Глава 10

Вечером меня встретили две красивые и любимые девочки. Они стояли в прихожей и счастливо улыбались, радуясь, что я вернулся домой. В этот момент я осознал, как мне не хватало подобного и был очень рад, что теперь меня дома встречают любимые люди. Оказывается, я многое упустил за те годы, когда Алиса жила у бабушки. Теперь же не хочу отпускать ее надолго, разве что погостить и все. Хочу, чтобы мы жили все вместе, нашей новой семьей.

― Папулечка! Ты дазе не пледставляес сто сегодня плоизосло!

Я хоть и понимал, что дочка счастливая, улыбается, но отчего‐то эти слова меня напрягли.

― Что? ― я подхватил ее на руки и подойдя к Эстель, оставил на ее губах поцелуй.

Лиса была само очарование.

― Напалевон спекли! Я помогала мамочке.

― Мамочке? ― удивился я, пропустив мимо ушей первую часть реплики.

― Ну конесно, папулечка, ну ты цего?

Я посмотрел на Эстель, которая, улыбнувшись, медленно кивнула.

― Теперь у меня есть дочка, ― произнесла она, тут же поцеловав Алису в висок.

― А у меня мамочка.

― Я безумно рад этому, девочки.

― Только нам теперь нужно позаниматься с Алисой, и почитать. Да, малышка?

― Да, ― кивнула дочка, соглашаясь со своей мамой.

― Хотим полностью изучить с ней букву «ч», а то не всегда получается выговаривать.

― Вы у меня такие умнички, ―прижав к себе дочку, обнял и Эстель.

Рядом с ними я чувствовал себя самым счастливым человеком в мире. Моя девочка, моя Лиса, она смогла все‐таки довериться мне. Смогла позволить себе быть счастливой. И она позволила моей дочери называть ее мамой. Это самое ценное, что может быть на данный момент.

― И так, что вы там говорили про вкусняшки?

― Мы с Алисой наполеон испекли. Очень старались.

― Да, мамочка сказала, сто пекла его пелвый лаз.

― Тогда идемте пробовать?

Девочки улыбнулись, и я поставив Алису на пол, пошел в ванную мыть руки.

― Малышка, беги на кухню, нажми кнопку на чайнике, а я сейчас приду.

― Холосо, мамулечка.

Дождавшись, когда мы останемся одни, Эстель коварно улыбнулась и тут же прижалась к моему телу. Обнял ее за талию и с жадностью впился поцелуем в сладкие губы. Любимая язычком мазнула по моим губам, и я захватил в плен ее язык. Сладкая, такая вкусная. Жмется ко мне родная.

― Ты даже пахнешь тортом.

― Надеюсь, тебе понравится. Я и вправду впервые пекла его.

Я снова поцеловал Лису, дурея от его манящих теплых губ.

― Ну понятно, лазговолчики у взлослых еще те! ― услышали мы детский голос и тут же рассмеялись.

― Нас застукали, ― признался я, отстраняясь от Эстель.

― Взлослых ни на минутку блосить нельзя. Пойдемте узе, а то мне скуцно! Потом будете целоваться. Ноцью!

Эстель покраснела от слов Алисы, и покачав головой пошла на кухню.

― Папулечка, мы тебя здем.

Вымыв руки, я пошел к девочкам, и был приятно удивлен увидев, как они вместе насыпают в тарелки варенную картошку с укропом. Улыбнулся, продолжая наблюдать эту картину. Они такие домашние и родные, что я готов Вику придушить собственными руками, только бы она не посмела тронуть их. Да и не только Вику. Еще и родственники Эстель. Этим тварям тоже спокойно не живется.

― Какие вы у меня хозяйственные! Кстати, завтра едем в гости за город к друзьям.

― Ух ты! А у них есть собачка? ― вдохновленно поинтересовалась Алиса, а я вдруг пожал плечами.

― Не знаю. А ты бы хотела собачку?

― Да. Такую больсую и доблую. Стобы спала у нас в квалтиле.

― Главное, не в кровати, ― хмыкнул я, бросая взгляд на Эстель. ―Ты как, милая, на это смотришь?

