Глава 31. Страусов бояться – денег не видать

Василий только посмеивался про себя, наблюдая за близнецами, дорвавшимися до интернета.

– Надо отдать им должное – проверили почту, кратенько новости, а потом нырнули в информацию по разведению страусов. О! Приуныли – может, передумают?

Он понаблюдал ещё, причём ни один из близнецов и подумать не мог, что за ними следят, а уж они-то косились на брата постоянно.

– Салаги! – думал Василий, которому вовсе не надо было пялиться на кого-то в упор, чтобы делать выводы. – И дурни! Вот, уже ведь прочли, что не всё так просто, но остановиться всё равно не могут! Миллионы их опять поманили, и что ты тут делать будешь? А?

Впрочем, что именно делать ему с этим конкретным случаем, он уже прекрасно знал, более того, подозревал, что после сегодняшнего близкого знакомства с будущими средствами получения сверхприбылей от страусов его братовья будут шарахаться как от огня!

Правда, подлым он никогда не был, поэтому, когда они доехали до места и увидели хозяина фермы, спешащего к посетителям, Василий попытался предостеречь близнецов:

– Я надеюсь, что вы успели прочитать, что эти птички льва способны залягать?

– Ой, Вась, не начинай! – фыркнул Витька, который уже вовсю считал, сколько они смогут заработать на этой идее.

– Да, отвянь! – поддержал брата Володька, который прикидывал, сколько им потребуется денег, чтобы развернуться. – Страусов бояться – денег не видать!

«Крутые бизнеснюки» переглянулись, заржали и выбрались из машины, покровительственно оглядывая окрестности – они уже были уверены, что в ИХ хозяйстве всё будет раз в сто круче, доходнее и вообще вышетолькозвёзднее!

Даже если бы владелец фермы не договорился с Василием Бошиновым, то у него всё равно отчаянно чесались бы руки что-то такое сделать.

– Ты ж глянь! Эти бизнес-личинки мне замечания делают, мол, тут неидеально, а вот тут и вовсе ошибка! – прошипел он невозмутимому Василию.

– Это они у нас любят – нахватаются каких-то сведений за три минуты, а потом изображают из себя академиков, – вздохнул Вася. – Если честно, достают этим жутко!

– А по тебе не скажешь, – удивился Иван Андреевич. – Ты где работаешь-то? – нельзя сказать, что он любил фамильярничать, но, пообщавшись с этими охламонами, почувствовал исключительное душевное единение с немногословным и производящим впечатление абсолютно надёжного, как скала, Василием.

– Охранник в концерне Миронова, – его должность не была секретом, но Бошинов вовсе не собирался раскрывать все свои служебные возможности, максимально упростив представление.

– Понятно, – кивнул Иван Андреевич, который, в отличие от близнецов, как раз выводы сделал. – Короче, если твоему руководству когда-нибудь понадобится что-то, связанное со страусами вообще и экзотическими птицами в частности, не забудь про прямого поставщика! У меня тут гляди чего есть – вон, фазаны – золотой, алмазный, серебряный и лимонный, там, в прудике – утки-мандаринки, а вон там – несколько видов цесарок. И это только часть… ладно, погуляй, а я пойду, повожу крупных специалистов по ферме, глядишь, они меня – неуча – просветят, как дело-то вести.

– Они, пожалуй, просветят! – хмыкнул Василий.

– А ты давай потихонечку иди в нужном направлении. Я им сначала к мелочи экскурсию устрою, потом проведу к годовикам, а дальше к тому самому дереву.

Он подмигнул Бошинову и удалился.

Василий неспеша шёл вдоль вольеров, рассматривая изумительное разноцветье фазанов, забавных ярких уток, суетливых цесарок, от крапчатого оперения которых слегка рябило в глазах.

Краем уха он слышал громогласные объяснения владельца фермы, подспудно удивился, а чего это человек так громыхает, вроде же говорил абсолютно спокойно и тихо, а сейчас даже птичник свой перекричал:

– Ааа, ну да. Небось, это мои архаровцы начали бедняге лекции читать, вот он и пытается их заглушить, а чтобы не сорваться, решил громкостью заткнуть моих крупных спецов!

Конечно же, он был прав – хозяин фермы проводил ликбез – то и дело можно было различить фразы:

– Зимой они не такие агрессивные, а вот весной к ним лучше близко не подходить. Пока они маленькие, примерно до года, они и вовсе не опасны, можно и трогать, и гладить, а к взрослым лезть нельзя.

