Глава 18

Все же иногда полезно поговорить по душам. Не зря этот метод годами используют женщины всего мира. Лиза сидит у меня до позднего вечера — мы обедаем, смотрим шоу и еще болтаем. Она тискает кота. Ржем, когда я рассказываю о реакции Латунина в тот момент, когда мы с Макаром кота забирали. Как-то незаметно проходит время.

С Лизкой прощаемся налегке, ведь уже скоро встретимся в универе. А я все чаще поглядываю на часы — наступает время приезда Макара. Даже ужинаю с трудом, подташнивает от нетерпения. Беременность это или я реально так сильно влюблена?.. Наконец, за входной дверью раздается шум. Я сразу подскакиваю на ноги, но подхожу всего лишь к дверям гостиной.

— Дома кто-нибудь есть?

От простой фразы, сказанной именно этим голосом, у меня появляется улыбка. Так, надо бы все же показаться «боссу».

— Есть!

Быстро выхожу из «укрытия», смотрю на мужчину. Его и пары дней не было, а я вглядываюсь, словно вижу его после долгой разлуки. На нем дорожная одежда — простые джинсы, темная футболка, повседневный черный пиджак. Но чуть помятые запыленные вещи делают Моргунова невероятно мужественным. Я в прямом смысле им любуюсь, даже забываю поздороваться.

— Все в порядке? — приподнимает брови Макар. — Привет.

Первое мое желание после этих слов — броситься ему на шею. Но вроде бы мы не так близки, имею ли я право?.. Такие вопросы кружили бы в моей голове еще недавно. Однако вспоминаю разговор с подругой и позволяю себе именно то, что хочу. Стремительно приближаюсь к Моргунову, закидываю руки ему на плечи, обнимаю.

— С приездом. Я очень соскучилась.

Когда я волнуюсь, сразу становлюсь немногословной. Вспомнить только ту смску о беременности. Вот и сейчас говорю коротко и ясно. А из крепкой груди мужчины вырывается стон не то удивления, не то удовольствия.

— Я тоже хотел скорее вернуться. Рад, что с тобой всё хорошо. Ты не ответила на последнее сообщение.

А вот теперь моя пора изумиться.

— Да ладно?! Наверное, не услышала, прости. У меня здесь была Лизка, мы смеялись.

Упс, я проболталась, что приводила в квартиру гостей. «У меня» — конечно, громкое заявление. Я тут не хозяйка. Хочу объяснить, отстраняюсь. Но Макар позволяет мне это лишь немного, чтобы мы могли смотреть друг на друга. Поддерживает под спину своей большой ладонью. А мне и самой не хочется выбираться из его сильных рук. Ладони оставляю на его плечах, одно из них машинально поглаживаю.

— Мы уже кучу времени толком не общались с подругой, я решила пригласить ее сюда. Надеюсь, ты не против?

Я и на самом деле верю, что Моргунов не будет упрекать.

— Я ведь просил делать тут всё, что захочешь, — негромко напоминает он.

Хм, да, было такое дело. Но как поступить, если я прямо сейчас хочу одну вещь…

— Мм… Ладно.

Встаю на носочки и касаюсь губами уголка его губ. Мужчина вздрагивает, как будто по нему попала молния. И отчего-то я уверена, ему не противно… Может, потому, что он тут же сметает меня ответной инициативой? Жадность его поцелуя говорит сама за себя, хотя я тоже все больше раскрепощаюсь. Все же так прекрасно — делать то, что хочется.

Кажется, я никогда не напьюсь этим коктейлем — шероховатости, силы его губ, жара дыхания. Мы оба как будто себя отпустили. Возможно, не только я приняла для себя некоторые решения. Мы страдали от разлуки, а она помогла взглянуть на нас же самих со стороны. Время останавливается, пока мы не отрываемся друг от друга.

Когда наши глаза вновь оказываются напротив, я все же вижу в зеленоватых омутах Моргунова удивление.

— Ты сам велел следовать за желаниями, — жму плечами.

До мужчины доходит смысл слов, он широко улыбается.

— Мне нравится, когда ты такая послушная, — заявляет он.

— Не думай, что так будет всегда, — щурюсь.

— Тогда воспользуюсь моментом.

Он снова меня и целует, заставляя голову идти кругом. Беременность и рядом не стояла с тем воздействием, которое осуществляет на мой организм Моргунов. Мне одновременно хочется парить и растечься лужицей. Это все стоит тех заморочек, которые я пережила из-за этого мужчины. А по его дыханию и силе объятий я могу догадаться о взаимности своих чувств.

— Идем, я накормлю тебя, — предлагаю, когда мы все же размыкаем руки.

Макар кивает.

— Не откажусь. Только ненадолго в душ.

От этой подробности у меня еще сильнее теплеет в животе. Сейчас я могу спокойно себе признаться, что часто хотела повторить нашу ночь. Хотя в данный момент не знаю, разрешена ли мне близость. Надо будет уточнить у моего доктора на консультации… От таких смелых мыслей я даже краснею. Хорошо, я уже одна на кухне.