― Почему бы и нет? Может, лабрадор? Он вроде очень добрый пес.

― Только давайте девочку?

― Девочку? ― я нахмурился, смотря на дочку. ― Это не честно. Тогда я буду по‐прежнему одним мужчиной в доме.

― Разве это плохо? ―улыбнулась Эстель, и отставив тарелку подошла ко мне. ― Нам нравится, что ты единственный мужчина. но как знать, что позже покажет узи.

― Вот именно, папулечка, мозет у меня будет блатик, ― пожала плечами малышка, а я снова улыбнулся.

― Ладно, спорить не буду. Значит девочка.

― А мы завтра к Карине с Егором?

― Да. Помнишь, я говорил, что они пригласили нас на выходные.

― Помню. К ним с удовольствием.

― А собачку когда? ― загрустив, поинтересовалась Алиса.

Я улыбнулся, и присев рядом с дочерью, посмотрел ей в глаза.

― Давай послезавтра? Чтобы мы не оставляли щенка одного в квартире.

― Но мы зе мозем взять его в гости? Ты меня кстати никогда не знакомил с Калиной. Она холосая?

― Хорошая, ― кивнул я, и бросил благодарный взгляд на Эстель, которая поставила передо мной тарелку с едой. ― Тебе понравится.

― Она тебе и вправду понравится, Лисичка. Я с ней знакома.

― Холосо. Тогда я согласна. Но собачку хоцу.

По кухне раздался звонок моего телефона.

― Извините, девочки. Оставил в прихожей.

Прошел к комоду, и увидел на экране мобильного неизвестный номер. Более того он был вовсе скрыт. Нахмурился и принял вызов.

― Субботин. Слушаю.

― Здравствуй, Денис.

― Кто это?

― Я Маргарита, и у меня к вам есть одно дело.

― У нас с тобой не может быть дел, ― рыкнул я, злясь что эта тварь посмела мне позвонить.

― Послушай, это касается твоей приблудной Вероники.

― Подбирай тон, когда говоришь о моей женщине.

― Короче! Завтра в три у дворца спорта. Не придешь, многое потеряешь.

― Слушай, Рита, не надо мне угрожать.

― Это не угроза, Субботин. Это факт. Тебе нужно кое‐что знать. До встречи!

И она сбросила вызов. Сука! Какого хрена ей понадобилось?

Отложил телефон и посмотрел в сторону кухни откуда доносились веселые голоса. Млять! Лиса, что же твои родственники покоя тебе не дают! Твари! Иначе не назовешь людей, которые ненавидят свою дочь и сестру. И только у нас стали налаживаться отношения, как опять всплывает какое‐то дерьмо. Только вот пусть Рита не думает, что я поведусь на ее рассказы. Хотя… пусть лучше думает именно так.

Говорить Лисе о том, кто именно звонил я не стал. Не хотел, чтобы она расстраивалась или нервничала. На ее судьбу и так выпало много испытаний, пусть хоть сейчас будет счастлива девочка. Тем более в ее положении. Будь моя воля, я бы вообще увез семью куда подальше, лишь бы они никогда не пересекали с врагами. И ладно Вика, которую я все равно однажды засажу обратно за решетку, но вот Рита с ее отцом… с ними куда сложнее. И в тюрьму их просто так не отправлю. Наказывать их надо, по сути, а не просто чтобы было.

А утром я уехал в приют для животных. Помня вчерашнее желание дочери взять собаку, я решил не покупать ее. Не потому, что жалел денег, не для Алисы уж точно, а просто потому, что считал это не правильным. В мире полно бездомных животных, которые нуждаются в своем человеке. И вот зачем покупать собаку, если можно взять из приюта и осчастливить хотя бы одну мордочку. К тому же в таких местах можно встретить абсолютно разные породы, и неважно, что где‐то их продают за бешенные деньги. К сожалению, людей идиотов полно, и любая собака может оказаться на улице.

Домой я возвращался в приподнятом настроении и с большой клеткой в багажнике, в которой сидел золотистый ретривер.