Бошинов присмотрелся и увидел, что Иван Андреевич держит в руках смартфон:

– Явно записывает инструктаж. Логично вообще-то. А ну как страусы кого-то из моих догонят? А он им честно говорил!

Хозяин действительно старался изо всех сил:

– В природе у взрослых африканских страусов нет естественных врагов, они сами могут кого угодно покалечить. Молодые люди, вы меня слышите? Они льва запинать могут! Даже полугодовалые птенцы уже выше человеческого роста, а уж взрослые-то…

– То есть никаких плюсов из содержания типа нет? – явно ёрничал Витька, подозревая, что этот хитрый мужик просто опасается появления конкурентов.

– Да, правда, чего ж вы разводите такое страшное и опасное? – поддержал брата Володька.

– Развожу для мяса и яиц, – с достоинством отвечал фермер: – Это экзотика для гурманов. Весит одно яйцо около полутора килограммов и стоит как триста куриных.

– Ого! – восхитились близнецы, потирая руки. – От каждой страусихи такой прибыток!

– Да они же не как куры! Нет, правда, несутся с марта по декабрь, но…

Но его уже не слышали, алчно прикидывая, СКОЛЬКО денег можно зашибить.

– Да вы так ничего и не поняли! – рассердился Иван Андреевич. – Это тяжёлый и опасный труд!

Правда, близнецы в этот момент пялились на вольер с малышами, которые им до колена доставали, так что особо не восприняли предупреждение.

– Да ладно вам! Паадумаешь! – фыркнули оба практически синхронно.

– У меня сотруднице недавно ударом крыла плечо выбили! Крылом стукнули, даже не ногой!

– А чего, она новенькая была?

– Нет, но у них память не ахти! Сами посудите – при весе взрослого самца до полутора центнеров вес мозга – всего около тридцати грамм. Вон, смотрите!

И тут братья увидели взрослых страусов – так-то они видели полосатых забавных малышей и годовалых страусят, а вот теперь дошли до вольера с взрослыми.

– Что? Впечатляет? – хмыкнул Иван Андреевич.

– И сколько же они ростом? – уточнил один из близнецов.

– Самцы около двух метров семидесяти сантиметров, а самки помельче: метр семьдесят – метр девяносто.

– Н-да… только вот что ж вы рассказывали, что они такие опасные, а вот там у вас мужик какой-то с ними ходит?

– Это наш зоотехник. Он их из птенцов вырастил, но всё равно это опасно. Правда, там только молодые самочки. А вот вам, например, молодые люди, в вольер категорически нельзя!

– Если пожилой мужик может, то и мы – тоже! – прошептал брату Виктор, который вместе с хозяином фермы дошёл до крайнего вольера, в центре которого возвышалось здоровенное дерево. – Вон, смотри, там тоже страусы есть! Отвязаться бы от этого зануды!

Тут зануда, как по заказу, покосился на смартфон, забубнил что-то о том, что «извините, срочное дело», и заторопился прочь, позвав в собой зоотехника.

– Ну что? Пошли? – одновременно спросили друг у друга близнецы. – Надо же с ними пообщаться! А то наговорили нам уже столько всякого, а то, что мужичок в возрасте с кучей страусов стоял и никто его не трогал, это типа нормально!

Перебраться через ограду было нетрудно – они же ловкие!

А дальше братья с хозяйственным видом начали подходить к стайке небольших страусов – с их рост.

– Самки? – предположил Витька.

– Наверняка! – согласился Владимир. – Не впечатляет, короче!

Вообще-то это было понятно – основной объём страуса – это тело, выше – длиннющая шея, а уже на ней – небольшая и совсем неопасная на вид голова. Голова кажется тем более безобидной, что глаза у страуса огромные, они у него значительно больше мозга.

Правда, какой бы там ни был мозг, его хватило чтобы понять – тут чужаки! Самочки метнулись подальше от пришельцев, а вот несколько молодых, но вполне себе серьёзно настроенных самцов отправились поинтересоваться, а чего это у них на территории происходит?

Иван Андреевич даже ради воспитательного момента и не подумал бы допускать посетителей до половозрелого страуса, который защищает свою территорию и гарем из самок. Но счёл, что потенциальным страусоводам прогуляться к юным, но уже вполне-вполне активным самцам будет не вредно.