Макар реально не задерживается. Приходит ко мне быстро, переодевшись в светлую футболку и серое спортивное трико. На его густой шевелюре капельки воды. Теперь меня наполняет какая-то домашняя нежность.

— Садись за стол, — весело командую, — у нас жульен с красной рыбой. А салат из свежих овощей я сделала сама.

— Хозяюшка, — смеется Макар.

А я не выдерживаю и показываю ему язык.

— Если серьезно, — продолжает мужчина, — спасибо. Оказывается, приятно, когда тебя ждут и встречают.

Мы многое обсуждали в прошлом и так мало говорили начистоту в последние недели. Так что я замираю.

— Мне и правда тебя не хватало, — смотрю в серо-зеленые глаза, — Макар, я…

— Я люблю тебя, Валерия.

— Люблю тебя…

Макар перебивает, а я растерянно продолжаю свою фразу. И кажется, мы совпали не только в чувствах, но и порыве в них признаться. Или на этот раз это было взвешенное решение?

— Давно пора было тебе сказать, — озвучивает мою мысль Макар, — я сделаю всё для нас.

Ох, я не сдерживаю широчайшую улыбку.

— Я тоже могла быть пооткровенней, — на миг опускаю глаза, — и я буду стараться. Надеюсь, у нас все сложится хорошо…

Опираюсь спиной на кухонную тумбу, ладони сами собой оказываются на животе. Он подрастает с каждой неделей. Хотя еще и не арбуз.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Все будет идеально.

Пара секунд, и мои ладони накрывает широкая мужская рука. Макар целует меня в макушку. Зависаю ненадолго от волны счастья, а потом прихожу в себя.

— Мм… Сядь все же поешь.

Моргунов усмехается.

— И вы со мной.

Не сразу доходит, чего он выкает. А потом я снова сверкаю улыбкой. Может, нужно выключить лампочки и немного сэкономить?

После мы реально едим, отбрасывая разговоры. А обсудить еще есть что, и, прибрав на кухне, мы шагаем в гостиную. Сначала Моргунов вкратце рассказывает о поездке, своих друзьях. Я уже начинаю хотеть с ними познакомиться! В ответ «сдаю» ему шалости Хвостика, который крутится рядом. И сообщаю, что мама собирает семейный обед. Макар воспринимает новость без восторга, но соглашается поехать. Говорит, что хочет поблагодарить людей, которые меня воспитали. И сразу поясняет, что имеет в виду только бабушку и деда. У меня лишь вырывается горькая усмешка. Хотя я очень рада, что Моргунов познакомится с моими близкими. Уверена, он не подведет.

Хм, но придется затронуть тему и его родни.

— Диана написала тебе, что срочно уезжает? — интересуюсь, обнимая диванную подушку.

— Да. У ее матери, к сожалению, проблемы со здоровьем.

Моргунов сидит и чешет шею коту, который ради такого случая завалился на диван рядом. Ох, сейчас я нарушу эту идиллию.

— Мне жаль, что у твоей сестры трудности, — сглатываю, — но я рада отъезду девочек. Вернее, только Марины.

— М-да, она…

— Марина не смирилась, что ее планам не суждено сбыться, — говорю сухо, — она пыталась всячески меня зацепить. И даже провоцировала, когда я спускалась по лестнице. Один неверный шаг, и я свалилась бы вниз… Макар, я бы хотела больше никогда в жизни не встречаться с этим человеком.

Мной движет не желание поплакаться в жилетку, хотя забота этого мужчины безумно приятна. Просто раз Марина и Ди лучшие подруги, Диана может простить выходку. В итоге получится так, что они опять приедут в гости вместе.

— Что?!

Хвостик реально лишился почесушек, потому что Моргунов вскакивает с дивана. Делает марш-бросок от него к окну.

— Она вела себя нагло и опасно, — говорю, как есть, — если бы я упала, она вывернула бы так, что я сама не берегусь. Иду по лестнице с головокружением!

Все же не могу сдержать поток жалоб.

— Даже не говори такое вслух! — горячится Макар. — Во-первых, эта девица никогда не здесь больше не появится. И больше того, я сделаю все, чтобы она держалась подальше от всей моей семьи!

Хорошо, что Макар при любом раскладе на моей стороне. Может, Диана и сама сделала выводы насчет подруги? Ведь она слышала наш разговор своими ушами. Иногда приятели ведут себя совсем не так, как от них ожидаешь, и подкидывают неприятный сюрприз. Но подружка может оправдаться перед Дианой. Не поругается ли тогда Моргунов с племянницей? Озвучиваю такой вариант.

Макар, уже немного успокоившись, возвращается на мягкую зону. Размышляет несколько секунд над моими словами.

— Диана всегда была разумной, — говорит он, — но не знаю, насколько я для нее авторитет. Маленькой я ее редко видел.

Мне становится любопытно знать о родственных отношениях любимого.

— Из-за бизнеса? Или тогда ты учился?

Моргунов глубоко вздыхает.

— Дело не совсем в этом, малышка, — от обращения у меня щекотит в груди, — между мной и семьей все непросто. Моя мать и мой отец поступили очень неправильно.