Да, лабрадора увы не нашлось, но ретривер тоже обалденная собака. Немного лохматая и очень добрая. Надеюсь, Алисе понравится эта прекрасная девочка, и меня не выгонят с ней на улицу.

― Сейчас, красотка, уже подъезжаем. Думаю, тебе понравится твоя новая хозяйка, ― я улыбнулся, бросив взгляд на собаку и припарковался во дворе неподалеку от подъезда.

Ребята стояли на посту.

Я забрал клетку с собакой и поставив авто на сигнализацию, кивнул парням.

― Сегодня за город едем. Через пару часов будьте на чеку.

― Хорошо, босс. Помочь? ― кивнул охранник на клетку, я покачала головой.

― Спасибо, я сам.

Поднялся на нужный этаж и бросив взгляд на наручные часы нажал на кнопку звонка. За дверью послышались шаги, а уже через пару минут щелкнул замок и передо мной появилась Эстель с Алисой. Они улыбнулись мне, а малышка шокировано открыла рот, не мигая глядя на собаку.

― Папулечка, это мне?

― Конечно, тебе, Лисичка.

― Это… ох, какая она холосенькая. Папулечка! Как ее назовем?

― Сама выбирай, милая. Твоя же собачка.

― Ей нужно красивое имя, Алис. Собачка вон какая классная, ― отметила Эстель, улыбаясь нашей дочери.

Как приятно осознавать, что теперь Алиса наша общая дочка. И неважно, что Лиса ее не рожала, главное ― человеческое отношение. И мне важно понимать, что моя дочь счастлива и может называть мою любимую женщину мамой.

― Тогда я буду ее называть Буся.

― Буся? Тоже хорошо.

― Ну что, встречайте тогда нас. А то держите на пороге.

― Бусенька плоходи, тепель ты тут хозяйка.

― Ну вот, Лиса, не успел привести собаку, а уже хозяйка новая у нас.

― И это только начало, ― хохотнула Эстель, и тут же пошла гладить нового члена семьи.

Кажется, нам будет весело.

Стоило мне открыть клетку с Бусей, как собака тут же выскочила и повалила Алису на пол, довольно скуля и облизывая ее. Дочка захохотала, извиваясь под новым другом, и поглаживая Бусю. Мы с Эстель переглянулись. Она улыбалась, но в ее глазах я заметил страх.

― Не для моих нервов.

― Не переживай. Собака добрая, особенно любит детей.

― Хорошо. Теперь бы все купить для нее.

― Да, хотя бы на первое время. Знаешь, что я подумал?

― Что?

― Буся, Бусенька, ты меня уже вымыла, моя холосая.

От услышанных слов мы расхохотались, и я отстранил Бусю от дочки, потянув ее за ошейник.

― Буся, фу. Хватит. Алиса чистая.

Собака помотала головой, и тут же прилегла на пол, положив морду себе на лапы. Посмотрела на нас умилительным взглядом и успокоилась.

― Папулечка, она бомба! Спасибо тебе!

Алиса запрыгнула мне на руки и принялась целовать мое лицо.

― Так‐так, ко мне с поцелуями только после душа, ― хихикнула Лиса, и развернувшись пошла в сторону кухни.

― Папулечка, это чего мамулечка, обиделась?

― Нет, милая. Просто не гигиенично после собачки с поцелуями лезть. Она же тебя облизала.

― А поняла, только к тебе буду так плижиматься после Буси.

― Ты особо не позволяй ей всю себя облизывать. Хорошо?

― Договолились? А Буся поедет с нами за голод?

― Хм… нужно позвонить спросить у дяди Егора, можно ли чтобы с нами была собака. А вдруг у них аллергия на шерсть.

― Ну, папулечка, ты возвони, сплоси, ладно? А то я не хоцю оставлять ее дома одну.

― Договорились.

Чмокнул дочь и поставил на пол. Она тут же обратила свое внимание на собаку, а я улыбнулся и пошел на поиски любимой. Эстель убирала со стола посуду. Я подошел к ней и обнял, руками погладив животик.

― Так‐так, не смей меня целовать.

― Ты брезгуешь?

― Ну немного. Сам пойми.

― Конечно.