– Не, может, они их и попинают, всё-таки пташкам в том вольере уже больше года, но не фатально, а нам так и надо! Тем более что парни ничего и никого не слышат, а сами прямо нарываются! Такие обычно добиваются своего… Ну, купили бы они взрослых страусов, разумеется, не послушав о правилах безопасности – они-то сами всё лучше всех знают и тогда точно бы пострадали всерьёз. И хорошо, если только они! Страус лапой прикончить может легко и непринуждённо! – думал Иван Андреевич, присоединяясь к Василию Бошинову и включая камеры, которые стояли в нужном им вольере.

– Как знал, камеры поставил! – порадовался он.

– А почему у них такое активное движение – кто-то назад отступает, а кто-то выдвигается? – поинтересовался Василий. – Это самцы вперёд выходят?

– Именно так! Они пока размером от самок не сильно отличаются – молодые ещё, но в головах уже что-то срабатывает, поэтому, вместо того чтобы удирать, идут полюбопытствовать, а не обнаглел ли там кто-то? Нет, в нормальной страусиной семье старшая страусиха уже увела бы весь молодняк подальше, оставив главу стаи разбираться с пришельцами. А у нас – вот так…

Вышеупомянутый «вот так» разворачивался довольно активно – страусихи перебазировались подальше, страусы подошли к братьям и заинтересованно их разглядывали, пока ничего агрессивного не предпринимая.

– Ну, конечно, эти болваны не могли не полезть к птицам! – вздохнул Василий, увидев, как Витька поднимает руку, чтобы потрогать перья ближайшего к нему страуса и…

– Хорошо полетел! – хмыкнул Иван Андреевич. – О как! Оказывается, они у вас чудесно бегают, причём один – традиционным способом, а второй – прямо на четвереньках!

– Век живи – век учись! – согласился Василий. – Но что у них не отнять, так это то, что друг друга они защищают!

– Уже хорошо! – серьёзно покивал владелец фермы. – Надо же, птенчики мои аж смутились, как брат за брата на них попёр, пока первый на ноги поднимается!

Правда, «птенчики» смутились ненадолго.

– Мозгов у них не очень много, мысли в глазах путаются… – извиняюще пояснил Иван Андреевич, комментируя переход удивления страусов – а чего это на них так орут и наступают – в самонаступательное движение:

– Вовка, бегиии! – заорал Витька, который даже не понял, как это так получилось, что воздух в груди резко закончился, словно его там и не было, а он сам почему-то сначала оторвался от земли и полетел куда-то, а потом как встретился с этой самой хорошо утоптанной страусами землёй…

Пока брат отвлекал и даже отчасти смущал птичье население вольера, Витя, перевернувшийся на бок, а потом на четвереньки, убрался подальше, смог встать на ноги и немного отдышаться. А вот теперь понял – брату сейчас будет туго!

Теперь уже он начал отвлекать птиц на себя, давая возможность Володьке приблизиться к забору, но… не тут-то было!

– Глупые-то они глупые, но позабавиться любят, – охарактеризовал Иван Андреевич перемещения страусов, которые вполне обдуманно отрезали братьям возможность сбежать.

– Интересно, а мои догадаются, что дерево – их шанс? – задумчиво протянул Василий, который, кажется, начал понимать, чем же можно притормозить неуёмные бизнес-игрища близнецов.

Может, в бизнесе они были и не очень-то сообразительными, но вот спасение собственной шкуры братовьёв весьма интересовало.

– Вовка! К дереву! – завопил Виктор, бегая вокруг возможного спасения. – Лезь на дерево!

– Сам лезь, а я за тобой! И я не люблю, когда меня Вовкой зовут! – проорал Владимир, старательно держась за братом, хотя, конечно, мог бы его обогнать и оставить страусам на потеху. – Лезь, говорю, я подсажу!

– Ёлки-палки, мне их уже прямо жалко стало! – подумал Василий, глядя, как эти двое помогают друг другу – Влад подсадил явно ушибленного Витьку, сам ещё несколько раз оббежал вокруг дерева, преследуемый не очень-то умными страусами, а потом подтянулся, схватившись за руку Витьки, из последних сил втянувшего брата на ветку.

– Давай выше, тут они могут достать! Кто бы знал, что они, гады, ещё и прыгают, как… как кенгуру какие-то? – Володя опасался, что брата, который находится ниже, чем он сам, сдёрнут ненормальные страусы, так что изо всех сил тянул окончательно выдохшегося близнеца наверх, устраивая его поудобнее на ветке.

– Ну что? Продолжаем? – усмехнулся Иван Андреевич.

– Конечно. Сейчас им уже ничего не угрожает, а вот впечатления пока замылены погоней, – в тон ему ответил Василий Бошинов.

