неравнодушен, но даже подумать не могла, что осмелится сделать подобное предложение.

– Мы никуда не поедем, да, мам? ― Даша подёргала Гелю за рукав. ― Или только вместе с папой!

– Даш, давай ты не будешь встревать во взрослые разговоры, ладно? ― наклонившись к ней, шепнула Геля.

– Да, малыш, ― выдавил улыбку Виталий. ― Мы с твоей мамой сами это обсудим. К тому же не стоит торопиться с отказом, ― подмигнул Даше. ― Я обещаю, что тебе там очень понравится. Например, съездим на Эйфелеву башню.

– Угу, ― буркнула Даша. ― Предлагаете поехать на эту башню, а сами… Сами… ― запыхтела она от злости и, явно не зная, что бы такое выкинуть, покосилась на его тарелку с сыром с плесенью. ― А сами едите старый сыр! ― ткнула пальцем в «дорблю».

– Даш! ― прикрикнула Геля. ― Ешь, пожалуйста, молча!

Геля и сама прекрасно знала, что не поедет ни в какой Париж, но хотела более тактично отделаться от Виталия, чем это сделала Даша ― её маленький адвокат.

Пока Виталий продолжал перечислять плюсы совместной поездки, Даша гримасничала, как Петрушка в кукольном театре, и только когда Виталий переводил на неё взгляд, делала вид, будто бы занята едой.

Геля понимала: дочь безумно хотела, чтобы она сошлась с Кириллом, поэтому отшивала всех её ухажёров, как только они появлялись на горизонте.

Даша постоянно крутила одну и ту же пластинку:

«Мам, ну папа же хороший, он же тебя так любит. Ему честно-честно кроме нас с тобой никто не нужен».

А ещё она искала любой способ организовать им встречу.

«Я вроде и с папой хочу пойти в кафе, но и тебя не хочу оставлять одну… ― с тоской проговорила однажды эта маленькая актриса. ― А пойдём с нами в кафе, а? Тогда я не буду переживать, что ты без меня грустишь».

«А пусть папа останется сегодня у нас на ночь? ― попросила она неделю назад. ― Поздно ведь уже. Мы не можем отпустить его в такую темноту, да?»

Но Геля не велась на её уловки.

Как и не велась на уловки самого Горячева.

Да, он уже тысячу раз извинился за прошлое, обставил её квартиру цветами, признавался в чувствах, клялся, что ему кроме неё и Даши никто не нужен, но Геля продолжала держать планку.

Пока…

– Ты можешь приезжать к Даше когда угодно, забирать её из садика, гулять с ней ― я же не запрещаю, ― твердила ему. ― Но, пожалуйста, прекрати преследовать меня. Я и так дала тебе больше, чем хотела.

А Кирилл ведь и правда буквально преследовал её. По три раза за день приезжал к ней в ресторан, будто бы во всей Москве больше негде было перекусить. А если учесть, что у него имелись и собственные рестораны, то тем более были смешны его частые визиты в «Тахмин».

Ещё он пару раз вместе с Гагиком приезжал в гости к Ане. И ведь именно в тот момент, когда там была Геля.

В общем, все были в сговоре. И буквально подталкивали Гелю к нему.

– Нельзя зацикливаться на прошлом, ― твердила Аня, когда Геля вместе с Кириллом оказались у неё в гостях. ― Надо жить настоящим, Гель! Посмотри на Горячева, да он же готов пылинки с тебя сдувать. Думаешь, найдёшь себе кого-то лучше? А ты уверена, что другой никогда не предаст, не станет домашним тираном, и что примет твою дочь, как родную?

– Кирилл отверг меня, кода я была простой скромной девушкой, а тут пришёл на всё готовое. Конечно, ― фыркнула Геля. ― Кто же откажется от самодостаточной жены и дочки школьного возраста. А вот приезжую в Москву секретаршу что-то никто не торопился брать в жёны. Беременную.

– Ну согласись, что нам неизвестно, как бы он поступил, когда понял бы, что ты и правда была от него беременна. Может, он бы женился на тебе. А может, просто поддерживал бы вас с Дашей. Ты же сама не стала ломиться в закрытую дверь и доказывать, что беременна, так? А уж какой был бы расклад, если бы ты до него всё же достучалась, это только одному богу известно. Я тебе ещё раз говорю: не нужно жить прошлым. Иначе состаришься в одиночестве, считая всех мужиков слабаками и предателями.

Кивнув в гостиную, где Кирилл и Гаги играли с девочками, добавила:

– У меня, знаешь ли, тоже после смерти мужа стоял высоченный барьер, через который не мог пробиться ни один мужчина. Ни один, Гель, не мог подобраться к моему сердцу так близко, как Гагик. А теперь я жизни не представляю без него. Но есть одно «но».