Я отошел от нее, но с удовольствием продолжил любоваться своей девочкой.

― Позавтракаешь? Ты же не ел ничего.

― С удовольствием. Сейчас умоюсь.

Пока я был в ванной, Эстель успела накрыть на стол. На завтрак она приготовила омлет с сосисками и салат из овощей. Я улыбнулся, постепенно осознавая прелесть семейной жизни. Мне этого дико не хватало и теперь я готов делать все что угодно, только бы сохранить то что уже имею.

― Вы позавтракали?

― Да, проснулись, а тебя нет. Малышка есть захотела.

― Спасибо тебе, ― произнес я, подойдя к Лисе, и взяв ее за руку.

Она растеряно посмотрела на меня, а я приблизился и второй рукой коснулся ее щеки.

― Ты наполняешь нашу семью своей любовью.

― Денис…

― Благодаря тебе у нас появился уют, запах домашней еды, теплые разговоры.

― Но я совсем не умею быть семейной. Кажется, что я что‐то не так делаю, ― она пожала плечами, смутившись, а я пальцами поднял ее лицо за подбородок.

― Ты все хорошо делаешь. Наверное, это на уровне инстинктов у тебя. Спасибо, что заботишься об Алисе.

― Мне это приятно, мне нравится, что ребенок счастлив. Мне нравится заботиться о вас.

― Ты только не загоняй себя. Я тоже хочу заботиться о вас, о тебе.

Эстель кивнула, а я поцеловал ее нежные губы. Как же сильно я обожаю эту девочку. Кажется, никогда не испытывал подобных чувств. Да любил, было такое, но вот чтобы так, как с Эстель. До дрожи в коленях, такое точно бывает раз в жизни. Особенно с ума схожу, когда она отвечает мне взаимностью.

― Дайте тляпку, тляпку слочно! Ох эти взлослые, опять целуются!

Мы улыбнулись, и Эстель тут же обернулась к дочери.

― Что случилось, какая тряпка тебе нужна?

― Для пола. Буся написала там.

― Ох!

― Черт, я забыл пеленки. Она же еще ребенок.

Лиса нашла тряпку, а Алиса, выхватив ее, побежала убирать за своей собакой.

― Из нее выйдет отличная хозяйка.

― Кстати, на счет хозяйки, ― я усадил Эстель на стул и сам присел рядом.

― Ты ешь, остывает.

― Сейчас. Лиса, я хотел кое‐что предложить.

― Замуж не зови! Штампа не хочу.

― Да я уже понял, ― буркнул я, злясь, что она не хочет выходить за меня замуж, ― но сейчас не об этом. Я просто подумал, что мы теперь живем все вместе. У нас появилась собака, а через время родится малыш.

―Таак… и к чему ты клонишь? ― хмыкнула Эстель, стащив с моей тарелки кусочек перца.

Я улыбнулся.

― Как ты смотришь на то, чтобы приобрести дом за городом.

― Дом?

― Да, там будет и дышать легче, и погулять всегда можно во дворе. Да и Бусе вольер соорудить.

― Это конечно прекрасная идея, Бэтмен, но… у меня нет таких средств. У меня в принципе нет денег. Мне пора работать, а я…

― А ты мама, и теперь можешь не работать.

― Нет, я так не хочу, тем более пока есть возможность, мне нужно работать.

― Ладно, я тогда определю тебя в офис, потому что в клубе будет совсем не то. Да и я хочу теперь по вечерам быть дома. А в клубе пусть заместитель работает.

― Только нам нужно Алису в садик устроить. Да и общение с детками ей не помешает.

―Согласен. Займемся этим с понедельника. А пока завтрак, и в путь.

Эстель улыбнулась, и чмокнув меня, ушла собираться в дорогу.

Покоя мне не давал лишь звонок Риты. Придется отлучиться в город ненадолго, чтобы выслушать эту тварь. Я понятия не имел, что она хочет, но упускать шанс и поговорить с ней тоже не хотелось. Эта девица должна знать, что если удумает вредить моей женщине, то очень сильно пожалеет об этом. И тогда в ход пойдут не только слова, но и действия с моей стороны.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