– Тогда приглашаю в дом – у меня как раз есть чем тебя угостить! – хороший хозяин приятного гостя и так бы угостил, но в данный момент это было ещё и рекламной акцией – глядишь, и порекомендует этот серьёзный немногословный тип своему начальству кое-что интересное!

А что? Лично ему серьёзный канал сбыта отнюдь не помешает.

– Понятно, что в Подмосковье страусовые фермы есть, сам видал, но там же цены другие. А я и скинуть могу без ущерба для себя… – размышлял Иван Андреевич, который как раз миллионов с неба не ждал, но потихоньку их делал.

Василий наслаждался чудесной страусиной отбивной и омлетом в приятной компании, а его опрометчивые братцы в это время являли собой живую картину: «Два опоссума на дереве прячутся от врагов и вопят». Вопили они старательно, но безрезультатно – слишком много страусов вокруг, в этом и в соседних вольерах, начинали издавать звуки, чем-то похожие на более нежного звучания гусиный клич, полностью перекрывая крики близнецов.

Враги тоже присутствовали – каждое движение братьев заставляло страусов бдить и даже налетать на дерево, крепко его пиная и подпрыгивая неожиданно высоко…

– Кошмарные птицы! С такими общаться… да никогда в жизни! – бормотал Виктор, ощупывая грудь, куда его пнул страус.

– Так это ещё им ничего не угрожало… а если у таких попытаться яйца собрать? – сообразил Владимир. – Тут же не выжить!

– Нее, это мы разводить не будем! – единогласно решили они.

– Честное слово, вы точно, как два опоссума! – расхохотался Василий, узрев братьев, «кукующих» на дереве.

– Где тебя носит! – завопили подохрипшие уже «опоссумы». – Мы тут уже три часа орём!

– Ну не три, а поменьше, – благодушно отозвался брат. – И я не понял, а что вы там делаете, а? Вы чего? Птичек испугались? Вы ж собрались на их разведении зарабатывать крутые бабки!

– Васька, ты издеваешься? Помоги нам!

– Нет, погодите… я вас оттуда достану, а вы мне потом скажете, что я вам весь бизнес запорол? Чего-то мне кажется, что вы мало прониклись…

– Васяяяя! Помоги! Витька… Витьку один гад пнул сильно! – не выдержал Володька. – Витя едва на ветке держится, ещё бы, там лапища-то какая! Не будем мы страусов разводить! Если хочешь, вообще поклянёмся, что у Галины останемся на год, как ты и хочешь!

– Клянитесь, – разрешил Василий.

Внимательно выслушав, а главное, записав на видео обещание братьев, он спокойно открыл вольер и вошёл внутрь.

– Ты больной? Они же тебя тоже сейчас загонят на дерево! – взвыли близнецы.

– Это они не больные меня куда-то загонять! – холодно усмехнулся Василий, перехватывая поудобнее здоровенную длинную палку, которой его снабдил Иван Андреевич.

Страусы, было заинтересовавшиеся новым пришельцем, как-то не вдохновились его внешним видом, а главное – уверенностью, которая ощущалась даже такими простоватыми птицами. Впрочем, палка тоже сыграла роль.

– Слезайте! – велел старший брат, и близнецы осторожно начали спускаться.

Через полчаса они уже ехали назад. Витька лежал на заднем сидении – Василий заставил его снять футболку, понажимал на рёбра и заверил, что переломов нет, но хорошо бы пару дней наперегонки с местной фауной не бегать. Влад сидел на переднем сидении и косился то на близнеца, то на старшего брата:

– Ну ладно-ладно, ты крут! – неохотно признал он. – Но мы же просто хотим получить приличные деньги. Что в этом плохого?

– Плохого? То, что в результате ты лишишься брата… или он лишится тебя! – веско ответил Василий, осознав, что на этот раз нашёл правильную болевую точку близнецов. – Вы рискуете. Сильно и неоправданно. Вы подставляете людей. Когда-нибудь вы нарвётесь на жёсткого противника, который захочет вас остановить раз и навсегда. Как вы думаете, чем всё это закончится? Ты сможешь жить спокойно, пусть даже с миллионами, но зная, что из-за них погиб Витька?

Выражение лица Володьки говорило само за себя.

– А ты, Вить? Будешь почивать на миллионах, зная, что их цена – жизнь твоего близнеца?

Витька, резко побледневший, с трудом поднялся и сел на сидении, уставившись на старшего брата.

– Думайте! Всё имеет свою цену. У вас есть год, чтобы рассчитать, готовы ли вы за свою мечту заплатить такую…