Глава 27 Тимофей

Глава 27 Тимофей

- Я постараюсь больше не приезжать. Но ты всегда можешь мне позвонить, если что-то понадобится. И против ваших встреч с Алисой я, разумеется, ничего не имею.

По Настиному лицу ничего не понять. Расстроена хоть немного? Или, наоборот, облегчение испытывает?

Жили они с Артёмом спокойно, строили планы. А тут вдруг я со своими притязаниями на будущего ребенка.

Прости, малышка. Но исчезну я из вашей жизни насовсем, только если посадят или убьют.

Но вслух, конечно, такого ей не говорю. Беременную женщину лучше держать подальше от мужских разборок.

Обнимаю Настю, как в последний раз. Вдыхаю знакомый запах детского шампуня. Улыбаюсь, – у моей Алиски такой же.

Прижимаю к себе чуть крепче, пока не оттолкнула. Твёрдый животик упирается мне в бёдра.

Хочется приподнять её личико и поцеловать сладкие розовые губы. Так скучаю по ней, аж нутро скручивает.

Перед выходом из Лапино решаю еще раз поговорить с другом-узистом. К счастью, он согласился выполнить мою маленькую просьбу.

***

Уже вечером подъезжаю к бару Феликса в расстроенных чувствах.

Миллер ждёт в кабинете управляющего наверху.

- Как Настя? Как прошло? – спрашивает Марк, наполняя бокалы.

- Как наждачкой по сердцу. Сказал ей, что больше не буду настаивать на общении и лезть в их семью. Любит своего мажора, похоже.

Делаю глоток, горло жжёт, морщусь.

- Всё правильно ты сделал. Уверен, что в палате прослушка. Городецкие с неё глаз не спускают теперь, когда ты снова замаячил на горизонте.

- Я чувствую себя таким дерьмом, Миллер! Она же в заложниках у старого мудака! А эго блаженный сынок хуй знает о чём думает вообще!!!

- Так нужно для дела. Ладно, Тим, давай пока тему сменим. По поводу того упыря, который Янку пугал. Я просмотрел всё, что нашли на него твои безопасники. Есть на что давить, в общем. Так что, успокой её.

Одной проблемой меньше. Отлично.

- Успокою. Приезжала ко мне загород, ревела. Девчонка хорошая, но попался один урод, и всё... жизнь по наклонной.

- А с наркотиками как?

Марк помнит, какой была эта девочка несколько месяцев назад, когда мы впервые увидели её в этом самом баре. Сейчас и не узнать.

- Никак. Держится уже три месяца. Я когда её из фелькиного клуба забирал, поставил условие. Она молодец в этом плане. У нее теперь есть цель, и она идёт к ней. Сейчас восстановилась в Меде, работает в частной клинике массажистом, без намёка на интим, естественно. Руки то у неё волшебные. Не знаю, где бы я был сейчас со своей спиной, если бы она за меня не взялась.

Марк понимающе хмыкнул. Янка ему тоже что-то вправляла после аварии. Лучшие столичные врачи осторожничали, а эта маленькая ведьма... Хрясь, и готово.

Дар у неё, не иначе. И душа на распашку, не может не помочь.

Такое, я слышал, называют божьей искрой.

Убил бы, блядь, нелюдя, который её едва не погубил.

Всем женщинам, которые мне дороги, угрожает опасность. Мать, Настя, Алиса, Яна...

И мне, похоже, два пути – иди в тюрьму, или в могилу.

- Может, вам сойтись? Если этот упырь, её бывший, не успокоится, посадим его. Проще простого.

Я так глубоко погрузился в свои мысли, что утратил нить разговора.

- С Яной? Может быть. Но не сейчас.

- И ничего не было между вами?

- Только массаж. Сам я её не трогал. Не могу.

- Ты ей жизнь, можно сказать, спас. И смотрит она на тебя, как на бога. Вы – поломанные оба, потому друг к другу и притянуло.

Трудно с этим не согласиться.

Задерживаемся в баре ещё часа на полтора. Обсуждаем следующие шаги в деле Городецких.

Около десяти вечера подъезжаю к башне, где у Феликса квартира. Точнее, у его девушки очередной. Он их всех селит там по очереди, я уже перестал пытаться запомнить имена.

Если бы мы с Янкой тогда не пошли к ним в гости... Я не узнал бы всей правды.

Как далеко бы зашёл судья?

Как часто он поднимает руку на своих женщин?

Как же мне вытерпеть ещё хоть неделю, зная, что Настя у них? Бляяяять...

Давно столько не матерился. А о Городецких я даже думаю матом.

Охрана уже ждёт у подъезда.

- Тимофей Алексеевич, – здороваются парни.

- Нужно проверить квартиру на наличие прослушивающих устройств.

На душе кошки скребут. Потому что оторвал человека, которому доверяю более остальных, от его основной работы – охранять дочь.

Но предстоящий разговор может оказаться важнее всего, что я делал в последние месяцы.

Поднимаемся на лифте. Игорёк звонит в дверь.

Мажор, видно, ждал меня. Сразу открывает.

- Ты один? – спрашиваю.

Младший Городецкий кивает и пропускает меня в квартиру. И моих охранников тоже, куда ж ему деваться.

Оставляем телефоны в холле и идём на кухню.

Муж моей любимой девушки предлагает выпить, пока парни обходят апартаменты в поисках прослушки.

Отказываюсь.

- Послушай меня сейчас внимательно, Артём. Твой отец, фактически, загнал меня в угол. Он угрожал моей дочери. Угрожал Насте и ребенку. И жить, боясь за них каждую секунду, я не буду. Это понятно?

- Да, – он делает глоток рома прямо из квадратной бутылки.

Бросаю взгляд на пепельницу, полную окурков. Он при Насте дома курит, что ли?! Отец-молодец...

Закуриваю. Он тоже. И озвучиваю то, зачем, собственно, и пришёл.

- Так или иначе, я устраню эту угрозу. Пока вижу два решения, и мы с тобой сейчас выберем то, которое устроит нас обоих.