— Расскажи, — прошу шепотом.

Макар улыбается мне глазами.

— История короткая, но неприятная. Моя биологическая мать была любовницей отца, когда он уже состоял в браке. Там росла моя сестра. Мать безумно хотела увести его, забеременела. А отец не желал навсегда покидать насиженное место рядом с законной супругой. В итоге мать просто подкинула меня к квартире бабушки. Матери моего отца.

— Ничего себе! — ахаю.

— Жена папы ожидаемо меня не любила. Он пытался привозить меня в гости, мать сестры устраивала истерики. Более-менее мы вышли на контакт, лишь когда ее не стало.

— Боже…

Теперь понятно, почему Макар так сложно относится к понятию материнство. Он просто боится, его детей также предадут.

— Мое появление на свет доставило проблемы.

Я машу головой.

— А бабушка? Уверена, она любила тебя!

Моргунов улыбается.

— Да, хоть ей пришлось непросто. Тесть моего отца сделал все, чтобы того отправили по работе в Прибалтику. Папа присылал деньги, но все заботы легли на плечи старушки. Хотя я очень быстро стал самостоятельным.

— Ты вырос чудесным человеком! — говорю от всей души и моргаю слезы. — Даже не могу осудить твою мать… Ведь благодаря ей ты появился на свет.

— Моя бабуля была такой же жалостливой. Хотя и с тяжелой рукой, — Макар смеется, — я никому никогда не говорил, но я не отрицаю семью. Наоборот, уважаю тех, кто смог создать реально крепкую ячейку. А сам просто не встречал женщины, которой был готов отдаться целиком и полностью. Измены для меня — жесткое табу.

— Понимаю…

— Не встречал до тебя, — уточняет Моргунов, пока я еще не успела испугаться, — я не говорю это для красного словца, поверь.

Быстро киваю.

— Верю. И не только из-за детей. Я испугалась беременности, да я и сейчас в шоке! — хихикаю. — Но если бы я реально не хотела быть с тобой, меня бы здесь не наблюдалось. Что-то придумала бы…

— Не сомневаюсь в твоей фантазии.

Макар накрывает мой рот улыбающимися губами. Мы снова выпадаем из реальности, пока нас не оглушает истошный крик кота. Хвостик вбегает из коридора в гостиную, сердито мяукая. Такое чувство, что из него льются непечатные кошачьи выражения.

— Что это с ним? — хмурится Макар.

А я стучу себя ладошкой по лбу.

— Мы забыли его покормить!

— Да, хороши родители.

Моргунов раскатисто смеется.

А если без шуток, лично я собираюсь стать для своих детей самой лучшей мамой на свете. Думаю, Макар тоже будет стараться и еще признает — домашнее воспитание в любви куда лучше закрытых европейских школ. Сейчас, когда мужчина открыл мне свои чувства, я вполне могу рассчитывать — после рождения малышей мы будем жить все вместе и спокойно. Ох, еще бы со всеми родственниками установить какой-никакой мир.



Время приема в доме Волковых приближается. Бабушка уже звонила мне, выспрашивала — в честь чего мама всех собирает. Я сказала, что они познакомятся с моим любимым. Надеюсь, их не слишком шокирует, что Макар не мой ровесник. Вроде старики всегда были понимающими. И еще мне очень хочется, чтобы они не просто приняли друг друга, а подружились. В общем, жду знакомства с верой в лучшее. Но вот что в голове у мамы — большой вопрос.

Дни до пятницы я езжу в универ, ухаживаю за Хвостиком и смакую нежность отношений с Макаром. Можно сказать, у нас своеобразный «конфетно-букетный» период. Моргунов и правда пару раз приносит мне композиции из светлых роз. И в один из поздних вечеров едет в магазин за яблочным мармеладом, который мне безумно захотелось. Такой персональный знак внимания для беременной «подружки».

Я тоже окружаю мужчину заботой. Мы целуемся, и я даже иногда засыпаю в его постели. Всего-то зайдя пожелать добрых снов! А когда подходит время консультации у Анны Сергеевны, задаю доктору один из важнейших вопросов — про близость.

— Лера, а можно уточнить — ты предполагаешь вступать в новые отношения? Ведь с отцом малышей нет связи.

Улыбаюсь вежливому врачу.

— Мы наладили отношения с Макаром — мужчиной, от которого я беременна.

— Замечательно, — кивает гинеколог.

Она рассказывает о нюансах личной жизни в интересном положении. Что нужно сделать Моргунову и знать мне. А потом интересуется еще одним моментом.

— Ты говоришь, твой партнер взрослый, занятый бизнесмен. Наверное, он обладает некоторыми финансовыми возможностями? Ты не собираешься перейти под наблюдение в частную клинику?

Ух, ёжусь. Я не желаю расставаться с Анной. С другой стороны, реально хочется получать больше медицинского внимания и обследоваться на новой аппаратуре. Но с Моргуновым мы данную тему еще не затрагивали.

— Прежде я обсужу этот вопрос с Макаром, — отвечаю собеседнице.

— Хорошо, — кивает с улыбкой Анна Сергеевна.

