Глава 33.2

— Она… Ничего, кроме того, что ты собираешься быть со своей беременной девушкой и отберешь у меня дочь.

- Она, правда, так сказала? — искренне удивляется Максим, а мне хочется рассмеяться вслух — он на самом деле не знает свою мать или прикидывается?

Как бы там ни было, я не стала покрывать Мегеру Георгиевну. Это только усложнит наши с Максимом отношения, потому как и без того все запуталось за тот короткий срок, пока его не было рядом.

— Да, так и сказала, - убираю стакан в сторону. — Разве это не ваши общие планы?

— Я понятия не имею, какие планы у моей матери, — говорит Максим со злостью. — Но многое в отношении нее встало на свои места.

— Что ты имеешь в виду?

— Мы с ней давно не общались, и если бы я знал, чем обернется ее приезд, попросил бы ее остаться в отеле. Она настояла на том, чтобы увидеть внучку, слезно умоляла познакомить тебя с ней. Черт возьми, как я мог на это повестись? Выходит, что они с Кирой в сговоре.

- В сговоре? Но… Как такое возможно?

— Возможно, если Кира — дочь твоей лучшей подруги, ты делаешь все, чтобы устроить ее жизнь.

— Ох… — выдыхаю, не веря услышанному.

Неужели и такое бывает? Выходит, не подвела меня чуйка, когда я решила, что мама Максима ведет двойную игру? Однако ей все уже удалось выбить почву из-под моих ног, и вместо адекватной реакции я пошла по самому банальному пути – накинулась на Максима с претензиями.

— Но ты же ее сын, - рассуждаю осторожно.

— Они с Галиной, мамой Киры, давно мечтают нас свести. И, судя по всему, никак не избавятся от своей идеи-фикс. Что еще наплела тебе мама?

— Н-ничего, — становится не по себе от того, что Мегера кружила рядом, пытаясь посеять раздор между мной и Максимом. — А беременность Киры? Она все-таки есть, или это тоже выдумка?

— Есть. Кира залетела от какого-то пройдохи из клуба, и теперь они все вместе пытаются выправить ситуацию. Я никакого отношения к ее беременности не имею, Яна.

— Апчхи! — доносится до нас смешной чих малышки, и мы с Максимом переглядываемся.

— Видишь, правду говорю. Младенчик не даст соврать, да, дочь? — Максим поднимается и подходит к Ириске, берет ее на руки. — Ты чего мамку не успокоила, а, разбойница? Я же тебя за главную оставил.

— Эй, я вообще-то здесь! — подаю голос, изображая возмущение.

Хотя, по правде говоря, атмосфера между нами так резко меняется, что с плеч будто неподъемный груз сняли.

— Кира оставила тебе тест, это тоже была часть игры?

— Да. Она еще после Таиланда активизировалась, но я вывел ее на чистую воду — ребенок не от меня. Да и я не дурак, чтобы вестись на это, считать умею. У нас с ней ничего не было.

— Я не знаю, что и думать, — растерянно смотрю на Максима, чувствуя себя круглой дурой.

Что на меня нашло? Я ведь раньше не была такой импульсивной, взвешенно принимала каждое решение, а тут вбила в голову, что Титов обманывает и никак не смогла выкинуть эту мысль…

Даже голос сердца не услышала, которое пыталось до меня докричаться.

— Ты не разговаривал со мной, все время был занят, а тут еще и фотографии Киры и эта чертова коробочка, — к горлу подкатывают слезы. Считаю необходимым объясниться перед Титовым, хоть он и не осуждает меня, не злится.

Неужели понимает, что творилось у меня на душе, пока его не было рядом?

- Малыш, я, правда, не мог, - тон Максима успокаивающий, мягкий. — И, кстати, о коробочках… — с Ариной на руках подходит к стулу и копается в кармане пиджака, висящего на спинке.

Ставит Аришку на кровать, а сам возвращается ко мне. Распахиваю глаза от шока, когда Максим вдруг опускается передо мной на одно колено и протягивает бархатную коробочку, внутри которой лежит кольцо…