49

Я рассказала Аресу все, как было — с самого начала. Как сбежала из дома перед выпускным, как свалила в столицу, нашла подработку. Как впервые получила задание и справилась с ним. Как моя карьера пошла в гору…

Труднее всего было рассказывать про сестру. Я уже приняла тот факт, что она предала меня. Но противное чувство все еще жило во мне. Мне было все еще больно. Астахов ни слова не сказал — только взял меня за руку.

Молчаливая поддержка — так в его стиле. И это было то, что надо.

Когда рассказала правду о флешке — как перепутала их, его взгляд потемнел, но он ничем не выдал своего отношения к моим словам. Я не стала скрывать ничего. Здесь и сейчас я открылась ему от и до. Прыгнула в бездну с разбегу. И если он предаст меня, выкинет из своей жизни, вполне возможно, я уже не встану. Но я хотела рискнуть.

Потому что помнила его глаза, когда он вытаскивал меня из-под пуль. И верила. Верила так сильно, что становилось страшно.

— Это точно все? — единственное, что спросил Арес, когда я замолчала.

— Все.

— Хорошо.

— Что дальше? — осторожно спросила я. Слишком уж задумчивым был мужчина. Словно знал что-то, чего не знала я.

— Дальше подождем до завтра.

— А потом?

— Потом решим, — уклончиво ответил он. — Сегодняшний день — только наш с тобой.

Я недоверчиво посмотрела на него. На краткий миг в его взгляде появилось странное выражение… Словно он прощался или… не знаю. Как будто завтра могло не наступить.

— Ты ведь не станешь ничего скрывать от меня? — спросила я, заглядывая ему в глаза. — Я же все тебе рассказала, Арес…

Он взял мое лицо в ладони и долго-долго всматривался. Будто искал что-то.

— Я хочу, чтобы ты поняла важную вещь: если мужчина отвечает за женщину, то он решает ее проблемы сам. Понимаешь? Просто доверься мне, малышка.

— То есть не расскажешь… — дошло до меня. — Это опять твои эти игры, да? Сам решил — сам воплотил в жизнь? А меня, что — опять посадишь в четырех стенах? — Я не могла сдержать горького разочарования. Слезы сами потекли по щекам.

— Девочка моя, — ошарашенно выдохнул он, сцеловывая влагу с моей кожи. — Ну, ты что? Я же для тебя все… Просто доверься…. Я защищу тебя! Клянусь!

— Не лги мне! — попросила я. — Умоляю! Я не выдержу еще одного предательства. Пожалуйста!

— Я не стану лгать, — мягко пообещал Астахов. — Но вместе с тем не стану отчитываться обо всем, что сделаю для твоей безопасности, — довольно жестким тоном добавил он. — Ты — моя женщина. И ты сама согласилась на это.

— Ты не понимаешь, да? Неизвестность пугает меня еще сильнее. Я всю жизнь была сама по себе. Я привыкла к этому. А ты… Ты просто выбиваешь у меня из-под ног почву… — Вывернулась из его объятий и отошла к окну.

Силы вдруг внезапно закончились. Не было никакого запала спорить с ним. Какой смысл? Снова поругаться и покричать друг на друга? Зачем? Чтобы он психанул, и мы разошлись в разные стороны… И все же было обидно, что мужчина не слышал моих доводов.

— Зачем тебе подробности? — раздался недовольный вопрос. — Чтобы свалить в закат, доказывая свою самостоятельность? Ты мало подставилась за последнее время? Что должно еще случиться, чтобы ты смогла довериться мне?

Его горячее тело прижалось ко мне, и вся злость, что копилась во мне, стала таять. Медленно, но верно, я сдавала позиции.

— Я все сделаю для тебя… для нас… — его слова перемежались с короткими поцелуями. Плечи, шея, скулы… — Давай поговорим об этом позже…

Арес умело пользовался своими навыками — я плавилась под его ласками. Его прикосновения медленно сводили с ума. А ведь мы не так давно вылезли из постели. И вот опять…

Я не понимала, откуда такое бешеное либидо, но сдавалась под его напором. Не только потому, что сама хотела этого. Но и потому что видела в его взгляде не просто желание. Потребность. Как будто сегодня наш последний день, и он стремился взять по максимуму.

Я тонула, отдавала и брала. Мне было мало его — одежда мешала, а его кожа обжигала. Темный взгляд, сдавленный хрип, и мы снова стали единым целым.

— Арес… — едва слышно выдохнула, когда он замер, прижимая меня к постели, на которой снова сбилось белье.

— Ты — моя, Стася… — шептал он, словно сумасшедший. — Моя…

Удовольствие накрыло ослепляющей вспышкой. Я взрывалась, продолжая шептать имя мужчины, без которого уже было сложно представить свою жизнь.

Как за столь короткое время подобное возможно, я не знала. Но чувствовала, что теперь все изменится. Раз и навсегда.

— Ты такая красивая, — хрипло произнес Астахов, снова двигаясь медленно, с оттяжкой. Он жадно разглядывал меня, ласкал плечи, грудь, живот. И я кайфовала от чувства принадлежности этому потрясающему мужчине. — Не отпущу… Так и знай…

— Я и не хочу, — проворчала, пытаясь податься навстречу. Возбуждение все сильнее закручивалось, и мне снова было мало его дразнящих ласк.

— Ты не представляешь, как я этому рад, — хищно оскалился он. И дальше я не смогла выдавить ни единого осмысленного слова — потому что Арес словно с катушек слетел. Снова и снова доказывал, что умеет управлять моим телом и его потребностями.

— Скажи! — потребовал он, замирая в шаге от пика. — Скажи, Стася, — потребовал он.

— Что? — я почти не соображала, металась под ним, пытаясь стать ближе.

— Скажи, что ты — моя! — рыкнул он, прикусив кожу на плече.

— Твоя-я-я, — простонала я и тут же взорвалась долгожданным оргазмом.

— Навсегда… — последнее, что я успела услышать, прежде чем окончательно провалиться в нирвану.