Подруга отодвинула Глины волосы и шепнула на ухо:

– Ему нужны свои дети. Да, он Ксюху с рук не спускает, носится с ней словно сам ребёнок, но ему её мало! Подавай своих детей, хоть тресни! А я не хочу, понимаешь? ― громко зашептала Аня. ― Какое мне рожать?! Я уже давно забыла, что такое грудные дети, бессонные ночи и все остальные прелести материнства. И вот на этой почве у нас раза три в неделю стабильно возникают конфликты. А у тебя, считай, уже есть готовая семья и больше ничего не нужно выдумывать. Ну дай ты ему шанс в конце-то концов!

Пару раз Геля представляла себя женой Горячева. И как они будут жить под одной крышей, путешествовать по всему миру, вместе готовить по вечерам барбекю во дворе их большого, красивого дома.

Картинка вроде бы складывалась чуть ли не идеальной. Ей даже казалось, что Кирилл не будет выпускать её из объятий, будет постоянно и где угодно целовать, и держать за руку во время просмотра семейных комедий ― такой нежной и сильной представлялась его любовь.

Вот интересно, а многие девушки мечтают быть за мужем, как за каменной стеной? Так и в этом Кириллу не было равных: он одним взглядом ставил на место всех, кто посмел перечить Даше или Геле. Недавно во дворе Гелиного дома чуть не подрался с бугаем, который настоятельно рекомендовал Геле не ставить машину на место его прицепа.

В общем, с ним не страшно гулять в тёмных переулках, не страшно остаться без куска хлеба, не страшно за будущее дочери, но… Но что-то останавливало довериться ему полностью.

– Геля, ты тут? ― махнул перед лицом Виталий. ― Я говорю, что прямо из Парижа мы можем махнуть в Пантен, ― продолжал он строить планы на отпуск. ― Это очень красивый город, где можно…

– Папа! Папа! ― радостно завизжала Даша и, спрыгнув со стула, полетела через весь зал к Кириллу.

Виталий даже не обернулся. Видимо, он был настолько уверен в себе, что решил просто проигнорировать отца Гелиной дочери и продолжил вещать о франции.

– Так вот, в Пантене… ― сказал он, но Геля уже ничего не слышала. Всё её внимание было невольно приковано к Горячеву, который, надо признать, выглядел гораздо выгоднее на фоне и Виталия и всех вместе взятых мужчин в ресторане.

Он подхватил Дашу на руки, словно не видел её сотню лет, покружил, и они вместе направились к столику.

«Ну, конечно, разве он упустит возможность вмешаться в мой разговор с другим мужчиной, ― вздохнула Геля. ― Весь в Дашку! Нет, это Дашка вся в него!»

– Добрый вечер! ― подойдя к столику, поздоровался Кирилл.

Виталий нехотя поднял на него взгляд и в следующую секунду его глаза вылезли из орбит.

– К-кирилл Олегович? ― в шоке произнёс он и, торопливо выйдя изо стола пожал ему руку.

Затем испуганным взглядом посмотрел сначала на Дашу, потом ― на Гелю, и словно только что сильно пожалел о том, что звал их в Париж.

– Я, наверное, пойду, ― криво улыбнулся он. ― Ангелина, Кирилл Олегович, всего доброго!

Виталий стремительно покинул зал ресторана, а напротив Гели вместо него уже сидел Кирилл.

Ах да, рядом с ним сидела ещё и до ужаса довольная Даша с победной улыбкой от уха до уха.

– Случайно услышал, что он звал тебя во Францию, ― пристально глядя на Гелю, улыбнулся Кирилл.

– Даже если и так, то что? ― с милой улыбкой спросила она.

– Жаль, но, боюсь, в ближайшее время он никуда не полетит, ― вздохнул Кирилл, демонстрируя глубокую досаду.

– И почему же? ― прищурилась Геля.

– Разве безработный может позволить себе путешествия?

– А кто тебе сказал, что он безработный?

– Зачем мне об этом говорить, ― равнодушно пожал плечами Кирилл. ― Достаточно поставить подпись на заявлении об увольнении, вот и всё.

– Значит, он работает на тебя… ― догадалась Геля. ― А ты тот самый начальник, который ежегодно тратит миллионы на содержание детских домов. Тогда у меня вопрос.

Она вопросительно выгнула бровь и скрестила на груди руки.

– Разве человек с таким добрым сердцем сможет уволить подчинённого, который всего лишь предложил мне провести вместе отпуск?

– О-о, я и не на такое способен, ― с иронией глядя на неё, уверял Кирилл. ― Ради любимый женщины и дочки я сделаю так, чтобы во Францию перестали летать самолёты. Нет, лучше сделаю так, чтобы весь наземный, подземный и воздушный транспорт ездил и летал только в одно место.

– О-очень интересно, в какое именно, ― изображая дикий интерес, сказала Геля. (3303c)

– А вот сейчас мы туда как раз и отправимся, ― встав со стула, заявил Кирилл и подал ей руку.

– Мы едем смотреть сюрприз? ― запрыгала Даша.

– Да. Но только если вместе с нами поедет мама, ― поставил он условие и, кивнув на Гелю, подмигнул дочери. ― Так что давай, уговаривай!